Булочка маньтоу и острое карри

Сегодня на обед карри. Не самое приятное блюдо, учитывая, что учебный день в самом разгаре. Горькое жжение от острой еды останется на языке минимум урока так на три, а запить нечем. Но в любом случае у Хэ Сюаня нет выбора, сестра так старалась, готовила, весь вечер у плиты провела, будет обидно принести домой блюдо, над которым она долго хлопотала. Делать нечего, подросток показушно затыкает нос рукой, не желая чувствовать едкий запах жижицы, как вдруг по пустому классу эхом прокатывается звонкий, слегка высокий голос. От неожиданности Хэ Сюань чуть не опрокидывает на себя еду. В помощение входят двое парней. Один одет в школьную форму, ничем не примечательный ученик, второй же больше похож на попугая, чем человека. Ярко голубые джинсы покрыты акриловым цветами, которые Ши Цинсюань рисовал вместе с Се Лянем, а вместо белой рубашки, рекомендуемой уставом школы, мятная толстовка. Ши то Хэ и испугался, вернее как Ши, скорее того, что ложь Сюаня раскроют. На самом деле Цинсюань очень надоедливый, разговаривать с ним невозможно, постоянно перескакивает с темы на тему и повышает голос. Вот староста и решил "взять перерыв", соврав другу, что приболел. Правда теперь, на обеденной перемене, когда большая часть одноклассников ушла в столовую или в продуктовый магазинчик через дорогу, а в классе осталось лишь трое, обман может легко вскрыться. Потому Хэ быстренько натягивает на лицо медицинскцю маску и молниеносно, словно профессиональный спротсмен, выбегает из класса. Староста не собирается идти куда-то далеко. Нужно просто подождать пока Ши свалит из класса со своей новой жертвой, и тогда можно будет вернуться обратно за парту. Только вот Цинсюань не спешит. Он болтает и болтает, о жизни, о брате, о оценках и учителях, о своих друзьях и хобби. Сюань уже хотел было пойти на крышу, когда раздаётся громкое: — Хватит! - не выдердавший одноклассник громко прерывает монолог Ши - Я не могу так больше! Цинсюань, ты слишком надоедливый! Кажется, подобное резкое, но правдивое высказывание должно было удовлетворить Сюаня. Наконец-то кто-то поставил Ши на место, высказав всё ему в лицо, однако староста не чувствует ничего кроме странной жгучей пустоты. А когда раздаётся тихое и виноватое: — Прости К груди подкатывает ком ненависти. Адреналин эхом сердца отдаётся в ушах, когда Хэ Сюань снимает маску и вбегает в класс. Заметив одноклассника, оба парня вздрагивают от неожиданности. — Староста? — Хэ-сюн, ты зд.. - Цинсюань не успевает ничего договорить. Тёплая рука быстро хватает ладошку Ши, крепко сжимая её с неистовой силой. Хэ Сюань и сам не понимает, что он творит, просто в один момент острое карри оказывается на физиономии одноклассника, а двое подростков быстро удирают на крышу под вопли пострадавшего. — Так значит ты не болел - отдышавшись спрашивает Ши Староста игнорирует его вопрос. Он усаживается на пол, пытаясь прийти в себя и понять, а что он только что сделал в классе? Заступился за Цинсюаня? Как глупо, рано или поздно у кого-то должно было кончится терпение. — Прости - снова нарушает тишину Цинсюань. Он повторяет за другом, присяживаясь рядом и подбирая к себе колени - из-за меня ты остался без обеда, вот, держи - юноша протягивает маньтоу старосте - мы можем съесть её пополам Хэ Сюань молчит в знак согласия, тихо наблюдая за тем, как собеседник ломает булочку на ровные части и протягивает ему. Вот двое и обедают, правда молча. Раньше бы Ши начал говорить о всякой ерунде, но сейчас и слова не проронил. Даже дураку понятно, что та фраза задела Цинсюаня. Мальчишка не ест, лишь держит во рту краешек хлеба. Староста просто наблюдает за ним, с аппетитом уплетая своё угощение. Закончив, Хэ Сюань встаёт. Резкое движение заставляет Ши вздрогнуть. — Эй, Цинсюань - отряхивая крошки ото рта хрипло произносит староста — А? Да? — Не обращай внимание на слова Вана и не делай ничего плохого с собой из-за каких-то дураков — Чт, я и не соб.. - Цинсюань не успевает договорить, как Хэ Сюань вновь перебивает его — У меня есть на тебя планы, так что будь другом, не делай глупостей - впервые за несколько дней староста расплывается в улыбке и уходит, пока растерянный Ши остаётся на крыше