Рай в Страницах

***

      Сельская библиотека встречает его пряным запахом кожи и старой бумаги. Теплые закатные лучи пробиваются в пожелтевшие окна, в воздухе летают частички пыли.       Он оказывается здесь совершенно случайно, по счастливому стечению обстоятельств сбежав от преследования. Каждый дом в этом селе уничтожен, только небольшое здание библиотеки стоит нетронутым, эфемерным в общем хаосе островком спокойствия. Прижимая ладонь к простреленному боку, Эндрю плечом выбивает дверь и влетает внутрь. Он и не думает о том, насколько подозрительно удачно ужасы войны обошли стороной это место, ему слишком плохо и до ломоты в костях холодно. Эндрю чувствует, как синеют губы, как конечности постепенно отнимаются, как темнеет перед глазами. Видимо, здесь, полулежа на пыльном полу, он и встретит свой конец.       Рядом кто-то садится. Эндрю хочет рефлекторно оттолкнуть человека, но выходит только повернуть голову.       — Не бойся, — парень в светлой льняной рубашке не трогает его, а наблюдает. Он точно не военный, слишком спокойный взгляд, в нём нет отрешенности и глухого отчаяния.       Всё его кричащее существо внезапно замолкает при виде светло-голубых, почти прозрачных глаз. Таких у людей не бывает. Эндрю лишь пару раз видел подобный оттенок у ослепших стариков, которых Аарон лечил, невзирая на страх перед смертью и слова о том, что им всё равно осталось недолго.       Аарон…       Эндрю поджимает губы и беспомощно откидывает голову назад. Пусть загадочный парень его убьет, он заслужил это своим трусливым побегом. Вражеские солдаты напали на их лагерь на рассвете, половину перебили, а остальных взяли в плен. Долгие часы Эндрю, как самого старшего по должности, заставляли смотреть на то, как его ребят подвергали самым изощренным пыткам. Крики и мольбы надолго отпечатаются в его сознании, даже после смерти преследуя в виде картинок относительно спокойных посиделок вокруг очага или за интересными историями из жизни.       Эндрю уже ничего не видит, когда парень рядом с ним встаёт и куда-то уходит, но вскоре возвращается. За ним шлейфом тянется аромат старинных книг, трав и древесины, и Эндрю вдыхает его полной грудью. Это намного лучше вони горелой плоти и гниющей крови.       К боку прижимается что-то холодное и мокрое. Эндрю вздрагивает и пытается поднять руку в знак протеста, но попытка отзывается дрожью во всём теле.       — Потерпите, товарищ лейтенант, — в тоне незнакомца сквозит полупрозрачная насмешка, будто это не он сейчас возится с чужой раной, вытирая кровь.       Эндрю недовольно шипит и сдвигается в сторону. Бессмысленная попытка уйти – уползти – заканчивается сразу же. Парень на это лишь беззлобно вздыхает, точно Эндрю не более, чем непослушный ребёнок, который противится есть на завтрак кашу.       — Кто… — Эндрю, едва чувствуя кончики пальцев, неуклюже тянется к кобуре на бедре, но обнаруживает, что там ничего нет. Сердце пропускает удара, даже сознание ненадолго проясняется и он, минуя боль, садится ровнее. Кобуры с пистолетом нет, как и холодной стали ножей в сапогах больше не чувствуется.       Он ведь не отключался, да? Правда же? Неужели обокрали, быть не может.       Парень все стоит перед ним на коленях, послушно опустив руку с пропитанной каким-то травяным отваром и кровью тряпкой. Эндрю смотрит на него со смесью животного ужаса и любопытства. Чудо ли, но ему вдруг начинает становиться лучше, а может он просто умирает.       — Кто ты? — парень явно не похож на местного жителя. Свод Эндрю проходил мимо посёлка лишь однажды, почти полгода назад, но феноменальная память воскрешает образы уставших работяг, с рассвета до темна пашущих в поле, а человек перед ним едва ли напоминает одного из них: светлая кожа без единого изъяна, мягкие рыжие волны волос, руки, ни разу не видавшие тяжёлого труда.       Парень загадочно улыбается.       Он прикладывает ко лбу Эндрю два ледяных пальца и тот чувствует, как теряет сознание.       Последнее, что он видит – нечеловеческий блеск глаз.

***

      Эндрю приходит в себя на обшарпанном, обитом потертым бархатом диване. Он не понимает, где находится, но это явно не сырая земля и не жесткий настил из сена. Подорвавшийся, он напряженно оглядывается и только потом осознает, что в его теле больше нет никакой боли. Ладонь машинально прижимается к месту, где до этого была рваная дыра от пули, но чувствует только ткань формы. Абсолютно целой, не затронутой кровью и грязью.       — Какого… — над головой пролетает книжка и уносится в закуток между полок. Эндрю смотрит туда с минуту, затем молча поднимается и идёт следом. Без труда и нужды на что-то опираться, немыслимо!       По сторонам мелькают бесчисленные корешки, обшитые кожей с серебряными и золотыми тиснениями, а лабиринт всё не кончается. Какой-то детский восторг поселяется в искалеченном сердце, давно забытый за тысячами приказов и смертей. Да и не вспоминаются они, будто стертые с бумаги карандашные наброски.       За очередным поворотом Эндрю видит всё того же парня. Он листает книгу, не обращая никакого внимания на постороннего человека, окруженный теплым светом. Разве уже не прошло несколько часов? Почему за окном всё ещё тлеет алый закат? Но и об этом Эндрю забывает, стоит парню посмотреть на него и улыбнуться одними уголками губ.       — Как ты себя чувствуешь? — он закрывает книгу и та, подхваченная невидимыми силами, возвращается в просвет между остальными.       — Что это за место? — Эндрю игнорирует его вопрос и задает свой. Если его не убили, это ещё не значит, что незнакомец не опасен.       — Библиотека, — Эндрю на это хмыкает. — Разве не видно?       — Ты неместный. Кто ты?       Опять эта загадочная улыбка. Эндрю хочет ее стереть.       — Нил, Натаниэль, можно Абрам, — Нил движется незаметно и очень медленно, но внезапно оказывается перед самым лицом Эндрю. — У меня много имён.       — Нил, — Эндрю пробует имя на вкус и делает шаг назад. Кем бы ни был этот Нил, в одном он уверен точно: — Ты не человек.       — А это не библиотека. — Нил кивает и тихо смеётся, щуря неземные глаза. — Почти. Я всего лишь проводник, который находится здесь уже долгие, долгие сотни тысяч лет. Рано или поздно, но со мной встретится каждый.       Его голос напоминает шелест страниц и порывы ветра, и Эндрю понимает, что слышит это всю свою жизнь. Или слышал. Он был рядом всегда: в теплые летние вечера и холодные зимние ночи, когда Ники читал им с Аароном про мифических существ, спрятавшись от набожных дяди с тетей на крыше дома. Он преследует абсолютно всех и дышит в спину, но человек умеет приспосабливаться ко всему, поэтому с возрастом просто перестает его замечать. У него есть много имен и для каждого он несет разное, в зависимости от возраста, культуры, обычаев и мировоззрения.       Но у него есть одно общее, знакомое всем с раннего возраста имя.       Смерть.       На удивление, Эндрю даже не пугается. Он принимает горькую правду о том, что его жизнь оборвалась сразу же, как забытая Богом библиотека распахнула перед ним свои обшарпанные двери.       Поэтому и боли он больше не чувствует, и одет он в то, в чём был, но так, точно только вышел из бутика. На том свете не положено появляться в крови и грязи.       Уходящие в потолок книжные шкафы разъезжаются и Эндрю теряется, когда за Нилом появляется темный дубовый стол, заваленный пожелтевшими от времени листами с размазанными по ним чернилами. А посреди всего этого беспорядка лежит новенькая книга, завернутая в блестящую черную кожу. В самом центре каллиграфическим почерком выведено имя и годы жизни:       Andrew J. Minyard.             11.04.1895-хх.хх.19хх.       — Долго же ты не приходил в себя, — Нил огибает его сбоку. — Многое пропустил. Будь я живым, у меня разболелась голова.       Эндрю неосознанно идет за ним и кладёт огрубевшую от тяжёлой жизни ладонь на книгу. Бугристая обложка под пальцами ощущается иначе, чем все другие. Еще ни разу он не чувствовал такой мощной связи с куском бумаги, ниток и клея.       — Понимаешь, Эндрю, — Нил садится перед ним в резное кресло, сделанное под стать столу. — Вышла небольшая накладка. Твоей душе не нашлось места ни в Раю, ни в Аду, а вернуть тебя в мир Живых мы не можем, слишком много времени прошло.       Внимание Эндрю привлекает окно. Он приближается к нему за парочку широких шагов, приваливается к подоконнику и замирает.       Мир по ту сторону лишь отдаленно напоминает тот, который он видел буквально сегодня. Или уже вчера? Нил говорит, что прошло много времени, но какой срок имеет это его “много”?       За грязным стеклом кипит жизнь. Посёлок стоит как новый, всюду гуляют люди разных возрастов: взрослые, старики, дети. Многие из них улыбаются и смеются, кто-то сидит на лавочке и наблюдает со стороны или общается. Никакой разрухи и вездесущего огня, небо не затронуто пеплом, на нём только розовые пушистые облака.       Нил ждет, пока Эндрю никак не может поверить в то, что видит. Даже собственную смерть осознать легче, чем… Это.       — Ты спас нескольких своих солдат, пожертвовав жизнью, — Нил говорит осторожно, не желая пугать Эндрю еще больше. — Они смогли выбраться из плена, взамен взяв в заложники одного важного человека, который выдал много полезной информации.       Эндрю продолжает судорожно искать глазами подвох. Оторванный край, за который можно дернуть и счастливая картинка в миг исчезнет. Нил несёт какую-то чушь, Эндрю поступил как трус, а с его слов он…       — Ты герой, Эндрю. — ему приходится обернуться, чтобы встретиться с Нилом взглядом. — Если бы не твоя жертва, эти люди вряд ли знали про счастливую жизнь. Твоя, и сотен других солдат.       Впервые Эндрю хочется упасть на колени и забиться в истерике, но он не может. Души не плачут, у них нет физической оболочки для этого. С этим он может разобраться позже, сейчас его волнует совсем другое:       — Аарон?       — Его спасли и он продолжил помогать раненным. — Нил берёт книгу, встаёт и подходит к Эндрю, протягивая её. — Тебе стоит самому обо всем узнать.

«… 13 отряд под предводительством капитана Д*** освободил населенный пункт П*******. Тело старшего лейтенанта Эндрю Дж. Миньярда обнаружено под завалами снега, привалившимся к зданию бывшей сельской библиотеки имени М******, и в дальнейшем по традициям захоронено на военном кладбище. Брат лейтенанта Миньярда и некоторые солдаты, находившиеся под его началом, изъявили желание остаться жить в поселке после окончания войны и принимали непосредственное участие в его реконструкции. Жители почитают их семьи как героев, а дети и внуки Аарона М. Миньярда гордо носят фамилию своих предков.»

***

      — …Кто Вы? — молодой парень смотрит на него испуганными глазами, держась за резаную рану в области живота.       Нил снова где-то прохлаждается, затаившись в книжных полках, так что сегодня очередь Эндрю принимать “гостей”.       Он не знает, сколько прошло с того момента, как его душа оказалась заперта в Архиве, ведь время здесь течет иначе, но одно Эндрю знает точно – в следующий раз Нил поплатится своей пустой головой, если оставит его одного.       — Это не так важно, — он встает изо стола, захлопывая книгу с именем их новоприбывшего. — Не бойся, всё быстро закончится.       Эндрю прикладывает два пальца ко лбу парня и тот отключается.

***