1440 минут. Лето

~ 15:10 ~

Жаркое лето разливалось по городу, как раскаленное железо. Улицы Нью-Йорка плавились, гул машин давил, а толпы туристов будто мешали дышать местным жителям. Вечера не приносили облегчения – кругом шумели душные бары, перегретые крыши с видом на мигающий Манхэттен, липкий обжигающий воздух. В домах было не легче. В нескольких кварталах отключили свет: ни кондиционеров, ни вентиляторов. Гермиона лениво шагала из комнаты в комнату босиком и складывала вещи в коробки. Кудрявые волосы, чуть влажные от жары, спадали на плечи и липли к коже. Книги, одежда, какие-то безделушки - все аккуратно упаковывалось, вместе с вещами она пыталась уложить свои воспоминания. Стук в дверь заставил ее вздрогнуть. Резкий, требовательный, словно кто-то пытался выбить замок. Она замерла, прислушалась. Тишина. Через мгновение удары возобновились, еще громче. Гермиона нервно напряглась, отложила сверток и направилась к двери. - Кто там? - крикнула она. Ответа не последовало. Лишь очередное тяжелое «бац-бац». Девушка резко дернула ручку на себя. На пороге стоял Малфой. Пьяный в стельку, весь помятый, с растрепанными волосами. На скуле - синяк, на руке - ссадина. От него тянуло алкоголем и сигаретами. - Малфой!? - Гермиона нахмурилась. - Что ты тут делаешь? Что случилось? - Блейз… - он мямлил, пытаясь ухватиться за дверной косяк. - Блейз не отпускал меня к тебе… с мальчишника. - Серьезно?! У тебя хватает наглости не только пригласить меня на свадьбу с мужем, но и заявиться ко мне прямиком с мальчишника?! – брови девушки поползли вверх от возмущения. - Я не хотел отмечать. - О, это все меняет! Не дожидаясь приглашения, парень шагнул в коридор. - Эй! - возмутилась Гермиона. Драко споткнулся о коробку и чуть не упал. - У вас ремонт? - слабо ухмыльнулся он, указывая на горы упакованных вещей. Она закатила глаза. - Надо кое с кем познакомиться, – пьяно протянул он и, шатаясь, двинулся по коридору. Сначала резко распахнул дверь в кухню, решительно ожидая увидеть там чью-то фигуру за столом. Там никого не оказалось. Потом, пошатываясь, направился в гостиную, ухватился за дверной косяк, чтобы не упасть, и все же проскользнул внутрь. Его взгляд прошелся по дивану, по креслам, по книжным полкам. - Малфой, перестань! Вали обратно к друзьям и невесте, по-хорошему! - Гермиона тоже зашла в гостиную. Но Драко тут же направился обратно в коридор и, зацепившись за перила лестницы, начал подниматься наверх шаткой походкой. - Ты что творишь!? – голос девушки звенел в удушливой тишине дома. Малфой поднялся на второй этаж, толкнул дверь в спальню. Шторы были сняты, на кровати стояли коробки, некоторые вещи аккуратно сложены рядом. Драко остановился в проеме на какое-то время, будто пытаясь уловить смысл картины перед собой, и пробормотал: - Тут тоже… ремонт? Не дождавшись ответа, резко обернулся и пошел дальше. Толкнул дверь ванной. Потом заглянул в кабинет, где уже стояли сложенные стопки книг. Его движения становились все резче, он шумно хватал ручки дверей, врываясь в каждую комнату. - Малфой! - Гермиона поднялась за ним наверх и стояла у лестницы. – Хватит! – уже громче сказала она. Он словно не слышал. Рванул к последней двери, распахнул ее и замер. Комната снова оказалась пустой. - Где он? - прохрипел Драко, оборачиваясь. – Где твой... этот... муж? Пару секунд Гермиона смотрела на него нахмурившись от злости, возмущения и абсурдности ситуации, затем тихо, но твердо произнесла: - Его здесь нет. Мы развелись. Лицо Малфоя исказилось от напряженной попытки сложить слова в голове и последующего удивления. - Вы... что? – пробормотал он, держась за дверной проем. И прежде чем Гермиона успела что-либо ответить, он резко бросился к ней. Схватил за плечи и попытался притянуть к себе, собираясь поцеловать. Девушка в шоке отшатнулась в сторону то ли от неожиданности, то ли от внезапного запаха перегара прямо перед ней, машинально вытащила палочку из кармана и отчеканила: - Остолбеней! Тело Малфоя тут же обмякло и рухнуло на пол. Он лежал, неестественно вытянувшись, и только возмущенно сверкал глазами снизу-вверх. - Отдохни, - сухо бросила Гермиона и, откинув волосы со лба, отправилась на кухню. Тишину дома нарушали лишь тикающие часы и негромкий звук небольших стеклянных пузырьков, которые перебирала девушка. Она покопалась в шкафчике, достала отрезвляющее зелье, набрала его в ложку и вернулась к Малфою. - Слушай внимательно, - сказала она строго, опускаясь рядом с ним на колени. - Я расколдую тебя только если пообещаешь вести себя спокойно. Драко закатил глаза, затем продолжительно моргнул. Гермиона аккуратно влила зелье ему в рот, затем прошептала: - Фините Инкантатем. Малфой сделал шумный вдох, затем медленно приподнялся, облокотившись о стену рядом и провел ладонью по виску. Голова гудела так, будто в черепе бил колокол. Он зажмурился, а потом с трудом сфокусировал взгляд на Гермионе. На ней была простая светлая майка на тонких бретельках и джинсовые шорты. Локоны слегка растрепались, на лице нет и капли косметики. В этом было что-то естественное и домашнее, он привык видеть ее более собранной. - Прости… я перебрал, - выдавил он сипло. - Я заметила, - сухо ответила она, вставая с пола и возвышаясь над ним. - Ванная там, – махнула рукой на дверь. - Хотя, ты уже и сам это выяснил. Приведи себя в порядок. Драко сделал над собой усилие, чтобы подняться на ноги и направиться в ванную. Закрыв за собой дверь, он уставился в зеркало: бледное лицо, растрепанные волосы, ссадина на скуле. Парень умылся ледяной водой, стало чуть легче. Волшебным движением палочки разгладил и очистил одежду - бежевые штаны снова выглядели нормально, белая футболка стала чистой. Среди пульсирующей боли в висках звучали слова Гермионы: «Мы развелись». Он не сразу понял смысл - будто мозг отказался это принимать. Два слова эхом отдавались внутри, разрастаясь, наполняя грудь таким давлением, что становилось трудно дышать. Она теперь одна. Свободна. Не замужем. Джона больше нет. И все рухнуло - его тщательно выстроенное самообладание, его планы, то хрупкое спокойствие, за которое он цеплялся последние месяцы. Он собирался жениться через неделю. Считал, что так правильно. Что другого пути нет. А теперь все оказалось наоборот: именно в тот момент, когда он почти убедил себя отпустить ее навсегда, оказалось, что она свободна, а он сам вот-вот наденет кольцо. Поздно. От осознания этого внутри все перевернулось: будто кто-то одним движением сорвал все привычные декорации жизни. Когда он вышел, Гермионы на втором этаже не было. Драко спустился вниз и увидел девушку, сидящую на диване с бокалом воды в руке. В доме по-прежнему было очень жарко. Малфой неловко поправил футболку и неуверенно произнес: - Извини еще раз. Она недовольно посмотрела в его сторону, но ничего не ответила. Он сел в кресло рядом, смотря перед собой и не зная, как продолжить диалог. - Кхм... скажи... ваш развод... он... он связан со мной? – выдавил парень. Девушка задумалась на пару секунд, разглядывая ближайшие коробки. - И да, и нет. - Он как-то узнал? Это из-за букета? Прости, я был на эмоциях, когда ты ушла тогда, – нервно запричитал, проводя рукой по волосам. - К твоим годам было бы неплохо научиться контролировать свои эмоции, Малфой. Особенно, когда это касается других людей. Но нет, дело не в этом. Драко облегченно и немного наигранно выдохнул. - Думаю, нам просто не стоило изначально быть вместе. Я... я не любила его так, как он того заслуживал. Мы много ругались, я много думала, сильно винила себя за все, сгорала в чувстве вины каждый день. Просто я уже не могла продолжать врать и быть «хорошей», – она говорила устало и размеренно. - Мне жаль... – соврал Драко. - Он собирался к вам на свадьбу, – Гермиона ухмыльнулась. – Я сказала, что ты просто мой бывший однокурсник, и мы иногда общаемся. Что у тебя рестораны и, должно быть, свадьба будет масштабной, поэтому приглашаете много гостей. Он удивился, но, кажется, поверил. - Мне не стоило присылать... - Я не выдержала, когда в один из дней он спросил мое мнение о костюме, в котором он собирался быть на свадьбе, – перебила девушка, игнорируя слова Малфоя. На пару минут в комнате повисла пауза. - Ты переезжаешь? – наконец, понял Драко, смотря на громоздящиеся коробки по всей комнате. - Да. Вернусь в Лондон. Там мои родители, друзья. Он напрягся и повернулся к девушке. - Не уезжай, – выпалил слишком резко. - Почему это? Сидеть в съемной квартире в гордом одиночестве и ждать редких встреч с тобой, когда ты сможешь убежать от жены? – в голосе промелькнула обида. - Ну, я же тебя ждал, – сорвалось у него. Гермиона ахнула, как от удара. - Что? – ее глаза расширились. Малфой поморщился. - Прости. Сказал глупость. Он нервно встал, подошел к окну и открыл одну створку, горячий воздух улицы только усилил жару в комнате. - Блять, да как так-то! – выругался Драко, думая не о погоде. Парень сел на диван, сгорбился, спрятал лицо в ладонях на пару секунд. - Почему ты не сказала, что разводишься? - О, прости, забыла упомянуть об этом во время наших ежедневных бесед, – издевалась она. – И ты вообще-то теперь сам женишься, Драко! Забыл? - Потому что я считал, что ты замужем! Я должен был всю жизнь читать о твоем счастливом браке в журналах и наматывать сопли на кулак!? - О да, в последний год я была очень счастлива! В перерывах между встречами с тобой и самобичеванием! – заводилась она. - Откуда я знал? - А ты хоть раз спрашивал!? - О, прости, что не интересовался твоей семейной жизнью! – он вскинул голову, глаза горели. - Каждый раз ты внезапно появлялся в моей жизни и все становилось только хуже! Но ты никогда даже не пытался быть со мной, я говорила тебе об этом! Ты можешь только катать меня на эмоциональных качелях, исчезать и заявляться за неделю до свадьбы! – она тоже подскочила с дивана и на эмоциях прошлась по гостиной, затем остановилась и скрестила руки на груди, сдерживая дрожь в теле. - Это ты исчезала каждый раз! Каждый раз сбегала в свою правильную и безопасную клетку! Ты отталкивала меня! – их взгляды встретились. Они стояли друг напротив друга, словно два снаряда, готовые взорваться. - А в какой момент я должна была остаться рядом с тобой, Драко?! – почти крикнула она. - Осенью, когда ты вдруг резко соизволил быть нормальным на денек после долгих лет издевательств в школе? Или, может, зимой, когда ты затащил меня в винный погреб, когда моя семья сидела в соседнем зале? Должна была бросить все в Рождество после того, как провела с тобой лишь два дня?! Или весной был хороший момент после того, как ты меня чуть не изнасиловал в душе!? – с каждым предложением ее голос становился все громче. - Не надо сводить наши отношения к этим моментам! – прорычал он. - Но они были! Когда мы с тобой встречались в спокойной обстановке? Когда пытались реально построить что-то нормальное? Назови хоть один раз! Все, что у нас было за этот год – это три дня! Три! - Тебе было удобно прибегать ко мне, когда дома все становилось плохо, – не успокаивался он. - Удобно!? – Гермиона шагнула к нему ближе, ее лицо пылало. – Да я всю свою жизнь разнесла к чертям за этот год! Я потеряла все, что строила и сбегаю обратно в Лондон, – она махнула руками в сторону коробок. – А ты в это время открывал новые рестораны и нашел себе настоящую, «правильную» любовь, на которой собираешься жениться! - Только я снова стою здесь, перед тобой! – парень с силой сжал рукой спинку кресла, стоящего рядом. - Конечно, просто на мальчишнике не хватило веселья! - Ты хоть раз сказала мне, что хочешь быть со мной? Гермиона на мгновение замолчала, возмущенно глотая воздух, а затем, произнесла: - Я… я боялась… - Я тоже боялся, – неожиданно даже для себя самого признался он. Драко шумно выдохнул, сдерживая себя от дальнейшей бессмысленной ругани, которая завела их в тупик. Они замолчали. Стояли напротив друг друга, лица раскраснелись, дыхание рвалось наружу. Малфой поднял глаза на девушку и хрипло сказал: - Поехали на озеро. - Что? – Гермионе на мгновение показалось, что ей послышалось. – О чем ты? - Я нас перенесу, – протянул руку. Она смотрела на него, будто он сошел с ума, но в ее взгляде уже пропала прежняя злость. Лишь усталость. - Ты издеваешься? - Нет. - Зачем мне с тобой трансгрессировать непонятно куда? - Ой, давай без игры в недотрогу, Грейнджер! - раздраженно. - Малфой, я... - Тут невыносимо жарко и везде эти долбанные коробки! – перебил он. – Я не хочу, чтобы все заканчивалось на этой тупой ссоре. - У меня на утро заказана машина для этих долбанных коробок, а я собрала еще не все вещи, – протестовала она. - Я не прошу тебя уехать со мной куда-то на месяц, Грейнджер. Она растеряно оглянулась вокруг и, собравшись с духом, произнесла: - Ладно. - Ладно? – он снова протянул ей руку. - Ладно, – повторила она, касаясь его ладони. Мир дрогнул и все вокруг исчезло. Нью-Йорк испарился в воздухе, липкая жара осталась позади.

~ 18:00 ~

Драко и Гермиона оказались в небольшой гостиной деревянного домика. Рядом стоял коричневый кожаный диван, у стены - камин, над ним полка с бутылкой виски, парой книг и старым шахматным набором. Кресло с теплым клетчатым пледом, низкий столик с оставленной на нем кружкой. За широким окном открывался вид, от которого у Герейнджер сперло дыхание: зеленый лес уходил вниз, за ним блестела гладь воды, а за водой - высокие горы. Ветер еле колыхал верхушки деревьев, сквозь приоткрытую форточку в дом входил запах хвои и прохладной сырости. - Что это за место? - изумленно спросила она, не отрывая взгляда от окна. - Мой дом, - Драко пожал плечами. – Это Аппалачские горы, часа четыре на машине от Нью-Йорка. Сбегаю сюда, когда хочу побыть один и собраться с мыслями. Она хотела спросить был ли здесь кто-то, кроме нее, но он опередил: - Пошли! И вышел на улицу из дома, не оглядываясь. Девушка поспешно последовала за ним. Драко решительно шел первым по тропе между деревьев. Гермиона с наслаждением сделала глубокий вдох чистого воздуха и сразу почувствовала контраст: еще полчаса назад она задыхалась в жарком Нью-Йорке среди бесконечных высоток вокруг, а теперь словно вошла в другой мир. Шум большого города сменился шелестом листьев, умиротворением, запахом хвои и легким ветерком, который едва касался кожи. С каждым шагом ей будто становилось легче дышать – шум мыслей в голове стихал, тревога растворялась в прохладе, плечи расслабленно опустились. Впервые за долгое время она поймала себя на том, что улыбается. Они вышли к воде. Озеро раскинулось гладким зеркалом, в котором отражались облака. Тихое, безмятежное. - Красиво… - выдохнула Гермиона. Они стояли рядом, и вдруг почувствовали ту странную легкость, которая приходит, когда терять уже нечего. Он женится, она скоро уедет, а все обиды уже выброшены наружу в душной гостиной. Они словно выгорели до пепла, и в этом пепле оказалось неожиданное спокойствие - отчаянное, но освобождающее. Им больше нечего было доказывать или скрывать. - Пошли купаться, - сказал он неожиданно легко. - Что? Прямо сейчас? - она вскинула брови. - Нужно было запланировать это за неделю? - ухмыльнулся Драко и, не дав ей возразить, начал стягивать одежду, бросая ее прямо на песок. Оставшись в одних трусах, он с разбега вбежал в воду и с плеском окунулся. Вынырнул довольный, встряхнул головой и крикнул: - Я жду! - Ты невыносим, - сказала она, но уже улыбалась, стягивая шорты. Когда Гермиона осталась в нижнем белье и майке на тонких бретелях, она медленно шагнула вперед, позволяя воде подняться сначала до щиколоток, потом до коленей. По коже побежали мурашки. Озеро было прохладным, но приятным. - Давай позже, холодно! – сказала она, зайдя в водоем по пояс. Драко подплыл ближе и плеснул в нее водой. - Эй! - Гермиона прикрыла лицо руками, но он снова брызнул, и она расхохоталась. – Все, я выхожу! – сказала она, пятясь назад. Тогда Малфой подплыл ближе и рывком ухватил ее за руку, таща в глубину. Она вскрикнула, звонко засмеялась, завизжала и безуспешно попыталась вырваться. Освободившись от его рук, она облила его в ответ, попав прямо в лицо, и Драко, захохотав, нырнул, чтобы скрыться. Гермиона крутилась в воде, ожидая, откуда он вынырнет и взвизгнула, когда он выскочил сзади и обхватил ее за талию. Они плескались, ныряли, брызгались, как будто снова были подростками, у которых впереди целое лето и никаких проблем за спиной. Только беззаботная радость, прохладная вода, солнце и смех, разносившийся по лесу. В какой-то момент, оказавшись слишком близко, они замерли. Вода скользила по их лицам, дыхание смешалось. Гермиона подняла глаза и встретилась с его взглядом. Солнце резало воду золотыми бликами, капли стекали по ее губам, и Драко, зачарованный, смотрел, как они дрожат. Парень шагнул ближе, руки обвили талию девушки. Он поцеловал ее. Неосторожно, отчаянно, будто задыхался все это время. Его губы были чуть солоноватыми и горячими даже через прохладу воды. Она ответила также – резко, с надрывом, прижимаясь к нему еще сильнее, обвивая руками его шею. - Я так скучал, - шептал он сквозь поцелуи, срываясь. - Каждый день. Мне так тебя не хватает, – его ладони скользнули по ее мокрой спине. Она не отвечала словами - только сильнее целовала его, забыв про всю боль, расстояния и запреты. Ее тело откликалось на каждое его прикосновение, дыхание смешивалось. Они растворялись друг в друге, позволив себе не сопротивляться этому. Малфой и Грейнджер вышли из воды тяжелые от мокрой одежды и эмоций, и опустились на мягкий песчаный берег. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая поверхность озера в золотисто-оранжевые переливы. Гермиона, не думая, опустила голову на его теплое плечо. И в этом было столько спокойствия, что она закрыла глаза. Драко молчал какое-то время, вглядываясь вдаль, туда, где лес сходился с линией горизонта. Потом его голос прозвучал неожиданно ровно, почти глухо: - Скажи мне все отменить, и я отменю. Гермиона чуть сильнее прижалась щекой к его плечу и удивленно открыла глаза. Но ее ответ был таким же спокойным, как и его вопрос: - Если бы ты сам хотел что-то сделать, ты бы уже сделал. Я не буду вешать это решение на себя. Повисла тишина. Ветер тихо шевелил листья, над водой кружили стрекозы. Она убрала голову с его плеча, выпрямилась и посмотрела перед собой, обхватив колени руками. - Ты ее любишь? - спросила вдруг, глядя куда-то в озеро. Он на секунду замер, как будто ему хотелось, чтобы вопрос остался без ответа. Но затем тихо произнес: - Она… хорошая. С ней легко, весело… мы много смеемся вместе. Но я никогда не чувствовал с ней столько, сколько с тобой. Гермиона опустила взгляд в песок, сжала ладонями колени сильнее. - Где вы познакомились? - Она повар, - выдохнул он, почти не глядя на нее. - Работает в моем новом ресторане в Сан-Франциско. Мы вместе делали меню. Сначала просто работа… потом все как-то завертелось, я хотел забыться. Слова повисли в воздухе, тяжелее и реальнее, чем все, что было до этого. Улыбки и смех остались в озере, а здесь, на берегу, накатывала привычная тяжесть. Мир снова напоминал о себе. Они замолчали. Сидели рядом, слушая плеск воды и шелест листвы. Над озером пролетела стая птиц, солнце медленно уходило за горы. Все вокруг казалось спокойным, но внутри нарастала пустота и тревога. Не выдержав тяжелой тишины, Гермиона поднялась, стряхнула с ладоней песок и молча направилась в домик. Драко грустно посмотрел ей в след, будто собираясь с силами, прежде чем последовать за ней. Войдя в дом, Грейнджер медленно прикрыла за собой дверь. Прошла на кухню и бездумно включила чайник, провела ладонью по лицу. Все, что произошло за последние часы, навалилось сразу. Ссора в ее квартире, крики, обиды, признания, озеро, поцелуи, реальность в виде предстоящей свадьбы. Все слилось в один сплошной ком, от которого хотелось то ли закричать, то ли просто исчезнуть. Еще прошлым вечером он отмечал мальчишник с друзьями, а теперь сидел рядом с ней у озера и рассказывал о невесте: «Она хорошая, с ней легко». Каждое слово било как по открытой ране. Она знала, что не имеет права ревновать. Не имеет права запрещать ему жениться. Знала, что сама когда-то выбрала уйти, что сама закрывала дверь снова и снова. Но ревность и обида все равно жгли, поднимаясь горечью к горлу. Девушка налила кипяток в кружку, выдохнула и уставилась в деревянный потолок. Ей хотелось злиться - на него, на себя, на обстоятельства. Но злость почему-то растворялась в усталости. Выйдя на террасу, Гермиона села в деревянное кресло, согревая ладони о кружку с чаем. Из приоткрытой двери дома доносилась тихая музыка - старая мелодия с радио, наполнявшая вечер мягкой тоской. В воздухе пахло хвойной свежестью, где-то внизу перекликались сверчки. Драко показался из-за угла, шаги его были чуть замедленными, словно он подбирал правильный момент, чтобы показаться, чувствуя неловкость и вину за сложившиеся обстоятельства. В руках он держал собранный букет из полевых цветов - колокольчики, ромашки, веточка папоротника. Он с легкой улыбкой протянул их Гермионе неловко, как мальчишка, впервые решившийся подарить цветы. Она удивленно вскинула брови, потом не удержалась и тоже расплылась в улыбке - теплой, но немного грустной. Взгляд скользнул с его лица на букет и задержался, девушка пыталась запечатлеть этот момент в памяти. - Давай уедем отсюда, пока не поздно, - сказала она тихо. Он покачал головой. - Я никуда не поеду. - Драко… - ее голос дрогнул. - У тебя есть невеста. Я не хочу разрушать еще одну судьбу. Я знаю, что это значит - жить с изменой на совести, не хочу втягивать в это же и тебя. - К сожалению, это не самое ужасное, что я делал в своей жизни, - Малфой горько ухмыльнулся, его взгляд потемнел. Она тоже едва заметно ухмыльнулась, опустив глаза. Повисла пауза. Драко сел в соседнее кресло, и они молчали какое-то время, глядя на уходящий в сумерки лес. - Кажется, это наша последняя встреча, - тихо произнесла Гермиона. Драко повернулся и посмотрел ей прямо в глаза, немного нахмурившись. Тогда она продолжила: - Так не может продолжаться бесконечно. Что дальше? Второй год? Третий? Мы только разрушаем жизни - других и свои. Ты - Драко Малфой, я - Гермиона Грейнджер. У нас разные дороги. Так всегда было. Я уеду, а ты женишься. И, может быть, хотя бы тебе удастся стать счастливым. Драко встал с кресла. Несколько мгновений стоял, тяжело дыша, а потом отвернулся, облокотившись на перила террасы, сжав их так, что побелели пальцы. В груди все рвалось на части. Он понимал, что Гермиона права. Что их история не имеет будущего. Но при этом его охватывала паника: он не мог позволить этому вечеру закончиться. Не мог отпустить. Chezile - Topic – Beanie Он хватался за любую возможность растянуть эти минуты, задержать ее рядом, обмануть время, даже если завтра все рухнет. Через неделю у него свадьба, но вместо предвкушения новой жизни он чувствовал, что эта ночь - последняя, что на самом деле принадлежит ему. И он хотел прожить ее до конца. Парень обернулся, его лицо было напряженным, взгляд - острым и болезненно решительным. - Тогда я хочу, чтобы этот наш последний вечер стал лучшим в моей жизни. Он протянул ей руку. - Потанцуй со мной. - Что? - Гермиона удивленно приподняла голову. - Потанцуй со мной, Грейнджер, - в его голосе не было и тени насмешки. Она колебалась всего мгновение. Поставила кружку на столик, рядом оставила цветы и вложила свою ладонь в его. Драко притянул ее ближе. Музыка из домика тихо лилась на террасу, мягкие аккорды ложились на вечернюю тишину. Они двинулись в такт - неуклюже, слишком близко, слишком правильно и неправильно одновременно. Драко обнял ее за талию, она положила ладонь ему на плечо. Их медленные и тихие шаги растворялись в музыке. Под потолком террасы мягко светилась гирлянда из маленьких лампочек, мерцая в темноте. Гермиона чувствовала тепло парня, его дыхание, биение сердца. Они кружились в этом маленьком мире, который существовал только для них двоих. Но в этом замкнутом мгновении счастья, где не существовало ни прошлого, ни будущего, каждому было ясно: время все равно идет. Этот вечер закончится. И с ним - они. И когда он склонился к ней ближе, она знала, что не отстранится. Их губы встретились нежно и осторожно. Гермиона прижалась к нему чуть ближе, нащупывая руками его шею. Горькая сладость последних мгновений делала прикосновения особенными. Драко провел пальцами по ее щеке, скользнул к затылку, зарываясь во влажные после озера волосы, властно притягивая ее к себе. Поцелуй стал глубже, смелее, дыхание - тяжелее. Он целовал ее так, будто хотел запомнить вкус каждой секунды. Ладони Малфоя обхватили ее талию, потом осторожно пробрались под майку девушки. Пальцы коснулись кожи на спине, и Гермиона выгнулась навстречу, дыхание сбилось. Он прижал ее еще ближе, и она ощутила его горячее и твердое возбуждение. От этого внутри нее все сжалось, а потом разлилось теплом, дыхание стало прерывистым. Его руки скользнули выше, к груди девушки. Она вздрогнула, выдох сорвался с губ. Драко сжал ее сильнее, почувствовав, как напряглись соски от его прикосновения, а Грейнджер тихо застонала. И этот звук сорвал последние остатки контроля. Их поцелуи и касания становились все более жадными, отрывистыми, наполненными голодом, от которого кружилась голова. Гермиона провела пальцами по его шее, по ключице, груди, животу и стала медленно спускаться еще ниже. Драко стиснул зубы, будто удерживая себя от чего-то большего, чего-то почти звериного. Все вокруг - лес, гирлянда, музыка – утонуло в этом нарастающем пламени. Драко отстранился лишь на миг, лбом касаясь лба, голос его был хриплым и низким: - Пойдем в дом… примем ванну после озера. В его тоне не было обычной ухмылки или игры - только желание, только решимость и тихая мольба продлить этот вечер. Гермиона молча кивнула с затуманенным взглядом. Драко взял ее за руку и направился в дом. Голова была ватной, тело – натянутой струной. Казалось, еще шаг – и они сорвутся, не дойдя до ванной.

~ 20:25 ~

В центре комнаты стояла массивная чугунная ванна на изогнутых ножках. Лампочка под потолком светила мягким желтым светом, отбрасывая тени на светлые стены. В узкое окно заглядывали темнеющие кроны сосен. Драко подошел к другой стороне ванной и включил воду. Струя с шумом зажурчала, наполняя комнату мягким эхом. Горячая вода поднимала легкий пар, и туманная вуаль медленно заполняла пространство. Гермиона осталась стоять на месте – теперь их разделяла только ванна и это плотное облако тепла. Она поймала его взгляд – прямой, напряженный. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Затем девушка, не отрывая глаз от парня, медленно сняла майку. Ткань скользнула по ее телу, открывая плечи, грудь, тонкую талию. Свет лампы мягко ложился на них, подчеркивая линию ключиц. Малфой коротко выдохнул, губы дрогнули, будто он хотел что-то сказать, но не смог. Гермиона уловила это и едва заметно улыбнулась, чувствуя, как в ней растет азарт – власть над его вниманием опьяняла. Она расстегнула пуговицу на шортах и неторопливо потянула их вниз. Ее бедра и стройные ноги открывались постепенно. Едва уловимый звук молнии, касание ее пальцев к коже – все это делало момент невыносимо интимным. Девушка заметила, как Драко сжал челюсти, боролся с порывом шагнуть к ней. Он не мог оторваться от нее, и это заводило все сильнее - видеть, как он теряет самообладание. Когда белье оказалось последним барьером, она на секунду замерла. Еще миг, и девушка осталась полностью обнаженной. Малфой выглядел так, будто удерживал себя на грани изо всех сил, ему нравилась эта игра. Гермиона почувствовала, как дрожь возбуждения пробежала по ее телу – она наслаждалась тем, что способна довести его до такого состояния. Секунда – и его сдержанность лопнула. Парень сорвал с себя футболку резким движением, будто она жгла ему кожу. Потом на полу оказалась и остальная одежда. Желание, острое и невыносимое, читалось в каждом сантиметре его напряженного тела. Он лег в ванну и посмотрел на нее восхищенным взглядом снизу-вверх. Гермиона тоже опустилась рядом и легла прямо на Драко, облокотившись спиной о его грудь, расслабляясь, погружая податливое тело в воду. Она ощутила его возбуждение спиной. Это вызвало в ней приятную дрожь. Малфой обнял ее. Ладони заскользили по коже девушки, омывая, исследуя. Он взял душ, направил струю воды на ее плечи, потом ниже, к груди и животу. Контраст горячей воды и прохладного воздуха из окна сводил с ума - она вздрагивала, коротко выдыхала, не в силах сдерживать звуки. Когда его ладони обвили ее грудь, она едва удержалась, чтобы не выгнуться сильнее. Кончики пальцев двигались медленно и осторожно, а она таяла, переставая различать, где заканчивается вода и начинается он. Она больше не могла терпеть. Развернулась к нему лицом, колени уперлись в его бедра. Во взгляде не осталось ничего, кроме желания. Гермиона жадно его поцеловала. Она прижималась к нему так близко, насколько это было возможно, чувствуя, как ее тело горит. Она скользнула вниз, губы оставляли следы тепла на его коже - от шеи до живота, опускаясь все ниже и ниже. Когда ее язык коснулся его члена, Драко откинул голову назад, сдавленный стон сорвался с горла. Ощущения были острыми и долгожданными. Он сжимал край ванны, запрокинув голову, дыхание стало рваным. Все вокруг будто расплылось – осталась только она. В какой-то момент он не выдержал - его ладонь оказалась на ее подбородке, движение было уверенным, почти властным. Взгляд Драко был темным, тяжелым. Он притянул ее обратно к себе, и их губы снова встретились. Когда она села на него, оба ощутили резкий прилив наслаждения и освобождения. Секс был безумным - в нем было все: страсть, нежность, ревность, злость, тоска, любовь и невозможность ее прожить иначе. Она двигалась на нем, хватаясь за его плечи, задыхаясь от переполняющих эмоций, а он держал ее за бедра, помогая задавать ритм. Вода вырывалась через край, горячие брызги били в пол, но они не замечали ничего, кроме друг друга. Она стонала в его губы, Драко отвечал ей тем же, кусал, целовал, гладил, будто хотел запомнить на ощупь. Гермиона сжимала его плечи, вдыхая его запах, его вкус, его присутствие. Каждый поцелуй был клятвой и прощанием одновременно. Их тела сливались, и все вокруг растворилось в жаре воды, звуках дыхания и ощущении, что это единственный момент, когда они живы по-настоящему.

~ 21:40 ~

Они вышли из ванной - Драко с полотенцем, небрежно завязанным на бедрах. Гермиона - в его большом махровом халате, в котором она почти утонула: рукава закрывали пальцы, подол касался пола. Она запахнула его потуже, проводя рукой по мокрым спутанным кудрям. - Хочешь есть? – спросил Драко. Гермиона кивнула. - Очень. - Я, если честно, не думал, что этот день будет… таким, - он провел рукой по затылку, усмехнувшись. – Так что нормальной еды нет. Но я что-нибудь сейчас найду. Обещаю романтичный ужин, мисс Грейнджер. Он скрылся на кухне и через несколько минут в его руках оказались пакетом хлопьев, молоко, пара банок конвертированного супа и коробка крекеров. - А вы точно повар, мистер Малфой? – улыбнулась девушка, подходя к столу. - Прости, я просто… - Все отлично, Драко, - перебила она, подходя ближе. - Я обещал романтику, - тихо пробормотал он и в следующую секунду сделал то, от чего Гермиона снова не смогла сдержать улыбку. – Люмос. Малфой достал свою волшебную палочку, поставил ее вертикально на стол в прозрачный стакан, и та зажглась мягким золотым светом, будто свеча. - Дай свою, - попросил он. Гермиона взяла свою палочку, лежащую неподалеку, и протянула парню. Через мгновение на столе горели две «свечи», и простая еда вдруг стала казаться частью уютного ужина. Парень стал поспешно сервировать стол, насколько это было возможным, попутно открывая хлопья и суп. Они сели за стол. Сначала ели молча, но тишина не тяготила - напротив, в ней было что-то удивительно уютное. Гермиона улыбнулась ему игриво, чуть приподняв брови, и «свечи» из палочек засияли теплее, отражаясь в ее глазах, мягко освещая ее лицо, кудри, изгиб губ. Драко не сводил с нее взгляда - ему нравилось просто видеть ее такой: спокойной, мягкой. Он протянул руку и коснулся ее ладони, которая лежала на столе. - Ты очень красивая, - сказал он негромко, будто боялся нарушить магию момента. Гермиона коротко кивнула, улыбаясь: - Спасибо. И неловко убрала руку, будто не знала, куда ее деть. Смущение коснулось ее так неожиданно - она не привыкла видеть его таким открытым, искренним, нежным. В этом было что-то опасное - будто от его слов можно было потерять последние границы, раствориться в своих чувствах окончательно без возможности вернуться в привычную жизнь. - В детстве мама каждое утром делала мне хлопья, - нарушила паузу Гермиона, зачерпнув ложкой это изысканное блюдо. – Я ненавидела рано вставать, но запах молока и шорок пачки хлопьев поднимали меня быстрее. Иногда она уходила на работу раньше и оставляла мне на столе маленькие записки, вроде: «Сегодня у тебя все получится». - Это очень мило, тебе повезло, - Драко задумчиво взглянул на тарелку, что-то вспоминая. – Я всегда хотел чего-то такого… обычного, простого. Сладких хлопьев, бутерброд. А у нас все было… - он закатил глаза, - пафосно. - Ох уж эти ваши богатые проблемы, Малфой, - засмеялась девушка. - Я серьезно! Домашние эльфы накрывали огромный завтрак, каждый раз тащили на стол серебряные приборы, фарфор, трехъярусные блюда. А я чувствовал себя особенно маленьким за этим бесконечным столом, и мечтал о простых хлопьях, или шоколадных шариках. - Да, очень жалко тебя… врагу не пожелаешь, - продолжала издеваться Гермиона. Драко посмотрел ей прямо в глаза и прищурился. - Да шучу я, шучу, - с улыбкой. – Я понимаю, о чем ты. - Простые вещи запоминаются больше всего. Я помню, например, как мама учила меня читать. Она садилась рядом и вслух читала мне сказки страниц пять, а потом просила меня прочитать хотя бы одну страницу. - Это очень теплые воспоминания. - А с отцом… мы летали. Он сажал меня на свою метлу, и мы часами могли кружить над садом, пока я не научился держаться сам. - Я не думала, что когда-нибудь услышу такие истории от Драко Малфоя, - сказала она, улыбнувшись. - А я не думал, что буду рассказывать это Гермионе Грейнджер, - ухмыльнулся он. Они рассмеялись. В тут – вибрация. Экран телефона на столе загорелся. Джулия. Драко напрягся и сразу нажал «отбой». - Ты можешь ответить, - спокойно сказала Гермиона, глядя на телефон. - Потом, - отрезал он и потянулся к еде. Снова вибрация. И снова. Она резонировала, как удар колокола, пробивая уют, который они только что построили. Казалось, весь хрупкий мир, созданный свечами и смехом, рушился от одного звука. - Драко, возьми трубку, - повторила она, но теперь уже с холодной ноткой в голосе. Он промолчал, прикрыв глаза от внутренних противоречий. Вибрация дрожала в столе, будто чужая реальность пробивалась сквозь стены, сквозь воздух, разламывала их вечер пополам. - Мы не можем просто игнорировать это, - голос девушки дрогнул. Гермиона встала из-за стола и ушла в спальню, закрыв за собой дверь. Девушка легла на бок на кровати, прижимая колени к груди и чувствуя, как дышать становится все труднее. Будто грудная клетка стянулась тугой лентой, не давая легким расправиться. Слезы подступили к горлу, к глазам. Потом начали медленно катиться вниз, теплые и беспомощные. Она не пыталась их остановить, просто смотрела в одну точку, ощущая, как тяжесть расползается по всему телу. В висках стучало. Все вокруг расплывалось: деревянные стены, прикроватная тумба, даже собственные руки. Их встречи, этот день, казались слишком хрупкими, слишком временными. Завтра он снова будет чужим. Мир сжимается в маленькое темное пространство, где есть только боль и пустота. И в этой пустоте она впервые осознала: это действительно их последний вечер. В дверях показался Драко. Он стоял, опершись плечом о косяк, и молчал. Смотрел на Гермиону - маленький комок на кровати. Она казалась ему недосягаемой, даже если вытянуть руку, словно ускользала куда-то в глубину себя. В каждом ее вдохе, в каждом дрожащем выдохе он винил себя. Хотелось забрать эту боль, вынуть ее из ран, раздавить в себе, как яд. Но это было невозможным. Тогда он просто медленно подошел и лег рядом, не сказав ни слова. Обнял девушку крепко, прижимая к себе со спины, и почувствовал, как ее напряженное тело вздрогнуло от прикосновения. Он безмолвно зарылся лицом в ее волосы, впитывая их влажный запах, ощущая, как пряди щекочут его щеку. Гермиона не сопротивлялась, но лежала натянутая, как струна, а потом разрыдалась с новой силой. Это сводило его с ума. Ему хотелось закрыть ее собой, укрыть, поставить стену между ней и этим больным миром. Но он мог только держать ее в своих руках так крепко, как только мог. И в этом было больше слов, чем они когда-либо могли сказать. Через некоторое время девушка медленно повернулась к нему лицом. Глаза покрасневшие, лицо заплаканное. Она собиралась что-то сказать, но Драко опередил ее - взял ее лицо в свои ладони и чуть отстранился, чтобы видеть ее лучше. - Я не могу смотреть на тебя такой, - выдохнул он мучительно. - Из-за звонка. Из-за меня. Второй раз за вечер. Я причиняю тебе боль каждый раз, когда появляюсь. И все равно… - он замолчал, подбирая слова. - Все равно я не могу тебя отпустить. - Перестань, - устало прошептала она. - От таких разговоров только хуже. Все это должно быть прекратиться однажды… - Я не могу даже представить, что все просто закончится, - сказал он чуть громче. - Что я уеду, женюсь, а мы больше никогда не увидимся. Что дальше? Он смотрел куда-то перед собой, а потом, немного поколебавшись, быстро добавил: - Я перееду с тобой в Лондон. Гермиона сначала взглянула на него ошарашенно, а потом ее лицо искривило раздражение, будто она решила, что он издевается и говорит несерьезно. - Что? – в ее голосе были удивление и злость одновременно. - Я серьезно. - Драко… - она села на кровати, оказавшись к нему спиной. – Это будет ошибкой. - Ошибкой будет, если я снова тебя отпущу! Если мы снова окажемся в разных жизнях, в разных городах, с другими людьми. Что дальше? Найдешь себе нового адвоката и будешь счастлива? - Замолчи, - прошептала она, но голос дрогнул. - Да, будет тяжело, мы будем ссориться, - он поднялся с подушки и сел рядом с ней, - мне все равно. Пусть будет не идеально. Пусть меня ненавидит Джулия и вся ее семья. Я со всем разберусь. Я хочу, чтобы ты была рядом. - Наши отношения тяжело назвать здоровыми, - горько усмехнулась Гермиона. - Да какая, к черту, разница!? - сорвался он. - Может, я не хочу чепуху про «жили они долго и счастливо»? Я хочу видеть, как ты закатываешь глаза, когда я несу чушь, а потом все равно целуешь меня. Хочу каждое утро просыпаться рядом, а не вспоминать, как ты выглядишь! Он говорил все быстрее, будто боялся, что она сейчас не выдержит и уйдет. Но Гермиона лишь качала головой. - Драко, ты даже не понимаешь, о чем говоришь. Это только звучит красиво. Мы провели вместе три дня за весь год. Четвертый еще не закончился. Мы просто сбегали от реальности, оба. Ты не знаешь, каково это - быть со мной каждый день. - Тогда позволь мне научиться этому. - Ты готов вернуться в Лондон? - ее голос стал тверже. - Ты считаешь, что будешь там счастлив? Ты же сбежал оттуда, сам рассказывал! Бывший Пожиратель смерти, приехавший вместе с подружкой Поттера? Ты готов к этому? Готов снова видеть себя в газетах каждую неделю? Он не ответил. - Готов оставить бизнес, который строил годами? Или мы снова будем также редко видеться, потому что ты будешь вечно в разъездах? Он все так же молчал. - Готов сидеть напротив Гарри за рождественским ужином и делать вид, что все в порядке? Готов прийти со мной к семье Уизли и улыбаться? Драко поспешно встал с кровати, желая отдалиться от ее слов, подошел к окну и распахнул его. Прохладный горный воздух хлынул в комнату, колыхнув занавески. Парень неспешно взял пачку сигарет на прикроватной тумбе. Пламя от зажигалки вспыхнуло в полумраке, вздрогнув от ветра. Он сделал глубокую затяжку, смотря вдаль на темнеющий лес. Лицо неподвижное, каменное. Дым вырывался короткими толчками, будто каждое движение причиняло боль. Пепел падал на подоконник. Он поднял руку, коснулся виска, пытаясь успокоить гул в голове. Потом медленно выдохнул, глядя вниз, после этого повернулся к Гермионе, задержался на ней, и снова отвернулся. Когда Малфой, наконец, заговорил, голос был хриплым: - За этот год мы уже трижды пытались начать жизнь с чистого листа друг без друга. И как? Получилось? Мне не нужно четвертого раза, чтобы понять, к чему это приведет. Она ничего не ответила. Малфой медленно вернулся к кровати и снова сел рядом. - Но и быть вместе у нас не очень-то получалось, если ты заметил, - прошептала она. - Мы разрушали друг друга каждый раз. Он вздохнул, накрыл ее ладонь своей, а потом лег на кровать, потянув ее за собой. Некоторое время они просто смотрели в потолок, слушая, как за окном шумят деревья. - Нам необязательно принимать какое-то решение прямо сейчас, - наконец сказал он. - Оставим это до завтра. Я буду в Нью-Йорке до вечера, потом улетаю. Но я готов все отменить. Мысли Гермионы метались, в груди все переворачивалось, будто сердце разрывали руками. Она повернулась к нему лицом, положила руку ему на грудь и тихо сказала: - Я хочу любить тебя до конца жизни так, как сейчас… И все, что я могу сделать для этого - сохранить все, что было между нами, в памяти. Понимая, к чему она клонит, Драко взволнованно развернулся к ней. - Нет, не говори этого! - произнес быстро. – Не хочу это слышать, не смей. Он притянул ее к себе, обнял, пряча в своих руках. - Реальность всегда все разрушает, - прошептала она в его грудь. - Я боюсь, что мы не справимся. Давай оставим все здесь, в этом доме… Она говорила все тише. Голос дрожал, ломался. А он обнимал ее еще крепче, чувствуя, как она буквально сжимается и исчезает в его руках. - Я люблю тебя. Прости меня, - она всхлипнула. – Ты знаешь, так будет лучше. Он зажмурился, вжимаясь лбом в ее волосы. Стиснул зубы. Ему хотелось перестать слышать эти слова. Он прижимал ее к себе так близко, как будто если бы мог оставить девушку рядом с собой физически, то разрушающего завтра не наступит никогда. - Прости меня. Прости, Драко, я не могу. Ты же знаешь, что… - ей было тяжело договорить. – Знаешь, что у тебя другая жизнь… скажи, что… скажи… Его ладони гладили ее по спине, а она рыдала все сильнее, прижимаясь к груди парня. Он покачивал ее, как ребенка, шепча что-то еле связное в ответ, просто чтобы тишина не добила окончательно. И так, переплетенные руками, выжатые изнутри, они лежали, пока дыхание не стало тише. Пока за окном не стих ветер. Пока не осталась только тяжелая тишина, в которой они заснули - уставшие, опустошенные, все еще держащие друг друга.

~ 03:46 ~

Гермиона проснулась глубокой ночью. Она постаралась сфокусироваться на очертаниях комнаты в ночи и не сразу поняла, где находится, пока не ощутила тепло рядом. Его дыхание, его руку, лежащую на ее талии. Драко спокойно спал. Лунный свет, пробивающийся сквозь тонкие шторы, ложился на его лицо. Светлая прядь волос упала на лоб, губы приоткрыты, дыхание ровное, глубокое. На скуле - едва заметная ссадина, напоминающая о веселой ночи с друзьями. Во сне он казался ей еще красивее. Девушка лежала, не двигаясь, впитывая это зрелище, боясь даже моргнуть лишний раз. Смотрела, как его грудная клетка едва заметно поднимается и опускается, как ресницы иногда подрагивают во сне, как уголок губ чуть приподнят, будто он видит что-то хорошее во сне. Ей хотелось коснуться его щеки, но она не позволила себе сделать это. Аккуратно, почти незаметно, Грейнджер выскользнула из его объятий. Простыня слабо шуршала, когда она отодвигалась, стараясь не разбудить его. Каждое движение давалось с трудом, словно тело сопротивлялось ее решению. Сев на край кровати, Гермиона обернулась. Драко спал на боку, его рука, соскользнув, теперь покоилась на подушке, где минуту назад лежала она. Девушка смотрела на него долго, слишком долго. Наклонившись, она замерла на секунду, почти касаясь его лица дыханием, а потом едва ощутимо поцеловала в щеку. Гермиона закрыла глаза, чтобы запомнить тепло его кожи, запах, вкус этой секунды. Потом поднялась. У двери задержалась. Свет луны очерчивал его фигуру на постели - будто картину, слишком совершенную, чтобы быть настоящей. Она провела рукой по дверному проему, глубоко вдохнула и почти неслышно прошептала: - Прощай. В груди все сжалось. И прежде чем сердце успело настигнуть разум, из гостиной раздался тихий хлопок трансгрессии.

~ 14:40 ~

Металлический звон ножа о разделочную доску был резким и раздражающим. Драко стоял у плиты и методично шинковал зелень. В движениях не было привычной ловкости. Лезвие скользнуло по пальцам, он дернулся, выругался сквозь зубы, но даже не посмотрел - просто встряхнул руку, оставив алую полоску на белом фартуке. На сковороде что-то зашипело, масло брызнуло на плиту. Кто-то из поваров повернул голову, но тут же отвел взгляд. Никто не хотел попадаться под руку шефу. Кухня, обычно наполненная слаженным шумом и разговорами, будто вымерла. Звук кипящей воды, стук кастрюль, тихие шаги по плитке - все было в напряжении. Драко открыл духовку слишком резко, облако горячего воздуха ударило в лицо. - Черт… - глухо выдохнул он и с грохотом захлопнул дверцу. Он неподвижно замер над плитой, опершись о ее край, и смотрел, как еда медленно превращается в непонятную массу. Все валилось из рук. Голова гудела. Перед глазами - не кухня. Ее лицо. Влажные волосы, падающие на плечи. И шепот: «Давай оставим все здесь». Он сделал глубокий вдох, но это не помогло. В этот момент дверь из зала приоткрылась, и на кухню неуверенно вошел официант. - Шеф... - голос сорвался, он кашлянул, - мистер Малфой, там одна странная… - Не сейчас, Джек, - бросил Драко, даже не повернув головы. - Но, простите, вас… - Не сейчас! - рявкнул он, повернувшись так резко, что задел тарелку на столе, и она разбилась. Джек вздрогнул, но не ушел. - Просто… она просит... - Джек, - Драко шагнул ближе, глаза сузились, голос стал ледяным. - Я могу хотя бы один день не подтирать вам всем сопли и не выслушивать тупые проблемы? Парень попятился. - Да, шеф… извините, шеф. Откуда-то сбоку раздалось шепотом: - Скажи, что мы не точка с апельсинами на рынке, мы ресторан… Драко замер на мгновение, затем повернулся к Джеку. - Стоять! В руке Малфоя был большой нож и от его блеска официант, казалось, побледнел. - Говори. - Я… я разберусь, мистер Малфой, - пробормотал Джек, опуская взгляд. - Говори. Что. Случилось, – отчеканил Драко. - Там, за столиком, сидит странная дама и хочет заказать просто три апельсина. Я сказал, что мы ресторан, а не магазин, но она настаивает. Просит передать заказ лично вам. На долю секунды на кухне повисла тишина. - Я скажу ей, что… - Заткнись и сиди тут, - отрезал Драко. Он бросил нож на стол, судорожно развязал грязный фартук и сорвался с места. Быстро вышел в коридор, почти бегом, чувствуя, как сердце колотится в груди. Он так боялся ошибиться. Буквально влетел в большой зал с посетителями. Ресторан жил своей жизнью - звон посуды, гул разговоров. Драко быстро обвел взглядом помещение - одно лицо, другое, третье… Его дыхание сбивалось. В груди что-то болезненно тянуло. А вдруг это не она? Вдруг он просто сходит с ума? И вдруг - увидел. У самого окна. Она. За дальним столиком сидела Гермиона в белом легком платье с тонкими бретелями. За ее спиной светило яркое солнце, лучи подсвечивали ее локоны, делая их почти золотистыми. Девушка смотрела прямо на Драко и широко улыбалась. Той самой улыбкой, с которой он уже успел попрощаться этим утром. Все вокруг растворилось – стены, люди, звуки. Осталась только она и ее улыбка. Он стоял и любовался ею, не в силах пошевелиться, не в силах сделать шаг, чувствуя, как из груди уходит напряжение, как внутри что-то оттаивает, как возвращается дыхание. И вместе с ним - счастье. Настоящее, теплое, летнее. - - - - - Друзья, спасибо всем, кто дочитал серию "1440 минут"! Особенно тем, кто в режиме реального времени ждал месяцами, как я не укладываюсь во все запланированные "сезонные" графики)) Год назад снова начать писать хоть что-то после многолетнего перерыва было для меня безумно волнительно. Но я так рада, что все эти истории, рожденные на кухне с подругой, нашли своих читателей, да еще и вызвали столько противоречивых мнений, рассуждений! Ничего не вдохновляет сильнее. Спасибо! Уже есть пара новых идей, которые, надеюсь, начну писать скоро, поэтому буду рада видеть вас среди подписчиков тут и в телеге - @ss_masha_Dramione