Банные мандзю и Заврианское печенье

      Кокоми вздохнула, переворачивая страницу одного из своих лёгких романов, которые когда-то давно тайком купила во время фестиваля Иродори. С того дня прошло уже несколько лет, но ей очень нравилось иногда перечитывать купленные тогда книги. Они напоминали о хорошей погоде на острове Рито, прогулкам по мощёным улочкам и тихому шелесту кленовых листьев над головой под шум снующих туда-сюда прохожих.       Сейчас у неё было больше свободного времени, чем когда-либо. Это было ужасно непривычно для неё, но ей это нравилось.       Восседая в уютной кровати среди множества мягких подушек она была похожа на довольную своей жизнью богиню. Когда-то стройная и нежная, сейчас Кокоми была больше себя прошлой практически в три или четыре раза, занимая так много места на белоснежных простынях. Широкие бёдра, пышный и нежный словно тесто выпирающий вперёд живот, слегка блестящий от массажного масла, сравнительно небольшая при её немалых объёмах грудь, задорно лежащая поверх него. Вся в мягких линиях, прекрасная и совершенная. Одетая в короткую лёгкую майку и маленькие шортики (которые было практически не видно из-за её объёмов), с собранными в большой пучок светлыми волосами она наслаждалась книгой.       Её жизнь кардинально поменялась за каких-то три или четыре года. Стратег и жрица острова Ватацуми теперь предпочитала тихонько отдыхать и проводить дни в своей комнате, читая книги и наслаждаться тишиной. В компании разных сладостей, естественно.       — Кокоми, я принёс тебе мандзю, как ты и просила.       — Ох, спасибо! — воскликнула она и тут же немного неловко подалась вперёд, навстречу булочкам. Её импровизированное кресло из множества мягких подушек не оценило столь резких движений и слегка развалилось в разные стороны на кровати. Забытая в ту же секунду книга скатилась куда-то под одну из них. — Я проголодалась и так хочу что-нибудь сладенького!       Горо же лишь улыбнулся в ответ.       За столь долгое время он и сам сильно изменился. Вытянувшись вверх на добрых двадцать сантиметров, став шире в плечах и в целом возмужав он уже не был похож на прежнего щуплого себя. А ещё больше был не похож тем, что помимо роста он тоже стал куда больше. Довольно крепкое телосложение и сильные, накачанные долгими тренировками мышцы красиво сочетались с выпирающим вперёд животиком и небольшими выпирающими над поясом хакама мягкими бочками.       Всё же, долгое потакание пищевым привычкам Кокоми сказалось и на его талии.       — Я знаю, поэтому у меня есть ещё немного данго на десерт. А ещё Путешественница прислала нам печенье из Натлана в качестве сувенира.       — Ты лучший! — Кокоми протянула руки к так манящим её сладостям, но неудачно завалилась на бок. — Уф.       Кровать жалобно заскрипела.       — Не торопись, булочки никуда не убегут от нас, — Горо поставил большой поднос, под завязку забитый сладостями, на небольшой низкий столик, стоящий рядом.       Кокоми после небольшой череды напряжённых сопений и вздохов, наконец неловко перевернулась и, встав на четвереньки, медленно и осторожно поползла к краю кровати, распихивая все оставшиеся подушки на своем пути. Ползти было сложно, потому что ей очень мешал её большой и мягкий живот, касающийся простыней и мешающий её ногам и рукам двигаться. Да и широкие мягкие бёдра не помогали её манёвренности. А свисая вниз мягкое пузо выглядело ещё больше и тяжелее, чем раньше. В движениях девушки не было былого изящества, сейчас она переваливалась, тяжело дышала и натужно пыхтела.       Правда, это всё её не сильно волновало, предвкушающий взгляд оценивал лежащие на подносе вкусности, решая, с чего ей стоит начать.       — Путешественница к печенью приложила письмо, — сказал Горо, доставая сложенный в несколько раз листок, и несколько неловко присел на подушку, что лежала у столика, взял одну из сладких булочек. — Она пишет, что на курорте в Натлане было весело и она была рада встретиться там с хорошим другом из Мондштадта. И ещё, что пока-что это был последний гостинец из этой страны, потому что они вместе с Паймон уже отправились в путь дальше. Так что сейчас, возможно, их корабль уже давно прибыл к берегам Норд-края.       — Вот как, уф. Норд-край, — протянула Кокоми, тяжело вдыхая и усаживаясь на край кровати. Сделать это было далеко не так просто, но раздвинув широкие бёдра пошире в стороны и, помогая себе руками, приподняв, а затем свесив между ними свой большой мягкий нижний фартук живота, она наконец потянулась за угощением, немного натужно наклоняясь вперёд сжимая живот и хватая булочку. — Уф-ф. Теперь она ещё дальше от Иназумы.       Горо приглушённо угукнул что-то согласно-неопределённое, потому что его рот был занят сладкой булочкой с начинкой из фиалковой дыни.       Кокоми одной рукой принялась неосознанно поглаживать себя по животу, словно успокаивая его, а второй поднесла сладкий мандзю и откусила большой кусочек.       — М-м! Как вкусно! — практически пропела она.       Мягкое и сладкое сдобное тесто, сладкая фруктовая начинка из фиалковой дыни просто таяли на языке. Кокоми принялась увлечённо жевать сладкие булочки, то и дело неловко наклоняясь к подносу за очередной добавкой.       — Попробуй это печенье, оно выглядит очень забавно, да и очень вкусные к тому же, — Горо пододвинул большой мешочек с печеньем в виде мордочек каких-то необычных животных.       Девушка тут же подцепила его пухлыми пальцами, притягивая к себе поближе. Не долго думая, Кокоми решила положить его на самое удобное место — на выпирающий купол своего собственного живота. Пальцы с лёгкостью вынули одну из печений, лежащих на самом верху. Зелёный зверёк на нём словно улыбался.       — Какие милые, — Кокоми повертела в пальцах угощение. — Даже жалко такое кушать.       Горо усмехнулся, поедая третий шашлычок сладких клёцок.       — Путешественница расстроится, если ты его не попробуешь.       Встретившись взглядом с изображённым на печенье глазурью зверьком, Кокоми отправила его в рот целиком и тут же принялась жевать.       — Какая вкуснятина! — воскликнула она.       После первого печенья, Кокоми принялась за остальные печенья в мешочке. Животные нарисованные на них повторялись. Но, похоже, видов и форм было всего шесть. Хотя, на вкус все были приготовлены совершенно одинаково.       — Ох, — вздохнула она с досадой. — Они так быстро закончились.       Совсем этого не заметив, Кокоми съела весь мешочек за один раз. Хотя он был не таким уж и маленьким, и явно не рассчитанным на то, что его съедят за один присест. Она растерянно потрясла его в руках, пытаясь найти там ещё сладости.       — Прости меня, я случайно съела все и не поделилась с тобой, — виновато сказала она, обращаясь к Горо.       Тот в ответ лишь небрежно махнул рукой, показывая, что он успел попробовать пару штук, перед тем как передал ей мешочек. На самом деле, его больше интересовали данго, лежащие на подносе. Кокоми успокоилась, что Горо был не обделен подарком от Путешественницы.       Тем временем сладостей на подносе становилось всё меньше. Мандзю, как и печенье, общими усилиями исчезли поразительно быстро. Да и данго оставалось всего несколько шпажек.       Кокоми уже чувствовала, что достигла уровня сытости, но продолжала есть. Периодические набивки в течении нескольких лет сформировали её тело с любовью, а желудок давно привык растягиваться и вмещать в себя как можно больше. Да и для сладостей в нём местечко всегда найдётся.       Горо любезно пододвинул оставшиеся данго поближе к девушке.       — Я принесу чаю, — сказал он, поднимаясь с подушки, на которой сидел.       Девушка кивнула.       — Можешь принести ещё что-нибудь вкусненького?       Горо прищурился, глядя на Кокоми. В этом взгляде читалось лишь веселье.       Он уже понял, что она сыта. Хотя и просила принести ей ещё сладостей.       — Неужели Вам не достаточно всего того, что Вы уже съели, госпожа Кокоми? — с улыбкой сказал он, склоняя голову в сторону. Его пушистые уши стояли высоко, а хвост подёргивался из стороны в сторону, выдавая с головой его волнение и предвкушение.       Та же в ответ лишь засмеялась, покачивая в руке шпажку с клёцками и указывая ей на почти пустой поднос. На нём оставалось тарелка со всего парой шпажек с данго и блюдо с множеством крошек от съеденных банных мандзю. Пустой мешочек от печенья лежал в углу подноса, прикрывая собой письмо от светловолосой путешественницы.       — В моём животике ещё достаточно места для второго десерта! — воскликнула она, гордо шлёпая себя по голому животу со звонким хлопком, заставив его закачаться, словно желе.       Горо лишь засмеялся в ответ.