lit and burnt (is this a dream?)

не слишком ли легко донхён сдался? может так, может и нет. но донхён был готов сделать всё, чтобы помочь группе не терять голову. начиная от моральной поддержки в их переживаниях, контроля их здорового питания, наставления в вокале или танцах, и заканчивая даже их сексуальными потребностями, которые никогда не будут нормально удовлетворены (в силу профессиональных издержек). поначалу это была лишь глупая идея, нерешительное предложение, высказанное однажды донхёном во время ужина. впрочем, эта мысль претендовала на то, чтобы воплотиться в реальность, когда стало ясно: все были сильно измотаны, всё больше и больше нуждались в свободном пространстве и времени вдали друг от друга, и мемберы то и дело заводились по пустякам. видимо, пришло время донхёну предложить себя, тем более, не то что бы он вообще возражал - они все были взрослыми людьми, у которых отняли возможность испытать на себе весь вкус последних лет подросткового периода. «я помогу вам, ребята, во всех смыслах, даже…в сексуальном,» - донхён прерывает тишину в их маленьком кругу, пока все набивают рты едой. его лицо краснеет от того, что он серьезно говорит это вслух. он тот, кто предлагает и ещё сам смущается? вау… как только слово, имеющее корень «секс» слетает с губ донхёна, как минимум четверо из мемберов давятся едой, кашляя и силясь проглотить мясо и что-бы-это-ни-было то, что они только что услышали. однако, это не было плохой идеей…заметив, насколько серьезным был донхён, и согласившись с тем, что это может помочь им, ребята все вместе сделали «донхён пнп (полностью не поддерживает)» лист - что можно, а что категорически нельзя с ким донхёном. итак

положения и условия донхёна

1. не подходите, когда он в мрачном настрое (или если говорит, что сегодня не в настроении для этого)

2. вы можете делать все, что захотите, и как захотите почти в любое время.

3. но! «нет» значит «нет»! если он говорит «не сейчас», не напирайте.

4. не стесняйтесь просить о помощи!

5. полностью бесплатное и неограниченное пользование! (за оплату принимаются разве что поцелуи, обнимашки и ванна после)

и, несомненно, мемберы действительно стали использовать его для своего удовольствия. это разбудило в донхёне что-то такое, о существовании чего он сам даже не подозревал до этого момента. и он хотел чувствовать снова и снова. его первый раз был с джэхёном - медленный, интимный, нежный секс, который исцелил их обоих путём нескончаемой похвалы, которой они одаривали друг друга во время процесса. следующие несколько раз, когда он дурачился с мемберами, были исключительно из собственного любопытства о их кинках и фетишах. донхён не возражал, его участники не были слишком уж странными. на самом деле, он наслаждался каждым из разов, когда они пробовали что-то новое. впрочем, ничего особо не цепляло и не вызывало какого-то эмоционального отклика, но исследование своего тела - очень полезно! ну, хорошо…может такие вещи, как игра с сосками, принуждение наблюдать самого себя в зеркале и запись этого на видео, действительно что-то будоражили в донхёне. иногда он даже рандомно присылал в общий чат ролики, как доводит себя до пика. это всегда заставало мемберов врасплох и заставляло их вернуться, чтобы помочь донхёну. когда же их милый макнэ, тот в котором он души не чаял, спросил, может ли он как-нибудь поиграть с донхёном пока тот спит, он не отказался. он верил всем участникам, особенно унхаку, что они никогда не сделали бы ему больно. подожди, он же не говорил когда именно, верно? ах, да! эта идея настолько привела донхёна в восторг, что иногда приводила к последствиям в виде ярких влажных снов о том, как унхак использовал бы его пока он в самом уязвимом состоянии, предоставляя младшему шанс делать всё, что тот захочет, пока донхён будет просто лежать, весь такой легко подчиняемый под ним, ни разу не беспокоящийся о том, что с ним будут делать. сегодня он спит в комнате унхака, наполовину желая привести их маленькую шалость в исполнение именно сегодня. ты уверен, что только на половину? кто ты вообще? это твои мысли, глупый донхёни. подожди, давай лучше вернемся к истории! хмм…донхён вообще часто спит в комнате унхака, потому что его собственная кровать никогда не сравнится по уюту с объятиями младшего - он был словно большой плюшевый медвежонок, который предоставлял ему бесконечный запас тепла в холодные и одинокие ночи. он лежит спиной к унхаку, их тела тесно прижаты, и одна рука макнэ крепко обвита вокруг его талии, удерживая на месте. сегодня донхён уснет в объятиях унхака и будет молиться небесам сжалиться над ним и не посылать очередной влажный сон, когда он прямо в кровати унхака (преимущественно потому что младший никогда не уточнял, когда именно он собирается хорошенько вытрахать донхёна)! знаете же, как обычно говорят: «не накаркай, а то так и случится». донхён вообще не сторонник суеверий и в эту чушь он тоже не верил, пока не оказался в крайне затруднительном положении…настойчиво ёрзающий на унхаке, с истекающей прекумом головкой члена, и все это посреди их сна. сны донхёна всегда были очень живыми, наполненными деталями, которые делали их совсем неотличимыми от реальности. богатое воображение - дар и проклятие одновременно. он может представить буквально что угодно. например то, что унхак двигает бёдрами навстречу. он оттягивает спереди свои шорты вместе с боксерами, освобождая твердеющую длину. теперь уже ладони младшего рискуют опуститься к краю серых домашних штанов донхёна и нижнего белья, обеспечивая себе полный доступ к заднице хёна. руки унхака исследуют голую кожу донхёна под тканью оверсайз-худи, которое последний, с вероятностью в 99.9% украл (одолжил на неопределенный период времени, если говорить терминами донхёна) у младшего. его пальцы ведут дорожку к худому животу донхёна, обводя мягкими линиями мускулы его пресса. худи же только приподнимается выше, когда унхак ласкает его грудь - щипает, потирая большими пальцами соски и ореолы. унхак утыкается носом в шею донхёна, клюя её, словно птенец, и засасывая зубами кожу в беспорядочном ритме, которая тут же краснеет пятнами (и они совершенно точно станут фиолетовыми кровоподтёками рано или поздно, такими, которым нужно кучу времени чтобы сойти). унхак дико наслаждается происходящим, смакуя хныканье и стоны, которые выпускают губы донхёна на каждое его движение. если бы ситуация была немного другой, донхён бы наверняка сам распоряжался бы унхаком, изводил бы его и делал бы только то, что ему самому хочется с макнэ, прямо перед тем, как их роли снова поменялись бы, как и было в последний раз, когда у них был секс. после того, что ощущалось вечностью, унхак наконец-то медленно толкается в донхёна - соединяя их, заставляя ощущать себя одним целым. донхён чувствует себя очень наполненным, глубоко внутри все поднимается от этого напора. от резкой растяжки вход жжет, но унхак крайне нежен, вводя сантиметр за сантиметром, медленно, но верно заставляя донхёна распадаться на атомы. блять, донхён конечно знал, что у унхака внушительный размер, но ему казалось, что он становится ещё больше. мягкие стоны пробивались через уголки рта донхёна каждый раз, когда унхак толкался до упора. это ощущалось слишком хорошо, словно влажный сон стал реальностью. а было ли это вообще сном? унхак легко приподнимает ногу донхёна за бедро, предоставляя ему возможность войти ещё глубже, если это вообще было реально. донхён подмахивает своими бедрами навстречу, пытаясь поспеть за ритмом унхака, не позволяя младшему выйти из него полностью ни в одном из движений. из всех членов, что были у донхёна, член унхака был самым большим и самым приятным. их позиции незаметно поменялись, но это только позволило младшему ещё чаще задевать простату донхёна. он мог почувствовать, насколько унхак близок к разрядке, когда его движения сбиваются с ритма. он начинает вбиваться в донхёна как собака в течке, бесчисленное количество раз толкаясь точно в простату. донхён сжимается вокруг унхака, пульсируя изнутри, когда сам кончает - густая сперма пачкает штаны, а изо рта вырываются сбитые стоны. унхак не останавливается даже после того, как донхён получил оргазм, он только продолжает гнаться за своим наслаждением, используя донхёна как игрушку для секса, абсолютно о нём не беспокоясь, ведь в голове ничего, кроме похоти. унхак кончает глубоко внутрь донхёна, окрашивая его внутри белым, и только тогда старший просыпается. он осознает, что, вероятно, действительно кончил себе в штаны, пока спал с унхаком. блять, стирать свое белье и потом ещё смотреть унхаку в глаза последующие несколько дней будет такой головной болью. он думает, будет лучше, если он быстро помоет штаны, пока они еще влажные. донхён пытается выпутаться из объятий унхака, все ещё буквально приклеенный к нему. он слышит шумное и сбитое дыхание от младшего, держащего его, и это не обычное сопение, потому что так унхак звучит только после их секса. ха? весь этот процесс с проникновением был просто влажным сном, разве не так? -хён—ты проснулся? блять, извини… - он слышит, как голос младшего ломается от его судорожных выдохов, все ещё успокаиваясь от только что накрывшего оргазма. так это не было сном? боже. блять. донхён насаживается бедрами назад, снова соединяя их на всю длину, просто чтобы убедиться, что это всё точно не его воображение. его предположение подтверждается, стоит ему услышать грудной стон от унхака. -ты…хён, пожалуйста— хватит изводить меня! -было весело, щеночек? - донхён дразнится. - ты так хорошо меня заполнил, как и всегда, да? -ты сам начал, хён, - только и успевает выпалить унхак, перед тем как его прерывает донхён. -так мы продолжим? можешь делать, что захочешь, пёсик. все, что хочет? прям все? боже, это так взбудоражило унхака. не каждый день у него выпадает шанс контролировать полностью весь процесс, когда они трахаются. даже несмотря на количество нун в фанатках, и мемберов, обожающих его, унхаку всегда больше нравилось доминировать. а брать контроль над теми, кто обычно души в нем не чаял, было ещё приятнее. вообще, если так подумать, роли донхёна и унхака довольно часто менялись, когда дело доходило до групповых тренировок - унхак вел себя более зрело, пока донхён наслаждался всем вниманием, играя в милашку, словно это он был младшим. да и тем более…ему нечасто удается услышать «хён» в свой адрес, правильно? -назовешь меня хёном, пожалуйста? - унхак говорит, прежде чем спешно добавить. - ах~ ну всего разочек, окей? я вел себя хорошо! однако умолять дважды и не потребовалось, весь слова «унхак хён» уже слетают с губ донхёна. -унхак хён, щеночек. проиграешь со мной, пожалуйста? - донхён поворачивается к младшему, бесстыдно смотря ему прямо в глаза, когда произносит это. эти слова, произносимые донхёном, действительно щелкнули какой-то переключатель внутри унхака. теперь все, что ему хочется - поглотить донхёна целиком, без остатка, запереть его где-нибудь и трахаться без остановки как дикие дворняги. унхак несдержанно целует ело, желая скорее получить эту близость, пробуя на вкус пухлые губы донхёна. руки донхёна тянутся к загривку волос унхака, оттягивая их и играясь с мягкими прядями. донхён хочет унхака ещё и ещё, даже где-то на задворках сознания помечая, насколько младший улучшился в поцелуях с их последнего выступления на награждении. их поцелуй нежный, но вместе с тем полный желания - никто не хочет отстраняться первым в этом пространстве, которое они делят. между не остается ни одного свободного миллиметра. но им приходится разорвать поцелуй, чтобы, задыхаясь и набирая в легкие больше воздуха, поменять позу. теперь донхён не в объятиях унхака, а вжат лицом в подушку, и его задница приподнята вверх, вся доступная для использования младшим. боже, донхён чувствует себя сейчас таким беззащитным - полностью голый снизу, придавленный кровати, от чего двигаться почти невозможно. унхак же считает, что он выглядит восхитительно (как будто это не всегда так), и размышляет, как вообще кто-то может выглядеть так хорошо, будучи потным и оттраханным? все, что касается донхёна - прелестно. для унхака (любующегося им сверху-вниз), донхён сейчас сродни роскошному ужину из пяти блюд, который он готов поглотить в секунду. он оставляет грубый шлепок на молочной коже донхёна, из-за чего место удара сразу окрашивается красным - по форме его ладони. -ах! - донхён громко вскрикивает. он никогда не думал, что быть отшлёпанным так приятно. и он хочет ещё. - ещё…пожалуйста, ещё… - донхён буквально умоляет. -а ты ничего не забыл, донхён-а? - унхак дразнится, в ответ получая ещё один стон. -ты просто пиздец. я хочу ещё, хён, - он бормочет последнюю фразу вполголоса, но достаточно громко, чтобы унхак всё ещё слышал это. за это он получает ещё один удар, даже жестче, чем первый. он содрогается, чувствуя как боль пульсирующе накрывает кожу, но это ощущается так хорошо. -знаешь, тебе стоит быть хорошим мальчиком, донхёни. следи за своим языком, - голос унхака приобретает предупреждающие нотки. но однако он не сообщает, когда входит в донхёна во всю длину. это заставляет старшего выгнуться, еще сильнее сводя поясницу. унхак не дает ему ни секунды привыкнуть к внезапному проникновению, жестко вбиваясь в него безо всякой жалости. губы донхёна покидают короткие «ах, ах, ах» каждый раз, когда унхак входит. он продолжает одаривать шлепками голую кожу донхёна, на что последний отвечает громкими стонами, даже не заботясь о том, что сейчас середина ночи. прежде бледная и мраморная кожа донхёна теперь налилась ярко-красным. это шло вразрез с первым разом с джэхёном, ведь унхак был груб, совершенно не придавая значения тому, как больно это могло ощущаться для донхёна. тебе же нравится эта боль, донхён… правда в чем - мысли, а ну прочь! донхён напрочь потерян в получаемом удовольствии - пьяный от члена унхака, он до последней капли выпивает всё, что тот ему дает, и просит ещё лишний шот. все, что сейчас в голове это «приятно» и «хочу ещё». и унхак как будто научился читать мысли, он припадает губами к спине донхёна, медленно оставляя бесчисленное количество кровоподтеков, ведя дорожку вверх к шее. никто сейчас не думает о том, как потом тяжело будет их стилистам перекрывать все засосы, оставленные унхаком. донхён сжимается ещё сильнее, и с головки вновь течёт прекум. толчки становятся всё быстрее, пока не превращаются в один финальный, и унхак с шумным стоном сильно кончает в донхёна. последнего так же охватывает пик, и он пачкает простыни унхака своей жидкостью, делая их липкими и влажными. определенно, донхён запомнит этот момент на всю жизнь. он оборачивается чтобы взглянуть на унхака, откидывающего назад свою мокрую челку. сердце громко стучит в ушах, как если бы легкие оказались слишком тесными для него. чего? разве унхак когда-либо заставлял донхёна чувствовать это? почему же его сердце бьется так…громко? он трясет головой, заталкивая эти мысли подальше, чтобы обдумать их в другой день. но унхак действительно выглядит восхитительно - весь мокрый, волосы зачесаны назад, открывая лоб, и пытающийся наполнить легкие воздухом, с крепко зажмуренными глазами. ох, так унхак правда очень вырос. из маленького невинного щеночка в полноценного золотистого ретривера. донхён мечтает, чтобы унхак продолжил расти и вырос в замечательного, красивого и удивительного взрослого с течением времени. он быстро клюет губы унхака и хихикает, отстраняясь. глаза младшего расширяются от неожиданного действия. его лицо было таким выразительным и смешным, что донхён не мог не выпустить легкий смешок. -ты такой милый, унхак-а, - он тыкает в щеку младшего. -ах, ну хён! не делай так, я больше не ребёнок! - унхак притворно дуется. -да, да~ - донхён соглашается между смешками, которые постепенно утихают, побежденные накатившей усталостью. донхён окончательно засыпает, пока унхак терпеливо гладит его по волосам. так спокойно, нежно, и это зарождает что-то очень теплое внутри донхёна. нет ничего лучше, чем уснуть в объятиях человека, которого ты любишь. поэтому они оба позволяют себя отодвинуть все переживания на какое-то время и уснуть вот так, наслаждаясь этим теплом. донхён просыпается в дурном настроении следующим утром. заметка самому себе: заниматься сексом перед загруженным днём - плохая идея. он прихрамывает по пути в душ, заставляя себя искупаться. когда донхён поднимает взгляд на зеркало, он шокировано оглядывает искусство унхака на своем теле. его кожа вся в фиолетовых засосах, начиная от спины, заканчивая шеей, где отметины проявляются ярче всего. унхак зверь или что? господи, как же сложно будет это перекрыть! а это он ещё не упомянул, какая чувствительная его задница сейчас. ну, может это по большей части его вина. донхён выходит из ванной, сразу шлепая унхака, который проходит мимо, по руке. -унхак! как я, по-твоему, пойду на практику так? - он полу-шепчет полу-кричит, браня младшего (всё ещё с любовью). унхак чешет затылок, чувствуя наконец себя виноватым. донхён клянется, что однажды обязательно возьмет реванш. злые шаги их третьего соседа по комнате становятся громче по мере его приближения. -ради всего святого, планируйте когда вы собираетесь заняться сексом! - джэхён, их лидер, ругает их. им обоим точно не избежать долгой сварливой лекции. ну, зато они хотя бы повеселились прошлой ночью.