Мой новый старый мир

      

***

— Шинсо! — Хоть и шепотом, но громким, я попробовала позвать парня, как только вернулась в комнату. Но ответа мне не было. Быстрым шагом , подбегаю к кровати. Боже, он почти синий! Дорожащей рукой прощупывай пульс… Так, хорошо-хорошо, очень слабый, но я его чувствую. Живой. Дождался. Хлопаю его по щекам. Он нужен мне в сознании. Немного успокаиваюсь, когда слышу тихое мычание. Глаза пытаются моргать, но похоже сил у него почти не осталось. — Тоши, ты отлично держишься. Осталось еще выпить вот эту таблеточку и сразу станет полегче. Ну же, давай родной, давай. — Я рукой приподняла его голову. Из кармана достаю выданные мне кристаллы, кладу на тумбочку и беру один камушек. Немного сомневаюсь, но что ж, выбора нет. Приоткрываю ему аккуратно рот, кладу сразу семь синих кристалликов и совсем чуть-чуть заливаю водой. Он еле сглатывает, немного давясь, но удачно выкашливает лишнюю жидкость. Ждём. Пока ничего не происходит. Он все также в мучительном бреду открывает и закрывает глаза, тяжело дыша. Неужели он попал не в те пятьдесят процентов успеха? У меня… не получилось? Но ещё через пять минут моей паники, он резко открывает глаза, открывает рот и выгибается дугой. Картины прошлого за секунду проплывают перед моими глазами, как Тсу мучалась на том кресле и я понимаю, что дальше последует крик. Страх пытается захватить мой разум, но нет… В этот раз я не буду бояться. Я выдержу. За доли секунды до предполагаемого мной истошного вопля, я быстро кладу ему руку прямо между зубов. — Давай! — Всё что успеваю тихо крикнуть я, перед тем как мою руку отчаянно прокусили. Кровь начала стекать вниз по его губам, щекам, вискам, но он изо всех сил сжимал челюсти и сдерживался, чтобы не выдать нас. Руку прошибло болью, но она ни что по сравнению с его мучениями сейчас. Поэтому второй рукой, я начала наглаживать его волосы, пытаясь отвлечь дополнительным контактом.  Затем, совсем слабое, но на местах травм начало появляться голубое свечение. Благо оно было не слишком заметным, чтобы переживать из-за людей на улице. Там, где я предполагала внутреннее кровотечение, свечение было поинтенсивнее, будто свет со всего тела стремился излечить самую важную зону. На данный момент, почти всё сияние было в районе корпуса и правого легкого, другие повреждения затронуты не были. Видимо её причуда предполагает лечение в несколько этапов из-за нагрузки на организм. Уж если ему Так больно от этой дозы, то я боюсь представить, что было бы, дай я ему больше.  Прошло где-то часа полтора. За окном было совсем еще темно, может три ночи. Синий свет еще был, но уже не такой видимый как вначале. Да и Хитоши стал чуть теплеть, ровнее дышать и перестал стонать от боли. Моя рука всё еще находилась у него во рту, крепко зажатая зубами, но я не против. Лишь бы ему было легче.  Я уже точно не усну. Адреналин все еще бурлит в крови, да и моё волнение никуда не делось, и нужно присмотреть за его состоянием.  Я немного поменяла сидячее положение, ноги затекли. Кстати, до этого я как-то не обращала внимания, но… он такой худой. Его угловатая фигура в одежде казалась мне нормальной для подростка, но смотря на него без футболки, я понимаю, что эта худоба скорее экстремальная. Ребра очень сильно торчат, руки совсем без мышц, живот впалый и наверняка давно… Настолько сбросить вес за эти пару дней он точно не мог, а значит он регулярно не доедал. Неужели тоже «привилегии» корпуса «Скала»? Как бы его.. — Кха-кха-кха, — Он открыл глаза и громко закашлялся, на автомате выпустив мою руку изо рта, — Что за… — Он проследил зрачками как я убираю кисть в сторону. — Шинсо! Господи, как ты? — Одно слово я на нервах сказала на русском, но сейчас это не имеет значения, — Что болит? Можешь двигаться? Может воды? Или… — Тише, тише, притормози, я… — Он хотел что-то продолжить, но вернул взгляд на след от укуса, — Это я сделал?  — Это не важно, лучше скажи..  — Важно. Покажи. — Безапелляционно сказал он, — Покажи пожалуйста. Я подняла руку к его глазам. Не понимаю, что здесь такого? Он же знает, что на мне все равно заживет. А вот его раны… — Прости, — Парень поднял более или менее целую руку, чтобы пальцами провести рядом с прокушенным местом, — Прости пожалуйста, я не хотел делать тебе больно. — Его виноватый вид вкупе с изнеможением бьют по мне сильнее такой незначительной ранки. — Шинсо, мне правда нормально, — Я успокаивающе улыбнулась, — Лучше скажи, как ты? — Эм, да, перед этим… — Он немного смутился, покраснев, — Не могла бы ты на время перестать.. я не знаю… гладить меня? Мне просто немного неловко, хотя и очень приятно… — Шинсо отвернулся, пряча лицо. — Ой! — Я отдернула руку, — Извини, я это… задумалась. — Мне тоже стало неловко. Наверное я уже реально слишком сильно нарушила его личное пространство за эти сутки. — Нет, ничего, — Он немного замотал головой и свободной рукой, — Говорю же, это приятно, просто я не привык к такого рода.. Контакту? Да, именно ему. Вот. — Но после этих слов он стал серьезнее, — Скажи пожалуйста, что произошло? Последнее, что помню, это как отключился на полу в комнате на первом этаже. И вообще где это мы?  — Ты у меня в комнате. Я решила, что в том убогом месте мне будет сложно чем-то помочь, поэтому принесла тебя сюда. — Честно ответила я. Вначале он слегка удивился, как-то по-другому смотря на помещение вокруг, затем он почему-то снова немного смутился, но еще стыдливо-обреченно вздохнул. — То есть, ты на себе тащила меня, положила грязного и вонючего на свою кровать, чтобы самой меня вытащить с того света? Охренеть можно, — Он ладонью прикрыл глаза, — Чем еще я напряг тебя, колись.  — Шинсо, называть это «напрягом» точно неподходящий вариант, — Мне пришлось сделать твёрдый тон, чтобы он наверняка понял мою позицию, — Тебе было плохо, да ты на самом деле умирал! Я не могла поступить по-другому. Да и не хотела! — На секунду его глаза расширились, но он продолжил спрашивать. — Кстати про «умирал»… — Его глаза сделались печальными, — Я был уверен, что это точно конец. Я не чувствовал половину тела и уже не мог дышать нормально… Как ты это сделала? Судя потому, что я не в больнице и не в морге, — фиолетовые глаза уставились на меня, — Ты буквально вытащила меня с того света. Как? Я не знала, что ему сказать. Говорить правду, если честно не очень хотелось, ведь это значило, что мне нужно рассказать про плату за всё это. А я уже успела подметить, что у Шинсо развито иррациональное чувство вины. Не знаю откуда оно, но эта, убивающая его часть, пока ещё слишком сильна. Со временем разберёмся конечно, ведь сейчас ему нужен покой, но… ладно, врать ему обо всем я тоже не могу, лучше по частям выложу правду. — Ты просил не везти тебя в больницу, но повреждения были очень сильные, пульс падал, я видела, что тебе только хуже… — Чувствую, что моё лицо стало хмурым. Не знаю видно ли ему в свете Луны из окна. Надеюсь нет, — Поэтому единственное, что мне пришло в голову - это лазарет. — Как я и предполагал, — Вздохнул он, проводя рукой вниз по лицу, — Спасибо, что честно сказала. Не хотелось, чтобы после всего, ты считала меня совсем слабаком, даже чтобы принять эту информацию, — Он глянул в мою сторону, — Могу я спросить, что ты взяла у нее?  — Вот это вот чудо, — Я показала кристаллы в емкости, — Тебе надо принимать теперь по одной в день, запивая водой, — Парень скривился, — Да, знаю, ощущения видимо не из приятных, но лучшего тебе точно не найти, даже в больнице. — Я тогда боюсь спросить, что это вообще?  — Прости, но одна из частей договора, это обоюдное молчание, надеюсь ты понимаешь, — Он кивнул, — А сейчас тебе нужно отдохнуть. Ты еще не здоров, поэтому не отбирай свои последние силы пожалуйста. — Я слегка надавила на его корпус, чтобы он полностью лёг. — Рэй… Это же имя, да? Не фамилия? — Теперь уже мой кивок, — Почему тогда директор и смотрители называют тебя Эн? У них же есть документы, — Он тут же немного сконфузился, — Если, конечно я могу спросить тебя… — Да это просто: на меня документов - всего один листок, — Я развела руками, — В больницу за мной никто не пришел, так что и спросить они могли только у меня. Ну я и сказала им то , что они должны знать. — А как же базы данных полиции, больниц, министерств? Неужели тебя там нет? — Парень искренне удивлялся. — Я… может когда-нибудь расскажу тебе об этом.. — Видимо он понял, что это очень щепетильная тема, поэтому понятливо моргнул, — Могу тогда и я тебя спросить, почему ты, даже под угрозой своей жизни, не хотел ехать в больницу? — Меня реально все ещё волновал этот вопрос. Что должно толкнуть человека на отказ от необходимой помощи? — Ох, это.. — Его выражение лица сделалось очень печальным, хотя на губах появилась усмешка, — Просто я неудачливый идиот. — Я зло зыркнула на него, — Но это правда так. Это связано с… — Парня начала бить дрожь. — Тише, Шинсо, все хорошо, — Я снова начала гладить его по волосам. Ну вот ничего не могу с собой сделать сейчас, захотелось, потом позволю ему мне в лупить за это, если захочется, — Это связано с Блевотным? — С кем? — Он вытаращился на меня. — Ну этот, Синдзю. Я просто уже настолько привыкла его так называть, что иногда забываю его имя. — Я смущенно почесал щеку, а парень всё ещё недоуменно смотрел на меня, но затем прыснул. — Пф, пхах, Бле…ахапха…Блевотный, — Он начал тихо смеяться и расслабился. Вот и хорошо, — Такого я еще не слышал! Мне казалось ты тоже втрескалась в него по уши! — Да помилуй Всевышний, даже смотреть лишний раз в сторону этой розовой массы человеческих экскрементов, — Моё лицо искривилось, а он рукой закрыл хохочущий рот. Он просмеялся, стер маленькую слезинку с глаза. Затем как-то медленно выдохнул, словно думал, как именно мне все преподнести. И совсем отрешенно уставился на потолок, начав говорить: — В общем, еще на первом году средней школы, мы дружили, — Я в шоке посмотрела на него, — Да-да, вот такой я идиот. Тогда я хотел, чтобы со мной общался хоть кто-то, но все настолько боялись моей причуды, что я был невероятно рад, когда он первый подошел пообщался со мной. Я бегала за ним хвостиком, выполняя все что он просил: подай, принеси, забери…— Хитоши перевёл взор на стену сбоку, — А я был просто счастлив, что у меня появился друг, — Он прикрыл глаза, — Но однажды я зашёл в пустой класс. Зашёл и всё. Проблема в том, что у меня выпала часть тех воспоминаний, — Он сильнее зажмурился, — Как я не пытался вспомнить, что тогда случилось, у меня не выходило! И следующее, что я помню - это валяющегося Синдзю за окном в клумбе. Он тогда только сломал ногу, но я до жути перепугался. Неужели это я заставил выйти его в окно? Неужели я решил убить своего друга? — Шинсо снова закрыл свое лицо ладонью. — Я уверена, что ты не мог ничего плохого ему сделать, — Попыталась успокоить его я. — Нет, ты просто не понимаешь, — Он начал медленно убирать руку со своего лица, — Тогда я ещё не совсем до конца разобрался со своей причудой и думал, что если не буду пользоваться ей, то она ослабнет и будет минимальна, но похоже я ошибался. Поэтому ты должна знать, — Его голова повернулась в мою сторону, чтобы мы могли встретиться взглядом, — Моя причуда называется «Контроль разума», если я задаю кому-то вопрос, а мне отвечают, то в этот момент, я могу полностью подчинить человека своей воле. Только я даже сейчас не всегда понимаю, что именно моя причуда воспринимает за ответ. В детстве были с этим проблемы: иногда я захватывал других детей неосознанно, просто пытаясь с ними заговорить. Как-то раз я не заметил это и мальчик простоял под палящим солнцем три часа, потому что я сказал ему «Подожди», — Он резко отвел взгляд, — Вот такая вот у меня «охренительная» сила, мечта, блин, злодея. И я все ещё думаю, что тебе небезопасно общаться со мной. — Шинсо, я же всё равно сама буду решать, с кем мне общаться, а с кем нет, — Но мне было все ещё интересно, — А как это связано с больницами?  — Если поступлю в больницу, то за мной придет полиция… Потому что Синдзю тогда сказал, что дал им моё описание, но без моего имени и местоположения, и если я хочу оставаться незамеченным до истечения срока давности, то мне надо «сидеть и помалкивать», пока мы не выпустимся из приюта… Я уверен, с моими причудными характеристиками, никто даже разбираться не будет сделал я что-то или нет, меня просто запрут в коррекционное исправительное учреждение, где задавят мою психику транквилизаторами для опасных причуд. И мне не хочется иметь клеймо преступника... Ну и, как видишь, я стал игрушкой для выпускания пара, а учитывая, что у него почему-то проблемы с контролем гнева, то теперь почему-то каждые два месяца, он становится всё жёстче и жёстче… — Шинсо усмехнулся, потрогав своей здоровой рукой сломанную, — Сейчас я стал получать передышки, когда появилась какая-то семейная пара, подумывающая его усыновить. Они периодически забирают его, а я успеваю хоть немного отдохнуть и прийти в себя. Но в этот раз, он был слишком зол…  — Вот ублюдок…— Мои кулаки сжались, сминая толстовку, — Лучше бы затолкал свои блядские креветочные волосы себе в задницу, может тогда у мозга появится место для роста… — Мой словарный запас сам лез наружу. — Воу-воу… Я тут немного заметил, что ты за словом в карман не лезешь, да? — Удивлённо спросил он. — Тебя это сильно напрягает? — Спокойно уточнила. Ну мало ли как ему. — Ну вообще, мне было противно, когда Блевотный… хех, тоже теперь буду его так звать… и его шестёрки докапывались до меня словами и похуже, но почему-то у тебя это звучит очень смешно… и даже мило чтоли… — Он немножко смутился, но радостно улыбнулся. — Ну вот и славно, потому что я сдерживаться с такими гандонами не собираюсь, — Миленько улыбнулась я. — Почему-то мне уже захотелось достать ручку и блокнот. Гандоны - это что-то новое. — Снова прыснул он. — О, ты еще наслушаешься от меня, заранее прошу прощения, — Да, у меня это есть. Да, я не заметила когда именно появилась эта черта. Но мне радостно, что несмотря на его прошлый опыт, он принял эту не самую хорошую часть меня, — А теперь тебе надо спать, Шинсо. Так что давай, засыпай. — Сейчас, дай только с кровати слезу. — Он попытался встать, но я его остановила. — Ты куда собрался? Ты спишь здесь и это не обсуждается. — Я аккуратно придавила его обратно к кровати. — Нет, погоди, так не пойдет. Это твоя комната и твоя кровать! — Я снова строго зыркнула, но он настойчиво продолжил, — Ты сама тогда где собралась ложиться? Не на полу же? — Он начал уже подниматься, как я вновь припечатала его обратно. — Да успокойся пожалуйста, я уже в любом случае спать не буду, — Фиолетовые глаза с легким недоверием глянули в мою сторону, — Во-первых, я не хочу. Во-вторых, уже смысла нет, только хуже станет если лягу. — Я встала с пола, отряхнула джинсы и взяла плед со стула рядом, — Поэтому Шинсо, спи пожалуйста, тебе правда нужно отдохнуть. Я тебя прошу. Он какое-то время выжидающе смотрел на меня, но его уставшие глаза выдавали его желание послушать мой совет. Поэтому он неуверенно кивнул, притянул плед повыше, и лёг на бок на здоровую руку. Я села на стул рядом с книгой. Лунного света мне хватало. По сравнению с той тьмой… — И… Хитоши. — Проговорил он тихим голосом.  — Что? — Не поняла я. — Может мне показалось, но мы вроде как решили… — Парень немного неловко замялся, — Раз уж, по крайней мере наедине, я теперь зову тебя Рэй, то и ты… и ты зови меня по имени, вот. Спокойной ночи в общем. — Он чересчур серьезно сказал последнее, что очень меня умилило. Какой он все-таки смущашка. — Доброй ночи, Хитоши.

***

За час до официального завтрака, я успела тихо сходить в душ, переодеться в ванной в розовые спортивные штаны с чёрным худи, и сделать инъекцию со своим питанием. Шинсо выглядел сильно лучше по сравнению со вчерашним вечером, но все еще болезненно для полностью здорового человека. Ночью у него пару раз немного повышалась температура, но мокрое полотенце на лбу легко сбивало ее - это хороший знак. А сейчас я решила в кое-то веки сходить на завтрак и схватить там что-нибудь для своего новоиспеченного друга. Поэтому пакет в зубы, полотенце в подмышку и вперед.  На завтраке не было чего-то этакого, но я была несказанно рада супу мисо и белой рыбе на пару. Прямо идеальный завтрак больного. Завернув рыбу и рис в салфеточку прямо с тарелкой и держа маленькую плошку супа прям в большом кармане моего оверсайз худи, я незаметно вышла с завтрака и поднялась к себе. Шинсо уже не спал. — Утра доброго, Хитоши, — я заметила, что он чуточку дернулся на имя и посмеялась, — Ты же сам дал добро называть тебя по имени, помнишь? Могу вернуться к фамилии, если хочешь. — Нет, всё в порядке, просто меня никто уже лет десять не называл по имени. Еще привыкаю. — Слегка усмехнулся, — И кстати, утра, — Он поднял руку для приветствия, а затем резко глянул на мои руки, — Что это за запах? — Его живот громко заурчал, из-за чего он рукой прикрыл его под пледом, как бы заглушая. — А, я принесла завтрак! — И победно достала руку из кармана с супом. Он шокировано уставился на меня, — Я не знала, что ты предпочитаешь, поэтому принесла все что было! — Быстро подбежав к столу, выгрузила на него добычу, — Только я взяла одноразовые палочки, ложку не успела. Надеюсь ты не против попить мисо так. Он смотрела на мои действия во все глаза. Его живот еще пару раз урчал. Затем я подала ему еще тёплый суп. — Вот, начни с супа пожалуйста, надо посмотреть как отреагирует организм, — Он принял еду из моих рук. А затем сидел и, не моргая, смотрел на тарелку в своих руках минуты две. — Слушай, если не хочешь не заставляй себя, но может хоть рыбу будешь? — Мне подумалось, что он такое не ест. — Там еще рыба есть..? — Тихо спросил он.  — Да, будешь тогда её? Тебе подать? — Я уже собиралась забрать суп, как он прижал тарелку и сильно замотал головой из стороны в сторону. — Нет, Я-я, буду, буду… Иттадакимас, — Он дрожащими руками поднёс глубокую тарелку ко рту и медленно отпил мисо, — Чёрт возьми… Как же вкусно.. — Его глаза снова заслезились, — Я не ел такой вкусной еды с момента, как попал сюда… Я резко вдохнула. Забыла. Он же жил здесь как изгой. И так ведь большую часть жизни. — Мне правда жаль, — Думаю, это самое правильное, что я чувствую и что могу сказать сейчас, — Неужели вас не кормили? — Ну почему же, кормили, — Он с армейской скоростью дохлебал суп и прямо руками доедал оттуда водоросли, тунец и грибы, — Остатками с корпуса «Поле». А оставался там обычно сухой рис и немного тофу. А вода у нас всегда была, хоть на этом спасибо. — Просто проговорил он, увлекшись чуть ли не вылизыванием тарелки. — Вот как.. Конченное руководство. Возьми теперь рыбу, судя по всему, продукты на пару тебе можно, — Я протянула ему вторую тарелку, забирая глубокую из его рук. — Погоди, а ты? Ты поела? — Он серьезно уставился на меня. Было видно, что у него копится слюна от вида рыбы, но он терпел. Потому и говорю, добрый он парень, — Завтрак начался только-только , ты бы не успела. Поэтому поешь её сама, мне хватило супа. — Твердо сказал он, наперекор звукам желудка. — Шин… Хитоши, тут такой момент, — Я присела рядом на стул, — Ты все равно узнаешь, поэтому объясню сейчас, — Его глаза внимательно посмотрели на меня, в то время, как из произвольного мусорного пакета я доставала использованную пачку для капельницы, — Если честно, вот моя еда. — Я неловко почесала затылок. — Это.. что? — Парень чуть нагнулся, чтобы попытаться разглядеть мелкие надписи. — Это внутривенное питание, — Он удивился, — Я не ем обычную еду, только вот так могу. — Оу, — Опустил голову он, — Это.. Это как-то связано с тем, как ты сюда попала? — Меня удивило, что он был очень близок к правде. — В какой-то степени да, но это больше… психологическое. У меня с этим некоторые проблемы. — Я немного отвернулась от него. Почему-то мне стало немного стыдно. — У тебя РПП? — Спокойно уточнил он, но затем замахал рукой, — Ой, то есть, прости, если это слишком грубо прозвучало! — Нет-нет, как ни странно, ты очень верно подобрал название моей проблеме! — Удивилась я слову из прошлого. Так и здесь такой диагноз есть?  — Понятно. Мне…тоже жаль. Если я смогу чем-то помочь, то говори, хорошо? — Я кивнула и подала ему рыбу, — Тогда.. Спасибо тебе огромное. — Да мне не сложно, — Я улыбнулась, — Хорошо, что в столовой не предупреждены меня не кормить! — Да я на самом деле, имею ввиду, — Шинсо посмотрел мне в глаза, — Рэй, спасибо тебе. За всё. Моё сердце пропустило удар. Почему-то я почувствовала себя… очень правильно. То самое чувство, ради которого мне не хватило смелости раньше. Но хватило желания сейчас. — Пожалуйста, Хитоши. А теперь отдыхай, а мне надо на занятия. Кстати, — Я взяла школьную форму, и направилась в ванную, — Туалет и душ здесь. Не шик конечно, зато свое. Я переодеться! — И захлопнула за собой дверь, оставляя горящую физиономию парня за спиной. А чего такого то? Ну туалет и туалет, что естественно, то не безобразно. Я полностью собралась, описала Хитоши свою систему запирания, которую он кстати оценил, взяла всю посуду, чтоб подкинуть ее в столовую и пошла в школу. Только выйдя из корпуса и посмотрев на свое окно, я осознала: В этот раз справилась. Мы справились.

***

Так пошли дни. По ночам я следила за состоянием парня, после приема кристаллов, пару раз дала ему жаропонижающие из аптечки и накладывала повязки. Через три дня, после той ночи, мне пришли мои пакеты не в полном объеме, но как договаривались: сорок пять штук из девяноста. Все честно. Только надо бы распределить их по правильному, либо завтраки и полноценные обеды день через день, либо завтрак и пол пакета на обед, но каждый день. В итоге решила в пользу первого. Все же не знаю как оно будет храниться в открытом виде, потому пока так.  Затем, еще через два дня, парень уже спокойно спал. Из главных достижений - это почти заживший живот, новые зубы на месте выбитых, чему он был особенно счастлив, и вновь ощущаемая рука. Сегодняшним вечером я отпросилась у Мики и Миры пойти пораньше поспать, вместо игр в прятки. Они понимающе отреагировали и сказали мне спешить в комнату. Умные дети, нравятся они мне. А я кстати пока что спала в ванной. Слишком уж бурно отреагировал парень, когда я сказала, что буду спать на полу. Уже собирался сам лечь, но ему куда, в его состоянии. Поэтому договорились на ванную. Смастерила себе там гнездо из одежды и утасканного порванного белья из мусоросжигателя и в целом, даже есть какой-то кайф в этом. Только на ночь воды Шинсо много не даю, да он и сам не против, а то ночью не охота подниматься лишний раз. — Привет, я вернулась, — Сообщила я с порога. — О, привет, ты рано. А как же Мика с Мирой? — Он уже успел заочно познакомиться с девочками, слушая мои рассказы.  — Сегодня отпросилась пораньше, — Я сняла обувь у двери, — Что-то отдохнуть захотелось. — Давай я тогда.. — Он тут же подорвался, пытаясь встать. — Да лежи ты, Господи Боже, я отдохнуть могу и с книгой за столом, — Быстро заглушила его желание все мне уступить. Вот об этом чувстве вины я и говорю. — Ну хорошо… но если надо будет, то я лягу в ванной, мне будет отлично. — Тут же серьезно выдал парень. — Не, у тебя еще рука не срослась, а ванная твердая, так что не рыпайся, — Я тыкнула в его сторону пальчиком. — Ладно-ладно, — Он лёг обратно, — Как там в школе? Проблем нет?  — О, я как раз хотела рассказать! Я тут решила проверить вчера одну теорию и она подтвердилась! — Я весело села на стул. — Я боюсь спросить, что же это за теория, раз ты такая радостная.. — Я пихнула его в плечо, он легко посмеялся, — Да шучу я, шучу! Так что за теория? — Ну, учителям на нас абсолютно плевать, нас никогда не проверяют по списку, не смотрят даже особо кто где, из-за чего все постоянно меняются местами, и поэтому вчера я написала тест за тебя и сдала его! — У меня случайно вырвался «хи-хик». — Ты сделала, ЧТО? — Шинсо вытаращился, а затем, закрыв лицо руками, упал плашмя на подушку затылком, — Рэй, им конечно похрен, но они же не идиоты совсем! Ками-сама.. — Ныл он в руки. — Хитоши, — Позвала я. — Чего? Прощальные слова мне хочешь сказать? — Какая же он королева драмы все-таки. Это прикольно. — Твой тест, — Я вытянула листок перед ним. Он взглянул в щелочку между пальцами. — Они.. совсем идиоты, — Удивление сменилось ликованием, — Прямо реально идиоты!  — И вот тебе по остальным предметам, хорошист ты наш фиолетовый, — Мне красиво удалось достать веер еще из пяти работ. Шинсо схватил тесты с оценками от семидесяти до восьмидесяти баллов и счастливо посмотрел на них. — Обалдеть, Рэй, да ты просто.. просто.. просто гений! — Чуть ли не крикнул он из-за чего стушевался , смотря на дверь. — Не парься, щас там никого, все либо на ужине, либо банду Скини обхаживают, — Я внимательно глянула на него, — В общем с успеваемостью и посещаемостью у тебя зашибись, но это не значит, что ты не должен учиться, поэтому я принесла тебе конспекты старосты и книги. — Поставив на стол книги и бумажки, перевела взгляд в его сторону, — А еще я тут дополнила материалы другими учебниками, если ты не против, добавив туда программу посильнее. Ты слишком умён для детсада на наших уроках. Он взял в руки первую тетрадь, пролистал. Потом посмотрел на книгу по физике за третий класс средней школы и литературу за первый класс старшей.  — Вау, не представляю как ты смогла достать конспекты старосты… А учебники из преподавательской библиотеки? — Я кивнула, — Чёрт.. А я… Мне так неудобно перед тобой. Ты столько сил тратишь на меня, делишь свою личную комнату, кормишь к тому же.. Я не заслужил такого отношения.. Я ничего для тебя не сделал, только грубил и хамил вначале знакомства... — Шинсо сжал челюсти от досады. — А ты ничего и не должен был, — Просто проговорила я, снимая пиджак и вешая его на стул, — Вначале общения я была для тебя никем, просто доставучей новенькой, а сейчас я всё делаю, потому что мне хочется. К тому же, я рада компании, рада что кто-то меня ждёт здесь… Я прихожу как домой, а не как в общагу - это вообще-то дорогого стоит.  Слабое шуршание одеял заставило меня посмотреть в сторону парня, который отвернулся и начал что-то писать в тетради. Так быстро за учебу схватился? Молодец. И, уходя в ванную, я уже не могла видеть, алое лицо парня, который рисовал какие-то каракули на листе. — Господи, Рэй, ты инфаркта моего хочешь? — Прошептал он сам себе, — Значит, домой… — До самых ушей красный Шинсо мягко улыбнулся этой тёплой мысли. Дом.

***

В школе было вроде все как обычно. Кроме одного. Этот вечно в центре внимания креветочный Блевотный, сегодня со своими тремя шестёрками что-то обсуждал по углам. Всё шептались, ныкались. Мне это не нравится. Поэтому очевидно, что я проследила за ними, вплоть до входа в подвал. Они стали говорить громче. — Может он сдох все-таки? — Сплюнул на пол какой-то чувак с оранжевыми волосами. — Не, уже б все знали. Он ныкается где-то, гаденыш. — Проговорил пацан с обычной японской внешностью, только толстый и стремный. — Я тут у одной змеи из этой Скалы вызнал, что он там сидит где-то в пустой комнате, один, раны зализывает, тварь. — Сказал уже сам Синдзи-хуиндзи, — Значит подарим ему визит вежливости. В следующие выходные пойдём, а то меня вечером заберут эти олухи педальные. — Закатывая глаза, произнёс он. — Ты про потенциальных опекунов? — Чуть тише остальных отозвался пятнистый, как ядовитая лягушка, пацан.  — Ага, я ж говорил, все богатеи де-би-лы, — выплюнул этот отморозок, — Заебали меня со своими театрами, да выставками. Нет чтоб нормально покуралесить, с такими то бабками, а они как дерьмо мамонта, старые и вонючие! — Негодовал парень. Вот конченный, — Поэтому я оттерплю этих зажравшихся, чтоб к следующему месяцу меня уже забрали наконец-то под полную опеку, а я должен успеть оставить какой-нибудь подарочек нашему Ши-чану, — Они все засмеялись, пока он потирал руками, — Вы не знаете, он по бабам или мужикам? — У них что-то вспыхнуло в глазах и они вместе рассмеялись.  Всё, сукины дети. Вы меня окончательно довели. 

***

Суббота, общественные работы, а значит я в кабинете у сального директора. Как-то так сложилось, что теперь только я освобождена от классического рабского общего труда и всегда тут нахожусь в качестве личной швеи. Вот и этот день не исключение. Только я тут с сюрпризом. — Ох, Директор-сама, у нас в школе все отлично! Все отзываются о вас как об отличном директоре, кто-то даже спасителем называет! Но мне больше нравится Супервсемогущий! — Провожу сеанс вешания лапши на уши уже с пол часа. — Вот оно как! Ну право, это даже слишком… но я рад, что они понимают мою жертву… — Он покивал, — Что еще? — Ох, ну, не знаю как это сказать.. — Я специально замялась. — Говори, дорогая Энни, не стесняйся, дядя-директор поможет тебе, — Слащаво, но нетерпеливо выдал он. — Ну, вы знаете… Синдзи-сэмпая? — Притворяться смущенной от этого имени ужасно. — Конечно-конечно! Прекрасный мальчуган! Всегда такой вежливый, да и комфортно так с ним! Сейчас его рассматривает семья политиков, он мой лучший вари…ребёнок! — По лицу было видно, что у этого сального мужлана там какой-то свой план. Ну сейчас я внесу коррективы. — Ну в общем, Синдзю-сэмпай, он наверное просто слишком добрый, но… Я видела его случайно за школой, вместе с Айкой Цучикавой.. — Как будто случайно сказала я. Мужик обратился в слух. — Ну и они там что-то говорили про красивый дом чьего-то деда на Хоккайдо, как там было бы хорошо… Но у них там чего-то нет, а потом Айка-сан встала, вот прям близко-близко к нему, а потом он что-то ей сказал и она расстроилась, ну и я убежала…— Мужчина нахмурился, почесал пузо под потной рубашкой. — Это очень тревожные вести , Эн-чан, не гоже ему водиться с этой… — Он еле остановился, чтоб не сказать что-нибудь лишнее при мне, — ..девушкой. В этом возрасте надо думать об учебе. А тут.. надеюсь он меня не разочарует. — Что вы, это же Синдзю-сэмпай, конечно нет! — Он посмотрел на меня как на самого тупого ребенка на свете, — А вы самый лучший директор! — Мило подпрыгнула я. — Ох, ты еще так мала, но сердце у тебя чистое, Энни, — Директор пивнул из своего неизменного стаканчика с чем-то горячительным. Наконец-то, — Ох, похоже погода меняется, что-то голова тяжелая.. Сразу после этих слов, мужчина уснул прямо со стаканом в руках. Супер. Мне пришлось отдать еще десять пакетов медсестре Такахаси, но я получила от нее пипетку с легким транквилизатором. От двух капель с алкоголем он проспит буквально пять минут, но мне хватит. Вначале перевожу часы на столе, затем и его наручные на пять минут назад, чтобы к моменту пробуждения было нужное время. Он похоже на этапе развода, потому что спит сейчас на диване в кабинете, все это знают, а значит и часы он увидит только такие. Надеюсь. Теперь главное. Подхожу к его полке с наградами. Ага, наградами самому себе. Но есть здесь одна, в дальнем уголочке, но особенная. Золотая печать от губернатора. Он уже мне все уши прожужжал, как ставит ей печати только в «важнейших документах».. Задолбал. И вот сейчас, я очень аккуратно, в перчатках из аптечки, достаю эту печать прямо из ведерка с чернилами и заворачиваю её в эту же перчатку. Все это во внутренний карман. Прекрасно. Теперь я сажусь как ни в чем не бывало, продолжая шить. Как по часам просыпается мафи…мразь подколодная. — Ох, что, что такое… — Он озирается по сторонам. — Ох, Директор-сама, вы похоже так устали! Всего на пару секунд глаза прикрыли, но видно, что вам непросто, — Наиграно сочувствую я. Он смотрит на часы, кивает. — Да, и правда всего на секунду глаза прикрыл, — Он трет лоб и с желанием косится на сервант с выпивкой, — Сходи отдохни, Энни-чан. Ты такая молодец, заслужила!  — Ох, если так говорите вы, Директор-сама, то я очень счастлива, — Показываю ему законченную работу. — Да, душенька, — Мы вместе встаем и он, как всегда из-за небольшой паранойи, провожает меня прямо до двери. — До следующих выходных, а Генкаку я предупрежу!  Он поспешно закрывает двери, а я продолжаю идти по пунктам плана. Сейчас я мчусь на крыльях ветра в класс, где проходит обычно Клуб дебатов. Из-за общественных работ, меня никто не замечает, поэтому в пустой школе, я спокойно забираюсь в нужное место. У них есть тут заветная коробочка. Во. Огромная коробка до краев забита всякой всячиной: книги, планшеты для листов, глобус, лазерные указки, подставки, мини-проекторы и настоящий кладезь для меня… Который уже у меня в кармане.

***

В понедельник у меня было самое кропотливое задание. Я очень аккуратно пустила слух, через девочек на обеде. Их болтливые языки мне только на руку. А слух состоял в том, что всеми уважаемый Синдзю-сэмпай, оказывается, так изменился, потому что влюбился! И ни в кого попала, а в саму Айку-сан! Конечно, под вечером об этом говорили ВСЕ. А сама глава банды «Скини» ходила с настолько задранным носом, что непонятно как голова то не отвалилась. С таким то огромным прыщавым носом. Поэтому когда Синдзю-Блевотинзю вернулся в школу, он знатно ошалел, когда Айка кинулась ему на руки со смачным поцелуем в щеку. Он пытался мягко оттолкнуть её, но она была прилипчива. Ооочень. Она буквально ходила за ним везде. И если вначале он пытался ей что-то сказать, то потом он уже не выдержал и начал использовать свою поганую причуду на полную. Да-да, ту самую, которая как я поняла, влияет на общее настроение людей вокруг, но прямой контакт усиливает ее в разы. Только вот, в отличие от других, Айка продолжала липнуть к нему как банный лист. Интересно. Может на нее как-то по-другому работает? Хотя, нельзя не заметить, что она начала испытывать негатив… Только не к Синдзю. Она начала просто бросаться на любого, кто подходил к ним близко, даже своих подружек отмудохала. Ну и мне сегодня прилетело, за «глазенки в сторону ее парня». Я вернулась вечером в комнату.  — Рэй, привет, я тут… Эй, что произошло?! — Подошел ко мне уже почти полностью выздоровевший парень. Две с половиной недели не прошли даром, — Почему у тебя кровь на голове?! — А, да забей, нормально всё, — Я вытащила полотенце из шкафа, чтоб вытереть подтёк, — Айка бушует, а я под раздачу попала. — Я просто начала водить полотенцем по голове. — Ох, мать её за ногу, дай сюда, — Он аккуратно подошел ко мне, взял полотенце из рук и смочил его водой из бутылки, — Сейчас посмотрю что тут и вытру нормально, — Он встал передо мной в стираных штанах и моей черной оверсайз футболке, — Да сюда бы швы. Это чем? — Как ни странно, портретом прошлого императора, — Спокойно сказала я, пока он протирал мне голову. — Смотрю, как я слёг, в школе какой-то кошмар твориться. Так, вроде всё. — Он закончил и опустил взгляд к моему лицу, — Вот бы еще.. — На пару секунд он завис на мне, но продолжил, — ..Мазь какую-нибудь. Давай наложим бинт. — Шинсо резко развернулся к аптечке на столе. — Да не надо, ты же знаешь, пройдет само, ой, — Я покачнулась, но он аккуратно меня подержал. А чего голова то закружилась? — Ну вот видишь. Я понимаю, что регенерация твоя причуда, но это же не отменяет того, что тебе больно, правильно? — Строго глянул парень. А я как-то даже не думала на эту тему в таком ключе. Заживает и главное, разве нет? — Поэтому подожди, я приклею на пластырь.  Его руки были очень бережны. Когда пытались коснуться моих ран в больнице, меня дергало не по-детски. А здесь.. Во-первых, я совершенно не чувствую от него опасности. Может из-за одного возраста. А во-вторых, наверное, это вопрос доверия. Понемногу я привыкаю к нему сильнее и сильнее. Как минимум, сожительство уж очень этому способствует.  Доверять кому-то, наверное, было бы хорошо. — В пятницу я выйду в школу, — Сообщил он внезапно мне, закончив клеить бинт. — Хорошо, — Просто ответила я. — А, ну… — Видимо он ожидал другого ответа. Сделал от меня шаг назад, — Я тогда, ну соберу вещи… Хотя какие у меня вещи.. — Неловко зачесал шею парень. — А при чем здесь твои вещи? — Вопросительно посмотрела я.  — Ну я в плане, что вернусь обратно… — Но мне пришлось его перебить. — Нет. — Снова спокойно сказала я. — Что? — Он замер. Потом удивлённо перевел взгляд. — Я сказала нет. Ты никуда не уйдешь, а останешься здесь. Все. — Безапелляционно проговорила я. — В смысле нет? Рэй, мне нужно в школу ходить, да и вообще выходить. Мне конечно не хочется в Скалу, но и тебя теснить… — Я конечно извиняюсь, что перебиваю тебя дважды, но Хитоши, не хочешь - не возвращайся. Я уже придумала как тебе ходить в школу отсюда. И это не потому что я курица-наседка, со склонностью к гиперопеке очень надеюсь что нет, а потому что это просто логично и нормально. Или ты не хочешь? Скажи, если так, я понимаю, что могу быть не лучшим в мире соседом. — Нет, дело вообще не в этом. За эти недели, я почувствовал самую комфортную и безопасную среду в жизни, несмотря на то, что был постоянно в восьми квадратных метрах, да и сосед из тебя шикарный, еще и учишь меня постоянно, — Он снова начал тереть шею, — Просто я не хочу случайно надоесть тебе и поругаться ненароком, я слишком дорожу дружбой, что складывается между нами, поэтому и думал уйти. — Я удивлённо уставилась на него, — Что? — Да я просто.. спасибо, что сказал всё так честно. И я тоже честна, когда говорю, что мне с тобой отлично. Поэтому в школу выходи, но живи со мной, ладно? — Радость сама полезла мне на лицо. Я улыбалась этим мыслям и тому, как мне повезло, что он решился открыться несмотря на свой характер. — Ч-чего… То есть, Д-да, хорошо.. — С чего-то начал заикаться парень. Потом он вдохнул, выдохнул. И после, он улыбнулся во все тридцать два и сказал, — Но ванная теперь моя.