velvet

Словно сбрасывая с себя невидимые оковы, Сан прислонился спиной к холодной, массивной деревянной двери, всем телом отсекая последние отголоски натужного смеха и пустых, выверенных до последней запятой разговоров. Воздух в его спальне был неподвижен, прохладен и чист, он не был зараженным гулом притворных голосов и удушающим миксом дорогих духов. Чхве Сан — единственный сын и невольный наследник империи "Choi-ga" — только что отыграл свою очередную роль на тщательно выстроенной «сцене» своего отца. Эти «тусовки» влиятельных людей были не просто скучными мероприятиями; они были изощренными аукционами, где Чхве, выступал в роли премиального лота. Его отец, с ледяной улыбкой и стальной хваткой рукопожатия, методично водил его от одной кучки «партнеров» к другой, представляя очередным дядькам с толстыми кошельками и, что было главным, — их безупречным дочерям или внучкам. Цель была ясна, как день и цинична: свести его с одной из них, чтобы скрепить альянс новой, живой плотью, превратив сына в идеальный актив, который наполнит кошелёк отца ещё больше. Весь вечер Сан выполнял роль, навязанную ему отцом — он был вынужден общаться с этими девушками, каждая из которых представляла собой лишь выгодную партию для семейного бизнеса. Он танцевал и общался с каждой из них. Каждая его улыбка, каждый кивок, каждый формальный комплимент были частью блядского ритуала, навязанного отцом, который видел в сыне не личность, а живой, дышащий инструмент для укрепления "империи". Он сбросил пиджак, и тело, словно вздохнуло с облегчением. Дорогой костюм, идеально сидевший на нём, всё это время ощущался как смирительная рубашка, и вот наконец наступило долгожданное освобождение. Он включил светодиодную ленту, сел за компьютер и уже через мгновение монитор "ожил" под прикосновением его пальцев. Не глядя, чисто на автомате, он кликнул по закладке с вызывающим названием «Silk_N_Skin» — своим личным порталом в мир свободы. Уже одно это название, нарочито простое и прямое, было для него глотком воды после долгой жажды. Оно было полной противоположностью всему, что он только что пережил — здесь царила откровенность желания, искренность стонов и единственный человек, с кем он готов заключить все сделки мира, только ради того, чтобы услышать голос, увидеть его и просто потрогать руками. Еще до того, как страница полностью загрузилась, его тело начало реагировать. Внизу живота заструилось тепло, тяжелое и сладкое. Кровь пульсировала в висках, отзываясь нарастающим гулом в ушах, а по коже пробежала мелкая, нервная дрожь — трепетное предвкушение. Он знал, что сейчас увидит его. Единственного, кто заставлял его кровь играть иначе, громко и горячо, — его мальчика в маске. Эфир уже шел полным ходом. Чат представлял собой безумный, непрерывно бегущий поток эмодзи, похабных комментариев и донатов. Но эти донаты ничто по сравнению с тем, какие суммы переводил Чхве. Он с горькой усмешкой представил, что сказал бы его отец, узнав, куда уходят действительно приличные суммы. От этой мысли становилось лишь веселее. И вот, на экране, в центре всеобщего внимания, появилась фигура, от которой его дыхание остановилось, а сердце совершило болезненный скачок. Вельвет. «Мой ненасытный тигрёнок наконец-то пришёл», — раздался из колонок тот самый, шелковисто-нежный голос, от которого по спине пробежали знакомые мурашки. Чхве рассматривал его жадно скользя взглядом по телу. Он готов перевести все свои деньги только ради того, чтобы попробовать языком эту сладкую, по его мнению, кожу. Сегодня он выглядел особенно прекрасно. Чёрный топ на его торсе был так ублюдски короток, что откровенно выставлял напоказ всё, что ниже груди — каждый рельефный кубик пресса, от которого слюнки текли, и эту сужающуюся, будто для хватки, линию талии. Этот блядский кусок тряпки только и делал, что дразнил. Шею обвивал узкий, кожаный чокер, украшенный маленькой, холодной металлической застежкой-пряжкой. Сан был не в силах оторваться. Этот парень в маске стал для него зависимостью, единственным, кто заставлял его чувствовать что-то настоящее. И как же мучительно было не видеть его лица! Лишь губы — с тех самых блядских приватных фото — преследовали его в мыслях, не давая покоя. Вельвет начал показывать очередную безделушку для своих утех — розовый вибратор, мерзко поблескивающий в свете монитора. Чхве завидно, что этого парня имеет какая-то игрушка, а не он сам. В чат с размаху врезался донат: "Мой хуй куда лучше этой хуйни. Давай, сучка, я тебя выебу по-настоящему." Сан едко фыркнул. Только ему позволено думать о таком. А это очередной уёбок в засаленной майке, который считает себя богом секса. У этого нищеброда слюнки явно текли не только от Вельвета, но и от дешёвого пива. Он действовал почти не думая. Пальцы сами вывели заученным движением сумму, заставляя интерфейс чата вспыхнуть ярким уведомлением. Сумма доната: 600 000₩ Текст: «Котёнок, надеюсь этих денег хватит на то, чтобы забыть тот донат <3" "Спасибо, мой тигр, ты меня балуешь" – рассмеялся Вельвет и поднялся, чтобы поправить софит. И тут же в голове у Сана что-то короткнуло. "Блядь..." — вырвалось у него сдавленно, когда взгляд зацепился за туго обтянутые чёрной тканью бёдра. Эти ебучие шортики были настолько узки, что, казалось, врезались в плоть, подчеркивая каждую очерченную мышцу, каждую линию. Ткань натянулась так, что вот-вот треснет по швам, и от этого зрелища перехватывало дух. Этот парень сводил с ума. Безнадёжно, по-скотски, до самой омерзительной, животной потребности. Он хотел прижать ладони к этим бедрам, затянутым в ублюдскую ткань, ощутить их упругость и мягкость. Хотел сорвать эту чёртову маску и, наконец, увидеть лицо, прижаться губами к его губам, целуя нежно и одновременно беспощадно. «Извините, лампы сегодня немного шалят», — сказал он, возвращаясь на своё место. Вельвет отошёл подальше от камеры, чтобы оказаться в кадре полностью, а не только по пояс. Затем он взял ленту и медленно завязал её вокруг бедра, затянув аккуратный узел прямо на бицепсе бедра. Шёлковая полоска контрастировала с бледной кожей, подчёркивая каждый мускул. Сан застыл. Его дыхание стало частым и поверхностным. Рука, сначала лежавшая на столе, медленно опустилась на бедро. Пальцы вцепились в дорогую ткань брюк, но это не помогало — только сильнее оттеняло дрожь, бегущую по телу. «Я, кстати, только что выложил новые фото на своём аккаунте, — томно протянул Вельвет, проводя пальцем по ленте. — Там есть... кое-что особенное». Пальцы Чхве непроизвольно сжались. Он уже доставал телефон, когда Вельвет добавил: «Но доступ открыт только для тех, кто сделает донат от 500 000 тысяч вон» – его губы растянулись в игривой улыбке. Сан не раздумывал ни секунды. Его пальцы уже летали по экрану, совершая донат. Деньги значили так мало по сравнению с тем, что ему обещали. Уведомление о переводе вспыхнуло в чате, и Вельвет томно произнёс: «Так и знал, что это сделаешь ты, тигрёнок.. Наслаждайся просмотром» Чхве перешёл по приватной ссылке. Первое же фото заставило кровь ударить в виски. Крупный план - та самая лента, но теперь она перетягивала не только бедра, но и основание возбужденного члена. Следующее фото - отражение в зеркале ванной, где пальцы сжимали его упругие ягодицы, оставляя красные следы на бледной коже. И последнее - чёткий кадр, где Вельвет глубоко вводил в себя ту самую блядскую, розовую игрушку. "Надеюсь тебе понравилось, тигрёнок," - прошептал Вельвет в микрофон. Этого оказалось достаточно. Пальцы Сана сами потянулись к ширинке, расстёгивая её одним резким движением. Когда он обхватил свою напряжённую плоть, по спине пробежали мурашки. С каждым движением его рука ускорялась, становясь всё более яростной, почти животной. Он представлял, как этой же блядской лентой связывает Вельвету запястья, прижимает его к стене и трахает, слушая его сладкие стоны. Дыхание Сана стало прерывистым, по телу пробежала знакомая дрожь. Он закусил губу, пытаясь сдержать стоны, но это было бесполезно. Когда волна наслаждения наконец накрыла его, он с громким стоном обмяк в кресле, оставив горячие следы на дорогих брюках. Он сидел, тяжело дыша и глядя на экран, где Вельвет продолжал общаться, принимая новые донаты. Сан медленно провёл рукой по лицу, ощущая липкую усталость во всём теле, но долгожданное умиротворение. «Спасибо за сегодня, милые, — произнес парень, игриво крутя в пальцах ту самую ленту. — Особая благодарность моему тигрёнку за щедрость.» – он сделал паузу, словно собираясь с мыслями, прежде чем добавить: «Кстати, тигр... лично для тебя завтра открою личные сообщения на моём аккаунте. Можешь писать, когда захочешь, но не факт, что отвечу сразу" – посмеялся тот. Чхве замер. Сердце забилось чаще, сметая остатки усталости. «Лично для него»? Он о таком только мечтал. Завтра... Внезапно ожидание стало сладким и мучительным одновременно. По губам Сана проползла едва заметная улыбка — первая искренняя улыбка за весь вечер, но тут же на экране телефона всплыло сообщение, заставившее улыбку исчезнуть.

Отец: Завтра в 16:00 придёт твой новый репетитор по английскому. Будь готов.

"Блять, сколько можно уже!" – произнёс он, заблокировав экран.