Хроники Водоророта

       Будьте осторожными со своими желаниями, они не зря имеют свойство сбываться. Хотел попасть в мир своих желаний и грёз? Поздравляем, ты глупо помер и получил шанс на вторую жизнь. Хотел получить супер способность, с которой смог бы побеждать всех и вся? Поздравляем, держи систему рулетки, которая раз в сутки тебе даёт один бесплатный шанс выбить всякую мелочёвку. Было бы смешно, если бы не было так грустно.              - Акаши, ты скоро?       - Да, Ризе, мне только комнату убрать осталось! Подожди ещё немножко.       - Хорошо, только быстрее, пожалуйста. Говорят, стража собирается, значит, они скоро будут! Я не хочу опаздывать и пропускать, понимаешь?       - Понимаю, Ризе, понимаю.              Ну да, в принципе, меня можно назвать тем самым счастливчиком, упомянутым выше. Я плохо помню свою предыдущую жизнь и как копыта откинул – тоже не удержалось в памяти. Но отчего-то яркими фрагментами всплывает одна и та же история, жителем которой, к несчастью, я теперь и являюсь. Почему же к несчастью? А потому что я не то, что в главных героев, а даже третьестепенным персонажем переродиться не смог. Родился Узумаки, а если быть точнее – Сейджуро, в побочной ветви Клана, сосланной два или три поколения назад в Деревню Отречённых по причине идиотизма своего основателя. Когда-то, если верить рассказам моей матушки, наш Клан не владел свой фамилией и мы гордо носили фамилию Клана. Однако, наш основатель, после пробуждения Наследия Крови, ударился с головой в гордыню и решил, что его семья не достаточно хороша для того, что бы быть обычными стражами заставы Доблестных. Мол, дети мои достойны лучшего и почему бы мне не поднять бунт?       И он поднял.       И был жестоко казнён, потому что его Наследие Крови было лишь смертного ранга, и по-хорошему – сидеть бы ему тихо на заставе, службу служить да поживать свои деньги, пользуясь той славой, которой имел. Но нет, дурная голова ничего хорошего не принесла. И основатель ветви её лишился так же быстро, как и попытался восстать. А семья его, заклеймённая предателями, получила новую фамилию и была отправлена в ссылку, в самую проклятую деревню на всём острове, деревню Отречённых, где с момента появления первых «дьяволов» на острове жил лишь всякий сброд.       Так что родился я в семье предателей, в отдалённой деревушке, где жили такие же потомки предателей, как и я. Жили бедно, но жили, а не выживали. Работы тем, кто не ленился, всегда хватало. Плюс, если ты был на хорошем счету у стражников любой из двух застав, тебя могли взять в личные ученики и открыть путь на свободу, за пределы этих хлипких, побитых временем деревянных стен.       Не скажу, что мне прям совсем не повезло. Наоборот, родился я в хорошей семье. Был единственным ребёнком, поэтому всё внимание матери получал в полном объёме, как и нравоучения отца, когда он возвращался с долгих вылазок на озеро Отречённых, что располагалось строго позади деревни. Лет с шести меня начали обучать владению чакры. Запасы у меня были не плохие, ведь всё же Сейджуро когда то были чистокровными Узумаки, но тем же чистокровным, опять же, я сильно уступал. Контроль давался мне из рук вон плохо, потому что большой резерв чакры сыграл со мной злую шутку. Контролировать такие объёмы энергии было крайне тяжело, что бы там не писали авторы в своих фанфиках в моей прошлой жизни. А потому развивался я медленно и не спеша, стараясь не разрушать свои хрупкие каналы и не давать очагу чакры деформироваться от переизбытка энергии. А что бы этого избежать, мой отец не придумал ничего лучше, как обучить меня эту самую чакру стихийно выбрасывать. Путём долгих проб и ошибок, заканчивавшихся моим пробуждением в местной пародии на лазарет, я научился высвобождать чакру неким лучом «смерти» в строго заданном направлении, тем самым освобождая свой очаг от излишком и отсрочивая неминуемое на некий промежуток времени.       Со слов отца, такой проблемы ни у кого в роду не было. Я был единственным идиотом, организм которого трещал по швам, бешено накапливая чакру и не позволяя её контролировать. И позже я понял, почему это случилось.       В одиннадцать лет я пробудил своё Наследие Крови. Как я назвал его? Системой лотереи.              - Акаши, я уже устала ждать. Я одна уйду сейчас.              Та дурочка, что упрямо мешает мне наводить дома порядок перед тем, как мы с ней убежим на прогулку – Ризе Узумаки. Да, да, не Сейджуро, ни ещё как там – а самая, что ни на есть, чистокровная Узумаки. Сирота только, потому что её родители погибли на задании в Лесу Смерти, ею же ещё в восемь лет кто-то воспользовался, опорочил и что бы скрыть следы своего преступления обманом состряпал дело и отправил в ссылку. Скажите, убить проще? С бастардами вроде меня может и да, но не с Ризе. За убийство чистокровного, пусть даже он является самым закоренелым преступником, без Суда грозило страшное наказание. Насильник Ризе понимал, что после Суда не выживет сам, поэтому воспользовался своими связями, подтасовал факты, выступил лжесвидетелем и, довольный, наблюдал за тем, как осквернённую им девочку увозят в деревню Отречённых. Потому что Закон был один, и не важно насколько чистой была ты кровь. Если доказали твою вину, тебя ждало наказание. И ссылка – самое безобидное на что могли быть способны те люди, которые ещё вчера ты улыбалась.       Так вот, Ризе моя сверстница. Сейчас ей так же пятнадцать и, разорви меня хвостатые, она чертовски красивая девушка. Если не обращать внимание на повязку, прикрывавшую выбитый правый глаз, и шрам, ведущий через всю правую щёку вниз, и заканчивающийся почти у шеи. Единственный уцелевший глаз у неё необыкновенного зелёного цвета. Я бы даже сказал, оттенков изумруда там куда больше, чем зелёного. Густые, тёмно-алые волосы были куда великолепнее моих слегка рыжеватых завихрений на голове. Не смотря на трагичное детство, Ризе обладала горделивой осанкой, соблазнительными формами, которые не скрывало рваное тряпье, бывшее здесь вместо одежды, и уверенными навыками фуиндзюцу, что делало её одной из сильнейших жительниц деревни и самым нежеланным объектом для насмешек. Потому что её Наследие Крови, о котором знали только мы с ней, было земного ранга, на ранг выше Наследия первого Сейджуро. Не знаю, в чём именно оно заключалось – Ризе никогда не раскрывала подробностей, но благодаря ему её навыки в сотворении печатей возросли до небес, подарив ей шанс на возвращение в Деревню.              - Совсем немного осталось, Ризе!       - Я сейчас зайду и закончу уборку твоим мёртвым телом, придурок!              Да, она была немного нетерпелива и крайне проста в общении. Но именно это меня в ней и притянуло когда-то. Так что сейчас мы можем называться парой, хотя дальше поцелуев дело у нас пока не заходило. На мой взгляд, она стесняется теснее связывать свою судьбу с судьбой человека, чьё Наследие крови даже до смертного ранга не дотягивает. Ну, по официальной версии, с которой по совету родителей ознакомил всех я. Даже свою подружку. А на самом деле…       Кстати, о чём это я?       В 11 лет я пробудил своё Наследие Крови и назвал его Системой лотереи. Всё было до смешного просто. Раз в день в одно и то же время появлялось колесо с разноцветными секторами. Всего их было семь цветов, разделённых по категории редкости. Серый – сундук обычного качества, зелёный – сундук необычного качества, синий – редкого, фиолетовый – эпичного, оранжевый – легендарного, красный – мифического и белый – божественного. Если ты успевал забрать сундук, появлялся приз. Он может быть любым. От полезного предмета до бесполезного мусора. Рандом весьма и весьма жесток, ибо за четыре года я пропустил от силы пять или шесть розыгрышей, но, не смотря на это, не выбивал сундук выше зелёного цвета. Да и зелёный падал мне от силы раз пятнадцать за всё время. Попадается так и одежда, вещи обихода, оружие, свитки, так и деньги. За счёт этой Системы я накопил такую сумму, которая позволяла мне выкупить всю деревню Отречённых со всеми жителями в придачу. Но её по-прежнему было недостаточно, что бы купить себе свободу.       Если в назначенные двенадцать часов дня за доступную минуту ты не заберёшь свой сундук, он просто исчезнет и ты останешься без наград.       Когда я показал родителям, как работает моё Наследие Крови, они взяли с меня клятву больше никому не демонстрировать эту способность, если я не хочу закончить свою жизнь дойной коровой в казематах Гвардии. Тем не менее, они были крайне рады, потому что с их слов моё наследие было – божественного ранга.       Ведь даже Наследие Крови в роду Узумаки имело разные уровни силы.              - Всё, ты меня уже достал!       Дверь с грохотом открылась и в проём, прямо в мои объятия, влетела красноволосая девушка ростом под метр шестьдесят. Она даже опомниться не успела, как я обнял её и прижался своими губами к её горячим губам. Единственный глаз Ризе яростно заблестел, но злость, нахлынувшая на неё, отпустила так же внезапно, как и появилась. Она обмякла в моих руках, а после и вовсе ответила на поцелуй.       Пару минут мы стояли, не в силах оторваться друг от друга, но затем она оттолкнула меня, красная, как помидор. Вытирая свои губы, куноичи гневно прошептала:       - Придурок! А я жду тебя на улице, а он… а он…       - А он сделал тебе сюрприз, - засмеялся я, очарованный её выражением лица, - Только не говори, что тебе не понравилось! Твой язычок говорит об обратном.       - Идиот! – чуть ли не взревела Ризе, но затем, взяв контроль над своими эмоциями, схватила меня за руку и потянула до улицу – Пошли, иначе все места пропустим! Скоро Бог Шиноби приедет за химе Клана! И с горы неподалёку прекрасно виден его маршрут.       - А разве эта гора не должна быть в первую очередь взята под охрану? – с недоумением переспросил я, позволяя своей принцессе тянуть себя в бурный поток народа, который, к моему удивлению, тёк в одном с нами направлении, - Стража там, не?       - Да эта стража сама лучшие места заняла, между прочим, а остальные продавала. Я успела вырвать парочку, подарив одному целую пачку взрыв печатей, понимаешь? Целую пачку! А это, что б ты знал, более ста тысяч рё. Моя недельная выручка       «Что бы ты сказала, узнав, что у меня дома спрятаны десятки свитков, в каждом из которых спрятаны твои месячные труды, а, Ризе?».       - Почему то я совсем не удивлён. Тогда к чему спешка, если место уже куплено?       - Святое место пусто не бывает, идиот. Ничего ты не понимаешь! Давай быстрее.       Она оказалась права. Учитывая, что кроме работы внутри деревни, заказов на озере и одного единственного бара других развлечений у Отречённых не было, проезд мимо нашей деревни уже ставшего легендарным шиноби Сенджу Хаширамы было главным событием за последние несколько лет, если не за всё время с моего рождения. Если верить слухам, то на остров Сенджу прибыл не со стороны Порта, а прямо минуя природную защиту, водовороты, со стороны Изумрудной долины. Дальше у него была только одна дорога – миновать горный хребет Уединения, что раскинулся между заставами и озером Отречённых, и, минуя нашу деревню, к главному входу в Узушио.       Прибыв на холм и протиснувшись через целую толпу любопытных мужчин, женщин и детей со стариками, я понял, что Ризе была права. Вид на пробегающую рядом дорогу открывался во истину удивительный. Куда только падал взгляд открывалась покрытая свежей травой равнина, и протоптанная по ней дорога, змеёй скользящая в сторону двух крепостей застав, сразу же приковывала взоры голодных до зрелищ людей. И нужно быть честным, успели мы во время. Потому что на горизонте уже заклубилось облако дыма, от чего Ризе восторженно закричала, как и другие девушки на холме, сильнее сжав мою руку.       Направив чакру к глазам и свободной рукой активируя подаренную Ризе печать зоркости, я поморщился от лёгкой головной боли, но всё же смог разглядеть в клубе дыма несколько силуэтов. Алые доспехи Гвардии Каге, восседавших на лошадях по обе стороны от простой деревянной кареты, даже не украшенной драгоценными камнями и прочими атрибутами власти и богатой жизни.       - Кажется, господин Сенджу весьма скромная личность, - не смог не заметить я, не отрывая взгляда от кареты в надежде увидеть, по факту, главную знаменитость нашего мира.       - Это делает его ещё привлекательнее! – возбуждённо заметила Ризе, - Вот бы мне стать его наложницей!       - Даже не женой? – усмехнулся я, проглатывая горькую шпильку в свой адрес.       - Куда мне до химе Клана? Я даже луну достать не могу, что уж говорить про звёзды, - заметила огорчённо куноичи, - Но готова поспорить, что такой мужчина, как господин Сенджу просто обязан иметь ещё наложниц, кроме официальной супруги.       - И химе так просто будет терпеть измены своего супруга? – спросил я и тут же пожалел об этом, потому что одноглазая посмотрела с таким укором, будто бы хотела, что б я сквозь землю провалился. Поборов волны смущения, я переспросил, - Что не так?       - Какой же ты дурак, Акаши, - отпустила мою руку, словно обидевшись, Ризе, и пару раз стукнула меня кулаком по лбу, - Какие ещё измены, ты о чём?       «Ну да, это же не мой родной мир, о чём это я», - ухмыльнулся я, и, как всегда бывает при коротких воспоминаниях о прошлой жизни, мой висок пронзила тягучая барабанная дробь боли, - «Да и к чёрту, мне вообще никакой разницы до них. Подумаешь, становлюсь свидетелем того, как Бог Шиноби едет к своей будущей жене, пока ещё не ставшей первой в мире джинчуррики».       Но, как бы не надеялась любопытная толпа, карета не делала остановок, и никто из неё не выглядывал, что бы помахать ладонью отверженным своим собственным Кланом изгоям. Единственным событием можно было назвать то, что при достаточном приближении нашему взору стал виден герб Клана Сенджу, нарисованный на дверях кареты и почти высохший от ярких солнечных лучей. Так что личность пассажира кареты можно было бы смело назвать, даже не задумываясь.              

***

      Хаширама сидел внутри кареты с отрешённым лицом, провожая уставшим взглядом толпу, которая что-то активно кричала там, снаружи на холме, и приветливо махала им в след.       - Мы разве не может остановится, что бы поприветствовать тех, кто настолько доброжелательно встречает меня? – поинтересовался Сенджу у сопровождающего, который сидел рядом с ним. Им был лидер Гвардии Узукаге, Узумаки Морино.       - Это – Отречённые, господин Хокаге, - вежливо ответил на вопрос гостя Морино, даже не изменившись в лице, - Сборище преступников и преступниц, отродье, которое даже смерти не достойно.       - Если у вас такое отношение внутри Клана, то я начинаю задумываться, а правильным ли решением было заключить союз с вами, - заметил Хаширама, окидывая ледяным взглядом своего сопровождающего.       Почувствовав липкий холодок, пробежавший по коже, Узумаки слегка побледнел, подумав «Монстр!», но решился продолжить диалог.       - Это официальная политика Клана, скрывать и утаивать мне нечего. Но вы не подумайте, что бы относимся предвзято ко всем, кому выносит вердикт Суд. Закон един. И не важно, насколько чиста кровь. Бастард ты или же член основной ветви, если ты совершишь преступление – наказание не будет долго ждать.       - А не проще было бы казнить их, чем обрекать на столь жалкое существование? – лёд в глазах человека, сумевшего закончить Клановые войны и основавшего одну из первых деревень шиноби, сделался только темнее, отчего Узумаки открыто бросило в дрожь. Даже внутри кареты атмосфера изменилась. На стеклах окон появился небольшой иней. Такие же осадки покрыли недорогую, но крайне удобную мебель внутри.       - Не все достойны смерти, господин Хокаге, - ответил Морино, проклиная себя за то, что выбрал настолько неудачный маршрут для движения, - Их преступления достаточны тяжелы для того, что бы их сослать, но не для того, что бы их лишать жизней. К тому же не всё так плохо, как кажется на первый взгляд, господин Хокаге. У них имеются все условия пусть и не для богатой, но спокойной жизни. Они выполняют задачи, добывая нужный для деревни ресурс, тем самым выкупая своих грехи, и получают достойную за это плату. Их обучают. Развиваться и учиться им никто не запрещает, а самые талантливые получают право начать новую жизнь в Узушио, получив прощение Суда. Они так же строят семьи, рождаются целые ответвления от основной линии Клана, что так же идёт нам на руку, добавляя новую кровь.       - Одним словом скот, не так ли? – улыбнулся Хаширама, и от улыбки этой у гвардейца едва ли сердце не остановилось. Он попробовал было возразить, но был остановлен гостем, поднявшим ладонь в знак предупреждения, - Хватит, ничего больше слышать и знать не хочу. На обратном пути я хочу посетить эту деревню, что бы лично убедиться в том, что принятое мною решение не окажется ошибкой.       «Мы заканчивали войну не для того, что бы с людьми продолжали обращаться, как с животными, не так ли, Мадара?», - улыбнулся Сенджу, вспоминая свою боевую подругу и думая о том, как бы она сейчас поступила на его месте.