У аппарата

— А… Т-Тоби… ты слишком… мм!.. Лоб покрывала испарина, пальцы сминали и стискивали простыню. Фучи, по сути, ничего особенного не делал — лежал пластом на кровати и дышал, — но, тем не менее, чувствовал себя донельзя уставшим. Как будто разгрузил три поставки дисков для магазина видеопроката. Подряд. Один. Хотя стоило признать, что жаловаться он не мог. Да и не хотел. Да и права не имел, учитывая, что на нëм скакал сам Отогири Тоби с его этой сводящей с ума дьявольской гибкостью и ангельским голоском (тихим, но оттого не менее прекрасным). Фучи был уверен, что, будучи близоруким, упускал многие важные детали: как могли бы трепетать веки Тоби, когда он опускался на длину Фучи до конца, или какое выражение лица он мог бы сделать, случайно поменяв угол проникновения и попав именно туда, куда нужно. Закушенная губа, нежный розовый румянец на ушах и кончике носа, подрагивающие колени, напрягающиеся мышцы пресса — Фучи мог лишь фантазировать, не имея достаточной храбрости, чтобы достать камеру и проверить теорию на практике. И в обычное время он был бы весьма огорчëн этим фактом, но в такие моменты, как этот, из головы вылетали любые последовательные и логически связанные мысли. Кожа Тоби влажно поблëскивала от пота, тëплый свет настольной лампы целовал его голую грудь. Остальное перестало существовать. Глядя на него из-под ресниц, Фучи мог думать лишь о том, что хотел бы застыть во времени, чтобы никому из них не пришлось расставаться друг с другом, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Парни подпрыгнули от испуга, когда со стороны тумбочки раздался оглушающе громкий стандартный телефонный рингтон. Из них двоих только у Тоби был такой — Фучи сменил мелодию звонка сразу после покупки смартфона. Фучи резко сел, проигнорировав укол боли в бедре. — Тоби, телефон… — начал он, но лишился дара речи, снова оказавшись возбуждающе легко опрокинутым на спину. — Знаю. К чëрту, — деловито ответил Тоби. Похоже, он был целиком и полностью сосредоточен на их занятии: секс в позе наездника. И ему очень, очень не нравилось, когда кто-то отрывал его от того, во что он был погружëн. Но момент уже был испорчен. Телефон продолжал звонить, жар остыл до сковывающей липкости, а тот самый идеальный угол проникновения был потерян. К тому же, людей, которые могли и звонили Тоби, можно было пересчитать по пальцам. И звонок от любого из них, как знал Фучи, не стоило так легкомысленно игнорировать. В смысле, вряд ли кто-то позвонил бы Тоби незадолго до полуночи просто чтобы спросить, как дела, правда же? Нет, лучше проверить. Усилием воли (и мышц) Фучи снова сел, и Тоби легко позволил ему это, хотя при желании мог удержать его лежащим на кровати. Фучи положил одну руку своему парню на талию, а другую — на плечо, чтобы зафиксировать на месте и удержать от скольжения вниз по его члену. — Ответь, вдруг это важно? — Он кивнул на телефон, всë ещë не до конца отдышавшись. Вблизи было явно видно, что Тоби эта идея не понравилась. Он выглядел так, будто хочет убить кого-то. Ну, Фучи тоже не был в восторге, но всë же лучше перебдеть. — Ладно, — Тоби неохотно потянулся к телефону, пока Фучи придерживал его. Посмотрев на имя контакта, высветившееся на экране, Отогири закатил глаза, но звонок не сбросил. — У аппарата. Со своего места Фучи услышал, как из динамика раздался приглушëнный голос Моники. Парень застыл, боясь пошевелиться и помешать Тоби. Он вслушивался в разговор, безуспешно пытаясь понять, о чëм речь, по едва различимой речи Моники и кратким ответам Тоби. Секунды шли и растягивались в минуты. Фучи чувствовал, как нарастала боль в бедре — согнул ногу неправильно, защемило что-то, — и старался не шипеть от боли и удерживать себя от ëрзаний. Но вместе с этим он чувствовал напряжение Тоби. Его неловко полусогнутые ноги начинали подрагивать, и дрожь усиливалась с каждым раздражëнным «мгм» и «понял», брошенным Тоби невпопад посреди долгой речи Моники. Что такое, чëрт возьми, важное она рассказывала ему в такое время? Фучи начинал раздражаться. Ему не хотелось ничего, кроме как поменять положение тела — и своего, и Тоби — в пространстве. Закончить начатое (ведь возбуждение, что удивительно, никуда не ушло, по крайней мере в физическом плане). — Моника, я всë понял, — Тоби попытался завершить диалог (и Фучи знал, что ему многого стоило не закончить звонок молчаливым нажатием красной кнопки на экране), но Моника, похоже, сегодня была особенно жестокой к бедному коллеге и собиралась договорить всë, что хотела, не смотря на очевидные попытки собеседника уйти от разговора. И Тоби не выдержал. Ноги подогнулись, и со сдавленным, но отчëтливым «ах!» он упал и шлëпнулся бëдрами о бока Фучи, который, в свою очередь, не смог удержать равновесие и упал на локти, скривившись от щелчка где-то в плече. Повисло неловкое молчание. Тоби залился краской. Фучи надеялся, что Моника проявит хоть каплю такта и перенесëт разговор на другое время. А Моника, видимо, считала надежду полной глупостью и снова сказала что-то, чего Фучи не услышал. — Я… нет, всë хорошо… — ответил Тоби. Если бы не запинка, его слова звучали бы на удивление нормально. — Да, я уверен. Нет… Моника, это может подож… Что? Слушай… Фучи уже не мог терпеть. Он чувствовал себя готовым ампутировать собственные затëкшие руки. Выхватив телефон из рук Тоби (который несомненно удивился, но без колебаний позволил ему сделать это), он прижал динамик ко рту. — Тоби занят, позвони позже. И завершил звонок. Тоби удивлëнно уставился на него. Его руки неловко лежали на животе Фучи, рот был приоткрыт. Фучи со стоном плюхнулся на спину, отбросил телефон в сторону и бросил на Тоби нетерпеливый взгляд. — Так и будешь просто сидеть на мне верхом?

***

Моника смотрела в экран, который показывал, что Тоби завершил звонок. Точнее, Фучи завершил звонок вместо Тоби. Впрочем, Моника совершенно не была удивлена. Не ожидала, но не удивилась. — Занят, занят… А я и не собиралась его отбивать. Откуда мне было знать, что у сладкой парочки сладкое время? — пробурчала она себе под нос и со вздохом отпила немного энергетика из банки. — Вот и сообщай коллегам об их заданиях после такого… Из горла вырвалось весëлое фырканье при воспоминании о том глупом звуке, который вырвался из Тоби, и о недовольном нажиме в голосе Фучи. О, хотела бы она видеть их лица в тот момент. Наверняка они были до невозможного смущены! Но Моника, к сожалению, не была извергом и не хотела влипнуть в подобную ситуацию ещë раз. Пожалуй, стоило перейти со звонков на сообщения. Да. Давно пора.