Спасибо, что рядом

Знаете, осень, на самом деле очень интересное время года. Воздух звучит листвой и ушедшим летом, и даже когда солнце уже не греет, почему-то всё равно тепло. Вот именно такая осень сейчас, та, от которой тепло. Хотя… может, это от ощущения его тела на моих коленях? Он лежит так безмятежно, что я боюсь лишний раз пошевелиться, чтобы не потревожить его дрему. Но мне так хочется его сжать. Вцепиться в него руками и ногами, душить в объятиях что есть сил, пока он не начнёт задыхаться и отбрыкиваться. Вздыхаю, чуть покачивая головой. Конечно же, я так не сделаю. Прикусываю губу, представляя его возмущение на такой эмоциональный порыв. Ладно… может быть, когда-нибудь я так и сделаю, но явно не сейчас. Не тогда, когда он доверяет мне свой сон. Взгляд скользит по лицу, спотыкаясь на морщинках вокруг глаз. Выгоревшая рубашка оливкового цвета немного помялась, ворот расстёгнут, шея тёплая. Всё в нём сейчас не похоже на него: лицо разгладилось, привычная хмурость исчезла. Я не часто вижу Джоэла таким, но когда мне удаётся — я, чёрт возьми, дорожу каждой секундой. Осторожно и медленно перебираю его волосы, чтобы не спугнуть это хрупкое равновесие. Короткие, чуть колючие, тёмные с яркой проседью и пахнущие дымом, после очередной попытки починить мой дымоотвод. Слегка хихикаю, вспоминая, как он ругался утром, и замираю, когда он шевелится. Он не открывает глаз, но я чувствую, как у него в груди будто зарождается низкое, едва слышное мурлыканье. Совсем не как в тот раз. В тот первый раз, когда я позволила себе запустить пальцы в его густые волосы… Тогда ветер был сухим и колким. Ночь тянулась слишком долго, казалось, что наша смена не закончится никогда. А всё из-за одной назойливой мухи по имени «головная боль». Помню, как Джоэл тяжело сел на диван, ладонями закрывая глаза, потому что свет даже через закрытые веки отдавался мучительной пульсацией в висках. Мне не нужно было ничего спрашивать, потому что всё уже было написано на его лице, в позе, слышалось в его дыхании и в том, как он цедил слова сквозь зубы. Но я всё равно спросила тихое: — Голова? Он кивнул, не оборачиваясь, даже, наоборот, отгородился своей могучей спиной, будто прятал от меня своё состояние. Я знала эту боль. Она не лечится сном или тишиной. Она проходит от таблеток… или от рук, которые знают, что делают. Я приблизилась к нему очень осторожно. Так, как охотники выходят на удобную позицию, выследив добычу. — Просто сиди, — выдохнул хрипло, будто сил даже на голос не осталось. Но я не послушала. Я знала, что делать и как, и я подняла руки, запуская пальцы в густые волосы. — Алекс… — он вздрогнул, хотел сказать что-то резкое, но слова застряли в горле. — Тихо, — бросила я в ответ. — Не мешай. Пальцы нашли виски, мягко массировали, сжимали, отпускали. Пульс, казалось, пытался вырваться наружу — слишком быстрый, но с каждым моим движением будто замедлялся. Я сдавила его голову ладонями, затем плавными движениями увела руки вверх. Подушечками пальцев нащупала лоб и от центра растирала кожу к вискам, снова и снова. Он сделал вдох. Потом ещё один. — Чёрт… Я не какой-нибудь пёс, — зарычал, когда я добралась до затылка, слегка царапая кожу головы. — Знаю, — улыбнулась я, хоть он и не видел. — Просто человек, у которого аллергия на заботу о себе. Он не ответил. Может, моя шутка его задела, а может, ему просто было нечем возразить. Я дышала вместе с ним, в его ритме, и в какой-то момент почувствовала, что он наконец-то сдался. Не словами, конечно, а телом. Напряжение постепенно ушло, плечи опустились, голова потяжелела в моих ладонях. — Алекс… — вырвалось у него на выдохе, почти жалобно. — Хватит. Я в тот момент даже поверила. Уже начала отстранять руки, как он потянулся за ними. Представляете? Тело Джоэла Миллера, вопреки словам, тянулось к моим прикосновениям. Я тут же вернула ладони на место, продолжая то массировать, то слегка царапать. — Ну конечно, — шепнула я, — хватит. А сама только осмелела в своих действиях. Он выдохнул, и я готова поклясться, что слышала, как он улыбнулся. Я всей кожей чувствовала, что ему нравится. По-настоящему. — Упрямая ты, — пробормотал он после паузы, голос стал ниже, мягче. — Только с теми, кто этого заслужил. Джоэл снова выдохнул. Звук был короткий, как смешок… Значит точно улыбался тогда и мне не почудилось. Я придвинулась ближе и он сделал тоже самое. Отклонился назад, затылком укладываясь в мою ладонь и тут я уже не выдержала. Просто прижала его к себе, губами касаясь макушки. От такого контакта у меня самой закрылись глаза… — Этого не было, — хрипло прошептал он, не открывая глаз. — Этого никогда не было. — Никогда, — короткий сарказм, приправленной хитрой улыбкой. Он замер, будто ждал, что я всё-таки отпущу, но я только крепче обняла. — Ни в одной из вселенных, — добавила я, слегка покачивая его в объятиях. — Это всё галлюцинация. — Галлюцинация, — отозвался Джоэл, и я почувствовала, как его губы коснулись моего запястья. Боже… это ни с чем не сравнить. Этот тихий поцелуй был громче всех признаний. Мне казалось, что моё сердце остановится в тот самый момент. Настолько сильно я ликовала внутри. Настолько меня переполняли чувства к этому мужчине. Он наконец-то не боролся, не прятался, а просто дышал у меня на груди, позволяя себе быть любимым. Отнюдь, не лёгкое дуновение осеннего ветра возвращает меня настоящее, а его пристальный взгляд. — О чём думаешь? — спрашивает он хрипло, вглядываясь в моё лицо и я встречаюсь с его карими глазами, которые в солнечном свете кажутся зелеными. — Я не какой-нибудь пёс, — отвечаю, повторяя его слова той ночью, но смех не даёт мне сказать эту фразу всерьёз. Джоэл удивлённо моргает и следующее, что я слышу — это его смех. Низкий, искренний, у него даже проступают слёзы в уголках глаз. Вспомнил. Наступает приятная тишина. Я всё ещё глажу его волосы, чувствую, как под ладонью движется кожа головы, как его дыхание становится ровнее. Он ищет мою руку и когда находит, накрывает её своей тёплой, шероховатой ладонью, а затем подтягивает к губам. — Спасибо, что рядом, — тихо, потому что эти слова звучат сейчас только для одного человека. И я смотрю на него, понимая, что это, наверное, самое честное признание, на которое он способен. И мне этого достаточно. Просто быть рядом.