Семья

      Страница сайта грузилась, но по мне слишком долго. В этот момент казалось, что все замедлилось и я замечала, только как билось сердце от волнение. Если ничего не получится, то придется всю жизнь в тени отца и быть его марионеткой. А этого хотелось в последнюю очередь, но сначала я должна была хотя бы сделать шаг от него. Увеличить расстояние, натянуть веревку так, чтобы смелости хватило ее перерезать и больше не оборачиваться.       — Еще нет. — тихий голос раздается слева от меня и не дожидаясь меня, снова обновляет страницу, — Может просто еще не загрузили?       Только киваю, но сегодня должно все решиться. От волнения приходиться отложить телефон и потереть потные ладошки. Слишком долго. Слишком много неизвестности. Почему они не могут сделать все утром и потом идти пить кофе?       — Может уже? — спрашиваю я, склоняю голову.       Рядом только пожимают плечами и берут мой телефон, чтобы снова обновить страницу. Ничего. Еще ничего нет.       Не зная куда себя деть, вскакиваю и начинаю ходить по комнате. Это помогает немного успокоиться. Пара зеленых глаза только наблюдают за мной, облокотившись на спинку дивана.       — Может ты слишком рано начала? Сейчас еще только 8 часов утра. — и зевает.       На несколько секунд мне становиться жалко брата. Я всю ночь не могла уснуть и никакие успокоительные не помогли, так что в конце концов со сном пришлось распрощаться. И к брату ворвалась рано, не желая страдать одна, решив, что мне нужна поддержка. А ведь ему тоже не сладко.       Вчерашняя фотоссесия закончилась слишком поздно и ребенок даже нормально не поужинал, так как вырубался в любом положении. И сегодня у него плавание и баскетбол, а вечером заставят играть на пианино.       Бросив раздраженный взгляд на этот инструмент, вздохнула. Сожгла бы его давно, но с отцом совсем не хотелось встречаться и по этому поводу получать выговор. А он точно будет в ближайшее время, если у меня все получиться. Первый шаг от контроля. Первый шаг к свободе.       — Ложись, котенок. — сказала я, подойдя к дивану и погладив по голове брата, — А то вдруг зазеваешься на плавание и воды нахлебаешься. Будут не легкие у тебя, а аквариум для рыбок.       — Вряд ли мои легкие подошли бы рыбкам. — наклоняет голову так, чтобы я еще за ушами немного почесала, — Да и ты вряд ли ляжешь.       — Это да. — обреченно киваю.       Брат немного прикрывает глаза от приятных ощущений и мне становится стыдно, что повелась на поводу своих желаний и разбудила ребенка. Но у него есть еще немного времени, чтобы вздремнуть, так что не долго думая, обхожу диван и сажусь рядом. Положив подушку на колени, несколько раз хлопаю по ней, показывая, что на нее можно ложиться.       — Не переживай обо мне. Я не так уж сильно хочу спать.       — Не говори ерунды. Я твоя сестра, причем старшая, мне положено о тебе переживать. Так что не упрямься и ложись. — брат только вздыхает и ложиться, — Если не уснешь, то ничего страшного. Уснешь — это будет замечательно.       — А как ты?       Я только улыбнулась, снова проводя по его волосам рукой. Внутри все продолжало дрожать, но приходилось себя сдерживать. Ночь переждала и если надо, еще несколько часов потерплю, а вот организм брата для меня важнее.       — Спи. — чуть ли не в приказном тоне, сказала я, — Часом меньше, часом больше.       Но все же немного подумав, беру телефон в руки и повторяю уже заученное утром движение. И снова без изменений. Откладываю телефон и продолжаю гладить брата.       Если все получиться. Если у меня все получиться, то значит и у моего брата будет возможность. А если не будет? Если мои ожидание, мои труды не увенчаются успехом? Останемся ли мы теми марионетками, которые так и будут по чужому велению жить не своей жизнью?       Перевожу взгляд на золотистые волосы и прикрываю глаза. Пальцы скользят по мягким волосам, иногда массирую кожу голову. Брат чуть ли мурчит от такой ласки. Хочется улыбаться от этого, но все равно внутри все сжимается от мысли, что ничего не получиться. Если я не выберусь, то выберется ли он?       Я старше. Старше и значит умнее. Но умнее не значит сильнее.       Снова беру в телефон в руки, продолжая гладить брата, и обновляю страницу. Возможно это для меня не последний шанс, но хватит ли у меня сил на то, чтобы снова восстать? Не по мелкому делу, а так? Пойти против всех правил и сделать это не втихаря, а чтобы он видел. Я тоже человек и хочу идти по своему пути.       От волнения хочется курить, но нельзя. Не дома. В любом месте, где нет людей, где нет внимания и можно будет не переживать о том, что донесут. Да и сигарет нет. Прошлые закончились сегодня ночью, и то не выкурила их, а долго держала в зубах, смотря на стену. В конце концов их раскрутила и высыпала весь табак в цветок, немного закидав землей. Сейчас жалею, что это сделала.       Снова смотрю в телефон и откидываю голову на спинку дивана. Минута прошла, но ничего не изменилось. Такое бывает, но все же неприятно. Единственное радует, что у брата не солнечная сторона. Закрыв глаза начинаю считать до ста. Потом повторяю так еще несколько раз, пока не отключаюсь на секунду.       Будильник решил напомнить о том, что уже утро и мы с братом только хмуро на него смотрим.       — Ты не думал, что его нужно куда-то ближе поставить? — спрашиваю я, потирая глаза.       — Вообще-то он и так близко стоит к кровати, а я там обычно сплю. — отвечает мне брат, вставая с дивана и идя к будильнику, чтобы его выключить.       Я недовольно морщусь, беря руки телефон и смотря на время. Девять часов утра, как раз для того, чтобы проснуться.       Голова неприятно гудит и кажется очень тяжелой. Не надо было засыпать, а то после короткого ночного сна, это пошло только во вред. А у меня сегодня танцы. Вот бы преподаватель ногу сломал и у меня был выходной.       Снова перевожу взгляд на телефон и смотрю на время. Девять часов две минуты. Стоп. Может все-таки они начали работать и… нет. Все также пустая страница. Откидываю телефон и вжимаюсь лицом в подушку.       У меня уже в силы кончаются, чтобы это терпеть. Если уже не кончились. Подушка заглушает мой всплеск эмоций, чему я рада.       Брат подходит ко мне и садится рядом, положив руку на спину. Он старается поддержать, показать, что рядом. Это то, чему я его научила. Одно из немногих, но даже так мне от этого немного, но легче. Поднимаю голову и смотрю на него. Мой хороший брат. Ласковый, добрый, умный и такой же несчастный.       — Может попозже?       Я только киваю. А что еще остается делать? Стараюсь больше ни о чем не думать. Нужно умыться, собраться и даже побалую завтраком брата. Будет моим извинением за то, что разбудила его.       — Панкейки на завтрак? — спрашиваю я, смотря, как на родном лице расползается улыбка, — Отлично.       Откладываю подушку и встаю. Нужно быстро сделать все банные процедуры, а то так брата утащат на все его занятие, и будет у меня голодным ходить. Уже около двери меня окликает брат:       — Софи, ты забыла телефон. — брат начинает ко мне идти, но застывает на пути. Смотрит на экран телефона, а потом поднимает голову, — Ты в списках.       В списках?       Я растерянно смотрю на брата, а потом винтики начинают работать. Я прошла! Смогла! Хочется кричать, но я только лечу к брату и крепко его обнимаю.       — У меня получилось, Адриан! Я смогла поступить! — продолжаю сжимать брата в объятиях, а потом не выдерживая своих чувств, целую его в макушку, — Теперь все будет меняться. Ты мне веришь?       — Верю. — кивает брат и я только улыбаюсь.