Назад сквозь искры.

Холод, вокруг шум, но Лололошка его не слышал. Он сидит на полу бункера, прижав колени к холодному телу и смотря в одну точку. Голоса звучали в голове не переставая. Они сводили с ума. Они были везде, пробираясь в самое сознание и ставали только громче.  "Ты всех бросил." "Ты умрешь в одиночестве." "Лучше бы тебя не было." Ло зажал уши руками, шепча себе под нос: "замолчите, замолчите, замолчите.." – Шёпот голосов врастал под кожу, заставляя жмурить глаза. Мироходец был готов уже закричать от отчаяния, но вдруг, стало тихо. Лололошка открыл глаза и подскочив, оглянулся. Было темно. Светил лишь ночник на тумбочке у койки. Он дома. Голубоглазый облегченно вздохнул, но тишина давила, заставляя вспомнить сон. Если еще раньше шумели приборы, то сейчас была гробовая тишина. Встряхнув голову, Ло медленно поднялся, держась за кровать, чтобы не упасть. Взгляд упал на стул, на котором сидел Харрис вчера, или позавчера? Мироходец не знал, сколько он спал, но ничего, спросит у Джона. На стуле теперь была кофта Лололошки и шарф, уже постиранные. Взяв кофту в руки, голубоглазый одел ее, а затем и завязал шарф, утыкаясь носом в теплую ткань. Было приятно носить привычную одежду, а не костюм штурмовиков. Дыхание стало тяжелым, а в голове были воспоминания кого убил бывший сотрудник организации. Он сразу выбежал из комнаты, чуть-ли не упав из-за слабых ног. За пределами комнаты, первым что увидел Лололошка: кухня. Просторная, с большим столом по центру. Светил тусклый свет, что позволял рассмотреть все детали. Холодные серые стены, белая плитка до потолка и блестящие стальные столешницы придавали помещению вид скорее лаборатории, чем места для домашних посиделок. Встроенные шкафы без ручек почти сливались со стенами — всё спрятано, ничего лишнего. Холодильник, плита, вытяжка — техника с чёткими контурами и металлическим блеском.  Вся эта атмосфера только давила на Ло, опять же напоминая все это бункер, в котором он постепенно сходил с ума от одиночества и скуки. Ноги сами повели куда то в другую сторону, лишь бы подальше от кухни, но куда бы он не шел, везде былы все те же стены, такая же атмосфера. Радовало лишь то, что светил тусклый свет. Медленные шаги переводились на бег, пробегая много дверей и длинный коридор. Но Лололошка остановился. Он смотрел в пол, сердце быстро билось, дыхание снова стало тяжелым. Руки задрожали. Пальцы онемели. В груди нарастало необъяснимое, животное чувство ужаса. Страшно, одиноко. За спиной послышался шепот, очень тихий, еле слышный. Мурашки сразу побежали по спине. Дышать ставало только сложнее, а шепот приближался, был все ближе и ближе. Голубоглазый встряхнул голову и повернувшись, ударил воздух рукой, сжимая зубы. Шепот прекратился, но внутри легче не стало. Тело вспотело, несмотря на холодный воздух. Сглотнув, мироходец пошел дальше. Увидев свет из прикрытой комнаты, он сразу пошел быстрым шагом к двери, распахивая ее как только ноги повели до цели. Комната за дверью была небольшой, но уместилось всё, что нужно. Вместо уютных полок и картин – столы, заваленные оборудованием: микроскоп, паяльник, ноутбук с вечно открытыми схемами. В углу стоял диван. Провода свисали с краёв, соединяя непонятные устройства. Так же, на стене весела доска с непонятными расчетами, от которых голова кружится. Или это от того, что Лололошка сейчас потеряет сознание? От мыслей, отвлек знакомый голос впереди, на который мироходец сразу отреагировал. – да-да Райя, я к нему заходил 44 минуты назад, все хорошо, Ло спит. - говорил ученый, сидя за столом в другом конце комнаты и смотря в свой блокнот, пробегая по нему взглядом. Стул повернулся в сторону пришедшего, а глаза поднялись с блокнота на него. – Лололошка? Ты чего не спишь и куда ты поднялся а? Я же сказал тебе лежать! - строго говорил Джон, убирая тетрадь в сторону. – а ты почему не спишь? - спросил первый, переводя тему. – мы говорим о тебе это во первых, а во вторых.. сядь ка лучше, ты бледный что то. - ответил Харрис осматривая голубоглазого. Он взял его за холодную ладонь, на которой был небольшой шрам, но его хватило, чтобы вызвать у ученого вопросы. Джон решил пока их не озвучивать, ведь видел, что больной пока не в состоянии ответить, да и вряд ли проявит желание это делать.  Гений повел мироходца к серому дивану, на котором лежала подушка ввиде слона. Лололошка сразу лег на мягкую поверхность и закрыл глаза. В голове все гудело, он не понимал, что с ним происходит. Он дома, со своими друзьями, хоть и не в лучшем состоянии, но дома! Это ведь была его цель - вернуться домой. Тогда почему так тяжело на душе? Почему? Почему? Почему? Вдруг, стало тепло, приятно в районе головы. Ло медленно открыл глаза и посмотрел на ладонь Джона, что лежала на его голове, перебирая волосы и задевая серую прядь...