Назад сквозь искры.

Так холодно. Хотелось закутаться в теплое одеяло и никогда из него не вылазить, греть свое тело, душу. Прижимая колени к себе, Джон смотрел на игрушку напротив себя, подаренную его альтер-эго. Он не мог осмелиться даже взять ее, не говоря уже о том, чтобы банально обнять, рассмотреть. Но для чего же еще игрушки? Смотря пару секунд прямо в глаза слонику, Харрис оглянулся, да бы убедиться, что в кабинете он один и взял мягкую игрушку, прижав к своей груди. Тепло сразу разлилось по всему телу, так легко, почти незаметно, полностью расслабляя мышцы. Сзади послышался голос, до боли родной, но в тоже время чужой, более мерзкий, грубый. – чего же ты боишься? Боишься своих чувств? Ты врешь самому себе, каждый раз когда он рядом с тобой. - эхом пронеслось по достаточно большому кабинету. Не отпустив подарок с рук, ученый нахмурил брови, посмотрев на фигуру стоящую у двери. Был точной копией Лололошки, правда в виде галлюцинации. Единственные отличия: короче волосы, более растрепанные и у Ло нет этой зловещей ухмылки. – ты делаешь вид, что тебе все равно, хотя продолжаешь заботиться, продолжаешь засыпать с мыслю о нем. Джон молча смотрел на плод своего воображения, в его глазах не было страха или тревоги, он уже привык к этим галлюцинациям, к жестокому Ло. – да, добрый Лололошка мне явно нравится больше. Хотя кто меня спрашивает? - Харрис вернул взгляд на слоника, почесав его за ушком, – почему ты все еще появляешься? Ты прекрасно знаешь, что мне не нравится что то не знать. – ты ведь гениальный ученый, должен знать. Хотя.. гениальные ученые не отрицают свои чувства. - продолжал давить голос. Кареглазый вскочил, отложив слоника на мягкую поверхность и подойдя к галлюцинации, прошел сквозь неё, после чего она испарилась как и не было. Руки потянулись к ручке двери, открывая дверь и выходя из душного кабинета. В коридоре воздух был намного свежее, даже дышать было легче. Идя в сторону кухни, ученый увидел Джодаха, что кажется только появился. Вспомнив о искре голубоглазого, Джон сразу подошел к крылатому. – пернатик, для Лололошки нужен скинт. - даже не поприветствовавшись, проговорил Харрис своим обычным язвительным тоном – для Ло? Ах да, я чувствовал как его искра ослабла. Хорошо, я принесу. - после своих слов, беловолосый и в ту же секунду испарился. Поправляя свои идеальные волосы, ученый направлялся дальше по длинному коридору. Он размышлял о том, что нужно будет провести повторное обследование мироходца, записать изменения, которые если задуматься явно есть. Лололошка стал более спокойным, он ходит уже без труда. Уже дойдя до кухни, его взгляд тут же упал на голубоглазом, что пил горячий чай с лимоном, который добавила Райя в его рацион по питанию. Ноги повели к нему, но рядом снова появился Он. – посмотри на него, бледный, замученный, его искра еле жива. А знаешь из-за кого это? Из-за тебя, все смерти, все страдания Лололошки из-за тебя. - спокойный голос переходил на повышенные тона, из-за чего началась сильная головная боль, которая накатывала волнами - будто кто-то изнутри медленно стягивал череп в узкий стальной обруч. Кареглазый поморщился, сжимая зубы и закрывая уши руками, лишь бы не слышать этот мерзкий голос, не чувствовать эту невыносимую боль. Он слышал его смех, громкий, вязкий. В какое то из мгновений, в голове ставало тише, смеха не было, отвратительный голос заменился на родной, милый, такой... любимый. Открывая глаза, перед ним стоял обеспокоенный Ло, уже не галлюцинация, а его Ло. Мироходец держал руки на плечах ученого, пытаясь его привести в себя. – Джон! Слава богу.. ты меня напугал, что с тобой? - взволнованно произнес Первый. Пальцы на его плечах сжались сильнее, но не больно - так, словно он боялся, что гений снова выскользнет в туман собственных мыслей. Джон моргнул, фокусируя взгляд на лице Лололошка: родные черты, синяки под глазами, сжатые губы. – да голова заболела. - он нехотя убрал ладони своего альтер-эго, но не спешил отходить. Голова уже совсем не болела, а вместо холода, рядом с Ло было тепло, комфортно. – сильно? Может тебе лучше лечь? Хочешь я чай принесу? Черный или зелен... - не успел голубоглазый договорить, как его перебили. – не надо! У меня уже ничего не болит. Лучше бы ты так о себе думал, дурень. - на самом деле, было безумно приятно, что о нем переживают, заботятся. Почему он так добр даже после всех своих ужасных поступков? – ну.. может тогда попьешь со мной чая? Как раз сейчас позову остальных. - небольшая улыбка появилась на губах Первого, его ладонь уверенно обхватила пальцы ученого. Он почувствовал тепло в груди, желание не разжимать ладони, быть вместе.  Усадив кареглазого на стул рядом с собой, Лололошка хотел уже было отпустить его ладонь и пойти звать других на чае питие, но Джон удержал своего альтер-эго, сжимая его ладонь крепче. Озадаченный Ло посмотрел в его глаза через темные линзы очков. Его взгляд ничего не выражал, но внутри все так и рвалось не отпускать свою альтернативную версию, держаться за руки как можно дольше. Встряхнув голову, он отпустил руку голубоглазого и пробормотал: "Иди".   Все сидели за столом, кроме Джодаха, который либо занимается своими делами, либо же все еще искал скинт. Райя и Окетра делились своими историями с шатеном, пока тот внимательно слушал и тоже рассказывал о давних историях, которые помнил. Чай медленно остывал в кружках, наполняя воздух тёплым ароматом зелени, дополняя и без того приятную атмосферу. Лишь Харрису все это не нравилось. Он молча пил чай, сильно сжимая оранжевого цвета чашку. Непонятное чувство, что казалось он чувствовал впервые, сжирало из нутри. Лишь от одного взгляда на улыбку Первого, на его довольное лицо, хотелось крепко сжать в своих руках. Его бесило то, что Лололошка даже не обращал на него внимание, как бы он не старался. Кареглазый как обычно язвил, встревал в разговор и хихикал с этого, но вместо той такой желаемой улыбки, он получал лишь недовольный взгляд, намекая на то, что его шутки неуместны. Чем дольше он сидел рядом, тем сильнее внутри копилось чувство ревности, а Ло будто целенаправленно проходил мимо него взглядом. Не выдержав, ученый поднялся и положил руку на плечо своему альтер-эго. – я думаю, что пора провести повторное обследование. - в голосе было едва заметное раздражение, что скрывалось за очками. Рука Райи подперла голову, которая с улыбкой смотрела на озадаченного голубоглазого и серьезного Джона. Она сразу заметила перемены в его поведении, но решила промолчать, зная что он в любом случае не ответит. – ну ладно, мы с Окетрой сами и можем чай попить. - промолвила девушка, переводя взгляд на свою подругу. Первый поднялся, последний раз взглянув на синеволосых, перед тем как уйти за Харрисом, что тянул его за руку. – Джон, обязательно меня вечно за руку тащить? Я ведь нормально хожу. - проговорил шатен, передвигая ватными ногами. Ответа не последовало, поэтому Лололошке оставалось лишь вздохнуть, садясь на кушетку, его "врач", сел на не самый удобный стул, но не прокомментировал этого. Рука потянулась к дальнему углу стола, на котором лежал уже знакомый блокнот и ручка. Он с облегчением выдохнул, чувствуя как навязчивое чувство ревности медленно утихало. – кошмары сняться? Вообщем какие то сны? Засыпаешь быстро? - Харрис начал с первой проблемы, просматривая страницы блокнота. – в последнее время мне ничего не сниться, засыпаю тяжело. Даже когда сильно устаю, ворочусь долго. - очень не хотелось рассказывать такую правду, но ученому соврать будет трудно, ведь скорее всего он заметит ложь своего альтер-эго. – ты знаешь причину? Возможно навязчивые мысли? - спрашивая на ту же тему, ручка быстро выводила корявые буквы по белому листу. "Он специально по больному бьет?..." - пронеслось в мыслях голубоглазого, что сразу заерзал и думал над ответом, ловя ожидающий взгляд гения. Он поднял очки на голову и все еще смотря на собеседника, молча, терпеливо ждал ответа на свои только что заданные вопросы. – я.. боюсь одиночества, - со вздохом начал Первый. – даже когда я нахожусь в кругу родных мне людей, я все равно чувствую себя одиноко. Я пытаюсь отвлечься, напоминать себе о том, что у меня много друзей, но ничего не помогает, эти мысли возвращаются снова и снова. Ночью все становится только хуже... Находясь с самим собой, мне становится страшно от своих мыслей, страшно, что я снова в бункере. - договорив, Лололошка обнял себя, сжимая собственные плечи. Его бросило в сильную дрожь, дыхание тяжелее, а в мыслях только о том, что сейчас он "позорится" и выглядит ужасно жалким. Кареглазый сразу отбросил ручку с блокнотом, садясь на койку рядом с Ло. Нужно переварить все сказанные им слова, а приходится его успокаивать! – Лололошка, глубоко вдыхай и медленно выдыхай, я рядом с тобой. Ну же, посмотри на меня. - спокойный тон тут же проник в встревоженное сознание голубоглазого, заставляя поднять взгляд на Джона и последовать его указаниям, с трудом вдыхая воздух. Внутри Харриса царило беспокойство за дорогого человека, даже не представляя, что он пережил. Он обязательно подумает обо всех их разговорах на досуге, но сейчас в приоритете его любимый Лололошка.