Предатель

Вечер был обычным. Ну, почти обычным. Одинокий дом на холме, поглощенный густым лесом. Казалось, эти древние сосны пожирали все внешние звуки, оставляя после себя лишь гнетущую, бархатную тишину. Но Неверу это нравилось. Нравилось одиночество, согревавшее душу лучше, чем дорогой коньяк, согревавший тело. Теплый махровый халат укутывал его разгоряченное после сауны тело, а каждый глоток золотистого напитка приятно охлаждал изнутри. Казалось, ничто не предвещало беды, и отпуск, первый за долгие годы работы в «Эпсилоне», будет идеальным. Устроившись в мягком кресле, темноволосый лишь глубоко вздохнул, налил себе еще коньяку и взял со стеклянного столика пульт. Тихая, меланхоличная музыка заполнила пространство. Именно такая, под которую хорошо мечтается и спится. С тех пор как он снова работал один, ему особенно не хватало этих моментов покоя, когда груз ответственности понемногу таял, растворяясь в безмятежной гармонии вечера. Лес за окном тихо шептался, рассказывая свои вековые тайны. Были слышны шелест елей и сосен, стук шишек, падавших на крышу и скатывавшихся вниз, отдаленная дробь дятла. Это уединение с природой так захватило мужчину, что он не заметил подкрадывающейся опасности. Незнакомец был осторожен, как тень, и так же грациозно перемещался по балкам, служившим опорой для высокой крыши и разделявшим первый этаж с просторным чердаком. Он затаился, наблюдая за жертвой, как хищник, высматривая того самого хваленого агента «Эпсилона», а так же как искал его оружие — реверс, но его нигде не было. Очень жаль. Ведь опасность уже рядом. Спустя пару минут наблюдения незваный гость бесшумно спустился по деревянной опоре вниз. Рядом, прямо посреди огромной гостиной, располагалась кухня, удобно скрытая в тени. Единственным источником света в доме был огромный мраморный камин, горящий рядом с Невером. Его пламени хватало, чтобы осветить небольшой столик и пару кресел, оставляя остальное пространство в таинственном полумраке. Услышав странный звук, незнакомец выглянул из укрытия и замер: крупный, слегка выпивший мужчина распахнул двери на террасу, где поблескивала гладь бассейна. Одним легким движением Невер развязал пояс халата и, сбросив его на пол, остался совершенно голым. Его мощный торс, широкие плечи и упругое тело, покрытое каплями пота, на мгновение ярко высветились в темноте. Несколько шагов вперед, глубокий выдох — и он прыгнул в воду. Мир мгновенно сменился вакуумной тишиной. Звуки стали объемными, обретя плотность. Пузырьки воздуха нежно щекотали кожу. Он плыл спокойно, наслаждаясь прохладной лаской воды. Завершив заплыв, Невер вышел из воды, оставляя за собой мокрый след. Перешагнув порог, он закрыл дверь, поднял халат с пола и снова накинул его на мокрое тело, небрежно затянув пояс. Его рука потянулась к стакану с коньяком, но замерла в воздухе. Стакан стоял не на своем месте. Да и музыка стала тише. Он не прикасался ни к пульту, ни к бокалу. Скользнув взглядом по затемненной мебели, зеленоглазый агент заметил странный силуэт в кресле. Но страха не было — лишь холодное любопытство. Он лишь откинул с лица мокрые волосы и усмехнулся. — Поздравляю, ты первый, кому удалось пробраться в мой дом незамеченным. За тебя, — он поднял со столика стакан, допил тепловатый коньяк и поставил его обратно. — И что же привело тебя ко мне? Деньги? Или, может, ты мой тайный поклонник?) Ответа не последовало. Незнакомец даже не взглянул на него, и Невер вдруг понял, что разговаривает с грудой подушек, искусно сложенных в человеческую фигуру. В тот же миг позади себя он услышал тихий скрип — и все встало на свои места. Резко развернувшись, он дал понять, что раскрыл игру. Но противник оказался решительнее: он мгновенно извлек поясной нож и быстрыми, ловкими шагами настиг агента. Однако решающий удар так и не был нанесен. Пропуская атаку, Невер поймал его руку с клинком в железную хватку, а другой ладонью впился в горло. Это был не удушающий прием, а жесткий контроль. С размаху он вколотил незнакомца в деревянный пол. Тот хрипло выдохнул, из его легких с шумом вырвался воздух. — И кого это ко мне прислали? — с насмешкой произнес Невер, усиливая давление на шею противника. Он разглядел черную тканевую маску, скрывавшую лицо, но срывать ее не стал. Ему хотелось поиграть. — Ты такой жалкий... — вырвалось у Антона. Он явно рассчитывал на другое. В голосе Невера прозвучала преждевременная победа — и это стоило ему преимущества. Колено незнакомца с силой врезалось в грудь агента, заставив того отшатнуться. На мгновение инициатива перешла к нападавшему. Ему повезло, что агент был пьян: хоть хватка и физическая сила Невера превосходили его втрое, незнакомец обладал гибкостью, ловкостью, хитростью и, самое главное, — трезвым рассудком. Используя малейшую потерю блинности, казалось бы, за долю секунды, он перевернул ситуацию. Как только парень освободился от удушья, он изо всех сил ударил кулаком в лицо Невера, послышался хруст. Высвободив свою вторую руку с ножом, он мог нанести следующий и решающий удар, но зеленоглазый и на этот раз не позволил ему этого сделать. Одним резким движением он выбил опасное оружие из руки противника, не заметив, как острое лезвие, словно листок бумаги, слегка порезало ему руку. Клинок, звякнув, отлетел в сторону и скрылся в складках тяжелых портьер. — Теперь мы равны, верно? — усмехнулся Невер, но в его глазах не было веселья. Однако взгляд нападавшего на мгновение метнулся к шторам, где лежало лезвие, — и этой доли секунды хватило. Две сильные руки вновь сомкнулись на его запястьях, заламывая руки над головой. Это был полный провал. Антон наклонился ближе. Его мокрые волосы свисали прядями, а холодные зеленые глаза впились в маску; пытаясь разглядеть сквозь прорезь глаза, он заметил что-то родное и до ужаса знакомое. Внутри зародилась нотка сомнения. — Не может быть... — тихо прошептал мужчина. Парень пытался вырваться, бился ногами о деревянный пол, и иногда удары приходились по спине. Он пытался высвободить руки, все его тело извивалось, как змеиное, но все было бесполезно — на нем сидел будто медведь. В порыве попытки освободиться он не сразу почувствовал, что с лица стянули маску. Свежий воздух наполнил легкие, больше не было так жарко, больше не надо было сдерживаться. Он взглянул на Невера. Тот застыл, время остановилось. — Илья.. Но в ответ на него смотрели глаза, наполненные ненавистью, яростной агрессией. Он злился, ноо на Невера, который смог с легкостью его одолеть? Или на себя, что не смог справиться с задачей?