РОКИРОВКИ СУДЬБЫ

Яков Платонович всё-таки шёл на обед, но с большим опозданием… Это был стратегический расчёт. Вроде бы общества не избегает, но общение сократит… (Да и проверит как ОНА там?) Он оказался прав- баронесса уже допивала чай. Штольман ровно поздоровался, отложил трость и устроился за столом: -Вы успели до дождя, Анна Викторовна? Не промокли? Та кивнула в знак согласия и улыбнулась в ответ: -А Вы, кажется, вымокли… -Да, вот выкроил время (ну, конечно!), а на улице льет как из ведра. Но подумал, что и так редко составляю Вам компанию…- сумбурно изложил свои мысли барон и принялся за суп. -Выходит, в вашем мокром сюртуке… моя вина?- лукаво хихикнула барышня. Барон поднял на нее взгляд и…утонул в ее лучистых смеющихся глазах. Такой красивой она ему сейчас показалась, что глаз не отвести… Как маленькое солнышко среди дождивых туч… Он шикнул на себя и состроил недоуменный вид: -Разве я так сказал? Анна потупилась, решив, что своей радостью от его прихода может дать повод подумать о ее личных симпатиях. «Ох, следует вести себя не столь опрометчиво,»- тут же попеняла себе барышня… -Нет, конечно, Яков Платонович.- ровным тоном возразила она, все еще глядя в тарелку.- И я Вам благодарна, что находите время для меня… Кстати- тут Анна, наконец, подняла на мужчину глаза и почти по деловому добавила.- Сегодняшний вечер я собираюсь провести в обществе наших соседей. Если Вы помните их приглашение… Так вот я ответила согласием и поэтому покину Вас… Вернусь уже поздно… Так что ужинайте без меня… Она поднялась и слегка кивнула: -О Вас с отцом я сообщила, что вы вместе уехали в город… Имейте в виду… Яков смотрел на нее слегка растеряно: «Уезжает? Одна?.. И он тоже один останется?… Но ведь именно этого ты и хотел!» Он тут же спрятал свои мысли под маской отстраненности: -Благодарю.. И я рад, что Вы решились провести время в приятной компании… Признаю, что из меня плохой развлекатель дам…- он иронично скривил губы. Анна окинула его задумчивым взглядом, мысленно возражая, но вслух не смея.. Ей с этим человеком не было скучно… Но! Запретно! Поэтому она позволила себе лишь дежурную улыбку, кивнула и покинула столовую… Яков Платонович утонул в своих мыслях, поводя ложкой в тарелке. Кажется, и есть расхотелось. А отчего? Он не понимал. Но ведь он сам спроваживал Анну в гости. Да… Правда! И ведь это всего лишь один вечер! Он же тем временем отдохнет… расслабится… как совсем недавно. Ведь ему совсем не плохо жилось тут одному… Тихо, спокойно… Без «этого солнышка», которое то и дело слепит глаза… «Все! Решено! Он рад, что Анна Викторовна уезжает в гости!!» Анна нашла свою служанку в спальне, готовящей ее вечерний наряд. -Домнушка, мне нужно с тобой поговорить,- тихо произнесла она, закрывая плотно дверь за собой. Та тут же с готовностью кивнула. -Ты мне веришь, милая?- таинственно поинтересовалась хозяйка. Горничная удивленно вскинула брови: -Ну, конечно, барышня! Что это Вы мне такие вопросы задаете? Анна опустилась на край кровати и потянула служанку за собой. Они невольно склонились к друг другу: -Потому что… то, что я попрошу тебя сделать, милая, может показаться на первый взгляд странным или даже опасным… Но это лишь на первый взгляд,- еще тише заговорила Анна. Служанка округлила глаза, пытаясь сквозь удивление понять смысл слов барыни. Такой загадочной она ее еще не видела. А баронесса вынула из кармана какой то бутылек и задумчиво покрутила его в пальцах. -Поверь, если б я видела другой способ, то использовала бы его…. Но я его не вижу…. Тебе нужно, Домнушка, знать лишь, что мои намерения благие… Не иначе… С этими словами Анна вложила бутылек в руки недоумевающей горничной и снова спросила: -Ты мне веришь? Служанка кивнула и выжидательно замерла: -Вы мне хотите что то поручить? -Да… -Не переживайте, барышня. Сделаю, все что велите.. - согласно кивнула Домна… Яков Платонович на ужин появился во время. Бегать сегодня не от кого было. Он даже как то приободрился, что может растянуть удовольствие от заказанного мяса, от хорошего вина и наслаждаться одиночеством. Ни перед кем не нужно будет играть роль невозмутимости, контролировать каждый взгляд и порой слово… «Вот так свобода!»- радостно улыбнулся сам себе барон младший, устраиваясь за столом… Полина поняв по разговорам в кухне, что ужинать сегодня будет один лишь барин воодушевилась и попыталась уговорить дворецкого разрешить ей прислуживать за столом. Хоть они и были дальними родственниками, но сперва девушке отказывали. Но Полина уговорила. Один раз - можно! Просто заменит «болеющего» слугу… Она тихо и услужливо подвигала тарелки с закусками и овощами, поправляла салфетки и хлебницу.. Передвигала подсвечники.. Лишь бы барину было удобно… Вот и мясо подоспело. Полина с гордым видом подала его в центр и принялась медленно нарезать на ломти… -Вам с жирком, барин, или попостней?- интересовалась девушка. Яков Платонович задумчиво смотел сквозь ее руки. -На твое усмотрение,- равнодушно ответил он. Почему то настроение плавно перетекало в грустное. Он сидел один, если не считать суетящейся рядом Полины, и вместо того, чтобы вдыхать ароматы жареного мяса, думал о том, как там проводит время его мачеха. Переживал как добралась туда и поздно ли вернется... Усилием воли он заставил себя сконцентрироваться на стоявшей рядом служанке. Та подставляла ему тарелку с аппетитными кусками… И улыбалась… «Ох, Полина, Полина. Что ж ты так на меня смотришь?» Яков тяжело вздохнул. Вот есть женщина, которая давно к нему тянется. Не из мести отцу или еще по каким то причинам. Просто ей нужен ОН! Ответь ей снова: «Да!», улыбнись.. и забудься в ее объятиях… Штольман попытался изобразить благожелательность на лице: -Спасибо Полина… И подай, пожалуйста, вина мне красного… Моего любимого… - его губы даже дрогнули в подобии улыбки. Девушка кивнула и поспешила в кухню. «Вино! Как же она забыла! Бары любили его к мясу!» Домна со скучающим видом сидела в кухне. Ее хозяйка сегодня уехала в гости, поэтому у горничной было несколько часов передышки. А тут на кухне еще и тепло, и вкусно пахло… А может что и на зуб перепадет… Этими мыслями Домна делилась с кухарками… Те согласно кивали… Тут появилась Полина с непочатой бутылкой вина. Обтерла пыль, выставила на поднос и поставила бокал… -Открой его здесь,- равнодушно посоветовала Домна. Полина послала ей задумчивый взгляд и засуетилась с открывашкой. Что дернуло горничную барыни потянуться в этот момент за сахаром никто не понял, но неожиданно сахарница выскользнула из ее рук и грохнулась на пол. Все замерли, потом началась суматоха. А в открытую бутылку вина вылилась хорошая доза темной жидкости… Яков Платонович ел мясо, но не получал удовольствия. Это его раздражало. «Ну что тебе надо? Вкусный ужин, тишина, покой….Все как раньше... Когда он тут жил один, скрывшись от всех и чувствуя себя забытым…» А сейчас ему вдруг стало не хватать такого ненавязчивого, непринужденного общения с одной милой, красивой, доброй… умной (!) барышней. Света ее глаз, мягкой улыбки… и тепла ее доброго сердца… Он невольно вспоминал, как она сидела здесь еще днем: спокойная, внимательная, иногда смущённая, но неизменно светлая. Как складывала салфетку, как тихо благодарила за поданные блюда, как переводила взгляд, когда он обращался к ней. А уж ее удивительные голубые глаза так и стояли пред его внутренним взором… Рядом возникла Полина с вином… Штольман встряхнулся и почти обрадовался: «Вот что ему сейчас не хватает! Вино в самый раз! Расслабится и выкинет из головы опасные мысли!» Полина хотела помочь, но была остановлена жестом хозяина. «Он сам справиться!» Служанка отошла от стола и замерла у стенки. Барон Штольман налил себе в бокал и утонул в мыслях, забыв о ее присутствии.. Вино слегка расслабило. Он вытянув больную ногу медленно потягивал из бокала ароматный напиток и смотрел на пылающий камин. Все было хорошо… но чего то не хватало! Почему то подумалось о музыке. А ведь он и правда стал привыкать к музыкальным вечерам в их гостиной. Анна приучила… Снова она! Вот куда не падал его глаз тут же рисовался образ тонкой фигуры его мачехи. Он нарочно с какой то болезненной сердитостью старался называть ее именно так. Чтоб ни на минуту не забывать кем она ему приходилась! АННА- ЖЕНА ЕГО ОТЦА! Все составляющие этого уравнения были важными и значимыми. Ни одним нельзя было ни пожертвовать, ни изменить! Яков закрыл глаза и ощутил себя одиноким, надломленным деревом… Что стоит на берегу узкой, голубой реки и пытается ветками дотянуться до ее журчащих, весело бегущих вод… И не может… корни мешают… Его плеча коснулись чьи то пальцы: -Яков Платонович…- послышался тихий женский голос. Он вздрогнул, встрепенулся и поднял радостный взгляд… Полина… Его настигло разочарание.- Вам подлить еще вина? Может кофею желаете?- заглядывала ему в глаза служанка. Барон покачал головой: -Благодарю… Я, пожалуй, пойду к себе… Кажется, я слишком устал… Он поднялся и схватился за край стола, потому что его качнуло. «Черт! Что это с ним? Вроде выпил немного, а слабость такая и в сон клонит. Видать и правда устал.» Полина придержала барона за локоть и проводила до двери. Он кивнул ей, а служанка шепнула на ухо: -Я приду к Вам, барин… чуть погодя… Но у Штольмана не было сил даже, чтобы отмахнуться. Прям такая слабость навалилась и глаза сами собой закрывались. Дойти бы до дому… Поэтому он никак не среагировал на слова служанки и захромал по дорожке ко флигелю… Полина занесла поднос с грязной посудой на кухню и отпросилась к себе. Ее отпустили. Итак хорошо послужила барину за столом…. И никто не обратил внимание, что недопитая бутылка вина исчезла со стола… Полина по быстрому навела красоту и поспешила к барину… Но Ульяшин ее не пускал: -Спать легли, Его Благородие,- качал головой денщик, преграждая дорогу. -Да, брось ты!- возмутилась девушка.- Он ждет меня…. -Никого барин не ждет. Спит как младенец!- возразил устало денщик. -Все ты брешешь! Старый черт!- начала сердиться Полина. - Иди немедля доложи обо мне! Чтоб я слышала! А то влетит тебе от барина, коли не пропустишь! Мы с ним уговаривались! -Да не брешу я!- тоже начал сердито шипеть Ульяшин.- Сам с него уже сонного сапоги кое как стянул… Видать выпили-с, Его Благородие! Полина стояла, уперев кулаки в бока и сердито смотрела на денщика. Ульяшин вздохнул, подошел к двери спальни хозяина и тихонько приоткрыл. Там было темно и тихо. Полина сунула нос и разглядела фигуру спящего барона на кровати... Делать было нечего… Но она бросила на денщика негодующий взгляд и покинула флигель… Домна за кустами караулила возле флигеля (благо дождь едва моросил). Она видела как служанка Полина вошла внутрь и через пять минут вышла. Окна горели лишь в цокольной служебной части… Окна комнат барина были темны… Оценив обстановку Домна удовлетворенно хмыкнула и поспешила к себе… Ее барыня уже вернулась и ждала… Анна выслушала отчет служанки, что во флигеле тихо и спят, и бросила тревожный взгляд на часы. Скоро полночь. Обычно в это время она тоже ложилась спать. Но не сегодня… Ее начинало потряхивать от предстоящих событий… …Анна еле высидела положенное время в гостях. Она чувствовала, что отсутствие в ее компании Якова Платоновича очень огорчило графа. Его старшая дочь Елизавета если и была разочарована то умело это скрывала… Но все равно какое-то напряжение чувствовалось. Она сама бы ни за что не поехала в эти гости, если бы не предстоящая операция. Анна не смогла бы наблюдать, как Яков Платонович пьет вино, смешанное с опиумной настойкой… Боялась выдать себя… И вот час икс все приближался. Ей предстояло сделать еще один немаловажный шаг- денщик барина… -Домнушка, ты такая молодец!- мягко улыбнулась она служанке.- Ты мне очень помогла. Теперь следует так же усыпить и слугу. Иначе мы не попадем к барону… Как нам лучше это сделать? Домна несколько секунд задумчиво смотрела на хозяйку: -Вам, действительно, это очень нужно, барышня?- тихо поинтересовалась девушка. -От этого очень много зависит, милая! Это для блага молодого барона, поверь,- проникновенно произнесла Анна, касаясь плеч служанки. -Только ради Вас, Аннушка Викторовна,- вздохнула Домна, спрятала бутылку под платком и вышла на порог спальни.- Ждите меня… я быстро постараюсь… Они обменялись взглядами и служанка исчезла… Уже полуночь, а Домны все не было. Анна ходила из угла в угол, нервно хрустя пальцами и поминутно бросала взгляды на часы: «Ну, где же Домна?» Наконец, дверь тихо скрипнула, впуская ее. Анна бросилась к служанке: -Ну, как?.. Получилось?.. Почему так долго?.. - зашептала она, обеспокоенно заглядывая в глаза своей горничной. Та устало стянула платок с головы и лукаво улыбнулась: -Все в порядке, барышня… Можем идти… Анна невольно заметила алеющие щеки, светящиеся какой то тайной глаза своей горничной, но ее мысли переключились на насущное… -Возьми авоську и идем,- распорядилась барыня, накинула темный плащ и поспешила на улицу… Они оглядываясь добрались до флигеля. Кругом было тихо и темно… Это к лучшему… Осторожно проникнув внутрь девушки прошли (по указке Домны) к комнатам барина… В спальне было темно, но они с помощью свечи высветили фигуру на кровати… -Слуга точно спит?- вновь уточнила шепотом Анна. -Не беспокойтесь, барышня. Два стакана вина споила ему,- кивнула служанка. -А где он? Не хотелось бы, чтоб помешал в самый ответственный момент,- все переживала Анна. -Он у себя в каморке, барыня. Не волнуйтесь…- снова заверила ее горничная, смущенно опуская глаза. Анна окинула ее рдеющее лицо и кивнула: -Пойдем… Они тихо вошли в спальню и приблизились к кровати. Барон спал на животе… -Нужно перевернуть его на спину,- шепотом распорядилась Анна. -Давайте я… А Вы пока в сторонке побудьте… Если вдруг проснется, то меня сперва заметит,- посоветовала Домна и стала аккуратно ворочать мужчину. Но тот никак не среагировал… Его руки и голова безвольно откинулись… Анна сняла плащ, погрела ладони над свечой и присела в изножье кровати. Ступни барона были обнажены. Тело его, облаченное в нижнее белье служанка аккуратно прикрыла простыней. Анна осторожно, почти ласково коснулась больной стопы. Ее взгляд метнулся в мужскому лицу и снова к ноге. На ее легкие прикосновения Яков Платонович не реагировал. Анна настроилась и стала действовать смелее. Аккуратно прощупала стопу, кость, голеностопный сустав, мышцы и попробовала чуть повернуть в нормальное положение. Лоб барона сморщился. Анна отпустила ногу и поднялась… -Домнушка, у нас достаточно времени, но все таки нужно торопиться.- обратилась она к служанке.- Займись инструментом. Нужно его прокипятить и разложить на этой чистой тряпице. Все должно быть стерильно и у меня под рукой… Поспеши, милая… На подготовку ушло еще с полчаса. Пока Домна кипятила инструмент и раскладывала его на стуле возле кровати, заменившем тумбочку, Анна расставила поближе свечи, накинула белую накидку, на голову косынку, и хорошо намыла руки. Потом и служанку заставила их снова вымыть… Барон лежал слишком низко. Анна вынужденно опустилась на колени… И замерла, глядя на его босую стопу… «Ну, давай! Начни с самого начала! Еще раз прощупай! Проверь! Убедись!»- мысленно давала себе приказы барышня. На память пришли слова гадалки, как предостережение: «Семь раз отмерь. Один- отрежь!» Ее пальцы осторожно, но уверенно прощупали сустав. Да, это точно был вывих… Старый… закостеневший… с осложнением в виде растянутых или разорванных сухожилий. Этого она не видела, но уже предполагала… «Ты уверена, что справишься?»- задала Анна себе животрепещущий сейчас вопрос, пока ее пальцы машинально поглаживали его обнаженную кожу. «Нет.»- честно ответила совесть. «Но и другого варианта нет!»- возразил пусть небольшой, но опыт. «А кто еще кроме тебя ему поможет?»- заныло сердце. «Значит нужно справится!»- решил рассудок. Девушка встрепенулась. -Домна, подвинь немного свечу… Да, вот так лучше… Ну, с богом!- Анна громко выдохнула и принялась. Протерев кожу спиртом она быстро и уверенно сделала надрез. Как когда то ее учил Милц. Никаких сомнений! Барон тихо застонал во сне и дернул ногой. Девушки бросили на него тревожный взгляд. -Спит,- успокоила хозяйку служанка. Анна снова все внимание обратила на разрез. Осторожно раскрыв края она рассмотрела место своего вмешательства… И неожиданно была накрыта паникой. Да, она уже делала подобную процедуру… Но под чутким контролем докторов и пациентом выступали животные. А сейчас здесь одна, без помощи и глядя в безвольное лицо Якова Платоновича она вдруг осознала свое дилетантство. «Может не стоит рисковать? Еще не поздно остановиться!- стал нашептывать ей страх.- Это не слабость и не трусость, это трезвая оценка своих сил… Отступись! Не по плечу задача!» Анна закусила до боли губу. На глаза накатили слезы: «Господи! Не ради тщеславия! Не ради того, чтобы что то доказать… Нет! Только чтобы у этого прекрасного человека появился шанс на счастливую жизнь! Ведь он этого заслуживает!.. Помоги, господи!»- молча взмолилась Анна, глядя мокрыми глазами в потолок. -Аннушка Викторовна,- тихо зашептала дрожащим голосом служанка, видя лицо хозяйки.- Вы только не бойтесь! Вы обязательно справитесь! Анна шмыгнула носом и зажмурилась, собирая силы в кулак: «Кто, если не ты, ему поможет? Другого шанса он тебе не даст! Или сейчас или никогда!». Снова выдохнув воздух вместе с липким страхом Анна взялась за скальпель. - Держи его ногу, Домна…- дав наказ служанке баронесса сконцентрировалась на поставленной задаче… Это была сложная операция… Анна ощущала это каждую минуту. И прежде всего от той ответственности, что она посмела взвалить на себя. Если что то пойдет не так, она никогда не простит себе этого… А уж барон… тем более ее не простит. В душе девушки то и дело всплывали сомнения… Она действовала излишне осторожно, взвешивая каждый шаг и вздрагивая от реакции пациента. Яков Платонович все таки чувствовал ее вмешательства. Его дерганье головой, когда она разрезала сухожилия, его стон, когда вправляла сустав, ранили до глубины души. «Потерпите, миленький мой!»- шептала Анна, бросая взгляды на хмурое даже во сне лицо барона… То ли еще будет, после того как он проснется… Неожиданно глаза барона Штольмана открылись…