***
Стив забыл, каково это, когда ты просыпаешься в крепких мужских объятиях, когда на груди лежит широкая ладонь, а к спине прижимается горячее тело и не нужно делать вид, что это всего лишь случайность, откатываться подальше и вымученно улыбаться. Накрыв ладонь Брока своей, Стив улыбнулся. Вчерашний вечер вспоминался вспышками — желание в глазах Брока, горьковатый привкус его губ, осторожные поначалу касания ладоней к лицу, шее, плечам. Полюбовавшись любовником несколько секунд, Стив аккуратно, чтобы не разбудить, поднялся с постели и бесшумно выскользнул из спальни. Пока он приводил себя в порядок, с кухни соблазнительно запахло кофе с пряностями. — М-м-м… Кофе. — Стив улыбнулся Броку, который колдовал с джезвой у плиты, его шею украшала россыпь засосов. — Спасибо. — Мне не тяжело. — Брок улыбнулся. — Ты сегодня занят? — Он протянул чашку крепкого, с розовым перцем, кардамоном и мускатным орехом кофе. — Сахар или молоко? — Сахар, спасибо. — Стив высыпал в чашку три ложки сахара. — В восемь утра мне надо быть на службе, а сейчас полседьмого. — Значит, у нас есть время, чтобы поесть. Как хорошо, что у меня есть заготовки для быстрого завтрака. Так что будет омлет с овощами. — Омлет? Это отлично. У меня он сворачивается, сволочь. Брок хмыкнул, начав готовить: — Омлет капризная скотина. Много хитростей. Во-первых, его не взбивают, а так, лишь разбивают желтки. Во-вторых, выливают на хорошо разогретую сковороду, но масло не должно гореть и плеваться, не широкую и не очень высокую. Готовить на сливочном масле, ну или оливковом. И готовить недолго. Начинка должна схватиться. Рассказывая, Брок одновременно готовил. — Спасибо. — Стив улыбнулся. — Да не за что. — Брок выложил на тарелку готовый, сложенный пополам омлет с сыром и помидорами. — Приятного. — Вкусно! — Горячий омлет с сыром и помидорами был нежный и сочный. А ещё в меру солёный и острый. — Стив облизнулся. — Брок, ты чудо! Я такого омлета с Франции не ел. — Ну и хорошо. — Когда красивый мужик сидит на твоей кухне и ест то, что ты приготовил, это приятно. Особенно, когда на его шее ещё видны засосы, а в глазах сытая поволока. — Увы, из-за «не спрашивай, не говори» встречаться часто не выйдет — тебя, возможно, просто пожурят, а меня в лучшем случае с волчьим билетом выкинут. Стив вздохнул: — Чёртов закон! Сколько карьер сломано, сколько судеб. — Именно, — кивнул Брок, убирая со стола. — Будем надеяться, что этот закон отменят. Ладно, ты на такси или подвезти? — Неа, спасибо. Такси по пробкам не пройдёт, так что я на метро. Конечно грязновато, но быстро. — Да. Метро в Яблоке засранное, как мусорный контейнер. Я никак не сподоблюсь купить мотоцикл, хотя и хочу. Ладно, до метро я тебя подброшу и поеду в ЩИТ, буду готовиться к миссии, так что через пару дней улетаю. — Спасибо, Брок. — Стив подумал и поцеловал его. Брок ответил, и на несколько минут внешний мир перестал для них существовать. — Мне пора. — Да, — выдохнул Брок. Губы у него раскраснелись. У входа в подземку они пожали друг другу руки и Стив нырнул в метро.***
Пока Стив ехал до Чамберс, он вспоминал отличную ночь. Давно он так не расслаблялся — последний раз это было в Италии, перед падением Баки. «Чёртов закон! Хотя, надо признаться, Брок горяч, даже очень. Надеюсь, я не очень его помял, давно практики не было. — Стив довольно улыбнулся. — Буду надеяться, что мы и дальше сможем “близко дружить”». Выйдя на поверхность, Стив с удовольствием вздохнул чистый — ну, относительно, — воздух Нью-Йорка. По сравнению с метро тут реально было чище, так что, тряхнув головой, он направился к пожарной станции, мысленно благодаря Эрскина за то, что следы страстной ночи у него уже исчезли, а то отвечать на вопросы он не очень хотел. Стив закурил — пофиг на всё. Сейчас он думал о том, куда полетит отряд Рамлоу и надеялся, что они вернутся целыми и относительно невредимыми. Но он был военным и понимал, что это маловероятно, ну просто потому, что они все не в бирюльки играют. Боевые миссии не обходятся без ранений. — Привет, Джек, — поздоровался Стив с Кэмероном. — Как дела? — Привет, нормально. А ты, смотрю, хорошо провёл время? — улыбнулся тот. — Даже очень, — расплылся Стив в широченной улыбке. — Что-то у меня паршивое предчувствие, — затушил о подошву сигарету Джек. — Будет что-то. Стив нахмурился — от предчувствий он не отмахивался никогда. — У тебя это часто? Такие предчувствия? — Да. И они меня ни разу не подводили. Ну, будем надеяться, что обойдётся, — Кэмерон пошёл в здание, буркнув: — Но обычно это означает большой пиздец. Переодеваясь, Стив думал о словах Джека: ещё на войне он понял, что если кто-то обещает пиздец, то отмахиваться не стоит. Покачав головой, он направился в комнату отдыха, где уже собралась бригада. И заметил, что все смотрят на Кэмерона с напряжением. — Что-то не так? — спросил он Виктора Эйвери, их штатного парамедика. — У Джека если и бывают предчувствия, то обычно это что-то глобальное. Или совсем хуёвое. Так что может быть всё что угодно — от массового ДТП до падения самолёта на Манхэттен. Ждём и готовимся к худшему. Бейли Ноубл, их второй парамедик, мрачно вздохнула: — Был случай. Джек помогал в соседней части — там не хватало людей. Они не обратили внимание на его предупреждение, а зря: случилось массовое ДТП с жертвами. Так что теперь его слушают все. Стив ещё раз посмотрел на Джека, но уже более внимательно. И в этот момент заорала тревога. Слава богу, всё обошлось — сработала автоматическая система оповещения пожарной службы в детском саду. Персонал подогревал еду и не уследил, но пожарным пришлось выезжать туда ещё несколько раз — датчик оказался уж очень чутким. Вернувшись на базу, Стив решил, что надо приготовить хоть что-то поесть, но не успел. Сработала сигнализация и они рванули на помощь, но снова обошлось — помощница пожилой дамы ушла в магазин, а её подопечная упала у двери. Стив и Джетро Миллар поднялись по лестнице и аккуратно вскрыли дверь. Дама, конечно, возмущалась, но её отправили в больницу. Вернувшись на базу, они быстро соорудили себе сэндвичи и просто расселись в креслах. — Пф-ф-ф… — выдохнула Бейли. — Всего два простеньких вызова, а сил забрали… Когда сирена завопила так, что заложило уши, пожарные вскочили на ноги — такой вопль значил большую беду.