Тебе весь я кажусь милым!

У Лакрицы никогда не было, до этого, отношений, и даже влюблённостей. У него не было времени на это между унижениями и самоуправлениями. Но, после того, как он последовал за Тёмной Чародейкой, у него похоже появилась целая куча свободного времени. Ведь как ещё объяснить то, что в какой-то момент Лакрица понял, что неосознанно постоянно улыбается Красному Бархату, когда они разговаривают, или даже когда просто сидят в тишине у ждут остальных на собрание. Кстати, по странному совпадению, примерно в это же время некромант начал замечать, как красная печенька постоянно улыбается на него, или смотрит, но худощавый всегда отмахивался мол "А что в этом такого? Он просто проявляется вежливость". И ему удавалось жить дальше с этой мыслью, однако в один из дней, перед собранием, Гранат сказала: -Красный Бархат, хватит проявлять жалость к этому неудачнику (она Лакрицу даже по имени не называет!), если тебе неприятно в его компании, то просто так и скажи.- Лакрицу возмущался сильнее всего даже не самому вопросу, а тому, что она спросила это у Бархата буквально посреди их с некромантом разговора. Он хотел возмутиться этому вслух, но Бархат оклемался от шока быстрее него. -О чём ты? Если бы мне было непонятно в его компании, то я бы с ним прямо сейчас не разговаривал.- ответил он, после чего перевёл взгляд на бывшего собеседника и увидел удивление на его лиц,е что ввело монстрорукого в ступор. -Почему ты так удивлён? Это что, такая невозможная ситуация?- У Лакрицы не было слов. Ему и правда не верилось, что Бархату искренне нравится в его компании, и, к сожалению, этого открытия было достаточно, чтобы у Лакрицы могла возникнуть мысль: (-Значит, у меня есть шанс?-) Некромант ужаснуло то, что он позвонил себе вообще допустить такую мысль. Он был так потерян, что не мог ничего сказать, к счастью, вскоре подошли остальные, и собрание началось. После него Лакрица убежал к себе так быстро, как только мог. Как же ему повезло, что сегодня у них был день собраний, а значит он мог не выходить из комнаты весь день. Лакрице нужно было прийти в себя, и он всегда справлялся с ненужными мыслями только двумя способами. Войдя к себе, он тут же обратился к Бэткэту: -Бэткэт, ты же не съел моё мороженое на экстренный случай?- спросило болезненно худое печенье. -После того случая Мяустер? Никогда бы в жизни.- ответил приспешник Лакрицы. -Отлично.- сказал Лакрица, и пошёл к холодильнику. Весь оставшийся день он поедал свои запасы, а под вечер некромант сделал себе холодную ванну. Всего через полчаса он услышал стук в дверь и голос мышекота. -Мяустер, если вы продолжите лежать в этих айбергах, то заболейте!- побеспокоился Бэткэт. -Всё в порядке! Я же часто так делаю!- -И поэтому мне приходится часто оставаться у Мяустера Ядовитого Гриба пока вы упрямитесь что с вами всё хорошо но всё это всегда заканчивается вашей госпитализацией на месяц!- Лакрица на это ничего не ответил, и продолжил лежать в ванной. Через пару минут Бэткэт успокоился (точнее сдался), и Лакрица смог даже немного заснуть. И угадайте, что ожидало Лакрицу через два дня такого времяпровождения... Правильно! Ватная голова, унижения от Гранат, температура и одиночество! У Лакрицы была всего одна причина, почему он ненавидел, и почему он в это же время продолжал так делать, одиночество. Он не хотел, чтобы кто-то видел его таким жалким, однако в тоже время хотел, чтобы о нём хоть раз позаботились. Вдруг он услышал быстрые стуки в входную дверь. Стук был громче, чем у обычных печенек, но тише, чем у Шварцвальдера, это был Красный Бархат... Некромант еле нашёл в себе силы встать с кровати, и начал ковылять к двери, но на пол пути он понял, что падает на пол... Это плохо, очень плохо, Бархат точно разочаруется в Лакрице, и больше не захочет с ним общаться! Болезненно худой начал терять сознание, он также слышал какой-то звук, но не успевает это осознать. Он привык притворяться, что он в порядке, пока в шаге от обморока, чтобы его родители не смотрели на него ещё более разочарованно. Он всегда с трудом переносил болезни, но единственные, кто об этом знали были он сам, Бэткэт и Гриб, который и вызывал каждый раз скорую, видя лежащего некроманта на полу. Лакрица через какой-то время стал потихоньку просыпается. В его нос ударил запах мармеладного супа, что заставило распахнуть некроманту глаза. Он медленно поднялся и осмотрелся, посмотрев на кухню, где увидел самого Красного Бархата, который готовил. -Почему ты здесь?- тихо спросил худой. Если бы не оставшаяся усталость, то некромант бы закричал. Несмотря на то, что голос Лакрицы звучал тихо, Вельвет всё равно тут же обернулся. -Добрый вечер, Лакрица. Я узнал от Бэткэта, что ты опять заболел, и решил навестить тебя, потому что мы с тобой не виделись с того собрания. Когда я постучал через пару минут услышал громкий звук, из-за которого я ворвался в твою комнату, за что извиняюсь, и увидел тебя лежащим на полу. Извини за то, что я тут хозяйничаю, но мне показалось, что ты не будешь в состоянии сам о себе позаботься. Ты будешь мармеладный суп с лапшой?- сказал Вельвет, и показал тарелку супа, из которой поднимался пар. -Ох, конечно буду. Но... Почему тебя волнует то, смогу ли я о себе позаботиться?- ответил Лакрица. Бархат ничего не ответил и лишь вздохнул, после чего взял поднос с супом и кружкой чая, и подошёл к кровати некроманта, поставил ему поднос, и погладил своей левой рукой Лакричную голову, после чего, смотря на Лакричку, с мягкой улыбкой сказал: -Просто дай мне, пожалуйста, в этот раз о тебе позаботиться, пока ты болеешь.- нежным голосом попросил Бархат. Что ж, он умел лишать некроманта дара речи, это уж точно. К счастью, через пару минут Лакрица смог подобрать слова. -С-спасибо, за то, что позаботился обо мне.- поблагодарил Лакрица, начав наматывать лапшу. -Не говори так, будто бы я на этом и остановлюсь.- сказал Вельвет, пододвигая кресло Лакрицы к кровати. Лакрица вспыхнул пуще прежнего от этих слов, после чего посмотрел на Бархата, и неосознанно с улыбкой сказал вслух: -Ты первый, кто так обо мне заботиться. Спасибо за то, что ты появился в моей жизни.- Сказанное дошло до некроманта не сразу, однако как дошло Лакрица тут смог бы обогнать Красного Бархата, по красноте кожи, если бы сам Бархат не стал ещё более красным. Лакрица паниковал. Как он только мог сказать что-то такое?! Это было для некроманта концом света. Теперь Красный Бархат сейчас уйдёт, и не скажет ему больше ничего. Пока некромант себя мысленно уже хоронил, он заметил, как выражение лица Бархата изменилось. Оно из неподдельного шока стало выглядеть так, будто Лакрица увидел как маленький тортовый монстр впервые встал на свои лапки. Вельвет долго молчал, но в конечном итоге опустил голову, взял больного за плечи, и сделал глубокий вдох, после чего опять посмотрел на Лакрицу, но теперь как Бэткэт, когда он хочет выпросить у некроманта печенье, и сказал: -Тебе так повезло, что ты сейчас болеешь.- сказал Красный Бархат. -Что? О чём т...- Лакрице не дала договорить рука Бархата, которая опять погладила его по голове. -Не важно. Просто съешь уже суп, пожалуйста.- попросил Вельвет. Ну, у Лакрицы не осталось выбора, так что он начал есть. Суп был очень вкусным, насколько, что Лакрица не сдержал довольный мурлыкнул (похоже он слишком много проводит времени с Бэткэтом), и принялся за чай. Как только он поставил пустую кружку на поднос, Красный Бархат тут же его унёс и поставил перед Лакрицей вторую порцию. -Тебе нужно больше пить и есть, и ты не справляешься даже с обычной нормой.- -То, что я не доедаю и почти не пью не значит, что меня нужно откармливать.- -Как раз таки значит.- Некромант вздохнул, и принялся за вторую порцию супа и чая. Пусть ему это и нравилось, но чувство собственной наглости нарастало. -Прости, что тебе приходится нянчится со мной.- -Я не хочу, чтобы тебя опять увозила скорая, так что спасибо тебе за то, что даёшь о себе заботиться.- Заботиться... Это такое приятное слово. Даже его родители проявляли к нему меньше заботы, чем Бархат сейчас. Наверное, если бы Лакрица мог, он бы болел вечно, чтобы командир продолжал так о нём заботиться. Но увы, скорей всего их общение прекратится, после того, как Лакрица выздоравет. Весь оставшийся день Лакрица как никогда потихоньку выздоравливал, и вот наступил вечер. -Уже довольно поздно. Ты пойдёшь скоро к себе?- спросил больной. -Ну уж нет, меня будет мучать совесть, если я тебе оставлю одного в таком состоянии.- ответил Красный Бархат. -Но ведь...- -Никаких "но". Я буду рядом с тобой до самого конца.- И у Лакрицы опять не осталось выбора. Когда он лёг спать он чувствовал, что Вельвет всё ещё смотрит на него. Его беспокоила причина этого, но в итоге он почти заснул. -Сладких снов, Лакрица.- сказал Бархат, и нежно поцеловал его в лоб. Как же Красному Бархату повезло, что из-за простуды сказанное дойдёт до Лакрицы только завтра. Ведь у монстрорукого ещё было пару часов впереди, для того, чтобы придумать, как он это объяснит Лакрице, не сказав при этом правду.