Отличное сочетание

Нарцисса Малфой написала письмо сыну с просьбой о немедленном объяснении ситуации. Гарри атаковали не так сильно, но Рон пока не мог смириться. Легче всего было Нотту: его мама не слишком контролировала сына и доверяла его выбору. Тем временем Драко пытался подобрать слова для ответа. И всё же написал: «Дорогая мама, Сообщаю, что у меня всё в порядке. Сейчас я счастлив в отношениях с двумя дорогими мне людьми. Понимаю, это неожиданно, но я действительно их люблю, поэтому прошу понять и принять мой выбор. Твой сын, Драко.» Прочитав это, Тео и Гарри безумно смутились и пошли с ним в совятню. – Не знал, что ты так красноречив. – Приходится иногда, – он хмыкнул. Отправив письмо, они направились на поле для квиддича. Скоро Слизерин играл против Когтеврана, поэтому Малфой должен был тренироваться. Усевшись на трибуны, Поттер с Тео любовались друг другом, ожидая, когда их парень выйдет из раздевалки. Драко упорно тренировался, наслаждаясь свежим воздухом после дождя. Как всегда, он справился на отлично и, уставший, пошёл переодеваться. После трое прогулялись по окрестностям, параллельно направляясь к теплицам. Придя за двадцать минут до урока, они немного постояли, увлечённо слушая друг друга. – Не прекрасно ли быть, судари? – Тео глубоко вздохнул. – Мы наконец-то открыто гуляем, до начала каникул осталось два дня, а на уроках почти ничего не делаем. От счастья хочется прыгать! – Оживлённый Нотт крепко взял их за руки. На что парни лишь подошли ближе. Когда они почти поцеловались, услышали, как ученики собираются возле теплиц. Гарри цокнул и с улыбкой чмокнул обоих. – Мы вам не мешаем? – с усмешкой Паркинсон похлопала по плечу Нотта и кивнула в сторону профессора. Урок парни толком не слушали, а лишь прижимались ближе, словно боясь, что исчезнут. В конце урока они радостно вышли и поспешно направились к замку. На уме было одно. Поэтому, не теряя времени, скрылись за дверью спальни. Иногда трое по несколько раз обжимались в коридорах Хогвартса, наслаждаясь брачным периодом, что только начинался. Конечно, их друзья были не в восторге — виделись теперь реже.

***

Вечером Поттер полностью переехал в слизеринское общежитие. Это было рискованно, но находиться так далеко от любимых он просто не мог. Да и это было ничто по сравнению с теми правилами, которые он раньше нарушал. Парни решили грациозно отметить его переезд, поэтому Гарри с закрытыми глазами вели в комнату. – Можешь открывать глаза... Открыв глаза, Поттера ждала ванна в лепестках белых роз и пена с ароматом ванили. Несколько свечей парили в воздухе, только повышая романтику. – Я поражён, – это всё, что смог сказать изумлённый гриффиндорец, прежде чем поцеловать возлюбленных. Плавными движениями они избавились от одежды и сели в тёплую воду. Тео лепил Гарри бороду из пены, а Малфой грациозно пил шампанское. Они словно проживали медовый месяц. Через несколько идей игр с пеной Нотт начал вести рукой по горячему торсу Драко. Блондин томно вздохнул, глядя в его глаза. Поттер повернул его лицом к себе и горячо прижался губами. Кудрявый парень двигал рукой всё ниже, заставляя Малфоя стонать в губы Поттера. От этого кружилась голова, а в комнате становилось всё жарче. Тела двигались вперёд. Желание стало невыносимым, и трое, выйдя из ванны, звучно упали на кровать. Драко быстро достал смазку из тумбочки. Разгорячённые парни помогали друг другу растягиваться, пытаясь не спешить. Когда начались слышаться сладкие стоны, они поспешно начали входить. Поттер заполнял Тео, а тот, в свою очередь, двигался внутри Малфоя. В комнате словно разжигалось пламя с бешеной скоростью. Каждый поцелуй, прикосновение, толчок сводили с ума. В голове приятно кружилось, когда юноши стонали друг другу на ушко. Тела прижимались максимально близко, каждый вздох отзывался приятной волной. Кажется, позы менялись быстрее, чем можно было подумать. И каждая была всё более развратной. Уже Нотт смотрел, как двое целуются с его органом посередине. Их губы приятно тёрлись о кожу. Они уже не помнили, сколько раз дошли до предела, лишь продолжали наслаждаться грешно-сладкому процессу. Горячие, измотанные парни не могли остановить жадных поцелуев, что пробуждали новые волны удовлетворения. Почти до самого утра студенты никак не могли заснуть, ненасытно пробуя ещё и ещё... Казалось, время остановилось, и трое напрочь отказались останавливаться тоже, изучая, насколько долго их хватит. Весь следующий день парни сонно ходили на занятия, пытаясь не уснуть. Но они без капли сожаления вспоминали с ухмылкой ту ночь — с улыбками и с мыслью: «Мы дома».