Госпожа чёрных вод

После бури Хэ Сюань вернулся в свои чертоги поздним вечером. Вода встретила его привычным холодом — ровным, безмолвным, как будто сама глубина старалась не спрашивать, чем он занимался. Он прошёл через зал, где плавали огромные медные цепи, и тяжело опустился в кресло из камня. Несколько секунд он просто сидел, слушая, как в отдалении тихо звенят раковины, — а потом поднял руку, призвал духовную сеть. — Хуа Чен, ты занят? На другом конце послышался лёгкий смешок: — Если речь о выпивке, то я всегда свободен. Что на этот раз — празднуем или заливаем грусть? Хэ Сюань коротко фыркнул: — Скорее второе. Приходи. Возьмём то же вино, что пили, когда ты ещё не умел проигрывать. — Ты всё ещё злопамятный, брат, — усмехнулся Хуа Чен. — Буду через час. Не задумайся там утопить какой-нибудь корабль из скуки. Связь оборвалась, и Хэ Сюань впервые за долгое время позволил себе лёгкую улыбку. Старые привычки — лучшее лекарство от новых проблем. --- Су Юань тем временем добралась до своих подводных покоев. После десяти лет спокойствия, короткая схватка словно вытянула из неё всю энергию. Она сбросила плащ прямо на пол, даже не сняв украшений, прошла мимо зеркала — и, не глядя, рухнула лицом вниз на кровать. Море вокруг отозвалось тихим шелестом, будто с облегчением: «Наконец-то она затихла». Су Юань не считала себя соней, но с некоторых пор на неё находили долгие спячки — месяц, два, иногда три. Она называла это «вздремнуть». Обычно просыпалась — и в мире уже что-нибудь менялось: новое течение, новый демон, новая беда. Сон опустился быстро, как тёплая вода. А за стенами её покоев медленно вспыхнул багряный свет — в глубинах, где не должно было быть ни света, ни огня. Возможно, это просто отголосок битвы. А может — и эхо чужой силы, оставленной в её море. --- Хэ Сюань тем временем поднял кубок, глядя, как пузырьки вина поднимаются, словно крошечные души утопленников. — За старые времена, — сказал он вслух, хотя Хуа Чен ещё не пришёл. И море ответило низким гулом, похожим на согласие.