Слёзы

***

- Уааааа! - Перестань уже реветь, Деку! Ты что, плаксивая девчонка?! - Маленький Катсуки сидел на полу рядом с кроватью, пока его друг под одеялом лил слёзы. - Нееееееет! - Каждый всхлип от Изуку отдавался тяжестью в груди и неприятной дрожью в руках блондина. Он и раньше часто плакал, но то были слёзы из-за сильной эмоциональности и эмпатии, а здесь и сейчас была сильная истерика, с которой Бакуго младший, увы, не умел справляться. - Тогда успокойся уже! И вставай! - Он уже начал тянуть за одеяло, пытаясь его вырвать, но Мидория сильнее вцепился и начал громче вопить. - НЕТ! НЕ ТРОГАЙ! УХОДИ, УХОДИ! УХОДИ, КАЧЧАН! - Катсуки, не ожидав такого ора, отпустил ткань и упал на пол. В любой другой момент он был бы уже в ярости и отчитывал Изуку за такое отношение к себе, но... Не сегодня. Не сейчас, когда конечности леденели, а сердце билось так быстро и так сильно, что, казалось, взорвётся. Он чувствовал то, чего никогда не хотел чувствовать. Слабость и страх... - Я-я сам решу, когда и откуда мне уходить, а где остаться! Не указывай, что мне делать, Деку! - Голос мальчика предательски задрожал. Он бы хотел просто разозлиться и как обычно наорать на Изуку, но не мог. И это пугало ещё больше. - Ну почему!? Ну почемуууу ты его поддержал!? - Мидория не переставал плакать уже на протяжении получаса, как будто копил всю свою маленькую жизнь слёзы или, наоборот, решил отплакать заранее. На всю жизнь вперёд. - Не неси чушь, Деку! Я никого не поддерживал! Ты сам виноват, что оставил её на видном месте! Если бы хотел, чтобы фигурка осталась цела, то убрал её подальше! - Катсуки пытался ловить какие-либо звуки из-под одеяла и заметил, что они стали чуть тише, хотя друг всё ещё плакал. - Вот видишь, ты опять за него! Это была моя любимая фигурка Всемогущего, Каччан! Она-она... Я на неё три месяца копил! Не тратил ни монетки, когда мама давала! А он... А он её сломал! Просто взял и сломал! Я думал, мы друзья! Я думал, ты меня любишь! А ты! А ты... Уааааааа! - Мидория чувствовал, как устал от всхлипов и рыдания, но из-за обиды он этого не замечал. - Что за бред! Я не за него! Понял? Не-За-Не-Го! Я выкинул его на улицу! Этот придурок больше не будет с нами гулять! Никогда! - Внезапно стало тихо, если не считать всхлипы и шмыганье носом за шум. Тут из-под одеяла высунулось лицо, отчего тяжесть и буйство в груди начало постепенно утихать. - Тебе нельзя драться и говорить такие слова! Твоя мама опять будет ругаться! - Катсуки решил, что это лучший момент, и полностью отбросил одеяло в сторону. Лицо Мидории было красным, мокрым и сонным. - Глупый! Я и не говорил, что дрался! Просто он такой нытик, заметил меня и сразу сбежал! - Он решил опустить подробности о том, как кричал в тот момент и как толкнул с помощью причуды того мальчика. Несмотря на то, что Бакуго младший уже успокоился, его всё ещё потряхивало, а обычная для него злость и раздражимость до сих пор не появлялись. Это было странно. Он аккуратно наклонился, из-за чего коснулся своим лбом об лоб Изуку. - Ну ты совсем дурак! Оправдываешь своё имя, которое я тебе дал! У тебя температура поднялась! Иди в... - Мидория так резко обнял блондина, что тот чуть не ударил его на рефлексах. - ...кровать. - Сказал он ещё тише. - Пожалуйста, прости! Прости, прости, прости, прости, прости! Не уходи! Я не хочу быть одним! - Мальчик с каждым словом прижимал к себе друга всё ближе и ближе, боясь, что тот толкнёт его и уйдёт. Но этого не было. Катсуки просто неподвижно стоял, не отвечал на объятия, но и не сопротивлялся. На удивление, ему помогло это справиться с оставшейся дрожью. - Я и не собирался! А теперь приземли свою задницу на кровать и ляг спать, пока не стало хуже! - Изуку сильно смутился, услышав плохое слово от своего друга, но решил промолчать и лёг на свою кровать, укрывшись излюбленным одеялом. Бакуго лёг рядом, не укрываясь вообще. - Раз уж ты такой плаксивый, Деку, то я останусь тут до прихода твоей мамы, пока у тебя ещё что-то не случилось! В тот день они уснули вместе, а когда пришла Инко и увидела эту милую, по её мнению, картину, сфоткала и отправила Мицуки, которая, к слову, уже начинала беспокоиться о том, "где шляется этот сопляк так поздно".

***

На следующий день Изуку проснулся довольно поздно и один. Время близилось к обеду. Сначала он даже и не вспомнил, что вчера произошло, но когда воспоминания открылись, он заметил на столе бумажный однотонный пакетик оранжевого цвета. От любопытства он решил заглянуть внутрь и увидел там упакованную фигурку. Точно такая же, как и сломанная у Изуку. И ещё лежала маленькая записка. Слово или два были очень сильно зачеркнуты, он понял только, что оно начиналось на "П", а ниже было написано простое: "от К." И Мидория не поверил бы в это воспоминание. Подумал бы, что сон или детская фантазия от недостатка внимания... Но до сих пор у него на полочке стоят две одинаковые фигурки Всемогущего. Одна сломанная, без головы, а другая в упаковке, на которой лежала всё та же маленькая записка.