Если в чай добавить молоко

— Стир, ты узнал у капитана, сколько нам ещё плыть? — спросил молодой человек с коротким пепельным ёжиком и израненным лицом.        — Капитан сказал, что если всё пойдёт по плану, то завтра к вечеру должны быть в Нью-Йорке, — ответил Корнуэлл, опираясь на костыли, и стараясь не грохнуться на палубу. — Просыпалась?       — Пока нет, — покачал головой Энтони. — Мишель сказал, что теперь ей нужно как можно больше отдыхать. Знаешь, я думал, что просто не выживу, когда после операции она впала в кому. Я помню, что врач говорили, что три дня это не настолько страшно, но мне казалось, что я даже дышал через раз, только чтобы ей воздуха хватило.        — Хочешь честно, брат, — улыбнулся Стир. — Я вам даже чуточку завидую. Вы через столько всего прошли, но сохранили свои чувства.        — Ты же говорил, что тебя тоже ждут в Чикаго, — удивлённо произнёс Энтони.        — Да, моя Патти самая лучшая, — мечтательно ответил Стир. — Я её очень люблю. Но я имел ввиду немного другое. Я не знаю, смог ли бы кто-то из нас вот так же как вы… Ведь первое, что Кэнди произнесла, очнувшись, было твоё имя.        — Я понял тебя,  — кивнул Энтони и улыбнулся. — Всё забываю спросить, ты ответил на ту телеграмму, которую прислали Кэнди, оповещая о твоей гибели?       — Конечно! Я сообщил, что слухи о моей смерти сильно преувеличены, и что мы с Кэнди в скором времени вернёмся в Америку. Когда узнал о дате отплытия этого госпитального судна, так же отправил телеграмму. А в день отплытия получил ответную телеграмму от Джорджа. Он сообщил, что встречать нас приедет дядюшка Уильям. Представляешь? Старик ради такого решился на путешествие из Чикаго!       — Наконец-то мы его увидим, нашего неуловимого дядюшку, — рассмеялся Энтони. — Про меня ничего не писал?        — Нет, ты же сам просил, — ответил Стир. — Хотя я думаю, что стоило бы подготовить старика, а то сляжет с приступом от волнения.        — Будем надеяться, что дядюшка крепкий, — продолжая улыбаться, сказал Энтони. — Ладно, пойду в каюту. А то вдруг Кэнди проснулась, ей надо выпить лекарства.        — Как, кстати, твои руки? — поинтересовался Стир у кузена.        — Неважно, — моментально посерьёзнев, ответил Энтони. — Мишель сказал, что это произошло из-за того, что я перенапряг руки, когда нёс Кэнди в лазарет. Кожа только начала подживать, а я, напрягшись, разодрал её в клочья, да ещё и мышцы, похоже, надорвал. В общем, там очень много медицинских терминов, но сухой итог в том, что левая рука ниже запястья теперь не шевелится вообще, а на правой только три пальца действуют. Меня поэтому и списали, лечащий врач сказал, что однорукий связист — это нонсенс.        Энтони махнул рукой и ушёл, а Стир остался стоять на палубе.        «Да уж, побила нас жизнь! — думал про себя Стир. — У Энтони с руками беда. Мне доктор сказал, что я скорее всего всю жизнь буду хромать, потому что перебили колено. Кэнди… А вот Кэнди досталось больше всех. Если с головой всё достаточно быстро пошло на поправку, то с плечом — беда. Как молодой девушке жить с таким?»       Энтони вошёл в каюту, Кэнди уже не спала, повернув голову к иллюминатору, девушка тихо плакала.        — Любимая, что случилось? — Энтони сел рядом с Кэнди на кровать.        — Слышала разговор доктора с медсестрой, которая мне помогает, — тихо произнесла Кэнди. — Доктор Льюис сказал, что если к моменту снятия гипса у меня не срастутся осколки в плече, то мне…       — Шшшш, не думай об этом, — Энтони наклонился и аккуратно поцеловал девушку в лоб. — Мы найдём в Нью-Йорке Герберта, и он тебе обязательно поможет. Мне же помог.        — Энтони, я хочу тебя ещё кое о чём попросить.        — Всё, что угодно, — кивнул молодой человек.        — У меня в рюкзаке есть записная книжка, в ней написан адрес в Нью-Йорке и подписан «Сюзанна». Если тебе разрешат выходить из больницы, ты сможешь съездить к ней и попросить навестить меня?       — Если не выпустят, то передадим записку, — уверенно ответил Энтони.        — Спасибо тебе, любимый, — грустно улыбнулась Кэнди. — Когда мы прибудем в порт?       — Завтра вечером, если ничего не случится.        Госпитальное судно зашло в порт Нью-Йорка точно по графику. Сидя в инвалидном кресле на палубе, Кэнди увидела, что на причале стоит группа молодых людей, активно высматривая кого-то на корабле. Приглядевшись, девушка поняла, что их приехали встречать почти все друзья. Анни, Арчи, Патти, Альберт, Джордж, Том и Дороти.        — Готова? — спросил Энтони, наклонившись к уху девушки.        — Не оставаться же на корабле, — рассмеялась Кэнди.        По мере приближения к берегам Америки, девушка словно оживала. Увидев, что Стир никак не может совладать с костылями даже на широком специальном трапе, Арчи подбежал к брату и помог ему сойти на берег.        — Ну и напугал ты нас, братец! — возмущённо воскликнул Арчи. — Кода пришла телеграмма с известием о твоей смерти, мы несколько дней не могли прийти в себя, а когда выяснилось, что ты жив, был праздник! Тётушка Элрой неделю подряд пекла кучу лимонных пирогов, и заставляла нас возить их в церкви и сиротские приюты.        — Даже боюсь представить, что с ней будет, когда мы все вернёмся домой, — хохотнул Стир.        — А кто везёт Кэнди? Это ваш сослуживец? — Арчи обратил внимание на помощника Кэнди.        — Можно и так сказать, — кивнул Алистир. — Этот парень спас меня, вытащив из упавшего горящего самолёта. Из-за этого у него обгорело лицо и руки.        — Раз так, то он для меня будет просто вторым братом, — радостно заявил Арчибальд.        — Ты даже представить себе не можешь… — буркнул себе под нос Стир.        Когда трое прибывших добрались до встречающих их молодых людей, последовали слёзы, объятия, вздохи. Первой опомнилась Кэнди:       — Подождите, Стир сказал, что нас будет встречать дядюшка Уильям. Но я никого не вижу похожего на старого дядюшку. Джордж, скажите, дядюшка приболел и не смог приехать?             Встречающие все разом как-то странно закашлялись, потом вперёд вышел Альберт, который не успел ничего сказать, потому что его опередил Арчи:       — Кэнди, знакомься, Уильям Альберт Эндри!       — Что? — в один голос вскрикнули Кэнди, Стир и Энтони.        В этот момент Том, прищурив глаза, внимательно уставился на парня с обожжённым лицом.        — Да быть такого не может, — пробормотал Том. — Дороти, ущипни меня. Это на самом деле ты?       — О чём ты говоришь, Том? — спросил у парня Альберт, но, проследив за взглядом друга Кэнди, вздрогнул. — Кажется не один я скрывался все эти годы?! Ну, привет, племянник!             — Племянник? Альберт, ты о чём? — Арчи переводил взгляд с Альберта на Тома, затем на Энтони и обратно. — У меня галлюцинации?       — Тогда они сразу у всех, — весело рассмеялась Кэнди. — Это на самом деле наш Энтони!       Причал, казалось, содрогнулся от дружного радостного крика. Молодые люди снова стали обниматься друг с другом, вытирая слёзы радости.        — Мистер Уильям, я думаю, что нам нужно всё же отправиться в больницу, — остановил всеобщее веселье Джордж, указывая на морщащуюся от боли Кэнди.        — Прости, малышка, — сказал Альберт, хлопнув себя по лбу. — В роли твоего друга я был более ответственным, чем в роли твоего опекуна. Пойдёмте.        — Кстати, о друге и опекуне, я буду ждать подробный рассказ, — снова улыбнувшись, сказала Кэнди.        — И я! — хором поддакнули Стир и Энтони.        — Мы бы тоже кое-кого послушали, — парировал Арчи.         Хоть вернувшихся с фронта разместили в трёх соседних палатах, молодые люди, не сговариваясь, разом оказались в палате Кэнди. Ни от кого не укрылся тот факт, что Энтони, усевшись рядом с Кэнди на краешке кровати, неуклюже подхватил здоровую руку девушки, зажав её между своими ладонями. У каждого из молодых людей накопилась масса вопросов, поэтому никто не мог решиться начать разговор.        — Раз уж я тут самая нездоровая, то право спрашивать первой беру себе, — Кэнди, хитро прищурившись, посмотрела на своего друга-опекуна. — Не хочет ли мой старый, добрый дядюшка Уильям мне что-нибудь рассказать?       Посмотрев на мученическую гримасу главы семьи Эндри, все дружно рассмеялись.        — Хорошо, я начну с самого начала. Как вы все знаете, я — единственный потомок семьи Эндри мужского пола. Кузины вышли замуж за Джейсона Легана и Марка Корнуэлла, а моя сестра Розмари стала женой Рональда Брауна. С самого раннего детства меня готовили к тому, что, достигнув определённого возраста, я должен буду взять на себя обязанности главы семьи, а до моего официального представления тётушка Элрой придумала легенду со старым чудаком Уильямом Эндри, который не выходит в свет и живёт отшельником. Начиная с четырнадцати лет решением семейных вопросов я должен был заниматься сам, даже тётушка эти решения оспорить уже не могла. Но когда мне исполнилось семнадцать, я взбунтовался и ушёл из дома. С семьёй я держал связь через Джорджа. Одно время я жил в заброшенном лесном домике, тогда я и познакомился с главной бедой всей моей жизни, искательницей приключений, с мисс Кэнди. Мне очень понравилась эта бойкая и весёлая девчонка. А потом я получил одновременно три письма от всех моих племянников с просьбой удочерить «чудесную девушку», — Альберт хохотнул, когда увидел румянец на щеках троих молодых мужчин. — Когда погиб Энтони, а Кэнди отправилась в Лондон, я решил, что неплохо было бы отправиться вслед за молодым поколением, и не прогадал. Черепаха Патриции, наказание Кэнди в день бала цветов, драка Те… одного моего друга.              Альберт понял, что неосознанно задел не очень приятную для своей подопечной тему, и виновато посмотрел на подозрительно спокойную девушку.        — Всё в порядке, Альберт. Когда я приехала в Нью-Йорк, чтобы дальше пересесть на корабль, отплывающий во Францию, я встретила в парке Сюзанну, а потом и Терри. Мы поговорили, и всё выяснили. Никаких недопониманий больше нет, — улыбнулась блондинка. — Кстати, Альберт, я хотела тебя попросить, не мог бы ты завтра привезти сюда Сюзанну, я очень хотела с ней поговорить.        — Конечно, Кэнди, — подтвердил Альберт, после чего продолжил рассказ. — А дальше моя жизнь завертелась не хуже карусели. Из Лондона я отправился в Африку, какое-то время жил там, потом решил, что нужно выдвигаться в обратно в сторону Лондона, а оттуда уже в Америку. Но поезд, на котором я ехал по Италии взорвали, на госпитальном судне меня переправили в Чикаго, где меня и увидела Кэнди. Потом вы все во главе с этой самоотверженной леди меня поддерживали и помогали. А через неделю после того, как Кэнди прислала письмо из Франции, ко мне от переживаний, видимо, вернулась память.        Мисс Уайт внимательно смотрела на своего друга в течение всего его рассказа, а потом внезапно широко распахнула глаза, и с хитрой ухмылкой спросила:       — На что похож звук волынки?       — На скрип улиток, — не задумываясь ответил Альберт, после чего такими же широко распахнутыми глазами посмотрел на Кэнди. — Так это всё же была ты?!       — Арчи, ты не мог бы дать мне мой рюкзак, — попросила Кэнди.        Младший Корнуэлл поставил перед девушкой сменивший чемодан рюкзак. Кэнди высвободила свою руку из рук Энтони, запустила её в недра рюкзака, после чего вытащила оттуда что-то, зажатое в кулаке.        — Уважаемый принц с холма, я должна вернуть Вам то, что Вы когда-то давно потеряли. Я хранила эту вещь, втайне надеясь, что когда-нибудь встречу своего загадочного принца, и я встретила, но простите, дядюшка Уильям, это не Вы, — с этими словами Кэнди вытянула руку вперёд и разжала ладонь, на которой лежала брошь для тартана с гербом семьи Эндри.        — Хотел бы я сказать, что моё сердце разбито такой коварной заменой, и теперь я буду неимоверно страдать, но моя принцесса далеко не вот эта бедовая блондинка, — Альберт скорчил гримасу, после чего все молодые люди дружно расхохотались. — Кстати, о принце! Дорогой племянник, а ты ничего не хочешь нам рассказать?       Энтони вздохнул, и рассказал всю историю, которую уже слышал Стир. Девушки, пребывая в шоке, утирали слёзы, а Том задумчиво произнёс:       — Неужели ты правда думал, что для Кэнди было лучше считать тебя здоровым, но мёртвым, чем живым и заболевшим?       — А как бы ты поступил на моём месте? — пристально глядя на старого друга, спросил Энтони.        — Давайте не будем обсуждать такие темы, — испуганно произнесла Дороти, сжимая руку Тома. — Вы живы, почти здоровы и это самое главное!       — Дороти права, — кивнул Арчи, переводя взгляд на брата, руку которого ни на секунду не отпускала Патриция, словно боясь, что Стир может пропасть. — Теперь твоя очередь, братишка.        — Со мной всё просто, — пожал плечами Стир. — У нас был боевой вылет, погнались за вражескими самолётами. Я уложил два самолёта, а пилот из третьего уложил меня. Я как-то умудрился посадить самолёт, а не уронить его. Когда попробовал вылезти, понял, что ноги зажало, да ещё и хвост самолёта полыхал. Мысленно со всеми вами попрощался, а потом увидел перед собой лицо Энтони. Тогда решил, что уже отмучился, но почему-то было ещё больно. Когда услышал крики, попытался помочь ему меня вытащить, и в итоге кое-как вылезли, но далеко отбежать не успели, задело взрывом. На какое-то время потерял сознание, а когда очнулся, надо мной нависала наша милейшая и нежнейшая сестра милосердия с фразой о том, что пока она меня не отчитает, я не имею права умирать.        И снова дружный взрыв смеха.        — А что случилось с Кэнди? — робко спросила Анни.        — Я просто… во время воздушной атаки в меня попал кусок стены, — пряча глаза ответила блондинка.        — Ты забыла уточнить, любимая, что этот кусок стены должен был попасть в меня, а ты закрыла мою спину собой, — морщась от ужасных воспоминаний, сказал Энтони.        Кэнди и Энтони в этот момент так посмотрели друг на друга, что все остальные молодые люди резко вспомнили, что у них есть какие-то дела, а Стир сказал, что ему вообще срочно нужно лечь отдохнуть.        Когда Анни и Арчи вышли из здания больницы, девушка, вытерев скатившуюся по щеке слезу, сказала:       — Им столько пришлось пережить, но всё же они так любят друг друга. Знаешь, наверное, если бы со мной произошло такое, я бы не справилась.        — Родная, ты же знаешь, что я — эгоист, — улыбнулся Арчи. — Я бы не смог поступить так, как кузен. Я бы предпочёл твою поддержку!       — Они напоминают мне чай с молоком, — вдруг увела разговор с неприятной темы Анни.        — Согласно фамилиям? — хохотнул Арчи.        — Нет, — Анни покачала головой. — Обычно чёрный чай терпкий и обжигающий, иногда достаточно резкий. А молоко нежное и приятное, но если к молоку добавить не тот ингредиент, то оно свернётся и испортится. Но если смешать чай и молоко, то получится потрясающе вкусный напиток.        — Я понял, о чём ты говоришь, — кивнул Корнуэлл. — На самом деле Энтони раньше был другим, видимо, болезнь, а затем и война сделали своё дело. Но я уверен, что Кэнди сможет вернуть нам прежнего Энтони.        На следующий день в дверь палаты Кэнди постучали, после разрешения девушки в палату зашёл Альберт, и с сияющим выражением лица сказал:       — Привет, малышка! Посетителей принимаешь?       — Конечно, Альберт, — улыбнулась Кэнди. — Я очень рада снова тебя видеть.        — А я не один, — ответил Эндри.        — Ты привёл Сюзанну?       — Нет, Сюзанна придёт вместе с Терри, он тоже хотел тебя проведать, — сообщил Альберт. — Они прибудут чуть позже. А пока…       — А пока ты меня презентуешь, я успею состариться, — раздался женский смех, и в палату зашла миловидная, стройная брюнетка. — Привет, Кэнди.        — Карен? Карен Клэйс? — Кэнди переводила взгляд с Альберта на Карен, и не могла понять, что объединяет этих двоих. — Здравствуй, я очень рада тебя видеть! Ты прекрасно выглядишь!       — Кэнди, помнишь, я вчера говорил по поводу принцессы… — начал объяснять Альберт.        — Боже! Кэнди, успокой меня, и скажи, что он не назвал меня принцессой, — картинно сморщившись, вскрикнула Карен.        — Вообще-то именно так всё и было, — Альберт поджал губы и скрестил руки на груди. — Что тебя не устраивает на этот раз?!       — Хотя бы то, что я не изнеженное, инфантильное создание с короной на голове, — отчеканила каждое слово Карен.        — Хорошо, будь по-твоему, — Альберт, казалось, приложил неимоверные усилия, чтобы не закатить глаза. — Кэнди, представляю тебе женщину моей жизни, ту, кто крепко держит моё сердце в своих прекрасных, изящных ручках.        Посмотрев на обомлевшую Карен, Кэнди рассмеялась.        — Вы потрясающие, я очень рада за вас, — девушка была совершенно искренна. — Что сказала тётушка Элрой?       — Что всё будет так, как решит глава семьи, — самодовольно улыбнулся Альберт. — Я совершенно забыл, у меня сегодня назначена встреча. Мне пора. Карен, ты идёшь?       — Нет, Альберт, я бы хотела ещё немного пообщаться с Кэнди, а отсюда сразу поеду в театр, — улыбнулась брюнетка.        — Я заберу тебя после репетиции, — Альберт нежно поцеловал девушку в щёку, аккуратно приобнял Кэнди со стороны здорового плеча, и покинул палату.        — А теперь рассказывай, подруга, что там за история с принцессами и принцами, — озорно сверкнув глазами, уточнила Карен, присаживаясь в кресло напротив кровати.        Кэнди рассказала Карен о принце с холма, о том, как долго хранила ту самую брошь, которая оказалась заколкой для тартана. Мисс Клэйс прониклась историей маленькой девочки, которая была очарована голубоглазым блондином.        — А как вы познакомились? — настал черёд Кэнди спрашивать.        — Альберт приходил в театр, искал Грандчестера. Я сразу на него обратила внимание, хотя одет он был, скажу я тебе, до неприличия странно.        — Джинсы, чёрная водолаза и бежевая замшевая куртка? — улыбнулась Кэнди.        — Откуда ты знаешь? — удивилась Карен.        — Ох, Карен, пока он не стал официально главой клана Эндри, он постоянно так одевался, — Кэнди засмеялась, вспомнив ту встречу, когда Альберт её спас. — А ещё у него раньше были усы и борода, и когда я встретила его первый раз, я приняла его за медведя и потеряла сознание.        — Хотела бы я на такое взглянуть, — хохотала Карен. — Потом Альберт пришёл на спектакль, я как заметила его в зрительном зале, так и всё! Пропала! Влюбилась просто как девчонка! Никогда со мной такого не было.        — Альберт светится, когда говорит о тебе, — улыбнулась Кэнди. — Я очень рада за вас двоих!       — Спасибо тебе, — Карен подалась вперёд и крепко сжала ладонь Кэнди. — Мне пора бежать, не хочу опоздать на репетицию. Я ещё забегу к тебе.        После ухода Карен к Кэнди зашёл лечащий врач, который после осмотра сокрушённо посмотрел на девушку, пытаясь подобрать слова.        — Доктор, я медсестра и прекрасно знаю этот взгляд, — твёрдо сказала Кэнди. — Говорите всё, как есть.        — Мисс Кэнди, раздробленная кость в вашем плече не срастается. И кроме этого между двумя осколками кости зажимается мышца, поэтому у Вас такие сильные боли. Если к концу недели не будет улучшений, то я вынужден буду назначить операцию.        — Операцию? — переспросила девушка.        — Да, операцию, — негромко ответил доктор. — Операцию по удалению отломившейся кости и возможно руки. Но известно это будет только во время операции, мы должны будем понять степень повреждения тканей.        — Я поняла Вас, доктор, спасибо. Мне нужно всё это обдумать, — ответила девушка, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не разрыдаться при враче.        А с другой стороны двери стоял Энтони, слышавший весь разговор.        «Это из-за меня! Моя девочка, что же ты наделала, — думал Энтони. — Я никогда не прощу себе того, что произошло! Это я должен был закрывать тебя от всех опасностей и невзгод!»       Молодой человек вошёл в палату сразу после того, как из неё вышел доктор. Кэнди подняла на своего любимого полные слёз глаза, всхлипнула, и отчаянно разрыдалась. Энтони сел на кровать рядом с девушкой, и как можно аккуратнее и бережнее прижал её к себе.        — Любимая, не плачь! Слышишь? Всё будет хорошо. В Нью-Йорке не один врач! Мы найдём ещё кого-нибудь, — молодой человек успокаивал плачущую девушку как только мог, а сам очень надеялся на то, что Альберт и Арчи найдут в огромном Нью-Йорке того одного единственного человека, которы совершенно точно мог бы помочь Кэнди.        В дверь снова постучали.        — Кто там? — сердито воскликнул Энтони.        — Простите, мы, наверное, ошиблись палатой, — прозвучал мелодичный женский голосок.        — Сюзанна, — всхлипнула Кэнди. — Я рада, что ты пришла, проходи.        Мисс Марлоу аккуратно прошла в палату, опираясь на трость, следом за девушкой в палату вошёл синеглазый шатен.        — Вот уж не думал, что наш Тарзан с веснушками может развести такую сырость! — покачал головой Террус, а Кэнди даже перестала всхлипывать от возмущения.        — Терри, прекрати, — воскликнула Сюзанна. — Здравствуй, Кэнди! Прости, пожалуйста, некую неучтивость этого молодого человека!       — Здравствуй, Сюзанна, — стирая слёзы, улыбнулась Кэнди. — Не переживай, я уже давно привыкла к этому глупому прозвищу. Привет, Терри!       — Добрый день, — с опасным прищуром произнёс Энтони. — Вы, видимо, Террус Грандчестер, школьный друг Кэнди?       — Можно и так сказать, — хмыкнул актёр, протягивая Энтони руку для приветствия. — Но не могу похвастаться осведомлённостью относительно Вашей персоны.        Кэнди не нравилась напряжённость, возникшая в палате, поэтому миссию знакомства девушка взяла на себя.        — Энтони, познакомься, пожалуйста. Это мой школьный друг Террус Грандчестер и его невеста Сюзанна Марлоу. Сюзанна, Терри, а этот молодой человек Энтони Браун, мой…       — Будущий муж, — закончил предложение вместо своей любимой Энтони.        — Тоже Энтони? — удивлённо произнёс Терри, смотря на Кэнди.        — Тот же Энтони, — исправила друга Кэнди.        — Что значит тот же? — начал допытываться Грандчестер.        — Терри, может ты сначала поможешь Сюзанне сесть, а потом мы всё расскажем?! — возмутилась Кэнди, видно было, что мисс Марлоу не очень комфортно стоять.        После того, как все расселись, Кэнди и Энтони вновь повторили всю историю, во время прослушивания которой Терри не переставая сжимал кулаки и поигрывал желваками на скулах. Когда рассказ был закончен, повисло тягостное молчание, и в этот момент в палату зашла пожилая медсестра.        — Мистер Браун, я знала, что найду Вас здесь, — всплеснула руками старушка. — И зачем только Вас поселили в другую палату, если Вы всё равно целый день здесь. Пойдёмте, голубчик, доктор ждёт Вас на процедуры.        Энтони вышел, а Терри невыносимо хотелось закурить, но сигарет он уже давно не носил с собой, только губная гармошка так до сих пор и покоилась во внутреннем кармане любой его одежды.        — Девушки, вы не обидитесь, если я вас ненадолго оставлю?        — Нет, не обидимся, иди, а мы вволю посекретничаем, — ласково улыбнулась Сюзанна.        Терри встал, нежно поцеловал свою девушку в висок, и вышел из палаты. А Кэнди отметила про себя, что при этой сцене внутри неё даже ничто не шелохнулось. Словно она наблюдала не за своей бывшей любовью и бывшей соперницей, а за двумя старинными друзьями, которых очень любила.        Пока девушки общались в палате, Терри вышел на крышу, сел около заграждения, и достал ту самую губную гармошку. Молодой человек привык к тому, что игрой замещает курение. Старинная шотландская мелодия мерно полилась над городом. Вдруг за спиной Терри услышал шаги, прекратив игру, актёр убрал губную гармошку во внутренний карман пиджака, и, не оборачиваясь, произнёс:       — Ну что, поговорим?