Жертва "Монарх"

Предыстория

      Какие мысли у человека могут возникать когда он находится в месте, где его запирают от общества, лишают всех благ, издеваются и проводят жёсткое эксперименты? Явно не добрые мысли пошещают голову такому человеку, человек начинает закрываться в себе, доверие к людям пропадает, сердце становится холодным как лёд, а после и вовсе могут появиться мысли о том "а как бы всё это уже закончить?" воля к жизни пропадает. Ну а что если этот человек с самого раннего детства в таких условиях? Психика ребёнка в разы хрупче чем психика взрослого человека, и их такого ребёнка в будущем, явно не получится хороший человек. Нет могут быть исключения, но вряд ли из него выйдет что-то толковое. Так было и со мной. Мои родители, были членами культа что называют себя "Ликующие" культ настоящих, поехавших на всю голову фанатиков, для которых людкая жизнь не стоит ни чего, даже если это их особенный ребёнок. Моя мать родила меня в каверне, и каким-то чудом, я обрёл очень сильную устойчивость, если вовсе не иммунитет к эфирному заражению. Моя мать умерла, я помню это, не знаю почему не знаю как, но я помню её, и даже как она выглядела. Красивая молодая женщина с большими зелёными глазами, длинными черные волосы спалади с её головы, а самое главное, я помню её грустную но одновременно счастливую улыбку когда она смотрела на меня. После этого я не помню ни чего, кроме того что кто-то из ликующих забрал меня, оставил мою мать умирать. Мой отец, Логан Шевалье, был давним членом культа, и всю мою жизнь, я не разу не видел с что-бы он смотрел на меня с отцовской теплотой, было видно только еле скрываемое презрение. Он без вопросом отдал меня на эксперименты Ликующим. Но сперва я рос, и был совсем один, лишь иногда приходила одна девушка из ликующих. Моя тётя, сестра моей матери, София, и она выглядела прямо как моя мать, ведь они были близняшки. Она была единственной кто проявлял ко мне доброту. Научила читать, писать и многому другому, но только тайно. Она меня любила, и я как-то образом чувствовал это. К пяти годам, меня уже стали забирать в лабораторию, сбор крови, тканей и прочего. Постоянные эксперименты с тем, как долго я протяну при заражении эфиром, и мне постоянно что-то кололи, какую-то оранжевую жижу, и по выражению лиц ликующих, я понимал что их что-то удивляет но что, я тогда не понимал. После этих экспериментов, я всегда чувствовал себя отвратительно, боли были адские, словно меня выворачивают наизнанку. Головная боль, головокружение и тошнота, аппетита никакого не было, да в принципе мне и ели давали, не так много, лишь тетя София приносила мне тайком что нибудь поесть, и иногда даже какие нибудь сладости. Иногда она приходила и колола мне что-то, сперва я боялся но после тех уколов боль проходила до следующей дня. Потом случилось то что потом назвали "Падением старой столицы" Ликующие в панике сбегали, уничтожая всё что могло помочь найти их и сорвать их планы. Сперва меня хотели забрать, но дверь в мою камеру заклинила, и ликующие которым приказали меня забрать, в панике бросили меня. Но по итогу меня спасла тетя София, вырезав дыру в двери благодаря мечу с багровым клинком. После этого она помогла мне сбежать, но не с Ликующими. Она сбежала вместе со мной от них, так как уже не могла смотреть на то, как меня мучают. Она передала меня своему старому другу, по имени Терренс Уайт. А сама, ушла на последок улыбнувшись той же улыбкой что улыбалась мама. С тех пор, я больше её не видел, никогда. У меня от неё мотался лишь медальон, что она подарила мне в тот день, когда отдала меня Уайту. Сам Уайт являлся военным, что вместо со своими сослуживцами пытались предотвратить падение старой столицы, ноу них не вышло. Я видел своими глазами, как огромная каверна, поглощает высотные здания, как люди кричали и пытались сбежать от стремительно растущей каверны. Уайт спас меня, забрал и стал воспитывать как своего родного сына, так как свою семью он потерял в той самой каверне. После того дня, его постоянно мучали кошмары, но при мне он старался оставаться всё тем же человеком, не лишённого юмора и доброты. Он так же подарил мне банбу, которого я назвал Люз. Я был ему благодарен, что я наконец-то смог обрести семью, хоть и маленькую, но семью.