Давай, загадай желание
22 октября 2025 г., 19:22
Проснувшись от звонка, Лиса потянулась и ещё долго зевала, прежде чем ответить. Но когда всё-таки подняла трубку, принялась внимательно слушать. А в ответ тишина.
-Алло? – она хотела сбросить. Вдруг просто номером ошиблись, или случайно позвонили. – Алло..?
-А, здравствуйте. Мы с Вами не знакомы, но мне очень нужна Ваша помощь. Извините, что звоню так поздно..
-Так, придержи коней, - Алиса зевнула. – Что нужно то? Ближе к делу.
С той стороны послышались всхлипы.
-Мне сказали, что Вы знакомы с Дэ.., -пауза, - с Александром. Александр Бёрнс, он знаком Вам?
Алиса молчала. В груди заболело так, словно в неё выстрелили из пушки.
-Что с ним? – девушка моментально взбодрилась, потирая глаза.
-Он.., - снова пауза, - я не знаю. Он кричит и плачет. Я не знаю, чем ему помочь. Мне сказали, что Вы в курсе, я..
-Дай ему трубку, - Алиса спрыгнула с кровати, подходя к окну. Вид был знакомым и до боли печальным. Её перенесло в роковую ночь. Тот же ночной звонок, то же состояние, те же эмоции.
-Александр, поговорите со мной! – незнакомка попыталась привлечь внимание парня. – Хотя бы поговорите с.. Как Вас зовут?
-Алиса.
-Поговорите с Алисой, пожалуйста!
Наверное, минуту стояла гробовая тишина. Лиса даже подумала, что опоздала. Или, быть может, ей это всё приснилось. Но всё же знакомый голос донёсся до её ушей.
-Джесс? Это ты?
Алиса растерялась. В сонной голове было ноль идей и понимания происходящего.
-Я не она.
-Но я ведь слышу твой голос, - парень замолчал, а затем снова продолжил хныкать. – Джесс, я скучаю.
Лиса знала, что смерть Джессики навсегда засела в их головах, но не подозревала масштаб трагедии. В её сознании всплыло выражение лица парня. Тот страх в глазах. Он не был готов. И теперь Алиса была уверена в том, что он не сможет это принять. У неё созрел идиотский план. Наитупейшая мысль, которая сделает только хуже. Но она не психолог, да и времени в обрез.
-Сашенька, да, ты прав, это я. Я тоже соскучилась, - Лиса забралась на подоконник, обнимая колени. – Как ты? Как там матушка?
Если он верил, что это она, значит, так оно и будет.
Какое-то время царила тишина, а затем парень вышел на контакт.
-Мы с тобой так давно не общались. Не поверишь, столько всего случилось, - слёзы потекли по щекам девушки. Она ни разу не позвонила ему. Ни разу не написала. Ей было стыдно. И она не знала, смог ли бы он принять её обратно. – Саш, оно того не стоит. Мы же не будем расстраивать матушку такими новостями?
Алисе было больно. Она 4 года молчала. Даже не оставила прошлый номер телефона, сменила на новый, как только прилетела в Финляндию. Хотя клялась, что будет его поддержкой и опорой.
-Ты умница. Устал, да? Я же знаю, - Лиса слабо улыбнулась. – Я последняя на сегодня. Дам Оливии денюжку за сессию, ты только не переживай. Иди спать ради меня, позволь о себе позаботиться.
Девушка молча выслушала благодарности и сбросила звонок. Слёзы текли рекой. Она вернулась в Гростон ровно через год, как только началась пандемия. Вернулась в свою комнатку в общежитии, которую Дэмиан оплачивал целый год ради неё. Ему оставалось два года. Он успевал учиться и работать на заказ. Делал для неё всё и даже больше. Они стали друзьями с привилегиями. Она часто оставалась ночевать у него, приставала. Тащила его гулять, зная, насколько ему некомфортно. Он забирал её со свиданий и вечеринок, был спасательным кругом, жилеткой, в которую можно выплакаться. Он встречал её из аэропорта, помогал с деньгами. Но сказала ли она об этом Саше? Нет. Она даже не пыталась его найти. По правде говоря, она и не вспоминала о нём. От этого становилось ещё больнее.
-..какая же я сука.
Шли дни, месяцы. Она так и не нашла в себе силы, чтобы позвонить и поинтересоваться, как у него дела. Это сильно волновало её, но никаких шагов к возвращению общения она не проявила. Вероятнее всего, он даже и не помнит их диалог с той ночи. Её это вполне устраивало. Иначе бы она стала ещё большей тварью в его глазах. Пробивать дно не хотелось.
Она часто возвращалась в бордель, но не ради денег. Пила чай с Оливией, обсуждала свою жизнь, просила советов. А под вечер поднималась на чердак и запиралась в комнатке. Через окно на потолке смотрела на звёздное небо. В Финляндии их словно было больше. Столько возможностей. Но она не чувствовала себя там родной. Компания ушла на карантин, денег не хватало, и ей пришлось вернуться. Она не хотела, вынудили обстоятельства. И вот сейчас она смотрела на ночное небо и мечтала. Если бы она была падающей звездой, то кто бы загадал желание? Или, быть может, она отдала его кому-то? А кто станет её желанием? Если даже человека, которого она считала дорогим для себя, бросила и забыла.
Взяв сумку, Алиса закрыла помещение на ключ, и пошла к своему бывшему дому. Завалилась в квартиру Раста, осталась там ночевать. Парень жил с двумя своими друзьями, оплату делили поровну на троих. Быт держали по очереди. Лиса была их частой гостьей. С ними ходила за продуктами, с ними пила, с ними курила, и проводила бессонные ночи. Раст был её спасением. Он продавал товар по низкой цене, принимал вместе с ней, а дальше мысли путались. И ей становилась достаточно хорошо, чтобы не думать ни о чём. Правильно ли она поступала, её не волновало. Она в целом не брала на себя никаких ответственностей и жила в радость.
Когда наскучивало, она возвращалась к Дэмиану. Смотрела фильмы, целовалась, а дальше по обычному сценарию. Тот приносил ей завтраки в постель, покупал одежду, косметику, все хотелки девушки. Бегал за ней как собачка. Ему хватало её внимания, и ни на кого другого он не смотрел.
Алисе вечно было скучно. Она искала новых ухажёров, от некоторых получала по лицу. Убегала от преследований, попадала в передряги. Дэма всегда выручал её и отвозил в общежитие. Он боялся и переживал за неё, пытался вразумить, но девушку эти наставления раздражали. Словно на зло, она всё чаще и чаще искала себе приключений на одно место. То изнасилуют, то фотографии сольют. Иногда Виолетта звонила и просила, даже требовала, прекратить столь позорный образ жизни. На что Лиса лишь слала её на три буквы. Она не видела проблемы. А раз нет проблемы, то о какой помощи вообще может идти речь?