Эгоисты

Ночной полуразрушенный город. В радиусе нескольких километров единственным источником света была лишь луна. Этот город считался разрушенной областью. Это был термин, данный областям, где цивилизация не была восстановлена должным образом после того, как монстры неистовствовали в ней. Таких мест в Корее было довольно много. Конкретно эта часть города была проблемной и всё ещё полностью не зачищена от монстров. Поэтому присутствующие здесь люди не осмеливались поднимать лишний шум и использовать яркое освещение, во избежание лишнего внимания и провокаций этих тварей. Вокруг ни звука, ни огонька. Возможно, других выживших здесь больше и не осталось. Всё вымерло. В мёртвой тишине, во тьме, на одной из крыш относительно целого здания вспыхнула едва заметная маленькая искра. Шуршание и два тихих голоса. – Ух ты.. Откуда ты только достал термос и.. это кофе? Да его же сейчас фиг найдёшь! – Мне больше интересно, как ты пронёс рамен и всю эту еду. – Хахаха Ты меня недооцениваешь, младший! Вздох. – Сколько раз повторять, что мы родились в один.. – Какой же ты упрямый! Я уверен, что родился раньше тебя! Я чувствую, что это так. Моя интуиция меня никогда не подводила! Ким Рок Су скептически посмотрел на Чхве Чон Су. Они никогда не придут к единогласному ответу в этом споре. Чхве Чон Су же продолжал доказывать свою беспочвенную точку зрения, открывая пачки с чипсами и раменом. Сейчас первая группа находилась на зачистке одного из районов города. Хоть монстров стало на порядок меньше, но оставшиеся были достаточно опасными и разумными. Сегодня они остановились на ночь в одном хорошо сохранившемся здании и всей группой разделились для патрулирования. Ким Рок Су и Чхве Чон Су послали на крышу. Подсвечивая небольшим фонариком рамен и наблюдая, как Ким Рок Су заливает его кипятком, Чхве Чон Су вдруг задумался: – Точно ли нормально, что мы вот так бездельничаем? – Вероятность нападения монстров крайне низка. Мы проверили всё ещё при свете. Твари, что здесь остались, не глупы – они не полезут к нам, зная, что мы способны дать весомый отпор. В крайнем случае ты, со своим звериным чутьём, почуешь, если кто-то будет приближаться. Ким Рок Су ответил ровным тоном, как нечто очевидное. Чхве Чон Су, уже начавший поглощать первую пачку чипсов, закивал: – Мм, ты как всегда прав, Рок Су-а.. Стоп. Звериное чутьё? Это комплимент или оскорбление? Я что, сторожевая собака?! Ким Рок Су лишь сухо фыркнул, что в его исполнении считалось смехом. Хруст чипсов. Глоток кофе. На пару десятков секунд они замолчали, наслаждаясь живой тишиной. Чхве Чон Су вдруг начал хихикать и по-дурацки смотреть на Ким Рок Су. – Почему ты смотришь на меня как идиот? – Ахаха И всё же как приятно наслаждаться едой втайне от остальных! Ты так не думаешь? – Вижу, ты с концами совесть потерял. – Хей, это лицемерие! Ты сам сидишь и улыбаешься. Мы сообщники! И вообще, наши старшие не лучше! На прошлой миссии Ли Сы Гён и Су Хо Джа нашли шоколадки и никому не сказали! А наш лидер-ним. Он забрал бутылку соджу под предлогом штрафа за своеволие на миссии! Ким Рок Су закатил глаза: – Та понял я. Понял, что ты ужасно злопамятный на такие мелочи. Брови Чхве Чон Су взлетели: – И это говорит мне парень со способностью всё запоминать? Видя, что Чхве Чон Су вот-вот полезет драться, Ким Рок Су перевёл тему: – Рамен готов. Услышав это, Чхве Чон Су сразу же забыл суть разговора, переключив внимание на еду. Взяв палочки, протараторил: – Оо, уже? Приятного нам аппетита! И тут же обжёгся, напихав полный рот: – Чёрт, горячо! Ким Рок Су смотрел на эту картину с примесью иронии и безнадёжности – на то, что в голове у этого оленя зашевелится больше чем две извилины. И проговорил с внутренней усмешкой: – Конечно горячо, дурень.

***

Наевшись, Ким Рок Су и Чхве Чон Су в какой-то момент улеглись на спину. Бетонный пол здания был холодным и твёрдым, но, кажется, их это не волновало. Ким Рок Су молча взирал на небо. Не было ясно: он о чём-то размышлял или, наоборот, отключился от мира, ни о чём не думая. Чхве Чон Су тоже смотрел вверх, лениво жуя чипсы. За последние десять минут он трижды подавился, но упёрто продолжал, не меняя положения. Его лицо было непривычно серьёзным, точнее не забавным и не весёлым. Нейтральным и задумчивым. Он смотрел на открытое небо без облаков, наполненное множеством звёзд. Последние годы выдались адскими. Апокалипсис. Вечное сражение за право жить. И постоянная усталость, как моральная, так и физическая. Среди всех этих событий почти не было возможности просто остановиться и полюбоваться внешним миром. – Оказывается, ночное небо всё ещё прекрасно. Услышав эти слова, Ким Рок Су чуть повернул голову к Чхве Чон Су. Он нутром почувствовал, что тот сейчас начнёт нести какой-то бред. – Рок Су-а, я такой эгоист. Я ведь не герой. И не альтруист, что жертвует собой ради благополучия других. Чхве Чон Су замолчал. Когда Ким Рок Су, немного подождав, уже хотел что-то сказать, на него снова обрушился поток слов: – У меня ведь тоже есть инстинкт самосохранения. Мне не доставляет удовольствия прыгать в самый центр смертельных сражений. Но из-за всех этих событий он.. вынужденно изменился. На собственном опыте я убедился, что смогу выжить только если атакую, а не сбегу. А если сбегу – буду жалеть об этом и чувствовать себя паршиво.. Уже жалею. Чхве Чон Су сам не понимал, что с ним. Он просто стал говорить вслух о том, о чём думал. Думал не первый год. Сам того не заметив, его глаза заслезились. Тогда он услышал привычный ленивый голос: – Почему ты говоришь такие очевидные вещи? Услышав этот простой, но искренний вопрос, Чхве Чон Су вдруг прыснул со смеху. Ким Рок Су выглядел так, будто действительно не понимал, зачем тот тут распинается. – Ты пытался выглядеть мудрым, когда говорил о настолько элементарных вещах? Только у лидера-нима это получается. На этом моменте Чхве Чон Су уже рассмеялся в голос, хватаясь за живот. Одновременно с этим струйки слёз начали безостановочно катиться из глаз. – Аххаха! Действительно.. Мне не переплюнуть лидера-нима. Он настоящая королева драмы.. Чхве Чон Су не мог перестать смеяться и плакать даже когда говорил: – И правда. Мы все эгоисты. Мы спасаем людей, боремся против монстров не ради общего блага, а ради себя – чтобы вина ещё больше не разъедала разум. Чтобы жить и мечтать. Краем глаза Ким Рок Су наблюдал за ним и угукал. Слова и настроение, в котором они были поданы, слишком противоречили друг другу. – Даже наша связь строится на эгоизме и выгоде. Каждый из нас цепляется за другого, чтобы не утонуть, чтобы окончательно не сломаться. Всё, что мы делаем, – это раз за разом собираем друг друга по кусочкам. – Разве это плохо? – Хахаха.. Конечно, что в этом плохого? Что плохого в том, что мне порой хочется всё бросить и сбежать? В родную деревню или на море. Куда-нибудь. Я чувствую, что задыхаюсь. Каждую ночь кто-то из семьи приходит и душит меня. Лицо Чхве Чон Су исказилось в гримасе боли и отвращения. – Здесь недалеко море. Когда зачистим эту территорию, можем сходить. Повисла тишина. Голова Ким Рок Су теперь была полностью повернута к Чхве Чон Су. Он смотрел на него, не отводя взгляда. Чхве Чон Су тяжело дышал, медленно переваривая слова Ким Рок Су. Эмоции переполняли его, но он лишь слабо улыбнулся: – Да, давай.. Тогда его прервала резко открывшаяся дверь на крышу. – Какой идиот ржёт так громко!? Это был лидер группы Ли Су Хёк.