Bad Medicine

      Он делает вид, будто отвечает на электронные письма на своём айпаде, но его взгляд жадно следит за тем, как она пересекает гостиную на подгибающихся, словно у жеребёнка, ногах, прежде чем без сил рухнуть на мягкий диван напротив его кресла.       — Ты сообщила Кайдел о том, что наши планы несколько изменились?       Рей не отвечает. Всё её внимание приковано к хлопьям снега, падающим с затянутого облаками ночного неба за палладианским окном.       — Мисс Ниима? — спрашивает он чуть громче.       Она моргает и глядит на него так, словно успела забыть о его присутствии.       — Простите, что?       — Ты связалась с Кайдел?       — Ох. О, да! Она передаст Фазме, что из-за сильной метели наш обратный рейс в Штаты откладывается, так что мы застрянем здесь ещё на несколько дней.       — Прекрасно, спасибо, мисс Ниима.       — Хм, это ещё что? — хмурится она, вытирая выступивший на лбу пот.       У неё взволнованный голосок, остекленевший взгляд, заметный румянец на щеках, а ещё она беспокойно ёрзает на своём месте.       Сделав глубокий вдох, он наслаждается её упоительным ароматом. За последние пару дней он стал более насыщенным и ярким.       Склонившись к ней, Кайло вопрошает тихим, интимным голосом:       — Ты в порядке, малышка?       Ласковые слова, которые до сих пор он упорно держал за зубами, заставляют её наконец взглянуть на него.       — Простите, сэр, я сегодня сама не своя. Кажется, я слегка приболела.       Встав, он протягивает ей руку.       — Тогда тебе стоит отдохнуть. Выдалась напряжённая неделя — неудивительно, что ты чувствуешь себя разбитой.       Очарованный тем, как её изящная ладонь утопает в его ладони, он ведёт её вверх по лестнице. Рей следует за ним, необычайно покорная, и, кажется, даже не замечает, когда они минуют все гостевые комнаты и направляются прямиком в его спальню.       Он приглушает свет, зная, что сейчас её зрение крайне чувствительно. Тёплое сияние прикроватных ламп освещает спальню скромных размеров, стены которой выкрашены в изумрудный цвет, полы покрыты плюшевыми коврами того же оттенка, и всё это подчёркнуто отделкой и мебелью из красного дерева.       Каждый дюйм этой комнаты спроектирован таким образом, чтобы создать впечатление уютной и безопасной берлоги.       Он оборачивается и видит, как Рей растягивает на себе одежду, её эльфийское личико искажено гримасой страдания.       — Здесь так жарко, и моя одежда колется и вызывает зуд… И… и… — она прерывается на полуслове, пытаясь стянуть с себя плотный свитер цвета индиго с высоким воротом. Рей разочарованно всхлипывает и начинает вырываться, когда её голова застревает в узкой горловине.       — Тише! Тише, котёнок. Не суетись. Я помогу тебе.       Он нежно выпутывает её из шерстяного плена. Не спрашивая согласия, он опускается на колени, чтобы снять с Рей колготки.       Хорошо, что он уже на полу, потому что, в противном случае, один только её вид, стоящей перед ним в простом фиолетовом бюстгальтере из хлопка и трусиках с жёлтыми уточками, с поцелованной солнцем кожей, что так и манит прикоснуться, заставил бы его рухнуть ниц.       Но когда его взгляд останавливается на едва заметных розовых пятнах на её запястьях и по обеим сторонам шеи, по венам Кайло разливается самый настоящий восторг. Они ещё совсем бледные и почти сливаются с кожей, но они есть, что само по себе уже чудо.       Ему становится тесно в собственных брюках. Железы альфы воспалены.       Кайло приходится закусить щёку, чтобы не расплыться в торжествующей улыбке.       Его план, чёрт возьми, работает.       Поднимаясь, он запечатлевает поцелуй на её лбу — и кожа Рей кажется нестерпимо горячей.       — Ну вот, теперь станет лучше. Давай-ка я укрою тебя, — говорит он ей, откидывая угол пухового одеяла, застилающего кровать неприличных размеров.       Но Рей застывает на месте, сведя брови и хмуро поглядывая на кровать.       — Это неправильно, — волнуется она.       — Ох, милая. Что же тебя смущает?       — Я не… я не знаю, — щебечет она, и её нижняя губа очаровательно подрагивает.       Его не должно так сильно возбуждать, что эта обычно сверхкомпетентная девушка внезапно становится такой хрупкой и неуверенной, но это заставляет его внутреннего зверя рычать от первобытного восторга, как и тот факт, что именно он может обеспечить её всем необходимым.       — Хм, думаю, у меня есть кое-что для тебя.       Кайло заблаговременно позаботился о том, чтобы массивный деревянный сундук, инкрустированный перламутровыми птицами, цветами и виноградной лозой, был доставлен в дом за несколько дней до их с Рей приезда.       Он поднимает тяжёлую крышку, под которой обнаруживаются стопки толстых мягких одеял. Он собирал эту коллекцию с момента, как Рей стала его личным ассистентом. Даже зная, что она никогда не притронется к ним, он не смог удержаться — инстинкт побуждал его собирать их десятками, самых разных фактур и всевозможных цветов. Всё, что, по его мнению, могло ей понравиться, он покупал и запирал в сундуке.       Выходит, всё это было не зря, ведь сейчас его милая девочка выглядит так, словно он распахнул для неё врата рая.       Настаёт черёд Рей рухнуть возле сундука на колени, вытаскивая одно одеяло за другим, проверяя их на мягкость, потираясь лицом. Должно быть, она улавливает запах, который он оставил на ткани, когда касался ею своих желёз, потому что она тут же зарывается носом в одно из них и радостно щебечет.       Она блаженно глядит на него со своего места, и её зелёные глаза сияют в тусклом свете.       — О, спасибо, мистер Рен, они идеальны.       — Не за что, малышка. А теперь давай посмотрим, можно ли из них смастерить что-нибудь подходящее.       Кайло ходит туда-сюда, перетаскивая охапки одеял, которые Рей находит приемлемыми, пока она не заканчивает осмотр.       Но после того, как она перебирает всё это добро, он просто стоит в сторонке и, не мигая, наблюдает за тем, как она забирается на кровать и решительно начинает раскладывать одеяла по схеме, понятной лишь ей одной. Усердно трудясь, Рей сплетает их вместе, формируя объёмное внешнее кольцо, а затем укладывает остальные ровным слоем внутри круга, образуя толстый слой поверх матраса. Явно довольная своей работой, она откидывается назад и катается в гнезде, пропитывая его собственным ароматом.       Ему не составило бы труда перевернуть её на живот, засадив свой ноющий член в её крохотную пиздёнку, заставив её стонать и извиваться, пока он…       Кайло до боли впивается ногтями в ладони, силясь сдержать оргазм, грозящий захлестнуть его, когда она застенчиво спрашивает:       — Тебе нравится?       В один шаг он оказывается рядом и прижимает ладонь к её раскрасневшейся щеке, чуть поглаживая её большим пальцем.       — У тебя чудесное гнёздышко, котёнок. Такое тёплое, мягкое и безопасное. Ты постаралась на славу. Я так горжусь тобой.       Рей расцветает от его похвалы, жмурится от удовольствия и быстро засыпает, разомлев от нежности.       Кайло некоторое время следит за её ровным дыханием, прежде чем укрыть, а затем он не без труда заставляет себя покинуть комнату.       Ей нужно как следует отдохнуть перед тем, что её ждёт.

***

      Кухонный свет кажется ослепительно ярким после уютного полумрака спальни.       Внимательно прислушиваясь, он готовится к следующим нескольким дням. Курица гриль, салат, мясные деликатесы и сырная нарезка, крекеры, молодая морковь и соцветия брокколи, дольки апельсинов и малина, а также квадратики молочного шоколада — всё это фасуется по контейнерам и без проблем уместится в компактном холодильнике.       Лучше продумать всё заранее, ведь скоро он не сможет оставить её одну даже на то короткое время, которое потребуется, чтобы спуститься сюда.       Когда он достаёт из холодильника один из протеиновых коктейлей, что также приготовил заранее, напряжение, так долго сдерживаемое и требующее выхода, наконец отступает.       Это именно то, чем он должен заниматься, — его истинное предназначение. Заботиться о Рей и помочь пережить ей её первую течку.       Ему казалось, что этот день никогда не настанет.       Воспоминания об их первой встрече отпечатались в его памяти с кристальной ясностью. Словно это была вчера. Он открыл дверь своего кабинета и увидел её, ожидающую собеседования, — такую милую и правильную в своей строгой блузке и юбке-карандаш, с каштановыми волосами, убранными в три забавных пучка. Одного этого было достаточно, чтобы он застыл на месте. Но именно её запах заставил его альфу встрепенуться. Она сводила с ума ароматом полевых цветов и медовым послевкусием на языке. Всё это напоминало сцену из «Волшебника страны Оз», когда однообразный мир в один миг заиграл всеми красками.       Ему потребовалось не больше секунды, чтобы осознать свои чувства.       Он приблизился к ней, чувствуя непреодолимое желание впиться в её железу, взять её прямо здесь, на полу, объявив своей парой.       Но его эйфория вышла недолгой — накрахмаленный воротничок её рубашки не скрывал омежьих желёз.       Эта девушка, поразившая его в мгновение ока, словно бы созданная для него одного, оказалась бетой.       И всё же он нанял её, не в силах отпустить свою несбывшуюся мечту.       Кайло мог по-своему заботиться о ней, раз уж Рей стала его подчинённой. Маленькая бета не знала, что её предшественницы получали лишь треть от её зарплаты. Или о том, что у них не было личного автомобиля с водителем, чтобы с комфортом добираться до офиса, а затем возвращаться домой. Никому из них специальная служба не доставляла завтраки и обеды прямо к их рабочим местам. Многие из них жаловались (не в лицо, конечно) на суровый график, а Рей каждый день возвращалась домой своевременно, успевая расслабиться и набраться сил перед следующим рабочим днём. Восемь часов сна не казались ей какой-то недостижимой роскошью.       Однако для Кайло её близость ощущалась безжалостной пыткой. Первобытная, назойливая потребность заявить на Рей свои права постоянно звучала в его мозгу, и только осознание того, что член альфы неминуемо навредит её узкой киске, отрезвляло его, удерживая от искушения. Он скорее отгрыз бы себе руку, чем причинил Рей боль.       Так что каким-то чудом, балансируя на грани помешательства, но ему удалось сохранить статус-кво, тайно приглядывая за Рей, чтобы она не прознала о его желании.       Его терпение лопнуло, когда он случайно подслушал, как Кайдел подначивает Рей согласиться на свидание вслепую.       Из нагрудного кармана своей рубашки он достал небольшой кожаный футляр, внутри которого хранилась стеклянная ампула с прозрачной голубой жидкостью. Выдернув пробку зубами, Кайло подлил её содержимое в одну из банок со смузи, взбалтывая до тех пор, пока синева не исчезла.       Единственное, что способно было решить проблему того, что его половинка являлась бетой.       Не прошло и часа после того, как Кайло узнал о грядущем свидании Рей, как он поднял на уши всех знакомых с самой сомнительной репутацией. Долгое время ходили слухи о подпольных экспериментах, связанных с генетикой демилюдей, с целью изучения возможности смены подвида. И Кайло хотел знать, насколько эти слухи правдивы.       Поиск малейшей ниточки затянулся на несколько мучительных недель, но в конце концов он связался со Сноуком, — генетиком, утверждавшим, что изобрёл вещество, способное превратить из беты в омегу.       Не желая рисковать здоровьем Рей, покупая сомнительные препараты на чёрном рынке, он направился в Австрию, чтобы лично познакомиться с ним.       Сноук оказался редким ублюдком, но его лаборатория, оснащённая по последнему слову техники, исследования, прошедшие независимую экспертизу, и клиенты-альфы, с которыми Кайло удалось пообщаться, были более чем довольны результатами терапии.       Кайло вернулся домой с неприметным футляром в ручной клади и чётким планом того, как можно поскорее завладеть Рей.       Итак, в течение последних шести дней своей якобы деловой поездки в Стокгольм, он добавлял по одной ампуле в еду, которую готовил для неё. Конечно, они проделали немало реальной работы, но истинная причина, по которой он увёз Рей к чёрту на куличики, заключалась в том, чтобы никто из её друзей и коллег не заметил симптомов перехода и не попытался вмешаться.       Сильная метель, из-за которой их рейс отменили, оказалась счастливой случайностью и сыграла на руку Кайло. Ему не пришлось выдумывать нелепые оправдания их длительному отсутствию.       С драгоценным смузи и другими закусками в руках он возвращается наверх, к своей омеге.

***

      Не очень вежливо вторгаться в гнездо омеги без приглашения, но как он может устоять, когда в воздухе так и витает пьянящий аромат её возбуждения.       Она по-прежнему спит, беспокойным сном, её голова мечется по подушке, одеяло, в которое он завернул её ночью, отброшено в сторону. А ещё она избавилась от лифа и трусиков, оставшись совершенно нагой перед его жаждущим взглядом.       Как только он устраивается обнажённым подле неё, Рей тянется к нему и прижимается к его боку. Её веснушчатый носик обнюхивает его железу.       По-видимому, довольная своей находкой, какое-то время она остаётся в таком положении, пока накатившая волна не скручивает её тельце в агонии.       Резко распахнув глаза, она обнаруживает, что он уже обнимает её, притягивая ближе к себе.       — Сэр? Ч-что со мной происходит? — всхлипывает Рей, ударившись в слёзы.       Он наваливается на неё сверху, вжимая в матрас всем своим немалым весом, давая понять, что она не одна.       — У тебя течка, котёнок.       — Нет, — снова раздаётся её жалобный стон. — Это попросту невозможно — я бета.       Бедняжка. Сноук предупреждал его, что первая течка бывает тяжёлой для новообращённых омег. Они не понимают, что происходит с их телом, и особенно остро нуждаются в помощи на заключительном этапе своей трансформации. Но всё в порядке. У Рей есть альфа, который хорошенько позаботится о ней и поможет освоиться в новом качестве.       — Всё взаправду, видишь? — Он приподнимает руку Рей, чтобы показать покрасневшую, чуть припухшую железу на запястье. Когда он прижимает большой палец к чувствительному местечку, всё её тело содрогается в нетерпении.       — Ох, боже, боже… — стонет она.       Свободной рукой он вводит сразу два пальца в её киску до первой фаланги, а затем вынимает их, влажные и блестящие от её возбуждения.       — И только взгляни, как ты намокла для меня. Разве бета способна на подобное?       — Я не… нет… — пылкая до последнего, она ещё пытается с ним спорить, но при этом извивается и откровенно жмётся к нему.       — О, моя маленькая девочка по-прежнему не верит мне. Что ж, ладно… — Кайло отстраняется от неё и, придав своему голосу нужную глубину и звучание, отдаёт команду тем самым тоном альфы: — Раскройся для меня, омега.       И Рей мгновенно оказывается на четвереньках, уткнувшись лбом в скрещенные предплечья и призывно вздёрнув задницу, она широко раздвигает лоснящиеся от смазки бёдра.       Великолепно.       Но лучше всего то, что спутанные волосы Рей падают на одно плечо, обнажив затылок и набухшую железу, которая буквально молит о том, чтобы он прокусил её.       Кайло даже не подозревал, что можно быть настолько счастливым.       — Хорошо. Какая послушная девочка.       — Сэр, мне больно, мне так нужно…       — Ш-ш-ш, малышка, всё в порядке, — пристроившись к ней сзади вплотную и обхватив за бёдра, чтобы она не дёргалась, он скользит своим членом по её влажным складочкам. — Ты хочешь этого?       — Да, пожалуйста, мистер Рен…       Здоровая пятерня хватает её за волосы и вынуждает повернуться к себе лицом.       — Ах-ах, кто же я, малышка? Скажи это. — Он склоняется к ней и потирается кончиком носа о её носик. — Кто я?       Моргая, словно в замедленной съёмке, она шепчет ему слово, которое он так давно мечтал от неё услышать:       — Альфа.       — Ты чертовски права, — рычит он, загоняя в неё свой член одним резким толчком. Он удерживает себя в таком положении, позволяя ей привыкнуть к размеру. — Я твой альфа.       Прижимая ладонь к её пока ещё плоскому животу, он успокаивающе воркует:       — Вот и всё. Это именно то, что тебе так нужно, котёнок. Большой член своего альфы, который хорошенько оттрахает тебя, наполнив семенем до краёв.       Рей кивает, насколько позволяет стальная хватка в её волосах:       — Да! О, да, ещё глубже… Прошу тебя, альфа, прошу!       Уму непостижимо, что это милое, очаровательное создание он сможет сделать своим на всю оставшуюся жизнь.       Словно в бреду, Кайло не в силах оторвать взгляд от того, как он погружается в неё снова и снова.       — В целом мире нет более притягательного зрелища, котёнок, чем твоя маленькая тугая киска, принимающая меня.       Он без устали трахает её, как и мечтал, грубо врываясь в неё и одновременно накрывая её маленькое тельце собой.       Рей восхитительно отзывчива — она подаётся ему навстречу, активно подмахивая, издавая пронзительные стоны: «альфа», «прошу» и «ещё» каждый раз, когда он засаживает ей особенно глубоко. Кайло присасывается ртом к её брачной железе — и этого достаточно, чтобы она взвыла, бурно кончая.       — До чего идеальная пиздёнка, — рычит он ей на ухо, пока она сжимается вокруг его члена, отчего его узел набухает. — Хорошая омежка, так красиво кончаешь для своего альфы.       Он не даёт ей очухаться, продолжая агрессивно толкаться в неё, пока её тело содрогается в сладких спазмах, а крошечные пальчики на ногах поджимаются.       После чего Кайло теряет счёт часам и количеству оргазмов своей омеги. Единственное, что он знает, — так это то, что потребность обладать ею слишком сильна, чтобы и дальше сдерживаться.       — Я наполню тебя своей кончей, малышка. Я засажу тебе щенка, — сыто воркует он. — Твой животик раздастся от моего потомства. Разве это не мило?       — Я так хочу этого, хочу щенков! Пожалуйста, альфа, я буду идеальной, прошу, — сбивчиво лепечет она в ответ.       — Конечно, будешь, милая. Моя омега родит мне самых красивых щенков. Всё, что тебе нужно сделать прямо сейчас, так это расслабиться и принять узел альфы.       Он продолжает нахваливать её, отвлекая от нарастающего давления внизу живота, — узел не без труда преодолевает сопротивление плотного кольца мышц у её входа.       Они синхронно кончают, когда он протискивается внутрь, плотно сцепив их. Его рёв и её крик эхом прокатываются по комнате.       Кайло обильно изливается в её киску и вонзает зубы в манящую железу Рей — и ни с чем не сравнимый вкус мёда взрывается на его языке.       Его вселенная в этот момент перестраивается вокруг этой единственной, идеальной девушки. Его пары. Тёплой и яркой, как восход солнца, он чувствует её в глубине своего сознания, в пространстве, которым она завладевает, будто своим собственным. И он сдаётся, обрушив все барьеры.       Рей обессиленно падает, едва заметно дрожа, пока он старательно вылизывает её кровящую метку языком, снова и снова мысленно повторяя: «Моя».       В конце концов Кайло аккуратно перекатывается вместе с ней набок, стараясь не травмировать узлом её нежную плоть. Крепко прижимая Рей к себе, он осыпает поцелуями её шею и плечи, самодовольно подмечая, что теперь она пахнет им, и к её сладости примешивается едва различимая нота дыма.       — А теперь спи, малышка, — говорит он, когда она начинает ворочаться, — у тебя был трудный день.       — Ты останешься со мной? — слова чуть приглушены одеялом, в которое она вжимается лицом.       От абсурдной постановки вопроса из его груди вырывается непроизвольный смешок.       — Разумеется, котёнок. А потом твой альфа снова хорошенько трахнет тебя до потери пульса, согласна?       — М-м-м, как скажешь, альфа, — бормочет его маленькая омега, уже почти провалившись в сон.       Следуя за ней, Кайло непременно решает отправить Сноуку какой-нибудь запоминающийся подарок в знак своей благодарности.