Останусь пеплом на губах

Большой тёмный лес мог быть страшен и опасен. Особенно опасен, но не для наших мифоискателей. Для них видеть страшные вещи было словно домашняя рутина, что-то по типу помыть посуду или вытереть пыль(искать мистику намного легче). Парни за несколько лет уже привыкли к большинства звукам, что издают мифы, к похожим у тех же явлениям. Но сегодня было что-то не то, то что отличало данного мифа от всех других. Он был тих и почти не заметен, и очень-очень опасен. . . По опавшей лестве и шуршащей траве быстрый бег сменялся на шаг. Кажется источники этого звука решили притормозить дабы передохнуть от погони. — Я уже устал - выдает парень в очках, он стоит полу-присядя положив руки на колени и пытается отдышаться – Я тоже, Давид, но нам нужно продолжать идти, иначе этот миф сможет нас задеть - приспуская свою чёрную маску, дабы было больше кислорода, говорит Никита – Кстати, а что будет если он заденет нас?- интересуется парень, он практически отдышался и уже принял нормальную позу – Точно не знаю, кто-то говорит, что просто нанесёт урон, кто-то что ты встанешь на месте и не сможешь двигаться - объяснял более опытный мифоискатель – Аааа понятно, я думаю нам стоит идти- окончательно выпрямившись сказал Роменский – Да пойдем, я как раз вижу деревню- указал Берг – Чтоо? Как ты её увидел!? - наигранно говорит призрак – Поменьше в очках ходить - натягивать маску, смеётся младший Парни направились в сторону небольшой, акациевой деревушки. К сожалению парней в ней не было никого, ни жителей, ни голема, ни животных. Пусто. Словно кто-то уже был в ней и успел "очистить" деревню от всего живого. – Так, Давид, быстро обыскиваем деревню и бежим дальше, не нравится мне эта пустошь-настороженно сказал Никита Берг – Ну ладно - проходя в дом сказал Давид Перешагнув дом, Давиду в нос попал неприятный запах крови. Железные нотки вместе с гнилью, вызывали дикое отвращение. Роменский закрыв нос, начал исследовать сундук, в нем не было чего-то полезного, лишь красный цветочек выделялся среди дерева и саженцев. Давид взял его в руки, странно, что он вообще выживал без воды, ведь он выглядел совсем ново. Будто его только только сорвали. Парень решил, что заберёт его с собой. Никита в это время собирал пшеницу, её было не так много, но на какое-то время хватит. Парень думал о тотеме, что отзовёт мифа, ведь у гетерохромного были большие сомнения на счёт способностей нечисти. Тот миф которого он видел, был не таким уж и удивительным. Длинное тело Стива с дырой в груди, руки его были длинные и ближе к кистям становились чёрными, ноги точно также. Голова его вся была черна, не было видно глаз или рта, но Никита ,видевший его пару раз, мог поклястья, что когда он смотрел на этого мифа, появилось чувство будто у него улыбка, но это всего лишь придумки мозга, а может чего-то более? Когда Никита закончил свою рутину, он направился искать Давида. Прошло 2 минуты как Берг увидел, что тот стоит у колодца и рассматривает колокольчик. Никитку это позабавило, сейчас когда лицо его напарника освещает лишь рядом поставленный факел, он выглядит очень красиво(впрочем как всегда). Тёмные немного кудрявые волосы, спадали на глаза цвета кофейной гущи, что часто были спрятаны за стёклами жёлтых солнцезащитных очков. Ярко выраженные ключицы, и сильные руки и ноги. Берг аж расплылся от такой картины. Никита хотел было подойти к другу, наконец-то признаться в симпатии или большем чем симпатии? Но ноги стали ватными как только парень повернулся к нему лицом. Щеки сразу загорелись, а глаза начали блестеть. Берг проглотил то чувство, ему пока достаточно взглядов и разговоров, и объятий. Объятья были очень приятны, после них Никита становился совсем раскрепощенным, он мог даже поцеловать Давида в шею, но тот лишь отшучивался или говорил, что ему щекотно. Обниматься было их традицией после каждой удачной вылазки, на минуточку у них ещё не было неудач, не считая ситуацию с Зимбером... Давид смотрел на свое отражение в золотом колокольчике, ему нравилось его звучание, да и сам он был красивый. А ещё красивым был Никита. Водя указательным пальцем Роменский призадумался. Он вспоминал красивые двухцветные волосы партнера, что были вечно не уложены, красивые гетерохромные глаза, Давид раньше не встречал никого с такими глазами, лишь после познакомился с одной подругой он узнал о том, что гетерохромия не такое уж и редкое явление. Призрак вспоминал красивое лицо, спрятанное за маской, его вечно холодные руки, которые морозили при объятьях, но как Давиду это нравилось. Пока он гладил сильную спину и вкусно пахнущие волосы, гетерохромный целовал очкастого в шею. Давид готов поклясться - это самое приятное, что было в его жизни. Щеки самы пыхнули от представленной предмета обожания, а после того как Давид повернул голову и увидел Никиту, тот распался в улыбке. Они смотрели друг на друга несколько секунд, пока парень в маске не начал подходить. Роменский застыл, сердце стучало очень быстро, будто он пробежал несколько километров. – Э, Давид, ты закончил? - замялся Никита, отводя взгляд – Что? А да, да - смущённо ответил Роменский Парни направились дальше, но уже в тишине. Она была такой колкой, и неловкой. Не ужержавшись рука в перчатке схватила чужую чуть смуглую руку. Давид обомлел, он смотрел на их руки в замке, сердце вновь начало стучать, а к щекам приливаться кровь. Точно такие же чувства были и у второго мифоискателя. Но у сожалению их романтика продлилась не долго, как только Никита увидел мифа, бегущего за ними, он крепче сжал руку Давида и побежал, тащя парня за собой. Давид сначала и не понял и чуть не упал, но оглянувшись он начал бежать на равне с другом. Они бежали, а миф за ними. Перед мифоискателями возник лес, пробегая между деревьями, перед ними встало дерево. Из-за него парням пришлось разделиться, руки оторвались сопровождаясь взглядами. Давид бежал дальше, он уже вышел из лесу и взабрался на гору. Он вновь принялся восстанавливать дыхание, параллельно наблюдая за лесом и ждя напарника. Никите повезло меньше, миф почти поймал Берга, но перед парнем возник небольшой каньон. Парень не думая, разогнался быстрее и прыгнул через него, миф остановился наблюдая за тем как Никита убегает дальше, а после испарился. Пару минут и гетерохром уже вышел из лесу, он заметил Давида, что смотрел впротивоположную сторону от леса. Берг вновь умилился этой картине, но к сожалению это продлиться не долго. За спиной призрака появился миф, он согнулся над Роменским и одна из его рук стала острой, похожей на меч. У Никиты будто открылось второе дыхание, он побежал в сторону мифа и друга. – Давид! Сзади - кричит Никита Названый повернулся и обомлел, над ним стояла сущность. Голова черная, без лица. Но Давид мог поклясться, что видел улыбку, большую и кровавую. Миф замахивался на Давида, считай секунда и он бы протянул его насквозь, но в эту секунду появился Берг. Он оттолкнул Давида, получив "нож" в спину, а точнее в живот. Роменский отлетев, сломал очки. Свои любимые. Он взглянул на мифа, и был просто в шоке. Парень застыл на месте, увидев своего друга проткнутым. Миф возил свою руку-меч ему в живот, апосле пары секунд исчез. Мифоискатель свалился на землю с томным стоном. Давид тут же подорвался к Никите. – Никита! - подбежав к другу и упав на колени, Давид принялся осматривать рану. Для него было очень странно вместо крови увидеть дыру. Дыру, что постепенно "поедала" тело молодого человека, оставляя за собой лишь пепел. Роменский смотрел круглыми глазами, тот совсем не знал, что делать. От безысходности глаза начали наполнятся слезами, а слова остались где-то в горле. – Н-никита, что мн-не делать!? - спрашивает уже зареванный парень. Он положил голову мифоискателя и начал гладить его – Я не знаю, Да-авид, н-но тебе лучше уходить - с трудом стягивая, маску говорит гетерохром. Кажется дыра стала ещё больше. – НЕТ! Я не уйду, я спасу тебя! - кричит парень со сломаными очками – Давид, знаешь же, что не спасешь, лучше уходи пока м-миф не добрался до тебя. . . - говорит Никита А Роменский плачет, он знает, что не спасёт. Он просто не успеет, ведь эта дыра скоро распространяться на все тело Берга, да и каких-то лекарств он не знает. Солёные слезы капали на лицо Никиты, тот наблюдал как его друг плачет при свете луны. Какой же он красивый. . . Кажется Никита решился, хоть за пару минут своей жизни, но решился. – Давид - Рука тянется к щеке, немного поглаживая её. – . . . - . . . – Я долго не решался сказать, но. Я тебя л-люблю - на выдохе сказал Никита потерая щеку другу, кажется дыра стала ещё больше. – Что? - Давид оцепенел, он смотрел на спокойное лицо друга, тот немного улыбался, будто это не он умирает! – Я тебя люблю, и это правда - вновь подтверждает Никита – Я-аааа - слова застряли в горле, Давид плакал переваривая слова Никиты. – Прошу, не плачь - просит Никита, кажется это его последняя просьба. – Я тоже, тоже люблю тебя! - кричит Давид, вновь начиная плакать. Как же так получилось. Они оба любили, но молчали и сейчас, когда один из них почти мёртв, почти был съедет чёрной дырой, они признаются в любви. – Никита, почему ты раньше этого не сказал!? - потерая щеки друга, говорит Давид. – Боялся, что ты отвергнешь меня. Знаешь я рад, что признался, умирать теперь не так страшно - усмехнулся Берг – А я! Как я буду без тебя!? - вновь кричит Давид Никита просто смотрит, он решается на то, что хотел сделать уже давно. Рука, что была на щеке, теперь на шее , а вторая рука легла на чужой затылок. Никита из последних сил тянется к Давиду. Роменский хватает Берга за плечи и помогает ему подняться, параллельно он сам наклонился к нему. Оны дышат друг другу в губы, а через секунду сливаются в поцелуе. В своём первом и к сожалению последнем поцелуе. Давид вновь осознав это, плачет, плачет в поцелуй. А Берг наслаждается последними минутами жизни, минутами в поцелуе с лучшим другом, или уже не другом? А какая собственно разница, он ведь почти мёртв.