Любовь сероглазого короля

Маленькая девочка с копной кудрявых и не послушных волос сидела за столом в огромной просторной гостиной. За окном тихо летали снежинки, оповещая о скором новогоднем празднике, то прилитая, то отлитая от окна. На столешнице во всю закипал чайник, но казалась, что Гермиону это не сильно то и волновало. Дверь в гостиную тихо отворилась и на пороге появился мужчина с чёрными, совсем угольными волосами. В руке кружка чая, а на нём лишь футболка да штаны. Гермиона не оборачивалась, зная, кто сейчас стоит в дверном проёме и не заходит, молча смотря на неё и хмуря брови. — И чего молчишь? Даже не заходишь? — тихим, едва различимым шепотом проговорила девочка, не отрываясь от окна. — Ты не ложилась спать? — последовал немного грубый вопрос, который ничуть не смутил Грейнджер. — Доброе утро, Северус. — спокойно пропела девчонка. И только теперь удостоилась посмотреть на мужчину. Ох, как же был недоволен Снейп. Он хмурился брови и смотрел на Гермиону так, будто она совершила что-то ужасное, а не всего-лишь навсего не легла спать. Северус был подтянут, но его тело не было очень красивым. Везде виднелись незначительные маленькие шрамы, а предплечье было покрыто одной огромной татуировкой. Некрасивой. Страшной. Та самая метка, чей создатель убил её родителей. 5 лет назад. А казалось, что прошло не меньше 12 лет. Гермиона помнила тот день. Ужасный, кошмарный день. Грейнджер Мэнор. Это было место, где каждая тень шептала о древних грехах и давно забытых преданиях. Дом Грейнджеров, их престижный особняк, спокойно стоял в окраине поместья. Но внутри — тревога. Тонкая и зловещая, как нитка уязвимости, волшебная тень, которую они носили на себе — метка Пожирателей. Их судьба была переплетена с узами тьмы, а кровь их была насыщена магией более старой и злобной, чем многие могли предположить. Миссис и Мистер Грейнджеры — чистокровные волшебники, воспитанные в традициях вековой элиты. Но ни одна их жилка не знала покоя после получения Метки — символа покорности и очерствевшей веры в теневую силу. За их спинами — галерея титулов, достижений и выпестованных на вершине магического мира имен. Но один непрекращающийся страх не отпускал их, — и он был внутри них самих. И вот сейчас — ночь, когда всё должно было закончиться, или начаться по-новой. Мальчишеская ненависть и усталость слились в одно: они стояли на коленях, окружённые огромным, грозным силуэтом. В центре — Тёмный Лорд — он не похож на того, кто говорил с ними при вежливых обменах, сегодня он был в гневе. Его глаза сверкали, а голос — хриплый, как стон ветра в мёртвом лесу. — Вы, Грейнджеры, — его голос проникал в каждую клетку, — явно не справились. За вас заплатили, а результат — ужасен. Миссис Грейнджер — Джин — сжалась, её кожа бледнела при взгляде на их будущего палача. Мистер Грейнджер, которого звали Генри, глядя прямо в глаза Тёмного Лорда, почувствовал, как в его груди загорается решимость — хоть и с последним остатком сил. — Мы делали всё, что могли, — с трудом прошептал он. Тёмный Лорд выдохнул, словно с листвой, которая запуталась в ветвях. Он направил палочку на мужчину и тихо, холодно и решительно прошипел, словно змея: – Круцио. Ни один мускул на его страшном лице не дрогнул, когда он услышал громкий, почти звериный рёв мистера Грейнджера. Но позже, когда всё стало лишь тенью, и крики были приглушены, он решил — наказание должно было стать ещё жестче. К Луне, что светила только на небесах, — ей было всё равно — в это время ночь достигла апогея. Тёмный Лорд направил свою магию на Грейнджеров, и осколки боли пронзили их тела. Миссис Грейнджер, страдая, кричала — но голос давно уже потерялся в ночи. Мистер Грейнджер, с последним усилием, пытался скрыться за своей гордостью, но в тот момент — его мышцы напряглись, шея вывернулась; костяной стержень пусть и с хрустом, — сломался. Он замер, и сердце его остановилось. — Он умер, — шёпотом произнёс Тёмный Лорд, зная, что это лишь часть его жестокой игры. — А для неё — ты заслужил ещё больше. И в этот момент, всего мгновениям позже, он внезапно рукоположил свою метку — неестественным жестом убил Джин Грейнджер. В ту же ночь, в этом мрачном и бесконечно холодном мире, своих родителей дома ждала девочка. Её звали Гермиона — девочка, которой стоило выйти из тени этого ужасного дня. Её глаза были полны страхов, но внутри — искра непокорности и магии, которая ещё только пробуждалась. На нее смотрели лишь двое — Снегг и Малфой. Малфой, одетый как настоящий аристократ, — глядит чуть с презрением, чуть с любопытством; а гнойный, нервный Снегг — с несгибаемой решимостью защитить её любой ценой. Ночь, в которой весь их мир был разрушен, кончилась тем, что Волдеморт неважно и беспощадно прошёлся по дому, — исчезая в облаке чёрного дыма, — оставил своих палачей и свою жертву. Быстро, тихо и решительно. Он знал — в этом доме скрыта совершенно новая сила, которую он обязательно захватит. В эту же секунду, по поручению, трангрессирует в дом, Снегг. Он — мастер трансгрессии, и он использует самое глубинное заклятие, чтобы проникнуть в зону, где никто не мог его заподозрить. Это был риск, но он знал: ребёнка нельзя оставить в руках этих чудовищ. Когда он проник внутрь, всё было — словно мёртвая тишина. Молниеносно он нашёл Гермиону, которая, несмотря на страх, всё ещё держалась стойко. — Иди за мной, — прошептал он ей, — я тебя защищу. Девочка — будучи всего лишь ребёнком — чувствовала эту , с искорками магии в глазах — уносилась в тень, а в её мире возникали новые фигуры — Снегг, Малфой — и темное, безжалостное будущее, которое ей ещё предстояло пройти. Прошло несколько дней — или, скорее, ночей — с тех пор, Гермиона оказалась под защитой Снегга. Время тут текло по своему — медленнее, как будто сам ветхий дом, среди поросших мхами стен, опускался в переживания, затерянные во тьме. Она чувствовала себя потерянной, вырванной из привычного мира. Всё было слишком новым, слишком страшным — запахи магии, тени, шорохи, стуки её собственных шагов. Но самой важной для неё стала мысль: « Я в безопасности ». Через пару дней Снегг начал учить Гермиону основам магии. Он показывал ей, как правильно держать палочку, как концентрировать магическую энергию и… что магия — это не только заклятия, но и воля, вера и сила духа. — Ты очень сильна, — говорил он. — Не позволяй страху контролировать тебя. Магия — это часть тебя. Чем больше ты её понимаешь, тем сильнее становишься. Гермиона смотрела на него с недоумением, но также с искренним интересом. В её глазах горели яркие искорки — она чувствовала, что это её шанс, её путь к свободе. Но даже внутри уютных стен дома, где она чувствовала себя чуть безопаснее, чем в ночь в особняке Грейнджеров, тень Волдеморта шла за ней. Гермиона чувствовала, что с каждым днём её ожидала всё большая опасность. Внутри маленькой Гермионы боролись два чувства: страх и пробуждающаяся мощь. Каждое утро она просыпалась с мыслями о своей семье — о тех ужасных ночных событиях, и о том, почему её родители пожертвовали собой. — Почему? — шептала она себе, когда сидела у окна, глядя на неспокойное небо. Но в глубине сердца она ощущала, что именно её магия — шанс на победу. Это вдохновляло её не сдаваться, даже когда казалось, что тьма невозмутимо разрастается вокруг. В один из дней, когда Гермиона осваивалась, к дому подошёл человек в тёмных одеждах — это был Малфой. Он не выглядел так страшно, как в воспоминаниях о Тёмном Лорде, а скорее — как мастер своих дел. Его глаза обращались к девочке с интересом, в них скрывался свой оттенок уважения, даже — немного сочувствия. — Ты талантлива, — сказал он мягко. — Волшебство в тебе — особенное. Когда придёт время, ты сможешь использовать это. Но сначала нужно научиться доверять. Гермиона, хоть и боялась, почувствовала, что в нем есть что-то знакомое — внутренний холод, который одновременно тревожил и привлекал. — Почему вы помогаете мне? — спросила она тихо. Малфой улыбнулся: — Потому что мы тоже живём в мире, где правда — не всегда хорошо признана. Мы все ищем силу — чтобы защитить себя, своих близких… и иногда — чтобы восстановить справедливость. И эта фраза зазвучала в её душе — словно будто искра, прорезающая темные облака. Прошло ещё немного времени. Гермиона оказалась в волшебном мире, где магия — её новая реальность, а её судьба — наполнена опасностями и одновременно шансами. Она была — ещё ребёнком, но её сердце уже знало: одно она точно должна понять — тьма, которая её окружает, — не навсегда. Внутри зажглась искра — день, когда она станет сильнее, и сможет вернуться туда, где всё началось. Она выживет. Она спасётся.