Зарисовки по ATEEZ o(≧v≦)o

Уён снова смог раздобыть себе работу в хорошем журнале, и, по словам других фотографов, модель, с которой Уёну предстояло работать, была самой лучшей в своей компании. Взгляд, позы, да и аура у него были совсем другими, чем у остальных моделей. Характер у него тоже был прекрасный — всегда уважал работников и старался как можно больше взаимодействовать со всеми. На каждой съёмке спрашивал, всё ли хорошо получается, и даже угощал стафф за свой счёт. В общем, Уён сорвал джекпот по имени Чхве Сан. В назначенный день погода была солнечной, но немного ветреной. Хоть это и не мешало, Уён сначала был приятно взволнован предстоящей фотосессией. Образов было немного — всего два, но по критериям нужно было сделать около 25 снимков с каждым образом. Для Уёна это не было проблемой: главное, чтобы компания осталась довольна, а модели было комфортно. Время — 11:30. Уже нужно подходить к месту назначения и расставлять реквизит. Уён работал один как фотограф и обычно всё расставлял в одиночку. Но спустя буквально пару минут рядом припарковалась машина стаффа и модели. Все вышли, поприветствовали друг друга и начали готовиться. Некоторые даже помогали Уёну — все были очень вежливы и, видимо, в хорошем настроении. А модель… о боже, он был невероятно красив и добр. После выхода из машины он вежливо поздоровался с фотографом, протянул ему кофе и извинился на случай, если напиток не понравится: — Так как это наша первая совместная работа, я не знаю, что вы предпочитаете, так что купил только это. Надеюсь, вам понравится. Разговоры затянулись до съемки, модель почти не отходил от фотографа и постоянно ходил хвостиком. После — Я должен был прийти пораньше, простите, вы тут уже давно? И — У вас отличная камера. Один мой хороший друг постоянно работает с мировыми фотографами и всегда хвалит эту фирму. Видимо, у вас есть вкус, мистер Чон. Наконец Сан был готов и пожелав: — Всем удачи и хорошей нам съёмки. Всё началось. Уён уже был расслаблен, и прекрасное сотрудничество между всеми участниками съёмки ему нравилось. Как только они отсняли несколько кадров, внезапно пошёл дождь. Неужели всему конец? Стафф быстро открыл зонтики и отнёс всё оборудование обратно в машину. Уёну было страшно и неловко — он извинялся за всё, но, видимо, Сан не считал это большой проблемой. Он уверял, что всё в порядке, и сообщил, что, возможно, сможет найти другое окно в своём графике для переноса съёмки. Но Уёну так нравилось снимать его, что он решился на отчаянный шаг. Подойдя к менеджеру и тихо поклонившись, спросил: — Простите, но, может, мы продолжим съёмку под дождём? Если мистер Чхве согласится, я бы хотел закончить работу сегодня. Дождь, наверное, тоже можно как-нибудь вписать в концепт? После некоторых раздумий менеджера сзади подошёл Сан и, узнав, о чём они говорят, быстро согласился. Уёна будто камень с души упал, и они продолжили съёмку. Макияж немного подтекал, волосы липли ко лбу, одежда промокла — но как же красиво это всё выглядело в глазах фотографа по ту сторону объектива. Как же красиво стекали капли дождя с волос на висок, объединяясь с другими каплями на скулах и линии челюсти, падали на подбородок, на колени — и это можно было фотографировать вечно. А его позы… господи, что за ангел ты послал нам на землю, как же он хорош. После съёмок Уён поблагодарил всех и точно уже был без ума от Сана. Через недельку все фото были отредактированы, где нужно, выбраны лучшие, а оставшиеся Уён сохранил для себя под папкой «#needthat». Как раз когда он сидел на своём рабочем месте после обеда, на телефон пришло сообщение: «Здравствуйте, дорогой фотограф Чон. Вы сообщали, что все фотографии готовы, и мы хотели бы, чтобы вы распечатали их и отдали нашему сотруднику вместе с флешкой со всеми файлами. Заранее спасибо. От менеджера Чхве Сана и всего стаффа.» «Распечатать все фото?!» — подумал Уён, но всё же встал со вздохом и начал всё распечатывать, как требовала компания. Ведь это был большой проект — и в плане денег, и в плане опыта. Съёмка прошла отлично, не считая лёгкой простуды, которую он подхватил после дождя. Через два часа все фото были аккуратно сложены в папку, флешка тоже лежала на месте. Только вот сотрудника компании всё ещё не было. Уён уже решил вздремнуть, как вдруг дверь в кабинет открылась лёгким стуком. Вошёл сам Сан — с кофе в руках и круассаном в пакетике. — Здравствуйте, фотограф Чон. Я принёс вам круассан, вы ведь говорили, что любите шоколадный, да? Уён был немного в шоке от того, кто пришёл забирать работу. Он ещё и запомнил, о чём они болтали во время съёмки — как мило! Да и в целом Сан был милым. Хотя внешность его была скорее сексуальной, чем милой — Уёну всё нравилось. Он предложил Сану присесть и поболтать, если тот не занят. К счастью, Чхве согласился, и они вместе болтали уже как друзья. Когда узнали, что они одногодки и у них много общего, расслабились ещё больше. После нескольких часов, которые пролетели как минуты, Сан всё ещё не собирался уходить — сидел на диванчике рядом с Уёном, улыбаясь и смеясь. Между слов он пригласил его выпить, и, забрав всё, что нужно было, они выдвинулись в ближайшую забегаловку — поесть мяса и выпить в честь новой дружбы и окончания их первого совместного проекта. Они играли в пьяные игры, смеялись, говорили откровенно. В полночь, пьяные в стельку, они поехали домой. Сан уснул прямо в такси, уронив голову ему на плечо. Уён не стал будить его — просто сказал водителю свой адрес. Наконец очнувшись уже в кровати Уена, Сан неожиданно стал особенно откровенным, почти нежным. — Мне так одиноко в последнее время, — пробормотал он, снимая куртку и опускаясь рядом. Он неуверенно обнял Уена, и, смеясь, повалил его на кровать. — После съёмок я не могу думать ни о ком другом, кроме вас, господин Чон, — сказал он с улыбкой, в которой слышалась и усталость, и признание. Он пытался неуклюже и по пьяне как только может поцеловать его, Уен только усмехнулся, почти шёпотом сказал  — Я тоже. Он притянул Сана ближе и первым коснулся его губ, нежно поцеловав, рука скользнула под рубашку Сана. В комнате где стояла тишина постепенно всё начало наполнятся звуками, и ночь длилась долго. Наутро Уен проснулся раньше. Надев халат, он пошёл на кухню готовить им завтрак. Сан проснулся позже — от нежного поцелуя в висок. Зажмурившись от утреннего света, он бормотал, что у него болит голова. Даже после супа и таблеток от похмелья он продолжал ворчать, как обиженный щеночек. После завтрака Сан решил отменить все дела, и до самого вечера они лежали на диване, смотрели какие-то глупые шоу и болтали обо всём подряд. Всё казалось таким обыденным — словно они знали друг друга всю жизнь, словно принадлежали этим местам, рядом, под одним пледом. И в этом, уготованном судьбой месте, они были по-настоящему счастливы.