This Is What You Wanted

Каждый раз когда на сцене обосранного клуба появляется очередная нишевая рок группа, Брайану очень хочется сдохнуть. И не потому что глупая молодежь совершенно не умеет воссоздавать что-то хоть отдаленно похоже на музыку, а потому что у него такого нет, не было и уже никогда не будет. Каждый раз одно и то же. Подростки в клубе, пролезшие сюда бог знает каким образом, только рады оттянуться под андеграундное подобие музыки с пластиковым стаканчиком дешевого пива в руке, а для ребят на сцене это целое событие, праздник, который они отметят надравшись после выступления в хламину. Один Молко хочет чтобы кто нибудь дал ему по роже посильнее. Мол нехер наблюдать за чужой не проебанной молодостью с такой ненавистью. К себе или к окружающим вопрос вторичный. Каждый раз он молится чтобы ему в стакан подсыпали какой нибудь наркоты и выебали в этом же клубе до потери сознания. А лучше прямо до остановки сердца. Неплохая участь. В любом случае смерть в подворотне во время бэд трипа не сильно хуже, так что просто на подсыпанные вещества в напиток он тоже согласен. И когда его с силой пытались вдолбить в шаткую стенку узкой кабинки туалета, зажимая рот ладонью, в остатки функционирующего мозга проникали приглушенные звуки отвратительнейшего гитарного дисторшна и крики толпы. И даже тогда слез сдержать было невозможно, потому что мысли о том, какое же он ничтожество режут больно и по самому чувствительному месту. И каждый раз со стороны это может выглядеть как сцена изнасилования, но в самом же деле это больше насилие над собственной жизнью. В последнее время заставить мысли замолчать не помогает ни крепкий алкоголь, ни секс, ни все вместе. Даже физического удовлетворения от однообразной долбежки достигнуть не получается. Лишь жалкие попытки выключиться из жизни. И каждый раз его бесцеремонно оставляют в той же самой узкой кабинке, ни разу не поинтересовавшись что случилось. Растрепанного, давящегося собственными слезами и абсолютно ничего из себя не представляющего. Брайан и в трезвом виде не всегда может попасть по буквам маленькой клавиатурки телефона, а после несчетного количества стаканов непонятно какого пойла и подавно. И в этом мире существует один единственный человек, который может расшифровать это недоразумение. Сообщение сразу же прочитывается и через пару минут получает ответ: "выходи, я скоро приду" Молко еле стоит на ногах, но кое-как, опираясь на стену, все таки выбирается за пределы жаркого, громкого и наполненного людьми помещения. Ежится, обхватывает себя руками и садится рядом с тяжелыми дверьми прямо на землю, прижимаясь спиной к холодным кирпичам. Прохладный воздух пропитан сигаретным дымом, но он все равно свежее и чище чем в самом клубе. И в тоненькой кофте в середине осени кошмарно холодно. Минут через пять в тьме ночного переулка появляется тень, и Молко точно знает, что это за ним. Не важно кто это: тот, кто его всегда вытаскивает из ямы говна или смерть с косой, не важно. Это за ним. Тень подходит, помогает встать, крепко удерживает на ногах, накидывает на продрогшие плечи теплую джинсовку, в которой Брайан буквально тонет. Никто забирать его душу не собирался. Тень молчит, Молко тоже молчит, потому что слова им не нужны. Вопросы уже были заданы миллион раз, извинений принято - в два раза больше. Стефан позволяет тому вжаться в собственный бок и схватить за руку с такой силой, что было почти слышно как суставы трещат по швам, приобнимает и растрепывает и без того лохматые мягкие волосы. Брайану необходимо чтобы его кто то пожалел, Стеф - единственный кто готов это делать раз за разом. – Пойдем домой?