спасённый

Леша перестал что-либо слышать. Кровь стучала в ушах, во рту стоял противный привкус тины. В голове крутилось только одно: поскорее бы все это закончилось и он отключился. А дальше — ничего. Лишь пустота, по которой он двигался вперед. В голове у него даже мыслей не было, будто все исчезло. Он не знал, сколько он так уже шел — минуту, час, день или неделю. Ничего не менялось. Вдруг, споткнувшись, он упал. Встав, он увидел вдалеке поблескивание света и побежал, сам не зная зачем. Все это время он так стремился умереть и ничего не чувствовать. Так почему же он сейчас не бежит в обратную сторону, от света? Он бежит прямо к нему. Он словно пытался ухватиться за кусочек жизни, от которого раньше пытался отбиться. Он резко распахивает глаза и начинает заходиться в кашле. В глазах все плывет какими-то разноцветными кругами. Он перевалился со спины на живот, приподнимаясь на локтях, чтобы откашляться.

«Как я выжил?»

Как только кашель начал утихать, он почувствовал на своей спине чужую руку, которая водила по ней, словно успокаивая после кошмарного сна. Леша понял, что все это время с ним кто-то пытался говорить, — ведь по ушным перепонкам и голове начал бить чужой баритон, но слов разобрать он не мог. Да и сил повернуться к говорящему у него не было. Он упал, но почувствовал, что его голову придерживает рука, не давая упасть полностью. Его повернули на спину, и Леша приоткрыл глаза. Перед ним был светловолосый парень с безумно красивыми глазами, которые смотрели на него до жути встревоженно, будто в лесу начался ураган. Леша подумал, что вряд ли забудет эти глаза, но сразу же отбросил эту мысль, потому что слух потихоньку начал возвращаться, и он услышал обеспокоенный голос парня: — Все в порядке? Ты меня слышишь? На что светленький получил тихое утвердительное мычание.

***

Изо рта вырвался сдавленный крик. Леша подскочил на кровати, сразу же ложась обратно. Его будто обдало ледяной водой, тело мелко содрогалось. Леша присел на кровать, потирая лицо холодными и мокрыми от пота руками. Но вдруг к его спине дотронулась рука, от чего парень вздрогнул. — Опять кошмар? Аня, видимо, проснулась от вскрика своего парня. У него это было нормой, но она так и не смогла привыкнуть к его кошмарам, о которых он ни разу ей не говорил. Брюнет что-то утвердительно промычал, встал и направился в ванну. Закрыв дверь, Леша подошел к раковине и, включив воду, начал умываться холодной. Мокрой пятерней он провел по волосам и, облокотившись на раковину, принялся смотреть на свое отражение в зеркале. Ужасные синяки под глазами, да и сам по себе болезненный вид говорили, что у Лёши не все в порядке. Спустя пять минут, вынырнув из раздумий, он направился на кухню, — ведь обычно у него не получалось заснуть после кошмаров. Заварив кофе, он пошел на балкон. Поставив чашку и взяв любимую сигарету «Шоколадный Chapman», Леша закурил, блаженно закрывая глаза и наслаждаясь тем, как приятный дым разливается по его легким. Докурив, Леша щелчком выкинул бычок, но с балкона не ушел. Он продолжил смотреть на ночной, завораживающий город. Он любил ночной вид, ведь спокойствие так и разливалось по телу от этого зрелища. Леша принял решение: раз заснуть он не сможет точно, занять себя чем-то надо, поэтому, одевшись потеплее, схватив наушники и телефон и параллельно печатая Ане сообщение о том, что он ушел, Леша вынырнул из квартиры. Всунув наушники в уши, он побрел по ночным улицам. Многие фонари уже не горели, но это не мешало ни капли. Достав из кармана пачку сигарет, Леша вновь закурил.

«А я же так ненавидел, когда они курили. Безумно ненавидел. А потом и сам закурил. Чему они были бы точно не рады. Раньше были бы не рады, но точно не сейчас».

Лёша горестно выдохнул, затягиваясь сигаретой, и снова погрузился в мысли. Они всегда приводили его в одну точку — начало его конца. День, который преследует Лёшу и не отпускает. День, который стал переломным для его жизни. Леша пришел на свое любимое место. Он частенько приходил сюда, когда мысли вновь убивали его, и он решил: уж если убивают, пусть хоть с красотой. Он сел на скамейку. На улице было темно, и фонари не горели, но глаза быстро привыкли к темноте. Было тихо, только шум прибоя успокаивал Лёшу. Его любимым местом была набережная. Несмотря на то что происходило в прошлом, Леша любил море и шум волн. Вода успокаивала его. Поэтому в тот день он выбрал именно воду для того, чтобы совершить суицид. На самом деле Лёша боялся смерти, боялся боли, не любил противный вкус таблеток, а вода же, наоборот, привлекала его. Леша сидел молча, слушал шум прибоя в тишине, пытаясь вглядеться в просторы моря. Из собственных мыслей его вывела чужая рука, которая нежно тронула его за плечо. Нежный полушёпот прорезал тишину: — Могу я посидеть с вами? Леша дёрнулся от неожиданности. Он повернулся к владельцу нежного голоса. В темноте мало что было видно, но Леша смог разглядеть мягкие черты, да и голос был женским. Несложно догадаться, что с ним разговаривает девушка. — Конечно, можно. Садись. Парень кивнул на скамейку, но тут же понял, что девушка вряд ли увидела этот жест. После одобрения парня девушка села на скамейку. Спустя минуту тишины она задала вопрос: — Почему ты так поздно один сидишь тут? Диалог у ребят завязался сразу, будто они знакомы уже несколько лет, а не всего пару минут. — Вообще, я бы хотел задать тебе встречный вопрос. — Я с работы иду. Меня раньше отпустили, чем должны были, — девушка хмыкнула. — Теперь я жду ответа на свой вопрос. По интонации девушки было слышно, что та улыбнулась, но Леша не увидел бы этого. Да он даже не знал, как та выглядит, — видны лишь легкие очертания ее силуэта. — Бессонница или что-то вроде того. Я постоянно просыпаюсь от одного сна, связанного с моим прошлым, и больше не могу уснуть. Раньше это не мешало мне жить, ведь снился мне этот сон очень редко, но теперь это стало проблемой. Лёша шмыгнул носом и рукой нащупал пачку сигарет. Одну он зажал между зубами, вторую же протянул девушке, что сидела рядом. Та молча взяла ее и, последовав примеру Лёши, зажала между губами. Щелчок зажигалкой — и сигареты начали потихоньку тлеть. — Кстати, я так и не поинтересовался, как тебя зовут? — парень затянулся сигаретным дымом, который медленно распространялся по легким, и частицы никотина поступали в кровь. Парень курил не судорожно, он скорее наслаждался каждой затяжкой. — Кая. Называй меня просто Каей. Девушка тяжело выдохнула и вновь нервно затянулась сигаретой. Даже в темноте было видно, как подрагивают ее тонкие руки. — Возможно, я лезу не в свое дело, но вижу, что у тебя не все так хорошо. Хотя, думаю, у многих из нас не все хорошо. Но думаю, ты могла бы со мной поделиться своими переживаниями, ведь вряд ли мы когда-нибудь свидимся в таком огромном городе. — Ну, если сейчас встретились, то все возможно, в принципе... Ну ладно, не суть важно. Вообще, ты прав, у меня все не хорошо. Я бы даже сказала — отвратно. В частности, я бы сказала, в отношениях. Я встречаюсь с замечательным парнем, который любит меня, и я любила его. Мы вместе с ним уже очень давно, и вот в последнем году я поняла, что не люблю его больше. Просто... все как стерли. Я не могу его видеть, не могу воспринимать как друга. Он просто является для меня пустышкой. Это делает мне больно, ведь он меня до сих пор любит, а я не могу дать ему того же. Девушка шептала слова быстро, но разборчиво, будто речь у нее была натренирована годами, но голос с каждой секундой становился хриплым, будто в то же время она ни с кем и не разговаривала. Лёша, будто поняв, что девушка вот-вот сорвется окончательно, придвинулся ближе, окольцевал ее туловище руками и прижал к себе. Они оба молчали, — ведь в эту минуту слова были излишни, и это понимали оба. Плакали тоже оба. Непонятно почему — может, потому что оба устали, а может, потому что оба смогли наконец-то расслабиться и рассказать о том, что не могли сказать раньше. Кая и Леша были похожи — не внешне, скорее внутренне. Даже внутренние проблемы были у них по-своему схожи и различны. Только этого они пока не понимали. Так Кая с Лёшей и просидели до рассвета — в слезах, иногда обнимая друг друга и делясь самым сокровенным, будто были близки всю жизнь. В тот вечер они узнали друг о друге очень многое. Но закончилось это так же быстро, как и началось. И вот Леша, весь опухший от слез, но с такой чистой душой, шел к себе в квартиру. Но почему-то от мысли, что дома ждет его любимая девушка, ему становилось тошно. Что-то поменялось, и теперь Леша начал острее это замечать, чем раньше. Возможно, разговор с Каей все поменял, ведь, как ни как, та работала диспетчером-психологом по телефону. А может, Леша сам понял, что все не так, как должно быть, и все начало меняться сильнее, чем он хотел бы. И вот он в последний раз вдыхает свежий воздух раннего утра и заходит в подъезд, в котором настолько душно, что легкие сводит. Леша быстрыми шагами поднялся наверх. Стоя перед дверью в собственную квартиру, он замешкался, будто собирая все мысли воедино и морально готовясь к чему-то серьезному. Резко и шумно выдохнув, Лёша нажимает на ручку, дверь в квартиру открывается, и он тихо проходит внутрь, стараясь сильно не шуметь, — ведь Аня, скорее всего, спала. Леша бросил взгляд на кухню, которая находилась прямо по коридору, — он заметил силуэт девушки. Значит, не спит.