Мистика в Зоне

Локи всегда курил плотный косяк перед сном — чтобы спать крепко и не подрываться от каждого шороха. Но в последнее время даже забористая трава Ашота не помогала ему нормально выспаться. Всему виной были звуки, доносящиеся ночами по всему Янову. То шаги, то глухой скрежет, то казалось, что кто-то переговаривается в темноте. Свободовец уже начал подумывать, что это его идейный враг, подполковник Шульга, решил свести с ума анархистов. Чтобы они сорвались с Янова и в страхе сбежали обратно на Армейские склады. Если бы не одно «но»… Шульга сейчас стоял перед ним, уставившись в вечернее небо, и курил одну сигарету за другой, пересказывая всё то же самое, что по ночам слышал и сам Локи. Выглядел при этом мужчина не как человек, решивший кого-то вытравить. А как тот, кто действительно не спит уже несколько суток подряд. — Может, на станции какая-то новая аномалия образовалась? — предположил Локи. — Совсем уже сторчался? — хмыкнул ему долговец. — Ну, это лучше, чем бредни про призраков. — Бредни или нет, а делать с этим что-то нужно. И так все нервные стали ходить. — И что делать? Шульга, как дотошный командир, естественно уже всё продумал. Он бросил бычок на землю и тщательно размазал его каблуком берца по старому асфальту. — Пойдём. Они забрались на чердак, откуда, по ощущениям, доносилось больше всего странных звуков с заходом солнца. Чердак встретил их, как и ожидалось, — пыльными ящиками с патронами, парой керосинок и прочим хламом, который годами никто не разбирал. Тишина стояла гробовая. Только ветер иногда гулял под крышей, заставляя доски тихо поскрипывать. — Сегодня ночуем здесь, — коротко сказал Шульга, оглядываясь. — Будем следить за всем, что происходит вокруг. — Удачи, товарищ Шульга, — Локи шуточно пожал ему руку и уже развернулся, чтобы спуститься обратно. Но подполковник тут же вцепился в его плечо мёртвой хваткой. — Что, бравому солдату страшно одному? — усмехнулся свободовец, покосившись на него. — Хватит поясничать. Это общая проблема, — сухо отрезал Шульга, не отпуская. — У меня вообще-то аллергия на пыль, дай хоть за респиратором схожу… — На совесть у тебя аллергия. Он отпустил горе-напарника и Локи быстро спустился обратно. Чердак снова погрузился в тишину. И почему-то от неё становилось только тревожнее. — Не съели тебя тут? — свободовец вернулся быстро, да ещё и в компании с Азотом. Шульга смерил их тяжёлым взглядом. — Не обязательно вам здесь всю ночь сидеть, — вставил своё техник. — Вот. Он протянул Шульге какой-то самодельный датчик с примотанным проводом и крошечным динамиком. — Я, между прочим, тоже не сплю из-за этой херни вокруг. Если что-то начнётся — эта штука в прямом эфире нам все покажет. — Как в «Охотниках за привидениями»? — прыснул в кулак Локи. Долговец на издевку устало потер переносицу. — Тогда будем наблюдать из твоей каморки, Азот. — Без проблем. Только жратвы прихватите. И никаких наркотиков! — последняя фраза явно была адресована Локи. Через пару часов все собрались у Азота в мастерской. К ним даже Гаваец присоединился — всё равно покупателей ночью было не то чтобы много. Ещё позже заглянул и Зверобой. Мастерская быстро наполнилась запахами сигаретного дыма, пота и крепкого чая. Ночь обещала быть долгой. Ближе к полуночи Локи, уставший сидеть на одном месте, уже почти психанул и начал собираться к себе в кабинет, как из динамика раздался звук — похожий на вой слепого пса, но намного ниже. Затем в коридоре за спиной свободовца что-то глухо ударило. Потом ещё раз. Это были тяжёлые шаги и они приближались к единственному островку света на станции. Лидер анархистов вытащил из кобуры пистолет и осторожно выглянул в коридор. — Чисто. Все в мастерской напряглись. Из прибора снова послышался протяжный вой. — Что за хуйня… — Гаваец нервно поерзал на стуле. — Нужно проверить, что издает этот звук. — Шульга как всегда сохранял хладнокровие. Прислонившись спиной к стене и докуривая сигарету, подполковник выглядел так, словно его все происходящее нисколько не интересовало. — Не сомневаюсь, что тебе это по силам, подполковник, — Локи убрал пистолет. — Ссыкло, — прошипел командир Долга и отлип от стены, направляясь к чердаку. — За языком следи, — нагнал его в коридоре свободовец. — Думаешь, самый умный здесь? — Меня твой цирк уже порядком заебал. Так что либо идёшь со мной, либо сиди и не отсвечивай. Локи схватил Шульгу за локоть и резко развернул лицом к себе. Так они и стояли в кромешной темноте станции, глядя друг на друга — взглядами, полными ненависти. А в глазах подполковника читалось ещё и откровенное презрение. — Я убью тебя на этом чердаке, — сплюнул Локи и пошёл вперёд. Шульга лишь хмыкнул ему в спину и медленно двинулся следом. — Снова эта тишина… напрягает, — поёжился свободовец, когда они всё же вернулись на чердак. Они осмотрели каждый сантиметр, но ничего… или никого не нашли. — Мда. И что, по твоему грандиозному плану, дальше? Подполковник уже было открыл рот, чтобы заткнуть Локи, но неожиданно заметил сбоку какое-то движение. — Стой. — тихо бросил он. — Чего? — анархист нахмурился. — Не двигайся. Локи раздражённо выматерился, но всё же замер. В тишине чердака отчётливо скрипнула одна из балок. Фонарь Шульги медленно скользнул вверх, освещая старые потемневшие от времени доски. Сначала ничего не было видно. А потом луч выхватил из темноты что-то странное. — Ты это тоже видишь? — неуверенно спросил Локи. Долговец кивнул. Это была тень похожая силуэтом на сгорбленного человека. Она стояла в углу чердака — настолько плотная, что свет фонаря не мог её рассеять. — Как знал, что наркотики зло. Локи всегда начинал нести любой бред, когда нервничал — лишь бы хоть как-то разрядить обстановку. — Верни-и-ите… — тень вдруг подала голос. Голос был скрипучим, с лёгкой хрипотцой. Явно мужской. — Что?! — спросил Шульга, наконец выйдя из оцепенения. Тень дрогнула. А затем быстро рванула прямо на сталкеров — с тем самым протяжным воем, который они слышали у Азота. Локи успел отпрыгнуть в сторону и, выхватив из кобуры пистолет, сделал по ней пару выстрелов. Никак не отреагировав на пули, нечто в следующий миг оказалось рядом с Шульгой. Чёрная, кривая рука сомкнулась у него на горле. Его резко дёрнуло и после с такой силой впечатало в стену, что несколько досок за ним треснули и разлетелись в щепки. Долговец рухнул на пол без сознания, и Локи внезапно осознал: он будет следующим. — Отда-ай моё!!! — перед глазами появилось мертвое, серо-черное лицо, искривлённое гневом. Анархист от ужаса попятился назад, но в темноте не заметил края люка. Его ноги сорвались, и он с глухим ударом свалился вниз через лестницу, в фойе Янова, знатно приложившись головой. К нему сразу же подбежали Зверобой с Гавайцем и попытались привести в чувства, но безуспешно. *** Шульга очнулся первым — в медкабинете Костоправа. Он медленно провёл расфокусированным взглядом по комнате и заметил Локи, лежавшего на соседней койке. Затем осторожно приподнялся на локтях. Голова гудела так, будто он только что пережил выброс под открытым небом. — О! Доброе утро, подполковник, — поздоровался Костоправ, заметив, что Шульга пришёл в себя. — Что произошло? — спросил долговец, имея в виду Локи. — Да хер его знает. Вас обоих притащили ко мне без сознания. Локи, конечно, сильнее досталось — у него сотрясение, — медик кивнул в сторону свободовца. Шульга устало выдохнул и снова упал на подушку. Что это вообще было там… на чердаке? Мозг отчаянно пытался выстроить хоть какое-то рациональное объяснение случившемуся. Локи пришёл в себя только через несколько дней и с тех пор стал выглядеть мрачнее тучи. Командир Долга наблюдал за своим врагом со стороны и уже почти начал за него переживать. Они больше не обменивались едкими оскорблениями, не пытались вместе разобраться, что за чёртовщина произошла той ночью. Локи будто сдался и это раздражало. — От того, что ты сильнее накуришься, проблема не исчезнет, — Шульга стоял напротив сидевшего за столом Локи в его кабинете и пытался уговорить продолжить решать ситуацию. — Не трави душу, подпол. И так голова с того дня раскалывается. Уже даже таблетки не помогают. Я работаю над этим. — И что же ты делаешь? — сощурился долговец, явно не веря. — Перед тем как полететь вниз… я успел разглядеть это… существо. Пусть будет так. Короче, роба на нём была железнодорожника. И он что-то ищет… здесь, на Янове. Пытаюсь вот понять, что именно. — Ты всё это время знал и искал?! — Шульга громко ударил ладонями по столу, нависая над ним. — Ага, — спокойно отозвался Локи. — Слушай, мы с тобой не кенты. И я не обязан отчитываться перед тобой о своих действиях. — Речь идёт не о твоих анархистских принципах, — процедил подполковник. — Если по станции шастает какая-то тварь, которая может одним движением вырубить двух вооружённых сталкеров, это уже моя проблема. — Да понял я, понял… не кипятись. — Локи потер ноющие виски. — Тогда начинай говорить нормально. — Я уже сказал. Железнодорожник. Старая роба, вся чёрная, как будто прогнившая. Лицо… — он на мгновение замолчал и поморщился, — лучше бы я его не видел. — Что он может искать? — Без понятия. Всё что угодно. — Нет, не всё. Это должно быть что-то важное для него. И раз он ищет на станции… значит, это как-то связано с его профессией. — А шестерёнки-то у вас, долговцев, работают, — усмехнулся Локи. — Я думал, вы только приказы выполнять умеете. — Завались, — холодно бросил Шульга. Он развернулся и направился к выходу из кабинета, но в дверях остановился. — Я займусь поисками на своей половине. А ты — на своей. Ищем всё, что связано с железной дорогой. — Если эта тварь снова вылезет, я первый сваливаю. Предупреждаю сразу, — проворчал Локи. Подполковник ничего не ответил и вышел из кабинета. Две группировки перевернули вверх дном всю станцию — заглядывали в каждый угол, вскрывали старые ящики, местами даже поднимали доски пола. Они нашли груды инструментов, которыми, вероятно, пользовались работники станции ещё в те времена, когда она действительно была железнодорожным узлом. Но всё это казалось… не тем. — Может, просто вынесем всё это на улицу, а он сам выберет, что ему нужно? — Локи скептически крутил в руках дексель. — Мне кажется, мы ищем не то… — заметил Шульга. — Это ещё почему? — Если бы ему было нужно что-то из этого, он бы уже давно нашёл. Так же, как и мы… и успокоился бы. — Блять… а я ведь сразу говорил, что это может быть всё что угодно, как иголку в стоге сена искать. Мы никогда не найдём. — Локи раздражённо выдохнул. — У тебя сохранились какие-нибудь документы про Янов? — Пара чьих-то вырезок из газет. И всё. Шульга смерил анархиста слегка удивлённым взглядом. — Что? — Локи пожал плечами. — Я их использую как кульки. Они вернулись на анархистскую половину. — «В.А. Бойко, за находчивость, самоотверженность и бдительность, проявленные при исполнении служебных обязанностей, был награждён знаком „Почётному железнодорожнику“ посмертно» — вслух читал свободовец статью от марта 1979 года. — Думаю это то, что нам нужно. — Где предлагаешь искать этот значок? — Он ищет на станции, значит где-то здесь. — Давай еще раз проверим чердак, — предложил Локи. — Хорошо. — Наш железнодорожник появляется ровно в полночь. Сначала шастает по техническим помещениям в правом крыле, потом идёт в административный корпус и в конце приходит сюда, — разложил весь путь ночного «террориста» анархист, когда они в очередной раз забрались на чердак. — Я думал, ты только наркоту долбить умеешь. А нет… — теперь уже Шульга не удержался и задел Локи. — Меньше слов, больше дела, товарищ подполковник. У нас не так много времени, — с задором ответил Локи на подкол. По большому счёту Локи всегда было плевать на то, что о нём говорили примитивные вояки из Долга. Ему просто было весело перекидываться взаимными оскорблениями с Шульгой. Возможно, поэтому Лукаш назначил именно его командиром отряда посланным в экспедицию к центру Зоны. Будто чувствовал, что подвешенный язык и врождённое дружелюбие сыграют здесь, на Янове, главную роль в выживании. Ещё раз вдвоём прошерстив весь чердак, они почти сдались. Но в последний момент Шульга заметил в дыре, что осталась после того, как призрак хорошенько приложил его о стену, какую-то ветошь. — Здесь что-то есть. — Он протянул руку и вытащил маленький, свёрнутый клочок ткани. Локи подошёл ближе, и подполковник развернул кулёк. Внутри лежал тот самый значок «Почётному железнодорожнику», пара пуговиц — видимо, от формы и небольшая чёрно-белая фотография. На снимке был мужчина в железнодорожной форме. Достаточно молодой, с аккуратно зачёсанными волосами и серьёзным, упрямым взглядом. — И что теперь? — спросил Локи. Шульга поднял взгляд на окно чердака. Небо за ним медленно темнело. — Теперь… — сказал он, — мы вернём ему его вещи. Они оставили вещи на полу в самом центре чердака, чтобы неуспокоенный точно их заметил, и стали ждать — благо до полуночи оставалось совсем немного. Скоро со всех сторон снова начали доноситься скрипы, шорохи и бессвязное бормотание. А потом — как рукой сняло. Всё разом стихло. — Что ж, поздравляю с первой спокойной ночью за последний месяц, — устало произнёс Локи и побрёл на свою половину отсыпаться. Этой ночью он даже не стал курить перед сном. И ему приснился тот самый Бойко. — Меня Виктор зовут! Спасибо, что нашли и вернули мои вещи, хлопцы. Парень помахал рукой и пошёл прочь по железнодорожным путям куда-то в светлую пустоту. *** Новенькие сталкеры, которые впервые оказывались на Янове, с содроганием рассказывали, что по ночам иногда слышат, как кто-то словно выправляет проржавевшие рельсы. — Эт Витька работает. Вы только ему не мешайте и вещи его не берите, — заливался гоготом Локи видя страх в глазах сталкеров. Похоже, он нашёл себе ещё одно развлечение в этих однообразных буднях на станции — помимо вечных подколок в сторону подполковника Шульги.