Охота

Можешь захватить с собой Ланса? Он не отвечает на сообщения.

Не думаю, что он их видел

Ок👍 Совещание только через полчаса, но Алонсо почему-то уже стоит возле комнаты Ланса. Дверь приоткрыта. Из комнаты доносится тихая музыка. Фернандо ещё раз смотрит на часы. Очень маловероятно, что его напарник будет спать в такое время. Хотя с Лансом не угадаешь. Он из тех, кто может спать в шесть часов вечера. Ну, в принципе Фернандо плевать, если тот будет спать. Им нужно идти обсуждать изменение настроек в машине. У них нет времени нежиться в постели на пяти подушках. Из комнаты доносится стон. Протяжный, низкий и очень наигранный, театральный. Ловушка. Ловушка. Ловушка. Всё нутро говорит Фернандо не входить без стука, но дверь же открыта, можно не стучаться. – Бля-я-я-ять. Ещё один стон. Фернандо делает вид, будто эти звуки пролетели мимо его ушей, и открывает дверь. Его напарник сидит в кресле. На нём только чёрные спортивные штаны. Ноги разведены. Голова закинута назад. Рот приоткрыт. Он держит бутылку с водой над собой. В следующую секунду он выливает всю бутылку на себя, еле-еле попав себе в рот. Большая часть воды стекает с подбородка на грудь. Вниз-вниз. На кубики пресса. И ещё ниже. Вода попадает за штаны. Фернандо замечает, что на Лансе нет нижнего белья. – Ланс? Пустая бутылка с водой падает на пол. Мокрая голова поднимается и теперь направлена прямо на Фернандо. – Привет. – Это ритуал? – Ритуал? – Ланс повторяет акцент за Фернандо. – Нет, конечно, нет. Это просто то, что я делаю иногда. Наконец-то стоящий в дверях мужчина замечает, что к другой руке Стролла скотчем прилеплен пакет со льдом. У младшего опять возобновилась боль в запястьях? – У тебя опять болят запястья? Ланс надувает нижнюю губу и кивает. Бедняжка. Пожалей его. Он страдает, Фернандо, сделай что-нибудь. – И давно? – гонщик закрывает за собой дверь, проходя вглубь чужой комнаты. – Сказал об этом кому-нибудь? – Конечно, но они мне ничего нового не сказали. – В смысле? – Нужно просто выполнять все те же указания, что и раньше. У него такой грустный монотонный голос. Фернандо, только не говори, что всё будет хорошо, а то сделаешь его физиономию ещё хуже. – Ланс, всё будет хорошо. – Я это слышу уже второй год. – грустно усмехается младший и снова прячет верхнюю губу, выпячивая нижнюю. Иногда Ланс, как ребёнок, честное слово. Фернандо подходит в плотную к креслу. Его рука тянется к чужой копне волос. Он игриво треплет его по голове. Волосы немного мокрые от вылитой воды, но мягкие и послушные. Парень в кресле не двигается, просто наслаждается этим поглаживанием. – Делай то, что говорят врачи. – А ты зачем пришёл? – Ланс поднимает голову и свой взгляд на мужчину. – Проведать меня? Густые брови сдвигаются к переносице, а глаза становятся ещё больше. – Сегодня совещание, не забыл? – Совещание через два часа. – Его перенесли, оно будет через... Телефон оповещает его о новом сообщении. Фернандо достаёт телефон из кармана, чтоб прочитать.

Совещание опять перенесли. Оно будет в такое же время, как было изначально. Прости, Фернандо;(

– Через два часа. – вздыхает Алонсо. – Я убью Генри. – Не надо, он мне ещё нужен. – говорит Стролл и поднимает руку со льдом. Фернандо смотрит на закрытую дверь, а потом на Ланса. Он может уйти и оставить парня одного. Оставить своего напарника одного со своими трудностями. Как он прилепит ещё один пакет со льдом к другому запястью? Он не сможет сделать это в одиночку. Помоги ему. – Итак. – Итак. – повторяет за гонщиком Стролл, звучит, как эхо. – Тебе помочь? Всё ещё с поднятым взглядом Ланс наклоняет голову, в молочно-шоколадных глазах читается любопытство. – Если хочешь. Ланс пожимает плечами, встаёт, поворачиваясь к Алонсо спиной, и подходит к мини-холодильнику. Штаны на Лансе держатся очень низко. Неосознанно Фернандо оценивает чужой зад. У Ланса странная походка. Он специально двигает бёдрами, когда ходит? Влево-Вправо. А потом наклоняется, чтоб свободной рукой взять из холодильника банку содовой. Фернандо приходится провести ладонью по лицу, чтоб снять с себя странное наваждение. Ланс же идёт к кровати. Садится на неё и кивает на место рядом, приглашая. Ловушка. Ловушка. Фернандо смотрит и смотрит. Ланс вытягивает свои длинные ноги, прижимается к спинке кровати. Всё ещё полуголый, всё ещё мокрый, если потрогать. Не надо его трогать. Просто помоги ему. Он ждёт. – Я весь в твоём распоряжении. Ланс смеётся. И старший мужчина опять встречается со взглядом исподлобья. – Да? – Да, что нужно делать? – Пока ты не зашёл, я уже сделал гимнастику, так что осталось намазать кремом и приложить лёд. – Слишком легко. Ланс тянется к тумбочке и берёт мазь, затем кидает её Фернандо. Тот ловит её и готовится открывать, но Стролл мотает головой. – Открой мне сначала это. – просит парень, протягивая банку. – Пожалуйста. Банка очень холодная и мокрая. Буквально тает в руках Алонсо. Он быстро открывает её и, прежде чем отдать обратно, делает большой глоток. Никакого возмущения, которого ожидал испанец, из Ланса не вырывается. Наоборот, его напарник ещё шире улыбается. После глотка Стролл тянется, чтоб забрать банку. Их пальцы соприкасаются. Они не обращают на это никакого внимание. Всё, что происходит, абсолютно нормально, незачем заострять внимание на мелочах. – После газировки всегда легче. – говорит младший. Вот почему он всегда пьёт её после каждой гонки, – думает Фернандо. Мужчина вытирает влажный рот тыльной стороной ладони и ждёт. Ждёт, пока Ланс поднесёт банку ко рту и дотронется до того места на металле, где были его губы секунду назад. Не зацикливайся на деталях. Зачем ты это делаешь? Молочно-шоколадные глаза не отрываются от глаз мужчины напротив, когда Ланс чуть запрокидывает голову, чтоб выпить свою содовую. И он опять неправильно это делает. Прохладная жидкость стекает с подбородка. Опять она направляется вниз по обнажённому телу молодого гонщика. Ниже-ниже. По кубикам пресса и прямо за штаны, в интимное место. Молочно-шоколадные глаза неотрывно наблюдают за чужими глазами, поэтому они видят, как те отвлекаются и начинают следить за стекающимися струйками сладкой газировки. Они следят за ними, пока те не скрываются за поясом чёрных штанов. – Играешься? – Всё равно потом в душ. – Давай руку. Будто нехотя, Ланс вытягивает руку перед собой, и Фернандо приходится залезть на кровать ещё ближе к парню. Алонсо выдавливает на запястье мазь. – А теперь массируешь до полного впитывания. И он делает это. Сразу двумя большими пальцами, обхватив запястье с разных сторон, массирует запястье. И, возможно, это становится ненормальным, когда Ланс вздыхает и головой невольно стукается об стену. Он стонет то ли от боли в запястьях, то ли от удовольствия, что мазь реально облегчает её. – Помогает? – Да, очень, спасибо. – Хорошо‐хорошо. Ланс тихо хихикает над испанским акцентом. Его большие глаза закрыты, а ресницы трепыхают. Ему это слишком нравится. Это слишком. Колено Фернандо упирается в бедро Ланса. Постель вся мокрая от газировки и того, что лёд, прикреплённый к руке Ланса начинает всё быстрее и быстрее таять. Два больших пальца с нажимом проходятся по запястью, и Стролл от этого шипит, но ничего не говорит. Незнакомая испанцу музыка всё ещё заполняет комнату. В песне очень много слов о сексе – это всё, что Фернандо может сказать о ней. Это давит. Душит. Но уходить из этой комнаты он не хочет. Вставать с кровати, на которой простыню уже нужно выжать, тоже мужчина не хочет. Массаж продолжается недолго. Ланс открывает глаза. Они тёмные. Чёрные, хотя его зрачки узкие, прям как у хищника, готового в любую секунду прыгнуть на добычу. Ловушка. – Это ловушка? – Ловушка? Для кого? – и в голосе Ланса слышится искреннее удивление от вопроса Фернандо. – Для меня. – Я не понимаю, что ты имеешь в виду. Ланс надувает губы и в замешательстве сдвигает брови. Его зрачки ненароком увеличиваются. А глаза от этого становятся просто огромными, вытесняя все остальные черты на лице. Этот парень издевается над ним. Ланс действительно, будет первым человеком, которому удастся осуществить манипуляции над Фернандо? Ещё как будет, потому что эти огромные карие начинают блестеть. – Блять. – мычит Ланс, смотря на запястье, которое сжимает Фернандо. – Сука-а-а. Этот стон протяжный, не наигранный, настоящий, сексуальный. – Dios, прости. Задумался. – Надо сходить за льдом. – У тебя нет второго пакета? Ланс мотает головой и кусает нижнюю губу, думая, что делать дальше. – Тогда ничего не остаётся, как снять лёд с одной руки и прикрепить на другую. Он бы мог позвонить Генри и через минут пять самый лучший лёд Сильверстоуна был бы у них, – думает старший. Ланс никому не звонит. Ланс убирает бандаж. Теперь у Фернандо в руках пакет со льдом, точнее с водой. – Тут почти ничего не осталось. – говорит Алонсо и встаёт, чтоб выкинуть пакет. – Давай лучше я схожу за новым. – Хорошо, – соглашается Ланс и меняет позу на кровати. Теперь канадец лежит на животе, лицом к Алонсо, готовый провожать его взглядом. Прежде чем выбросить ненужный пакет, Фернандо хватает из него, наверное, последний кубик льда и закидывает его себе в рот. Он поворачивает голову к Лансу и его задние зубы ломают этот небольшой кубик. Звук хруста происходит, как будто в его голове. А Ланс всё ждёт и ждёт, пока Фернандо пойдёт за льдом. Он ждёт. Ждёт и ждёт. Испанец бросает пакет в мусорку и подходит к кровати, точно к краю, где находится лицо Стролла. Он смотрит на своего напарника, а тот в ответ снизу вверх смотрит своими огромными глазами. Его руки не дрожат, когда он начинает расстёгивать свои джинсы. Пока Фернандо занят джинсами, Ланс приподнимает бёдра, чтобы стянуть с себя грязные спортивные штаны – не полностью, оставив их ниже колен, оголяя задницу. Ланс сразу же прижимается липким ртом к боксерам Фернандо. Его язык жадно проходит по члену за тканью. – Ты хотел этого? – спрашивает мужчина, спуская свои боксеры, освобождая уже сочащийся член, головку которого сразу тесно обхватывают губы. – Me estás tomando el pelo... Это всё было игрой с самого начала. И Фернандо знал. Фернандо и начал эти игры ещё год назад. Вот только они привели к чему-то только сейчас. Ну ничего. Фернандо терпеливый человек. Когда Ланс заглатывает большой член Алонсо, у того ровное дыхание. А когда младший решает ещё раз посмотреть вверх, трепыхая ресницами, то его встречает самодовольное лицо и узкие зрачки. Рот наполняется слюной до такой степени, что она начинает падать на и так испачканную простынь. – Такой влажный, – усмехается Фернандо. – Везде. И грубая морщинистая рука Алонсо тянется к заднице Ланса. Тот чувствует этот жар и прогибается в спине, встав на колени, чтобы мужчине было удобнее. Фернандо с животной хваткой сжимает задницу, а потом звонко хлопает по своим же отпечаткам пальцев на белоснежной коже. У Ланса болит запястье, когда он обхватывает основание члена. Но он не убирает руку, потому что знает, что не сможет полностью заглотить старшего, а рука в этом помогает. Ему нужно полностью удовлетворить и Фернандо, и себя. Язык вновь проходит по кончику. Лижет и лижет. Потом снова заглатывает. Он помогает себе рукой, как может. Из-за количества слюны кажется, что Ланс может надувать пузыри, скользя по члену Алонсо, если постарается. На секунду Стролл отстраняется от члена, чтобы сказать: – Хочешь кончить мне в рот? Фернандо понимает, что тот не спрашивает, Ланс просит об этом. – Конечно. Младший улыбается, вновь насаживаясь ртом на член. На его голову ложится ладонь, сжимая ласковые пряди волос. Получая одобрительную реакцию сверху, Ланс делает глубокий вздох и глотает. – La codicia y la lujuria de la que hablan en la Biblia.