И лишь время есть до конца

Солнце проникает сквозь листву, озаряя тёплыми, мягкими лучами уютное помещение второго этажа – маленькую, двухкомнатную квартиру, ничем непримечательную на вид. Да и чем можно примечать классический дом, обитателей здешнего города? Посмотри ты на него пару раз – и ничего нового, кроме обоев, не найдёшь. Всегда такие разные: темно-зелёные крапинки, синие наряду с белыми полосы или же нечто бежевое, скорее даже коричневое. Одно сказать можно точно: по виду квартиры не всегда можно заявить, кто там живёт. Никто не заявит, что в квартире, с ремонтом которой не меняли со времён СССР, может обитать пророк, способный быть проводником самой смерти. Но обо всём по порядку, а точнее – с самого начала. В квартире на втором этаже всё располагалось практически как обычно. На коричневых обоях с прелестным узором листьев висели потрепанные фотографии в таких же жухлых и старых рамках. Если мы затрагиваем коридор и картины возле входа, то мы отчётливо видим пять интересных изображений, где четыре расположены в виде ромба, а пятая висит посередине. На этих изображениях было видно черно-белое балетное выступление, две вырезки из газет с кричащими заголовками, фото пухлого мужчины в смокинге и смешной растительностью на голове. И, конечно же, фотография рыжего, наглого кота посередине, как нечто святое в жизненной суматохе. Заходя за угол, можно было увидеть, как лысый мужчина с аккуратненькой бородкой сидел на кухне и заполнял кроссворды в стареньком привокзальном журнале, каких в этом доме было пруд пруди. Он аккуратно читал вопрос и считал буквы, после чего быстро записывал буквы в ячейки и переходил на другое слово. За минуту он мог написать целых два слова, которые, естественно, оказывались правильными, как и всё, что он писал, попивая чашечку чёрного чая с мёдом. – Не пиши так быстро. Уже десять журналов исписал, а у тебя всего второй день выходных, – ответила долговязая женщина с пучком чёрных волос на голове. От её голоса мужчина, полностью сосредоточенный на умственном развлечении, поднял глаза, смотря на неё, желая что-то сказать, но голос дылды был быстрее его языка. – Лучше бы с женой время провёл, не каждый день у нас отпуска совпадают… Сказав это, она отодвинула свободный стул, села на него и чуть ближе придвинулась к яйцеголовому, не спуская с него своих карих, с оттенком ржавчины, глаз. – А в последнее время мы вообще не видимся. То мои гастроли, то ты на работе задерживаешься, – она положила тоненькие пальчики на его ладонь, державшую ручку. Она сжала его ладонь. – Мне так одиноко, особенно когда в чужом городе на гастролях засыпаю в кровати, и возле меня нет тебя. Мне так грустно без твоих объятий, твоего тепла и присутствия. Выслушав женщину, мужчина сделал глоток горячего, сладкого чая, расслабляя пальцы, дабы освободить ручку и сжать зеленоватую ладонь своей жены в знак своего понимания. — Всё хорошо, милая. Сейчас мы рядом, и вместе мы проведём отличное время. Он приподнёс её ладонь к своим губам, нежно целуя её костяшки. Женщина лишь закатила глаза, не раздражённо, скорее понимающе. Закончив свой поцелуй почтения, он снова принялся пить чай. — Я понимаю, но хотелось бы не просто сидеть в квартире и смотреть, как ты заполняешь кроссворды. Хотелось бы… Куда-нибудь съездить, может быть? Лысый чуть не подавился чаем, но всё же не проронил ни капли. — Милая… Мне кажется, об этом стоило просить раньше, ты же видела эти цены на курорты… — Мне не нужны курорты, — ответила жена своему мужу. — Там людей всегда полно, дышать тяжело и шуму много, как в больнице. Она отвела тоном особое внимание «как в больнице», чтобы показать свою неприязнь к этому месту, как будто бы это был некий проход в ад. — В горы, на поле… Хоть куда меня своди, я куда угодно пойду. Не хочу торчать в этой квартире весь отпуск. Мужчина задумался, почесав свой подбородок. — Даже не знаю. Не думаю, что летом безопасно в поле: клещи, букашки всякие. — Пфф… Да ну их. Одному букашки больше одной меньше — ничего не меняется. Подумаешь, кровь высосут. Комары мою кровь каждый день сосут, и ничего, жива. — Милая, не стоит, правда. — Хорошо, хорошо. А что насчёт гор? Там же нет каких-то горных клещей? — Есть, не горные, конечно, но если идти в лесные горы, то можно поймать парочку. А так в обычные можно пойти. — Ну? Мы, получается, идём в горы? — Нет… Для гор нужно найти человека, купить палатку, собрать вещи в большие рюкзаки, коих у нас нет. Балерина усмехнулась. — Ну, вообще-то, у нас есть палатка… Лысый вздохнул. — Сломанная фигня из ткани и прутьев не считается. — Я поняла… Ох… Это мы, получается, с тобой настолько не готовы? И как мы раньше отдыхали? Мужчина усмехнулся своей жене. — А мы и не отдыхали. Сидели дома и ждали друг друга, вот и всё. Вот и всё. Балерина слегка понурила взгляд, опираясь своим подбородком на свободную руку, которая не держала синеватую ладонь её мужа. — Значит, сидим дома и решаем кроссворды? Лысый пожал плечами. — Наверное, но я ещё подумаю. Может, смогу найти что-нибудь подходящее. С друзьями посоветуюсь, — он опустил взгляд на кроссворд и на самый низ страницы, где была строка объявлений и номеров. — Может, посмотрю парочку объявлений, найдём какой-нибудь отель у гор или что там ещё можно найти. Карие глаза на худоватом лице балерины загорелись, словно звёзды, и она вновь, но на этот раз сильнее сжала ладонь мужа, наклоняя ь к нему - Было бы так чудесно. Природа, спокойствие и только мы вдвоем. В этом маленьком мире Мужчина улыбнулся наклоняясь к жене и целуя её в щеку - Да, это будет чудесно. Мимолетный момент покоя, прежде чем снова вернуться к рутине Долговязая женщина усмехнулась - Я могу пережить абсолютно все, только не покидай меня, мой милый. - Разве я когда то мог тебя покинуть? С этими слова он наклонился к ней, чмокая её губы. Тем временем рыжий, наглый кот подошёл к ним, нагло обтираясь об ногу своей хозяйки и звонков мурча. Балерина тут же отпустила руку мужа, чтобы погладить своего кота. Кот тут же замурчал потираясь головой об длинные пальцы хозяйки. Женщина улыбнулась, как всегда находя это создание до дрожи милым. С улыбкой в которой видна полосочка дёсен, она взяла кота на руки и поднесла к мужу, демонстрируя его как какое-то чудо - Оу, ну скажи же что Напердыш милый! Кот закрыл глаза, после чего открыл сначало левый, потом правый зелёный глаз - Ммм... Потрогай эту кису! Лысый боязливо поднёс руку к коту, что как можно было увидеть - он делал множество раз и естественно результат был один. Стоило ему только поднести руку, как кот тут же сделал недовольную морду и закрутился, пытаясь прижаться к хозяйке. Яйцеголовый вздохнул. - Как там было... "Отсутствие само по себе является присутствием, и это присутствие заполняет пустоту"? Он живёт с нами и это уже хорошо. Балерина кивнула поглаживая кошачью морду - Лысик, он тебя ещё полюбит. Ему нужно лишь время - Три года это не время? - Не-а. Он ещё осваиваеться. Ему нужно много-много времени. Лысый опустил взгляд на кота. Это наглое создание никогда его не любило и показывало жуткий фаворитизм по отношению к его жене. Может дело было в любви Напёрдыша к женщинам, или в том что именно его жена нашла этого кота на улице, дала имя и притащила в квартиру. Ему было неизвестно. Во всяком случае кот его просто не любил, а не ненавидел, так что с ним было можно существовать. А это главное. Ибо это животное дарило радость его жене, а это главное. Улыбка коснулась щёк лысого и он встал со стула, выходя из-зо стола, дабы начать искать варианты того, куда они могли бы поехать отдыхать. Но перед этим он подошёл к долговязой женщине и наклонился к ней, целуя её в щеку, паралельно смотря на то, как она тискала пушистого кота, от чего его вечно недовольная морда становилась ещё недовольнее - Аккуратнее с ним, а то он опять царапаться начнёт. - Да ну, ффф... Ему нравиться. Она снова показала кота своему мужу. Напердыш в свою очередь недовольно намычал. Мужчина посмотрел на жену - Как знаешь, но царапины никак не красят твои руки. Балерина лишь усмехнулась и отправила воздушных поцелуй продолжая тискать кота, который все ещё её любил. Почему-то. Лысый, пухловатый мужчина вышел из кухни, проходя мимо гостиной с выключенным телевизором. В эту комнату не было двери, поэтому её всегда можно было видеть. Когда то давно его жена постоянно настаивала на добавлении туда двери, но двери так и не установили. Времени не было. Пройдя коричневый коридор, он пришёл в спальню, квадратную комнату средней велечины, с изначально белыми, узорчатыми обоями. В комнате был письменный стол, стул, две тумбочки, шкаф, кровать и ковёр, который был пропитан старостью, временем и чем то родным, мягким и приятным, ценные шелка. Помимо ковра в комнате висела картина пляжа, на фоне которого виделся хвойный лес. Вроде бы это был подарок его жене от её брата, когда тот ещё был жив. Было сложно об этом вспомнить, столько лет прошло и имя его в этом доме произносить было нельзя, чтобы не портить настроение хозяйке дома. Лишь только одно воспоминание наводило на её интересного вида лицо тоску, которую казалось невозможно было на ней узреть. Но картина по иронии судьбы все равно висела в комнате. Посмотрев на картину и вздохнув, немного покачав голову, мужчина подошёл к кровати и взял с тумбочки пару газет, положив их на кровать. Он редактировал газеты, поэтому множество из них хранились в его комнате. Это было как никак удобно, чтобы найти объявления или на крайний случай подтереться никому не нужными словами. Так или иначе, мужчина достал из тумбочки блокнот с желтоватыми листами и принялся листать газеты, записывая объявления оттуда. Пока он записывал объявления, лучи солнца проникали через окно балкона и светили на его гладкую голову, заставляя невольно блестеть. Он протёр голову и встал с кровати, чтобы задернуть шторы. В последняя время было жарко, но ночь была по-прежнему холодной, из-за чего шторы нельзя было просто задвинуть, ибо было бы ещё холоднее. Уже через несколько минут, в блокноте красовалось парочка номеров отелей, а ещё через минут десять - весь лист с двух сторон был исписан, что говорило о крайне хорошей наблюдательности лысого, ну и наверное об огромном количестве рекламы. Так или иначе, теперь у него были номера на которые он обязательно позвонит, все согласует и поедет со своей женой отдыхать. Взяв блокнот, он вышел из спальни, и направился в гостиную, посмотреть телевизор и заодно проверить номера. Он вошёл в комнату с зеленоватыми обоями, настенным старым ковром, диваном, тумбочкой с телефоном, двумя креслами и шкафом с книгами. Телевизор стоял на стуле. Лысый сел на диван и включил телевизор, чтобы тот заполнял фоновый шум. Он аккуратно подсел к телефону и начал набирать номера, проверяя к кому и за сколько можно записаться. Пока его пальцы перебирали цифры, на телевизоре вещали новости об увеличении лесных пожаров в западной области города и об перенагрузке сотрудников пожарной безопасности, что стало ещё более сильным шумом в нынешнее время. Когда гудки закончили идти, послышался голос - Ало? Компания "***" чем могу помочь? Томный голос женщины прозвучал из телефонной трубки - Ало? Вы предоставляете туристические услуги? - Да, мы представляем туристические услуги по всему городу и его окрестностях - Отлично, вы могли бы записать меня с женой в ближайшие две недели? На конце трубки почувствовалась аура раздражения - Нет, сейчас все переполнено. Вас некуда впихнуть. - Хорошо. Досвидания - Ага, всего хорошего, надеюсь мы были полезны. Трубка была повешанна Ближайшие 2 часа лысого проводились за набором номеров, вычеркиванием их из списка, записью новых из газеты и слушанием про аномальную активность солнца на протяжение чуть ли не 5 раз. В конце концов он повесил трубку и вздохнул, направляясь в спальню, дабы наконец-то убрать газету. В спальне же в свою очередь лежала его жена, которая читала книгу и гладила кота. Её нисколько не смущалась газета. Яйцеголовый аккуратно взял газету и убрал на тумбочку. Балерина посмотрела на него с некой усмешкой - Ну и как? Абсолютно все тебя отшили? - Наверное, да. Я не смог ничего найти. Балерина вздохнула - Ты ещё что-нибудь найдёшь, а пока, посиди со мной и Напердышом. Почитаем вместе, вечером может даже погуляем в парке - Она вновь улыбнулась своей фирменное улыбкой с тонкой линией дёсен - Ну если только бомжи оттуда не уйдут и солнце не станет чуть слабее жарить. Мужчину улыбнулся - Да, думаю прогуляться нам не помешает. - А я о чем говорю! С этими словами, он прилёг возле своей жены, кладя голову ей на плечо и читая вместе с ней книгу, начало, середину и конец которой он не будет помнить.