Успокой мою дрожь

      После Хэллоуинской ночи ужаса, школа погрузилась в траурную тишину. Шкафчики Крис и Джея превратились в мемориалы, утопающие в цветах, прощальных письмах, среди которых проскальзывала ядовитая записка от гнусного шутника, тоскующего по похотливому зрелищу форм Крис на физкультуре. Страх расползся по городу, заставляя людей жаться к домам, возвращаясь с учебы и работы крайне осторожными. Были и те, кто отказывался верить в случившееся, отмечая все как пьяный бред разыгравшегося воображения школьников. Расследование застопорилось, не находя зацепок, лишь плодя бессмысленные домыслы о возможном убийце. Проверили нескольких подозреваемых, и дело замерло. Уокешо, тихий оазис, что не сказать о соседних городах. Но исчезновения людей происходили здесь с пугающей регулярностью: иногда находили изуродованные тела, иногда словно стирались сами следы существования этих людей, оставляя лишь холодную пустоту. Полиция предпочитала отворачиваться от этих дел, ведь нераскрытые преступления — черное пятно на репутации.       Но после той ночи в городе воцарилась зловещая тишина. Страх парализовал людей, лишив их голоса. Никто не решался сообщать о подозрительных лицах или странных событиях, словно боясь навлечь гнев чего-то темного и неведомого. Это молчание казалось обманчивым ожиданием спокойствия, но в то же время ощущалось как гнетущее затишье перед бурей. В школьных стенах, всего две недели спустя, память о трагедии словно поблекла, растворившись в суете серых будней. У всех своя жизнь и горевать дольше не было времени и, как бы это ни было, желания.       Бетти же еще не пришла в норму. Ей все еще было страшно. Даже дорога до дома после школы казалась испытанием. Ее родители, пообещавшие поговорить, не знали сами как подойти к этому вопросу. Они конечно сказали что-то в духе «время лечит», но как можно забыть то, что оставило такой глубокий след? Как можно просто «жить дальше», когда двое твоих одноклассников были убиты в твоем присутствии? Бетти не опускала руки, пыталась справиться со всем сама… И при слабой помощи Ника.       19:23 Бетт: «стейси держится? у тебя с ней больше уроков чем у меня, чаще видишь»       19:27 Ник: «Не видел ее в плохом настроении в последнее время… Она наоборот бесится что отменили матч по регби. Сказала что у нее сказала что у нее есть дела поважнее, чем ныть. Но я думаю, она просто… Стейси. Забей. Мы можем научиться жить с этим. Помнишь, что говорил мистер Джефферсон на прошлой неделе? Про посттравматический рост и бла-бла-бла? Что после сильных потрясений люди часто становятся сильнее.»       Бетт безрадостно усмехнулась и закатила глаза, лежа на своей кровати и перечитывая сообщение от друга. С одной стороны, да, Стейси, которая жаловалась на то, что рядом с ее шкафчиком устроили мемориал будто не сильно горевала, но кто знает что у нее на душе под этой толстой коркой саркастичной дуры. Точно, Мистер Джефферсон. Бетти тогда пропустила все мимо ушей сразу после фразы «я понимаю, что вы чувствуете». Слабо вериться что их молодой школьный психолог видел как заживо горит школьник… Потому, вся последующая лекция казалась бессмысленной и пустой.       19:29 Бетт: «я не помню. я тогда не очень внимательно слушала. расскажешь? 🤗🤗» Бетти слезла с кровати, созвонившись с Ником, даже не из-за той лекции, а чтобы просто побыть не «одной». Она вышла из своей комнаты, спускаясь на первый этаж. Как бы ей не хотелось влиться в компанию Стейси, где есть после шести вечера это постыдный грех, не умереть от голода ей хотелось больше.       — …Мм? Да, мама и папа уехали в Валмарт*, а у меня сегодня что-то типа тусовки, в окружении вафлей и того скай-фая который ты посоветовал, — Бетти непринужденно болтала по телефону, придерживая его плечом пока суетилась на кухне.

***

      — …Твою мать… Какие еще у Слендера неза-закрытые ге-Ештальты… Бросили меня… Бросили…       Чудаковатый парень ворчал недовольно себе под нос, ковыряя маленьким флик-ножиком фурнитуру окна — между рамой и створкой он пытался нащупать защелку. Каждый раз, когда терпел неудачу и что-то вываливалось из рук, он раздраженно фыркал. Влезать в дома — совсем не его конек. Ранее он надеялся, что Маски возьмется за это или Джек полакомится, боже, да даже Джефф бы тут справился за пять минут. Грязно, но справился бы. Тикки Тоби вообще выбирается из леса в город разве что за вредной едой и порно-журналами. Кто сказал, что у него нет естественных потребностей?       Аккуратно, насколько мог, он надавил ножом на защелку, чтобы вывести ее из зацепления, и вуа-ля — окно открылось. Победоносно улыбнувшись под черно-серой маской, он чуть не завизжал от восторга, но быстро взял себя в руки. Осторожно, стараясь не скользить по шиферу, он заполз в окно и приземлился руками на мягкий диван, который словно затягивал его в себя. Тоби тихо выругался, быстро встал, поправил плед, закрыл окно, и оглядел девичью комнату в светлых, теплых тонах. Место было не просторным... Уютным — уютнее, чем большинство комнат прокси, очевидно.       Не спеша он обвел взглядом аккуратно оформленные конспекты в тетрадках на столе и хмыкнул, заметив среди милых статуэток и безделушек на полочке фотографию хозяйки комнаты с ее, по всей видимости, родителями. Она смотрела в камеру большими зелеными глазами, выглядела моложе, чем он, и была безумно счастлива, беззаботна. Тоби это слегка подкосило. Он дернул плечом из-за тиков, нахмурил густые брови и наклонил голову набок, положив рамку фотографией вниз.       Конечно, ему завидно. Тоби лишился такой беззаботной жизни слишком рано, и видеть, как кто-то наслаждается своей юностью, заставляло его прокусывать щеки изнутри от черной зависти. Как бы его «босс» ни ковырялся в его голове, большая часть воспоминаний все еще лежала под черепной коробкой и регулярно давали о себе знать. Даже немного жаль, что придется убить эту девушку… Придется ли? Хочется побыть вредным и насолить по причине, что он вообще не должен быть тут, это глупо. Это будет иметь последствия, но… похер.       Вдруг послышался скрип пола, и Тоби дернулся. Он собирался схватить топоры и быстро закончить дело, но, черт, он оставил их на крыше за окном. Мысленно прокляв все на свете, он рефлекторно сунулся в шкаф, пролез между вешалок и крепко прижался к стенке, затаившись. Тишина в шкафу давила, смешиваясь с запахом кондиционера для белья и чего-то неуловимо сладкого. Тоби затаил дыхание, прислушиваясь к каждому шороху. Шаги, как и голос приближались. Сердце забилось чаще, отдаваясь гулким стуком в ушах. Он представил себе лицо той, чья комната сейчас стала его временным убежищем. И следом «лицо» Слендера, если бы он знал чем он тут занимается… Прячется, как трусливый мышонок, потому что… Забыл свои топоры на крыше? Нет. Он просто искал повод провалить задание, потому что оно звучало скорее как каприз, а не приказ. Слендера бы это точно позабавило. Или разозлило. Скорее всего, и то, и другое. Тоби вообще нельзя жаловаться — если бы не их «босс», он бы коротал время в психушке, либо его уже давно приговорили к эфтаназии. Даже просто думая об этом, ему хочется закинуться пачкой ибупрофена.       Через щелку, Тобиас оглядел пространство комнаты и слабо дернулся, замечая как девушка зашла с кружкой чая и тарелкой с бельгийскими вафлями, украшенными кусочками киви и поставив все на свой компьютерный стол, продолжала тихо болтать с кем-то по телефону. Тоби не удалось разглядеть ее в лесу в тот день, но за то сейчас при свете комнаты, все видно. Милые едва заметные веснушки на лице, маленький слегка вздернутый нос, и, господи, Тоби хочет такие же штаны, выглядят мягкими. Короткие светлые волосы, которые будто повторяют каждое ее движение, либо Тоби просто перестало хватать воздуха в шкафу, от того он пялится на нее словно в слоумо. Его взгляд метался от вафель к девушке, не зная, на что приятнее смотреть. Что хочется больше. Он раздраженно зажмурился и неслышно выдохнул, наблюдая как девушка с недовольством смотрит на испачканный им пол. Хорошо, что его следы словно в «Скуби-Ду» не ведут к шкафу, просто песок и земля.       Девушка вздохнула, решив оставить уборку на потом, трапезничая за столом и болтая с другом по ту линию. Тоби сжал кулаки, чувствуя, как его изнутри словно что-то царапает — смесь зависти и раздражения. В этом доме, в этой комнате, где пахло домашним уютом и подростковыми мечтами, он был чужаком. Ему уже чуждо понимание — дом. Да, в особняке весело, даже очень, но тут было что-то другое. Как минимум тебя, кто вообще не специализируется по взлому пластиковых окон, не убивает никого в их кроватях, не пошлют заниматься именно этим! Он раздраженно провел рукой по волосам и осторожно оглядел шкаф. Задушить ее вешалкой? Или ему хватит сил схватить ее за волосы и ударить виском о край стола. А насколько мягкие ее волосы? Он заметил как девушка уже закончила свой телефонный звонок, смотря, судя по названию «Эффект бабочки». Это можно считать ночевкой? Тоби ведь тоже смотрит, но из шкафа. Да, ее спина мешает видеть экран ноутбука полностью, но он бы не назвал это большой проблемой. Красивая спина.       Он немного расслабился, предполагая что будет лучшей идеей уйти ночью, а она, даже если что-то и увидит, наверное сочтет это за дурной сон. И стоило ему расслабиться и комфортно устроиться в шкафу, ему помешали преследующие судороги. Голова дернулась и с силой ударила по боковой части стенки шкафа. Больно не было, было громко. Он скривил губы внимательно смотря через щель на спину девушки. Умная. Она, вместо того чтобы идти проверять шкаф, спросить «кто тут», взяла карандаш, первое что попалось в руку, и тревожно выдыхая, с притворным спокойствием встала со своего стула, шагая к двери. Тоби закатил глаза, потирая переносицу и распахнул со всей силы дверцы шкафа, выпрыгивая и надавливая на дверь ладонью, не позволяя открыть ее. Он обвел взглядом испуганную девушку сверху вниз и не дрогнул, когда ему воткнули заточенный карандаш в оголенное предплечье. Кажется девушка еще сильнее испугалась того факта, что незнакомец в ее комнате не издал ни звука при том, что карандаш вошел примерно на пол дюйма в его руку. Более того, он даже как-то весело сказал:       — Сюрп-прИз! Ну, ты и грубиянка, — усмехнулся Тоби, — Знаешь, обычно меня встрЕчают с криками и вызовом ко-копов. Угроза убить ка-карандашом что-то новое. У тебя за-заторможенная реакция? Эй?