Doubt

В безоблачном чистом небе ярче слышался звук мерного труда. Каждого жителя Царства Науки поглотила всеобщая процессия приготовления к отплытию. Хлопотал даже тот, кто остаётся, хотя бы за того, кто отчаливает. Завершались последние работы по реконструкции корабля. Вместе с этим в трюм загружались различные снасти и припасы, без которых кругосветное путешествие было бы немыслимо. Все предчувствовали дальнейшие изменения: "теперь всё будет никак раньше." Раздвигая рукой небесное полотно звёздного зала, я вошёл в обступивший меня полумрак. С потолка купола струился свет, достигая, он ложился на твою спину мягкими пятнами. Растекаясь, они скатывались, превращаясь в густые тени. Случайный порыв ветра качнул одну из звёзд, свисающих сверху. Периферийным зрением ты заметил движение, слегка склонил голову в сторону предмета, посмевшего нарушить размышления о дальнейшей судьбе человечества. Заметив мою фигуру, нахмурился и вопросительно глянул, разворачиваясь полностью. Я непринуждённо затянул: — Сенку чаан, вот ты где. Все строишь планы на будущее? — Тц... за этим пришёл? Губы тронула лукавая улыбка. — Почему же? Не только. Знаешь ли, там Хром разносит всю округу в твоих поисках. Усмехаясь себе под нос и усаживаясь на рядом стоящую скамью, протянул, лениво вытягивая ноги: — Ага, знаю. Наверняка уже прорывается на корабль. — Хм... Что ж, спасение цивилизации, правда, требует многого времени. — А это, что за фокус? Прошедши за твоей спиной, я опустился подле. — Это фокус? Неет, фокус — это то, что мы собираемся осуществить. Чудеса ли, фантазия или, может быть, бред сумасшедшего учёного с невероятно жаждущим новых открытий сердцем толкало тебя вперёд? Вырываясь, оно трепыхало в свете дня. Искрилась. Но, опомнившись, смотря назад, терялось, поворачиваясь не той стороной. Глаз слеп. Ты закрываешь веки. Откидываешься, перенося вес тела на руки, поставленные сзади. Глубоко вздыхая, наклоняешь кверху свой чётко очерченный профиль. Свет заливает, а тишина, ложась, наполняет пространство невесомым умиротворением. От пришедшей мысли, исполненной тут же, сердце только на мгновение пропустило громкий удар. Рука стекла с колена коснулась, почти фантомнно, кончиков твоих пальцев. С проникновенностью ощутила исходившие от них тепло. Блаженная дрожь раскатилась по телу, предала уверенности. Исподлобья, почти ненароком, бросил, тут же пойманный, взгляд. Он переплёлся с твоим, свивая невидимые нити. Пытался понять и с судорожной быстротой переосмыслить? Осмелевшая рука скользнула выше, проложила дорогу от твоей челюсти к мочке уха, в трепете накренилась светловолосая голова, идя мне навстречу. Язык тела разоблачил, показал сокровенное. Чувственность руки перетекла из одной в другую. Я наблюдал за тем, как ты поднялся, встал вплотную и наклонился над моим лицом, не отрывая взгляда. Чувствовал жар руки на своей щеке, ощущал биение чужого сердца. Зачем я вглядывался в тебя, как обычно это делаю над бесконечными чертежами, планами и схемами? Что я пытался найти в тебе? Почему сейчас ты так долго, безотрывно смотришь? Томно вздохнув, в бессознательности, протягивая руку и привлекая тебя за загривок, я интуитивно нашёл губы. Тепло обжигающего дыхания, близость желанных губ. Ты этого от меня ждал. Хитрец, ты опять манипулировал? Или же дал мне время понять, что мне нужно, самому? Дурманящие складки хаори с цветочным ароматом прятали, уносили куда-то прочь от масштабных, нависающих, планов. Ты ведь постоянно ходишь где-то подле, околачиваясь рядом как бы невзначай, не навязывая услуги, но когда требуется разъяснить непонятности, ты тут же выворачиваешь ситуацию во благо. Когда успел оказаться сейчас здесь? Менталист? Запечатывая на моих губах улыбку, ты отстраняешься, явно желая озарить меня своей пришедшей мыслью. — Всё же мы успеем превратить ложь в правду. Собственноручно. — Точно. Выпалил я с горячей поспешностью.