Не дайте Шень Цинцю умереть!

Шэнь Юань сидел в своей комнате, когда понял, что ему тяжело на душе. Взял в руки меч, бывший весь в трещинках. Блеклое лезвие тихо вибрировало. Немного подумал и снял верхний слой одежды, оставшись в нижнем одеянии. Сел на деревянный пол. Провел пальцем по лезвию меча. Полилась кровь, но боли не было: меч был остро наточен. Закатал рукава и плавно провел мечом по руке. Потом еще раз. Капли равномерно падали на пол. С каждой каплей беспокойство уходило, на душе становилось легко. Меч тускнел. Порезы быстро заживали, оставляя тонкии, практически невидимые, белые шрамы. Голова переставала болеть, и, войдя в азарт, Юань провел мечом чуть глубже, спокойно улыбаясь. Груз упал с его души, оставив чувство легкости, того тихого счастья, о котором нельзя никому сказать, иначе оно пропадет. Пусть прошлая смерть была позорна, пусть ее никто не увидел, так у него есть второй шанс. После безудержного счастья всегда идет апатия. Гормоны перестают действовать, и человек возвращается к мыслям, навязчиво появляющимся в голове. Однако Шэнь Цинцю редко поддавался апатии, сохраняя стадию счастья и веселья, но, к сожалению, недолго. Однако достаточно, чтобы прибраться. Он снял нижнее испачканное одеяние, вытер им руки, пол, потом меч. После одел верхнее одеяние и попытался сжечь окровавленную тряпку. С 5 раза получилось. Культиваторам заметать следы легче. Шэнь Цинцю лег на кровать, предавшись размышлениям. Смерть – процесс сложный и значимый. Это последняя вспышка костра. Смерть тела должна быть необыкновенной, последние слова слишком мудрыми, а душа должна быть легка. Случайно умерев в своей одинокой квартире, теперь он хотел зрелищности, эмоций. Шэнь Цинцю знал, что его смерть должна быть грандиозной, яркой. Он стыдился своей предыдущей смерти. Как же должна выглядеть его смерть? Оригинальная смерть от рук злобного Бинхэ не подходит. Для начала, его запомнят, как посмешище. Потом, надо ли портить милую овечку Бинхэ ради своих корыстных целей? Такой милый ребенок, Юань не сможет скинуть его в Бездну. Его смерть только его проблема, эгоистично вовлекать в нее невинных людей, особенно детей. Отравление слишком просто, пырнуть себя мечом уже избито, прыгнуть с меча – довольно оригинально, но соответствует ли статусу его тела, Шэнь Цинцю? Не будут ли с его смерти смеяться? Не подходит. Заслонить главного героя, приняв решающий удар, и благородно умереть с красивой фразой на устах? Ему, маленькому кирпичику в пирамиде, построенной в начале капиталистами, а потом автором, не выделиться без участия главного героя, находившегося на вершине фигуры. Перед этим, для большего эффекта и драматизма, можно принять яд, желательно с легким анальгетиком, чтобы не было очень больно. Он смог придумать свою смерть. Осталось научиться кашлять кровью и придумать фразу, что развернет мировоззрение главного героя на 180 градусов. Тогда запомнится Юань всему миру. Проголодавшись, он позвал Мин Фаня. Тот шустро приготовил кашу, пожелал приятного аппетита с покрасневшими щеками и убежал. Мерзавец. Юань всю жизнь ел практически только каши, недавно перейдя к нормальной пище, и теперь ему опять принесли кашу? Произвол. От одного вида блюда его тошнило. Поэтому он нашел кухню, вылил кашу и грустно ушел обратно к себе. Готовить он не умел, другие блюда, кроме каши, умел готовить только Ло Бинхэ. А его здесь не было. А если был, то вряд ли захотел бы встать за плиту ради презренного Учителя. Он был Совершенствующимся, а значит мог немного потерпеть. Если не успеет умереть, то спуститься в ближайшую деревню, купит еду и никому не скажет. Открыв шкаф, Юань нашел нижнее одеяние и переоделся, поправил волосы: снял тяжелый гуань и перевязал волосы шелковой лентой. Пошел в Бамбуковую рощу или лес и, найдя неприметную поляну, достал меч. Тот продолжал жалобно пытаться выскальзывать из его руки. Юаню, как человеку, прочитавшему кучу новелл, был этим раздражен. Почему его меч падает? Он хоорошенько хлопнул по рукояти, и тот затих. Цинцю заставил меч лететь, потом аккуратно встал на него. Приподнялся на несколько метров. Потом медленно полетел. Не поняв, как затормозить, он обнялся с деревом. Перестал подавать Ци в свой меч, тот упал в траву. Юань спустился с дерева, напоследок ударившись копчиком о камень, волею судьбы лежавший там для главного антагониста. Тихо охнув, Цинцю поднялся и побрел обратно к себе. Когда он пытался не заблудиться, попаданец услышал чей-то немного напряженный разговор. Подошел поближе и обнаружил, культовую сцену, которую он обругал в отзыве: Мин Фань со своими друзьями, ослепленные любовью к Нин Иньин, издеваются над Бинхэ. Вот Мин Фань схватил амулет из нефрита и кинул его. Бинхэ тут же накинулся на него. Юань недолго думал: он выскочил из кустов. Сразу все остановились: кулак Мин Фаня, нога Ло Бинхэ. Главный ученик подскочил, сбивчиво пытаясь объяснить ситуацию. –– Мин Фань, хватит. Я больше не потерплю такого поведения. Ты позоришь благородный Пик Цинцзин. 20 кругов вокруг него, потом выучи правила Секты. Своих друзей возьми с собой. Быстро. Мин Фань с озадаченным видом убежал. Ло Бинхэ, проявив неуважение к Учителе, рылся в траве, искал амулет. Девочка подскочила к Учителю, попыталась обнять его. Тот отстранился, помня, что эта девушка будущего гарема. Наказал ей быть хитрее и отправил в комнату. Та, оглядываясь на Бинхэ, убежала. На поляне осталось двое человек. Цинцю поискал взглядом амулет, молниеносно найдя его. Нефритовая подделка свисала с ветки. Он подошел и снял ее. – Бинхэ, держи. Ты отработал стойки с мечом? Бинхэ выхватил из его руки подвеску в легком замешательстве. От его Учителя пахло кровью и, если ему не показалось, приближающимся Искажением Ци. Поблагодарив, главный герой элегантно показал те стойки с мечом, которые раньше не получались. Юань похвалил его, совершенно ничего не понимая. Однако Бинхэ, показывая движения, будто светился. Ореол главного героя, видимо. Попаданец получил эстетическое удовольствие, его глаза отдохнули. – Ты все еще живешь в сарае, Бинхэ? –Этому ученику все нравится, шицзунь. –В Бамбуковом доме есть свободная комната. Этот Учитель не будет против, если ты немного поживешь в ней. Этот учитель пока не может выделить комнату в общежитии: Бинхэ там не уважают и будут обижать.