Наследие

Красться между домиками учеников приходилось осторожно: после того, как в Облачных Глубинах появился Вэй Усянь, Лань Ванцзи стал особенно бдителен, так и рыскал каждую ночь. Вэй Усяня ловил редко, тот был ловкий и шустрый, гораздо чаще ему попадались другие ученики, не успевшие приспособиться к новым трудностям. Лань Ванцзи они были не интересны, но и им в итоге доставалось. Получить палками Не Хуайсан совсем не хотел. Обычно ему и не приходилось бродить по ночам: на посиделки чаще всего собирались в его домике, потому что он всех приглашал — и ему не отказывали: приносили вино и угощения, развлекали беседами. Он в ответ делился занимательными книжками с весенними картинками и интересными историями. Потом ученики украдкой и по одному выскальзывали за дверь, и дальше успешный путь до своего домика был только их проблемой. Всем было хорошо. Вэй Усянь с Цзян Чэном тоже никогда не отказывались от его приглашений, были душой компании. Вэй Усянь с интересом разглядывал его книжки, Цзян Чэн делал вид, что он выше этого, но, кажется, на самом деле читал даже внимательнее. А когда Не Хуайсан, перебрав вина, попытался его как-то поцеловать, не был против. И только пару раз в месяц у них вдруг появлялись какие-то важные дела, не позволявшие присоединиться к веселой компании, даже если повод был важным. — Прости, мне надо готовиться к контрольной, — говорил Цзян Чэн, хотя Лань Цижэнь снова уехал, и это означало, что даже занятий завтра не будет. — Не могу, пойду отрабатывать наказание к Лань Чжаню, — говорил Вэй Усянь, хотя и дураку было понятно, что после отбоя Лань Ванцзи был занят другим. — Но он же по ночам ловит нарушителей! — возмущался Не Хуайсан. — А до контрольной еще несколько дней, и, Цзян-сюн, ты сам недавно говорил, что эту тему помнишь хорошо! — Ну так я пойду вечером за вином, Лань Чжань меня поймает — и потащит наказывать, — смеялся в ответ Вэй Усянь. — К контрольной лучше подготовиться заранее, — отвечал Цзян Чэн. — Тебе тоже советую. И переубедить их не удавалось никак — до следующего дня, когда они снова шли к нему в гости и больше даже не вспоминали о контрольной, ставшей на день ближе. Не Хуайсану было любопытно. Он хотел знать. Ему везло: его никто не заметил по пути, и он пошел было к двери, но потом передумал и решил для начала заглянуть в окно — тоже, на его удачу, открытое. В комнате было темно, хотя на постели кто-то определенно лежал — неужели просто спали? Не Хуайсан вздохнул и собирался уже пойти назад, когда вдруг понял: занята была только одна кровать. Что-то крепко схватило его за запястья, зажало рот, не давая закричать, и ловко втянуло через подоконник в комнату. — Ну вот, — расстроенно протянул совсем рядом голос Вэй Усяня. — А я думал, это Лань Чжань. Ходит под окнами, сопит, вынюхивает что-то… Но он-то понятно, а тебе зачем? — Ой, Вэй-сюн, ты меня напугал. — Его наконец отпустили, и Не Хуайсан оглянулся. Глаза Вэй Усяня слабо светились в темноте, зубы казались острее, а на шее было заметно что-то подозрительно похожее на жабры. Днем он совершенно точно так не выглядел. Никогда раньше не выглядел. Не Хуайсану снова захотелось закричать, а еще лучше — зажмуриться и оказаться у себя в постели, проснувшимся после страшного сна. Но он снова не успел: рот зажала рука, теперь сзади. — И зачем ты его сюда втащил? — сердито сказал Цзян Чэн. — Он испугался и теперь всем расскажет. — Ну кто знал, что это он? И ему же никто не поверит. — Кто знает… Цзян Чэн чуть убрал руку, и Не Хуайсан сразу торопливо заговорил: — Я никому не скажу! Не надо меня убивать. Вэй Усянь заржал, как будто в этом было что-то смешное. — А если я тебе кое-что покажу, кричать не будешь? Не Хуайсан закивал и на всякий случай зажмурился. — Смотри! Не Хуайсан с опаской открыл глаза. Теперь вокруг Вэй Усяня покачивались не пойми откуда растущие щупальца: тонкие, длинные, похожие на осьминожьи. Не Хуайсан снова зажмурился. Но, как и обещал, кричать не стал. — Молодец. — Щупальце одобрительно похлопало его по плечу, еще несколько забрались на колени, а когда Не Хуайсан все-таки собрался кричать, еще одно толкнулось ему в рот. Он тяжело сглотнул, потрогал щупальце языком, смутно удивляясь тому, что он теплое и совсем не неприятное. — Эй, ты не увлекайся там. — Вэй Усянь забрал у него изо рта щупальце и как будто покраснел. А когда Не Хуайсан потрогал щупальце у себя на коленях, убеждаясь: теплое и не противное, — и поднял, рассматривая поближе, забрал и его. Остальные тоже постарались отползти. Не Хуайсан почувствовал себя увереннее. — Это вы поэтому не хотели приходить ко мне в некоторые дни? — Да. — Вынырнувший из-за его спины Цзян Чэн выглядел примерно так же, как Вэй Усянь, и потому уже не испугал. — Что-то вроде наследия нашего клана. — А… вам так удобно? Цзян Чэн пожал плечами. Щупальца у него были темнее, чем у Вэй Усяня, но в остальном почти такие же. Не Хуайсану захотелось и их потрогать, чтобы сравнить. — Нормально. Мы привыкли. — Только прятаться скучно, — вздохнул Вэй Усянь. — Зато можем плавать под водой, сколько угодно. Кажется, слухи о юньмэнских ныряльщиках не преувеличивали. Слухи о родстве Вэй Усяня клану Цзян, похоже, тоже. Уточнять Не Хуайсан на всякий случай не стал: уже понял, что любопытство может быть опасным. — А вы правда теперь меня убьете, чтобы я никому не сказал? — Зачем? — Цзян Чэн явно удивился, и это был хороший знак. — Мы можем просто убрать из твоей памяти эту ночь. — Не надо! — Терять память Не Хуайсан точно не хотел. — Я точно никому не скажу. Цзян Чэн смотрел с сомнением, а вот Вэй Усяню эта идея как будто понравилась: щупальца потянулись к нему, приобнимая. — Цзян Чэн, он правда не скажет, давай оставим. — Зачем? — Ну, хотя бы от Не-сюна не придется скрываться, веселее будет. Щупальца немного напоминали щенков: тыкались под руки, лезли на колени и, кажется, не совсем зависели от воли хозяев. Не Хуайсан снова погладил одно из них, и щупальце Цзян Чэна тоже ткнулось ему под руку. — Ладно, — согласился он наконец. Сел расслабленнее, как обычно. Не Хуайсану уже и самому казалось, будто все в порядке, он быстро привыкал и к таким соученикам и сам себе удивлялся. — Кстати, Не-сюн, а я у тебя в книжках видел картинки, где люди совокупляются с осьминогами — ну или еще как развлекаются, — начал Вэй Усянь. Не Хуайсан почувствовал, что краснеет. Щупальце коснулось щеки, погладило, подцепило за подбородок, заставляя поднять голову. — Тебе такое нравится? Вэй Усянь внимательно смотрел на него светящимися глазами, зубасто ухмылялся, и теперь, немного привыкнув, Не Хуайсан не видел в нем ничего ужасного. Пожалуй, это было даже по-своему красиво. И да, ему это нравилось, пусть раньше Не Хуайсан и не подозревал, что настолько. У него стояло, как после разглядывания тех картинок, воображение подкидывало все больше вариантов, что может случиться дальше — и ему в самом деле хотелось этого. Щупальце на его коленях перебралось дальше, погладило твердый член сквозь одежду, и Не Хуайсан тихо застонал, как можно незаметнее подаваясь ему навстречу. — Ему нравится, — сказал Цзян Чэн. — Не видишь, что ли. На этот раз Цзян Чэн поцеловал его сам, и Не Хуайсан жадно ответил. У его губ был вкус речной воды.