Холод чужих рук

Комната утопала в темноте. Тусклые проблески света, пробивающиеся сквозь толщу плотного мрака, слабо отражались в зеркале. Ужасная тревога, ходящая по пятам весь день, наконец вцепилась в глотку и начала душить. Гекко уже пару часов не мог сомкнуть глаз, буравя потолок взглядом и свою голову тревожными мыслями. Самое худшее чувство - переживания за близкого человека. Судьба бывает безжалостна к тем, кто умеет сильно любить.  Сцены боя возникали в голове в беспорядочном потоке, а звуки выстрелов раздавались так громко, будто были настоящими. Обычная перестрелка, подобные которой парень пережил уже сотни раз, но при этом заставившая сердце Гекко намертво примерзнуть к грудной клетке, словно впервые. Оставшись один на один с противником, личности которого он не знал, парень лишь азартно направил дуло в сторону раздавшихся за углом шагов. Убить противника и забрать победу: то, что Гекко делал из раза в раз, торжественно и без сожалений. Но показавшаясь из-за угла фигура заставила парня забыться. Светлое, почти белое лицо, черная челка, которую Гекко очень любил взъерошивать, красивые и такие любимые сиреневого цвета глаза, которые сейчас прожигали его леденящим, убийственным взглядом. «Это не он» - молниеносно, словно пуля, пронеслось в голове, и Матео, заставая врага врасплох, сделал выстрел.  Парень напротив глухо упал на сырую землю, и черные пряди рассыпались по его окровавленному лицу. Дыхание Гекко замерло, как и всё вокруг. Он молча опустился на колени рядом, аккуратно взяв чужую холодную ладонь в свои руки. - Айсо… -- тихо шепнул парень сам себе, пытаясь убедить перевернувшийся с ног на голову разум, что это другой. Не его. Настоящий Айсо, его Айсо, в безопасном, теплом месте, ждет его возвращения с этого задания, наверняка переживает, волнуется. Он не лежит сейчас на холодной земле, утопая в луже собственной крови, мысленно прощаясь со всем, что он любил. Это не его холодную руку Матео держит в своей. Будто вспышка ударила в голове, и Гекко, не выдерживая такого давления, резко вскочил и болезненно схватился за голову. Мертвый взгляд бледных глаз так четко отражался в памяти, что оставаться спокойным было невозможно. В конце-концов нервы сдали, и парень, не помня ни того, как он поднялся с кровати и покинул комнату далеко за полночь, ни себя в тот момент, настойчиво постучался в чужую дверь, хоть и с каждой секундой раздавающийся стук становился все тише, будто он уже терял надежду.  - Матео, ты чего так поздно не спишь? Что-то случилось? — раздался встревоженный голос, и Айсо, протирая глаза спросонья, сразу же заключил младшего в объятия, словно почувствовал его тревогу. Матео упал в теплые руки, и взъерошенный разум немного успокоился. Он почувствовал тепло чужого тела, мягкие, успокаивающие поглаживания по спине и умиротворяющий, но слегка волнующийся голос, но что-то всё равно было не так, не на своих местах. Будто не по-настоящему. Будто он всё ещё там. - Матео, на тебе лица нет, что случилось? - Я так рад, что ты в порядке, — выдавил из себя младший. - Я в порядке, — мелодично сказал Ли Чжао, приглаживая чужие волосы, — и всегда буду рядом. Прохладный ночной воздух протрезвлял тяжелую от мрачных мыслей голову, но что-то всё равно неприятно взъерошивалось внутри каждый раз, когда Гекко поднимал взгляд на спокойные, какими они всегда бывают, сиреневые глаза партнера. Он старался смотреть в любимые, нежные глаза, но, находя их, Матео отворачивался, вспоминая ту ледяную предсмертную сталь и холод чужой руки. - Это из-за сегодняшней миссии? - спросил старший, и ни одна мышца его лица не дрогнула. Лишь мерный оценивающий взгляд, но только Гекко знал, что за ним всегда скрывалась тревога. - Можно и так сказать, - спустя минуту печально отвечает парень, - но… не стоит внимания. Айсо отворачивается, облокачиваясь о перила балкона, и в ночной пустоте хлипко чиркает зажигалка. Ли курит иногда, чаще всего по-тихому, ведь сигарета в компании жизнерадостного партнера всегда сопровождается резким осуждением. Но что делать, если зачастую это единственный способ снять стресс, с которым охотник за головами живет неразлучно. И сейчас Гекко понимает это особенно сильно. Он вдыхает сигаретный дым, и впервые он кажется ему не едким, а сладким, чем-то родным. Парень ненавидел, когда в обычном цитрусовом парфюме Ли Чжао проскальзывали колкие нотки табака, но сейчас именно эта смесь казалась особенно родной.  Да, он курит, портит свое здоровье, но он здесь, живой, теплый, его.  - Ли… можно попробовать? - аккуратно спрашивает парень. Ли Чжао не поднимает вопросительного взгляда. Не задает вопросов. Он молча поворачивает голову в сторону Матео, чуть распрямив плечи, легонько отталкивается от перил. Длинные пальцы протягивают тонкую дымящуюся трубочку, Гекко робко берет ее, соприкаясь с чужой рукой, теплой и шершавой, дольше, чем нужно. Он прикуривает. Табачный дым впервые заполняет легкие, и никотин попадает в кровь, заставляя парня вздрогнуть и зажмуриться. Это неприятно, это неправильно, это вредно, но именно сейчас он чувствует себя по-настоящему живым. Чужие руки ложатся на плечи и притягивают к себе, вынуждая Матео упасть в объятия. Он чувствует Айсо: тепло его тела, запах его одежды, его крепкие руки на своей спине и учащенное сердцебиение в грудной клетке - и обнимает в ответ, так же крепко. Он здесь, он рядом, и словно в подтверждение своих слов Ли касается губами виска Матео, и в это одно прикосновение вложены все его переживания и страхи, которые он никогда не показывает. Оно кричит: «Я тоже боюсь остаться один, не бросай меня», Айсо нервничает и мечется, хотя лицо его ясно и спокойно. Они стараются успокоить друг друга, и когда частоты их душевных колебаний наконец совпадают и выравниваются, Гекко прижимается головой к его груди. Айсо поднимает руку и медленно скользит ею по его шее, одним немым прикосновением обещая очень многое. Всегда быть рядом, живым и любимым. Гекко верит ему. Сигарета выскальзывает из его руки, и тлеющий огонек потухает, съедаемый бесконечной мглой ночи, когда существуют только они и ничего больше.