Undertale: Two Souls/ Remember Yourself.

Игрок быстро набирал текст в файле. Пару строчек стереть там, где-то поменять символы, а где-то вписать нужное. В конце концов, он прекратил запускать читы на Андер, и закрыл файловую программу. Отпил чаёк. Подумалось о том, что хватит уже засыпать листья чая прямо в кружку, и заваривать в ней же. Неприятно. И немножко чревато, если вдруг он случайно проглотит чайные листья, которых было целая треть от общего объёма кружки. Зато чаёк был очень крепким и бодрящим, словно энергетик, с одним лишь отличием от него в том, что чай был горячим и без сахара. Кот в гостиной обожрался кити-кэтом из своей кормушки в виде серого попугая, и теперь развалился на запретном для него диване, якобы, слишком уж сильно он линяет и шерсти оставляет, пока хозяин не видит. Свернув программу, Игрок тыкнул на кнопку "запуска" в левом нижнем углу дисплея, полистал сверху вниз программы, в которых очень уж много проскальзывало текстовых и типа pmg файлов по Андертейлу. Был бы здесь кто посторонний, посчитал бы его за сумасшедшего фанатика. Он прокрутил до самого низа, где и находилась сама игра, навёл курсор, и щёлкнул правой кнопкой мыши. Игра запустилась. *Давным давно, две расы жили на земле. ЛЮДИ и МОНСТРЫ. Но однажды меж... Скип. *Ты зачем пропускаешь? (Игра какого-то хрена начала материться и возмущаться на игрока, что было довольно нестандартно. Странно. Может, он что-то не то задел?) Скип. *Да хоть послушай, собака сутулая! Скип. *Это, сука, реально интересная история! Скип. *... *ГОРА ЭББОТ 201Х... Скип. *...иди нахуй, а?

***

Человеческое дитя лежало на чём то мягком. Кажется, это что-то смягчило его падение, и поэтому оно не разбилось. Дитя приоткрыло глаза, и сразу же прищурилось. Свет, который падал сверху из, казалось бы небольшого отверстия наверху, но нет, просто оно было слишком далеко, вот и казалось таким небольшим. Но, тем не менее, лучи солнца, проскальзывающие в пещеру(?), довольно сильно слепили глаза. Издав какой-то странный звук недовольства, дитя, а точнее, вполне себе взрослая девушка пятнадцати лет, перевернулась на живот, лицом в пол, и только сейчас заметила, что всё тело пронзала тупая, ноющая боль. Было ощущение, будто она вместо одного мизинца на ноге об край тумбочки ударилась всем телом. — Пиздец... — матюкнулась она хрипловатым от чего-то голосом, и закашлялась. В лёгкие будто забилась пыль, а во рту неприятно пересохло, будто кто-то высосал из неё всю влагу. Собственный язык был как наждачка, когда она облизнула пересохшие от стресса(?) губы, лишь почувствовав от этого неприятные ощущения. С трудом приподнявшись, она откинула свои тёмно-русые волосы, которые были длиной чуть ниже ушей, и в которые забились пожухлая листва и золотые лепестки, назад, убирая их с лица движением двумя пальцев, как раз таки за уши, что, впрочем, было бесполезно, ведь голова её была склонена вниз, и волосы просто повисли непослушными патлами, снова падая на лицо, и она снова закашлялась. Она плюхнулась обратно, в золотые цветы, пахнущие до одури хорошо, как домашний мёд и душистая сухая лаванда. Онв пикрыла глаза, решив немного подремать, чтобы хоть капельку восстановить силы. Главное не сдохнуть. Золотые цветы в паре метров от неё подозрительно шевельнулись.

***

Игрок медленно отпил чай из кружки, и поперхнулся. Жидкость уже закончилась и оставалась только влажная, свежая листва на донышке — хрена се, донышко, да это "донышко" листва заполняла собой почти половину — кружки. Недовольно что-то проворчав себе под нос, Игрок встал, и отправился из комнаты на кухню, которая находилась через гостиную. Кот, будто предчувствуя, что его вот вот спалят, спрыгнул с дивана, потянулся, широко зевнув, и вытянув свой пышный серый хвост трубой, проскользнул мимо хозяина в его комнату. Пока Игрок возился на кухне, ставя чайник закипать, и доставая чипсы, кот оглядел комнату, и деловито запрыгнул на компьютерное кресло, от чего то по инерции дёрнулось, и покрутилось несколько раз вокруг своей оси. Покатавшись на своеобразной "карусели", кот, не сдерживая своей нахальности, прыгнул на стол. Прошёлся по нему, обнюхивая постеры скелетов над ним, и четыре диска с главами "Deltarune". Ничего интересного не нашёл. Прошёлся по клавиатуре включённого компьютера. Махнул хвостом... сказку про золотое яйцо читали? "Мышка хвостиком махнуло, а яичко покатилось, упало, и разбилось.". Правда, в нашем случае, хвостом махнул кот, и опрокинул он не яйцо из жёлтого металла, а кружку своего хозяина с принтом Санса, Тоиель, и надписью "Тук-тук. Кто там? Доктор. Доктор Кто? Бадум-тссс.", с полужидкой заваркой. И, ладно, если бы кружка просто упала на пол и разбилась, Игрок бы всё убрал, пол подмел-протёр, коту нашпынял. Но нет. Кружка повернулась в совершенно другую сторону, и заварка разлилась прямо на клавиатуру. Остатки жидкости, что были в ней, потекли по клавишам, и протекла в щели между ними, определённо на что-то взаимодействуя. Кот же побежал прятаться под диван. Зайдя в комнату с новой кружкой чая, Игрок охуел, а после секундной заминки кинулся к компьютеру, который уже начал глючить.

***

Из под земли выскочил ещё один золотой цветок. Но необычный, а с глазками и ртом, который расплылся в кровожадной ухмылке, когда он взглянул на лежащую девушку. Белые крупные точки вырвались рядом с ним из под земли, и окружили вырвавшееся красное сердечко из груди спящей девушки. Круг начал медленно сужаться. Как вдруг, земля затряслась, воздух стал тяжёлым и сухим, и белые хаотичные частицы, появившиеся из ниоткуда, начали поглощать собой пространство. Цветок, ясно дело, занервничал, и вместо того, чтобы уничтожить чужую душу, обхватил её своими шипастыми лианами, вырвавшимися из под земли, и рванул на себя, намереваясь поглотить её, и скрыться. И в этот самый момент глюки поглотили и его вместе с телом девушки. — Бл..! — был последний звук этого существа, именуемого Флауи, в этом мире, после чего всё вокруг потемнело.