Они все мертвы

Нил сидел на серых плитах, покрытых слоем пыли, и докуривал последнюю сигарету из помятой от времени пачки. В таком мире нужно было экономить удовольствие, и вот теперь он прощался с последней, глядя, как пепел медленно опадал на землю в догорающей заре. Ярко-оранжевые лучи солнца освещали зеленые кроны деревьев, полуразрушенные дома и все остальное вокруг в зоне досягаемости.  Джостен прикрыл глаза и положил голову на чужое плечо, тут же вдохнув родной аромат. Он уткнулся лбом в шероховатую поверхность кофты и почувствовал, как Кевин стал перебирать его волосы. Он часто так делал, и Нил давно к этому привык. Ужасно хотелось спать. День выдался знойным и полным дел, хотя какие в апокалипсисе могут быть дела. Разве что выжить. И они справились с этим. Остались совсем одни, где больше не было врагов, друзей или знакомых. Одни на краю гребаной вселенной, где солнце все еще заходит за горизонт каждый день, хотя мира давно нет. Он пропал, растворился в челюстях зомби, что поглотили его кровожадной толпой. Не зря они тогда с Эндрю и Рене когда-то болтали об апокалипсисе. Он пришел, и все советы, мысли стали бесполезны. Выживание оказалось не таким, каким представлялось в голове. Возможно, им всего лишь повезло, что они остались. С другой стороны, не лучше ли было умереть, а не волочить свое жалкое существование в медленно тлеющем, исчезающем мире? Когда чужие пальцы нежно массировали кожу головы, Нилу хотелось раствориться в этих касаниях. Он приподнялся, посмотрел сонным взглядом на Кевина, который не понял, почему тот внезапно прервал их ритуал. Но Нил не заставил себя долго ждать, перебрался на его колени и тут же уткнулся в шею. Слегка отросшие темные волосы защекотали нос, и Нил помотал головой, зарываясь в них глубже. Кевин только усмехнулся и прижал его ближе. Хотя куда ближе? Расстояние было сокращено уже давно, между ними не было места. Они стали одним целым, единственные выжившие из всех, кого они знали. У Нила защемило где-то в области сердца, и он крепко сжал чужое плечо.  — Котенок, ты в порядке? — тихо спросил Кевин, едва касаясь губами его уха.  — Не знаю, — выдохнул Нил, — просто всё вспоминается снова… Нил не был слабым. Он видел смерть своими глазами еще до того, как привычный мир исчез. Но рядом с Кевином он просто мог об этом говорить. Они говорили это, чтобы не сойти с ума, чтобы признать, что двигаться дальше невероятно тяжело, но они обязаны. Потому что слишком сильные, чтобы отказаться от жизни, от этого заходящего солнца и свежего воздуха вечера.  Когда всё было слишком, один встряхивал другого и возвращал в чувства.  Нил прижался еще сильнее, чувствовал только мягкие поглаживания по спине и слышал шепот, что проникал в его сознание, уверяя, что все будет хорошо. Они никогда не будут в порядке, но будут вместе. Ради этого оба были готовы отказаться от далекого мира и жить в таком. Пугающем, темном и выворачивающим всё наизнанку.