Проданный!

***

Хёнджин получил письмо от клиники спустя три дня после визита Феликса. Оно пришло глубокой ночью, когда он в очередной раз засиживался в кабинете. В строке темы стояло сухое: «Результаты лабораторных исследований. Ли Феликс. Конфиденциально». Он отложил финансовый отчёт, открыл письмо и быстро пробежался глазами по цифрам и медицинским терминам. Большая часть показателей была в норме — немного низкий гемоглобин, небольшие признаки авитаминоза, следы перенесённого стресса. Всё ожидаемо. Пока его взгляд не упал на строку с пометкой «HSV 1/2 IgG – ПОЛОЖИТЕЛЬНО». Хёнджин нахмурился. Он знал, что это значит. Не сейчас, не в острой фазе, но где-то в прошлом, вероятно, ещё в доме родителей, Феликс столкнулся с вирусом герпеса. Простой герпес, один из самых распространённых вирусов на планете. Но для Хёнджина, помешанного на контроле и чистоте своей собственности, это была новая, неучтённая переменная. Он немедленно набрал номер лечащего врача, несмотря на поздний час. Доктор, привыкший к VIP-клиентам, ответил почти сразу. — Алло, господин Хван. Ожидал вашего звонка. — Объясните, — без предисловий потребовал Хёнджин. — Ваш подопечный в целом здоров, особенно учитывая перенесённый стресс. Но анализ выявил антитела к вирусу простого герпеса первого и второго типа. Это означает, что организм с ним знаком, вирус находится в латентной, спящей форме. Опасности для окружающих в текущем состоянии нет, обострение возможно только на фоне сильного снижения иммунитета или стресса. — Что нужно делать? — Для подавления вируса и профилактики возможных рецидивов я выписал курс противовирусных препаратов. Очень лёгкий, профилактический. Лекарства нужно будет купить в аптеке по рецепту, который я уже отправил вам на почту. Это всё. Ничего критичного, — голос врача был спокоен и профессиональен. Хёнджин тяжело вздохнул, проводя рукой по лицу. — Мои анализы? — Ваши результаты абсолютно чистые. Ничего. Вы здоровы. — Спасибо, — отрезал Хёнджин и положил трубку. Он сидел в тишине кабинета, глядя на экран. Не критично. Но существовало. Ещё один рубец, видимый только в анализах, ещё одно напоминание о том, что его «котёнок» пришёл к нему из другого, неидеального мира. Он сохранил письмо и рецепт в отдельную зашифрованную папку. *** Тем временем Феликс проживал один из самых светлых дней за последнее время. Джи, сестра Хёнджина, оказалась невероятно живой и простой в общении. Она не смотрела на него как на вещь, а болтала с ним как с младшим братом. — Поехали «взрывать»! — объявила она, усадив его в свою спортивную машину. Сначала было кино. Они смотрели какой-то дурацкий комедийный боевик, ели попкорн, и Феликс, к своему удивлению, смеялся громко и искренне. Потом они заехали за Джисоном, и троица отправилась в огромный игровой центр. Здесь Джи показала себя асом. Она выигрывала тонны билетиков в танцевальных автоматах, обыгрывала всех в баскетболе, а Феликс и Джисон, забыв обо всём, соревновались в автогонках, визжа и толкая друг друга. На час они стали просто подростками — без хозяев, без аукционов, без страха. Позже, подвозя Джисона домой, Феликс увидел, как его друг замирает, подходя к подъезду. Радость с его лица слетела, сменившись привычной осторожностью. Он помахал им и быстро скрылся за дверью. — С ним всё в порядке? — тихо спросила Джи, трогая с места. — Надеюсь, — так же тихо ответил Феликс, и остаток пути они ехали молча. Дома у Минхо Джисон застал того в кабинете. — Ну как? Гулянка удалась? — спросил Минхо, не отрываясь от ноутбука. — Да, — коротко ответил Джисон, стараясь звучать нейтрально. — Кино, игровые автоматы. Всё нормально. — Хорошо. Только не забывай, с кем твоё «нормально» связано. Этот котёнок Хвана — его слабое место. А слабости имеют свойство быть проблемами. Держи дистанцию, но будь в курсе. Понял? — Понял, — кивнул Джисон, чувствуя, как камень ложится в желудок. Ему хотелось рассказать, как смеялся Феликс, но он лишь молча пошёл в свою комнату. *** Вечером в доме Хёнджина случилось чудо. Хозяин вернулся. Не поздно, а как раз к ужину. Более того, он сам готовил. — Сиди, — сказал он Феликсу, указывая на барную стойку на кухне. — Не мешай, но наблюдай, если хочешь. Феликс смотрел, заворожённый, как большие, уверенные руки Хёнджина ловко чистили мидии, обжаривали чеснок на оливковом масле, вливали белое вино. Аромат плыл по кухне, обещая нечто невероятное. Через двадцать минут перед ними на столе стояли две тарелки с идеальной аль денте пастой, утопающей в соусе с мидиями и петрушкой, посыпанные пармезаном. Рядом — два бокала лёгкого вина. Это был самый вкусный ужин в мире. И самый обычный. Они ели, и Хёнджин расспрашивал про день: что смотрели, во что играли, понравилось ли. Феликс отвечал, поначалу робко, а потом всё оживлённее, его хвост тихо шуршал о ножку стула. Когда тарелки опустели, а вино было допито, Хёнджин откинулся на спинку стула. — Котёнок, — начал он осторожно. — Мы должны поговорить о твоих анализах. Феликс напрягся, ушки прижались. — Я видел результаты. Врач прислал. В целом всё хорошо. Но есть один момент. Очень распространённый, не страшный, но требующий внимания. Он объяснил, как мог просто, про вирус, про антитела, про то, что это не болезнь, а состояние, которое теперь нужно просто контролировать. — Мне… интересно, что ты сам об этом думаешь? — спросил Хван, внимательно наблюдая за его реакцией. Феликс молчал, переваривая информацию. Стыд? Страх? Он ожидал гнева. — Я… не знал, — наконец проговорил он. — Если это из-за меня… извини. — Не извиняйся. Это не твоя вина. Это просто факт, — Хёнджин встал, подошёл к шкафчику и вынул оттуда небольшую баночку с таблетками и пузырёк с витаминами. — Это твои новые «правила». Каждый день. Таблетка — для контроля вируса. Витамин — для сил. Я буду следить. Он поставил баночки перед Феликсом. Это не было наказанием. Это была новая, медицински обоснованная часть его распорядка, заботливо подготовленная хозяином. Границы снова были очерчены, но на этот раз они ощущались не как стены тюрьмы, а как… поручни безопасности. Феликс взял баночку с витаминами в руки, почувствовав её вес. — Хорошо, хозяин. Я буду пить. — Отлично, — Хёнджин убрал посуду. — А теперь иди спать. Завтра снова будний день. Но когда Феликс пошёл наверх, Хёнджин ещё долго стоял на кухне, глядя на тёмное окно, размышляя о вирусах, которые нельзя купить или продать, и о странном чувстве ответственности, которое оказалось куда сложнее простого обладания.