Прощай, Сеул!

Руми Рю ненавидела Сеул. Её бесил вечный поток людей, ночные клубы в Хонгде , вечно сияющий свет за её панорамным окном, звук проезжающих машин, все стандарты красоты, вечная тяга к совершенству. Но уходить ей некуда. Здесь она родилась, здесь она выросла, здесь ей и суждено умереть в один день. Как уныло. Руми — суперзвезда. На корейском сленге - айдол. У нее нет варианта просто переехать в более тихий городок. Её знают везде. Её лицо везде. В телевизорах, в телефонах, на упаковках еды, черт, даже на таблетках от головной боли на неё смотрели собственные глаза. Быстро проглотив обезболивающее, девушка откинула голову на белоснежный диван, стоявшим посередине идеально обустроенной гостевой комнаты. Единственный шанс поспать и отдохнуть — сейчас. Две её подруги (с таким же родом деятельности, как у Руми) спали в своих комнатах. Мира и Зои были единственными близкими ей людьми. Родители Руми погибли, когда ей было 5 месяцев. Оба в автокатастрофе. Всю жизнь за ней ухаживала близкая подруга матери, Селин. Женщина, которой сейчас под пятьдесят. Выглядит вполне молодо, хоть и глаза полные печали выдают её прожитый путь. Всю жизнь Руми жила с мыслью о том, что ей ни в коем случае нельзя делать никаких ошибок. Нельзя думать о неправильных вещах, связываться не с теми людьми, сказать что-то, что вызовет волну критики в социальных сетях… От этого быстро устаешь. Но сейчас, в ночи этой квартиры, среди головной боли и жутко урчащем животе, думала она совсем не о тех вещах, о которых ей стоило бы. Мысль, просто уйти и сбросится с крышы не покидала её голову уже пятый месяц. Она видела события этого дня во сне, представляла реакцию своих подруг, всех людей, работавших для них, их фанатов, Селин. Девочкам предоставлялись личные психологи раз в неделю, но Руми никогда не упоминала свою странную склонность к суициду. Она не могла плакать. Хоть и хотела. Хотела выплюнуть все эти чувства и эмоции наружу, но из глаз давно перестали течь слезы. В последний раз она плакала только от физической боли, после неудачной тренировки в спортзале. Глаза уставились в белый потолок. За все это время Руми не коснулась своего телефона, не заняла себя работой, как она обычно делала во время таких мысленных потоков. Лишь продолжала копать все глубже и глубже в свои страдания, пока не почувствовала теплые лучи солнца, пробежавшиеся по неподвижной руке. Её рабочий день начнется ровно через 2 часа, в семь утра. Как и вчера. Как и позавчера. Потолок начал размываться, а глаза медленно закрылись.

***

Будильник зазвенел, быстро отрывая Руми от поверхностного сна. Её диванный сон длился ровно один час и тридцать минут. Надоедливый звук был прерван почти что паническим нажатием на красную кнопку телефона. От этого будильника, сердце всегда начинало биться быстрее, а голова болеть. Каждое утро девушки начиналось именно так. Она снова закрыла глаза всего лишь на одну минуту и собравшись с силами, наконец встала с белоснежного дивана. Тело болело от интенсивных тренировок, голова кружилась от недостатка еды в желудке, а голова все также была заполнена мыслями. Руми ленивыми шагами дошла до кухни, краем глаза заметив ноутбук, на котором вчера работала Мира. Она кинула взгляд на три именных чашки, помытые и аккуратно поставленные рядом друг с другом. Зеленая с черепашками была Зои, красная с нарисованным ттокпоки была Миры, а фиолетовая, с короной, по центру, принадлежала Руми. Она схватила свой стакан, подложив его под кофе-машинку. На экране засияли опции выбора кофе. Девушка не задумываясь два раза нажала на кнопку «двойное эспрессо», это была её рутина. Через пару секунд кружка начала наполнятся. Руми облокотилась на стол рядом и кинула взгляд на панорамное окно. На улице уже во всю бушевала жизнь. Здесь не было понятия «медленное утро». С пяти утра все были на ногах и бегали кто куда. Кому на стройку, кому на фотосессии, кому на учебу. В мыслях расплылась следующая картинка: пробуждение в 10:30 утра в маленькой квартирке, растрепанные волосы, никакого макияжа на лице, никем не запланированный день, горячее кофе и что-то сладенькое рядом где-то на узких улочках Парижа. Или Милана. где угодно, лишь бы не тут. Все это были лишь фантазии и недосягаемые мечты Руми, которые быстро прервала пищащая кофе-машинка, ясно давая понять, что кофе готово. Схватив наполовину пустой стакан, она присела за барную стойку у кухни и уставилась в свой кофе, будто ища там ответы на все интересующие её вопросы. Сделав пару глотков напитка Руми направила взгляд на лестницу. Оттуда уже лениво спускались две фигуры, ворча и жалобно хныкая в знак протеста такому неприятному началу дня. — Руми, доброе утро. — послышалось где-то рядом с ней. В ответ она лишь помахала рукой, давая понять, что говорить она сегодня не в настроении. Какой-то неудачный день. Фигура Зои благополучно потерялась в ванной комнате на первом этаже, куда, в след за ней, направилась и красноволосая. — Утречка. — Мира в шутку толкнула брюнетку в сторону бедром, освободив себе место у раковины. — Ага. Размазавшийся по лицу макияж со вчерашнего дня обозначал, что день был нагруженным. А ночь ничуть не проще. На макушку Зои приземлился легкий поцелуй. И ещё один в левую щеку. Дальше дверь за ними захлопнулась, подробности Руми неизвестны. Мира и Зои состоят в романтических отношениях уже два года, успешно скрывая это от всех, кроме самых близких, в число которых входила их подруга. Звезде это всегда казалось это интересным, ведь их индустрия просто кишит различными слухами про отношения, а их никто ещё не расколол. Она очень надеялась что так будет и дальше. Раскрытие таких новостей им вовсе ни к чему. Скоро им предстояло заново продлить контакт на ещё пять лет. Ещё пять лет без свободы… Руми быстро опустошила свой стакан и открыла ноутбук, стоящий рядом с ней, вбивая в поисковик «Tickets from Seol, Korea to Paris, France» Из чистого, по её мнению, интереса.