🔞
24 октября 2025 г., 10:20
Минхо с ощутимым раздражением сжимает челюсти, наблюдая за тем, как Хан снова погружается в долгое и мучительное раздумье, пытаясь отыскать в собственной голове хотя бы крупицу нужного ответа.
— Неужели это настолько сложно для тебя? Мы буквально пять минут назад разбирали этот материал до мельчайших деталей и разложили всё по полочкам! — прорычал Ли, делая глубокий вдох и пытаясь обрести хоть каплю прежнего спокойствия.
Они провели за учебниками уже целую вечность, а точнее — несколько бесконечных часов, на протяжении которых Минхо безуспешно пытался втолковать Джисону азы предмета, совершенно ему не поддающегося. Единственным светлым моментом в этой ситуации было отсутствие родителей, уехавших по своим делам и не слышавших этих душераздирающих стенаний.
— Мне правда очень жаль. Я пытаюсь всё запомнить, но у меня ничего не получается! — выпалил Хан скороговоркой, с отчаянием ищя хоть какое-то оправдание перед своим терпеливым другом.
Ли, несмотря на то что был старше на целый год, всегда оставался для него самым близким человеком, ведь их дружба зародилась ещё в раннем детстве, во дворе этого самого дома, где они поначалу постоянно ссорились и соперничали, а потом постепенно начали общаться и стали практически неразлучны.
— Ты просто невыносимо бестолковый, Хан, и я уже окончательно запутался, какие же слова нужно подобрать, чтобы до тебя дошло. Ты даже не делаешь вид, что слушаешь мои объяснения, а просто бездумно смотришь в мою сторону! — с нескрываемым раздражением проворчал Минхо.
И в его словах заключалась неприкрытая правда, потому что Джисон уже давно и безнадёжно влюблён в своего старшего друга.
— А разве можно себя в этом винить, когда ты выглядишь словно сошедшая с подиума модель. Ты мог бы родиться хотя бы чуточку менее ослепительным для моего же спокойствия...
— Ты сейчас вообще отдаёшь себе отчёт в том, что произносишь вслух эти нелепые фразы?
— Со своими собственными словами и чувствами у меня полный порядок, а вот ты упорно отказываешься замечать то, что лежит на самой поверхности. Я столько раз пытался намекнуть тебе о своих настоящих чувствах, а ты продолжаешь вести себя как абсолютно слепой и глухой человек.
Минхо застыл на месте с широко раскрытыми от изумления глазами, ощущая, как его мысли путаются и превращаются в сплошной хаос. Конечно, он не мог сказать, что совсем ничего не замечал, ведь в поведении Джисона давно появилась какая-то непонятная и постоянная странность, совершенно не характерная для обычных дружеских отношений.
— Кажется, у меня наконец-то появилась идея, как заставить твой мозг работать в нужном направлении и усваивать информацию, — практически шёпотом произнёс Ли.
Хан отвёл растерянный взгляд в сторону, чувствуя, как его сердце начинает выскакивать из груди от волнения и смутного предвкушения.
Минхо медленно придвинулся ближе к Джисону, а затем нежно прикоснулся своими губами к его губам, заставив время остановиться.
— Если ты сейчас продемонстрируешь мне правильное решение той самой задачи, то твоя награда может оказаться гораздо приятнее и продолжительнее, — с лёгкой и ободряющей улыбкой произнёс Ли.
Хан почувствовал, как его сердце совершило немыслинный кульбит и устремилось куда-то вниз, а душа и вовсе покинула тело, отправившись в свободный полёт.
Именно поэтому спустя считанные минуты задание было выполнено с невероятной скоростью и поразительной точностью. Что не сделаешь ради возможности ощутить повторение этого волшебного момента?
Ли внимательно проверил каждое действие в решении и сверил итоговый ответ, после чего его лицо озарила самая счастливая и широкая улыбка, и он не смог сдержать радостного возгласа, объявляя, что наконец-то всё сделано абсолютно верно.
— Значит, я всё-таки способный ученик, да, а теперь самое время обсудить моё долгожданное вознаграждение, о котором мы договаривались? — с живым и неподдельным интересом поинтересовался Хан.
— Ты просто невероятно нетерпеливый человек... но раз уж мы заговорили на эту тему, то я тут вспомнил, что совершенно случайно обнаружил кое-какие интересные вещи в комнате своих родителей, а именно смазку и презервативы, и у меня возникло одно очень смелое предложение.
Джисон почувствовал, как его щёки заполыхали таким сильным румянцем, что, кажется, кровь вот-вот выступит на коже, ведь он уже много раз представлял себе нечто подобное в своих самых сокровенных фантазиях, но сама мысль о воплощении их в реальность казалась чем-то абсолютно недостижимым и фантастическим, однако теперь сам Минхо предлагал это.
— А кто именно из нас двоих будет выполнять... ну ты понимаешь... основную роль в этом процессе?
— Я с огромным удовольствием уступаю тебе почётную роль лидера в этом деле, — с самым невинным видом ответил Ли и многозначительно подмигнул.
Как же он вообще бывает порой невыносимо обаятелен, этот Минхо, пронеслось в голове у Хана, который лишь молча и смущённо улыбнулся в ответ, кивнув в знак согласия.
Ли на несколько мгновений вышел из комнаты, а затем вернулся обратно, держа в руках те самые необходимые предметы, от вида которых у Джисона закружилась голова, ведь всё это было одновременно и так странно, и так невероятно желанно.
Минхо без лишней суеты и очень осторожно снял с себя шорты, а затем и нижнее белье, обнажив своё тело, и его упругая и притягательная попа буквально гипнотизировала Джисона, который уже не мог и не хотел себя больше сдерживать.
Он приблизился к другу на минимальное расстояние, после чего взял из его рук тюбик со смазкой, чувствуя, как дрожат его собственные пальцы от переполнявшего волнения.
— Я сам хочу подготовить тебя, — прошептал он очень тихим и низким голосом, от которого по спине Ли пробежались многочисленные мурашки.
Хан выдавил небольшое количество прохладного лубриканта себе на пальцы, тщательно растёр его, а затем медленно и крайне осторожно ввёл один палец внутрь, ощущая, насколько туго и неохотно податливое отверстие принимает его, и от этого зрелища его собственный член, сковываемый тканью штанов, дёрнулся с новой силой.
Он начал совершать очень аккуратные и неторопливые движения пальцем, заставляя Минхо тихо и прерывисто постанывать от новых и незнакомых ощущений.
Затем последовало введение второго пальца, и с ним процесс пошёл уже несколько проще и свободнее, а потом настал черёд и третьего, пока Ли не оказался полностью готов принять внутрь себя настоящий и довольно внушительный член.
Джисон медленно извлёк пальцы и с нескрываемым удовольствием оценил проделанную работу, наблюдая, как возбуждённое отверстие ритмично пульсирует, жаждая новых и более интенсивных ощущений.
Наконец Хан слегка спустил с себя штаны, натянул на свой напряжённый член презерватив, щедро нанёс на него дополнительное количество смазки, а затем без лишней спешки начал вводить его внутрь, заставляя Ли издать протяжный и глубокий стон от внезапного заполнения.
Его член и правда обладал весьма солидными размерами, поэтому тело Минхо довольно долго и постепенно привыкало к нему, что ощущалось одновременно и непривычно, и чертовски приятно.
Хан начал плавно и ритмично двигаться, углубляясь внутрь с каждым новым движением, а Ли уже не мог сдерживать собственные стоны, которые вырывались из его губ всё громче и чаще, и он подумал, что если подобное вознаграждение ждёт его после каждого урока, то он готов учиться до самого конца своих дней.
Постепенно движения Джисона стали приобретать более быстрый и настойчивый характер, а каждый толчок сопровождался отчётливым влажным звуком, который издавала обильно нанесённая смазка.
— Пожалуйста, помедленнее, — с трудом выдохнул Ли, чувствуя, что иначе не сможет продлить это наслаждение.
Но Джисон в этот момент ощущал себя слишком уверенным и разгорячённым, поэтому лишь ускорил свои движения, вгоняя в партнёра ещё более интенсивно и глубоко.
Первым свою кульминацию достиг Хан, с громким стоном совершив последний мощный толчок и замирая в блаженстве, а следом за ним и Минхо выпустил на пол густую белую жидкость, полностью истощившись.
— Это просто позорное окончание, Хан, ты мог бы проявить больше выдержки, — шутливо упрекнул его Ли, всё ещё пытаясь отдышаться и прийти в себя.
— Я слишком сильно хочу тебя, чтобы так долго терпеть. Но в следующий раз даже не надейся на такую быструю благосклонность с моей стороны.
— Конечно-конечно, я уже дрожу от страха в ожидании следующего раза, — рассмеялся Минхо, потягиваясь.
