That one night

      В общежитии Калибана уже давно объявили отбой. Конечно, далеко не все следовали этому правилу, но комнаты младшеклассников уже давно утихли. Кто-то во всю храпел, кто-то мирно дышал, укрывшись одеялом, а кто-то до сих пор не мог уснуть.       Пагсли Аддамс принадлежал ко второму типу людей.       Парень лежал на спине, пуская небольшие искры из руки в руку. Из-за особенностей тела, доставшихся ему от матери, он мог легко выспаться за несколько часов, а длительный сон — который равнялся обычному человеческому — не совсем ему подходил. От этого он наоборот чувствовал себя более раздраженным и слабым в течении всего следующего дня. Это было… Не совсем приятно.       Дома он мог спать сколько хотел. Но с приходом в Невермор ему пришлось немного изменить свои привычки. В начале учебного года он читал по ночам, включая настольную лампу у себя на столе, и ложился спать ближе к утру. К сожалению, после пары жалоб от парней с комнаты, он перестал так делать. Потом он решил наоборот вставать пораньше, но и это не помогло, так как из-за его шума вся комната просыпалась в 4 утра. После очередных жалоб он решил начать вести дневник, освещая его своими искрами, но и это дело быстро ему надоело. В итоге он просто бессмысленно лежал на своей кровати по паре-тройке часов в день, размышляя о разном.       Честно, в основном его мысли заполнял… Юджин. Этот кудрявый парень все чаще и чаще появлялся у него в голове, заставляя мозг отключаться а сердце как-то неестественно биться. Нет, оно и так у него работает нестабильно, но при мыслях о нем… Оно начинает вести себя еще страннее.       Сейчас был тот же случай. В мыслях парня мелькали моменты, в которых они хорошо проводили время — вот они встали в пару во время урока Торнхилл, а вот он случайно разбивает ее растение… Так. Это не то.       В голове вновь начали появляться их совместные воспоминания. Вспомнился их первый поход в лес. Правда, там были и другие младшеклассники под попечением Аякса, но все же в основном они ходили вместе. Вдвоем. Видеть Юджина в его стихии было необычно. Он выглядел таким… счастливым? Радостным? Довольным? Создавалось ощущение, что все позитивные чувства смешались внутри него. Со стороны Пагсли казалось, что Юджин буквально сияет, с улыбкой рассматривая миллион различных насекомых. Пагсли нечасто удавалось увидеть своего соседа таким.       Потом подготовка к Ярмарке Теней. Они вместе с двумя парнями из класса решили сделать своеобразный «тир». Все было сделано на высшем уровне — вместо милых уточек они сделали разноцветных и уродливых слизней, а вместо дротиков были метательные ножи. Самым главным и самым приятным было то, что их палатка располагалась прямо в самом начале ярмарки, так что все обещали с ним зайти. Учитывая то, как они бились за это место… Они выстроили очередь обслуживания — первыми должны были быть Юджин с Пагсли, потом остальные двое. И так по кругу. Но в итоге ярмарка сорвалась — весь день лил дождь, и к ночи весь двор Невермора был просто в ужасном состоянии. В тот день Пагсли так и не понял, он грустит из-за отмены ярмарки или того, что он не сможет пообщаться с Юджином наедине.       Вдруг, его мысли прервал чей-то тихий болезненный стон.       Пагсли, тут же забывая о чем думал, нахмурился и прислушался. Кто-то, издавший звук, начал что-то тихо бормотать.       Аддамс медленно и тихо сел на кровать, оглядываясь. На других кроватях вроде было тихо. Все мирно спали. Парень уже начал думать что ему послышалось. Готовясь лечь обратно, он вдруг снова услышал чей-то невнятный голос. Слова с каждой секундой становились все четче, а говорящий голос все громче. Пагсли снова оглядел кровати и не заметил ничего странного. Тогда он свесился вниз для проверки Юджина. И, как оказалось, не зря.       Тот, нахмурившись, слабо махал руками и бормотал что-то странное и несвязное.       — Лес… Уэнсдей… Я…       Пагсли ничерта не понял. На всякий случай он как можно тише спустился вниз и сел на стул, стоящий возле кровати Юджина. Оттингер, в свою очередь продолжал вести себя не совсем естественно. Наблюдая за ним, Пагсли невольно задумался, что же могут подумать о них другие, если кто-то встанет сейчас. Наверное, со стороны это выглядело странно.       Но странность — второе имя изгоев.       — Нет!       Вдруг Юджин проснулся, резко вскакивая со своей кровати. Через секунду он обессилено сел на кровать, тяжело вздыхая. Заметив состояние парня, Пагсли тут же метнулся за бутылкой воды к столу Юджина. Тот, кажется, даже не заметил, что возле его кровати кто-то сидел.       Прибежав обратно, Аддамс тут же сунул бутылку в чужие руки. Оттингер в ответ на это лишь отмахнулся и закрыл глаза, стараясь привести дыхание в порядок. Пагсли молча наблюдал за ним, молча надеясь, что сейчас все придет в норму.       Но Юджину не становилось лучше.       Его руки не прекращали дрожать, а дыхание так и не восстанавливалось. Наоборот, с каждой секундой все больше и больше создавалось ощущение, что он начал задыхаться.       — Эй, Юджин? — Пагсли, начав нервничать, сел рядом с парнем и вновь попытался дать ему воды.       Он знал, что кошмары вызывают позитивные чувства только у их семьи и, может быть, у каких-нибудь других необычных семей. Но для Юджина и других нормальных людей кошмары это что-то плохое. Что-то неприятное. Что-то страшное, с чем не хотелось бы столкнуться. И самым неприятным во всей этой ситуации было то, что Пагсли совершенно не знал что делать.       Юджин так и не принял воды. Даже не ответил. Пару минут назад он отмахивался от нее, мотая головой, и хоть как-то откликался на чужие слова. Но сейчас он просто никак не реагировал. Он просто продолжал что-то бормотать и сильно дрожать. Даже для Аддамса это показалось нехорошим знаком.       — Юджин?       Ответа вновь не последовало. Со стороны парня лишь доносились бесконечные повторы: «хайд… лес…». Юджин судорожно продолжал шептать, не обращая внимания ни на что вокруг.       Это пугало.       Не выдержав всего этого, Пагсли решил действовать чисто интуитивно. Он, не сомневаясь ни секунды, прижал парня к себе, крепко обнимая.       И это помогло. Оттингер начал шевелиться, а несвязные бормотания потихоньку становились все тише, после вовсе исчезая.       — Пагсли… — едва слышно произнес Юджин. — Мне страшно… Мне так страшно…       Голос парня все еще чертовски сильно дрожжал, из-за чего слова было трудно разобрать. Но главным для Пагсли было совсем понимание чужой речи. Самым главным было то, что он начал говорить и чувствовать.       Внезапно Аддамс почувствовал робкое касание к своей спине. Чужие руки, обвив его с двух сторон, прижали его к себе. Холод чужих ладоней на спине непривычно ощущался через тонкую пижаму.       Будто Юджин касался его души.       Пагсли ничего не говорил и никак не реагировал. Слова сейчас однозначно были лишними. Он просто молчал, обнимая парня и давая понять, что он не один. Потому что Аддамс рядом. И будет рядом всегда, если понадобится.       Лишь через несколько минут Пагсли почувствовал, как парень отстраняется, убирая руки. Юджин, обнимая самого себя за плечи, посмотрел на него. Они на секунду пересеклись взглядами.       Пагсли увидел в чужих заплаканных глазах усталость. Немного тревоги. И… Доверие? Обычно ярко сияющие карие глаза Юджина сейчас выглядели тускло и утомленно. Радовало то, что в них больше не виделась паника вперемешку со страхом.       Юджин же увидел черные глаза, полные счастья и радости. Он тут же нахмурился, опустив голову. В его мыслях в ту же секунду проскочил их диалог в первый день знакомства.       «Так круто!»       Именно такими словами Пагсли отреагировал на его слова о том, что ему до сих пор снятся кошмары с хайдом. Конечно, не ему ведь пришлось пережить нападение и кому в возрасте 14 лет. Пагсли никогда не будет воспринимать такое всерьез.       Виня себя за то, что показался таким слабым в чужих глазах, и готовясь отправлять Аддамса обратно к себе, Юджин вдруг услышал чужую речь.       — Я так рад, что ты в порядке сейчас.       Это были… не те слова, что Оттингер ожидал услышать. Он думал что Пагсли сейчас вновь скажет что-то в духе «это было классно» или «я тоже хотел бы увидеть такой кошмар». Но это…       Юджин снова поднял глаза, и на этот раз вместо восторга и любопытства, увидел в глазах напротив тепло, понимание и заботу. Почему ему стало спокойнее после взгляда этих черных глаз?…       Он едва заметно улыбнулся на это и тут же получил широкую улыбку в ответ. Все проблемы на пару мгновений исчезли, оставляя лишь уверенность в том, что даже если кошмары вернутся — кое-кто будет рядом. Оглядевшись вокруг, Юджин осознал, как близко они сидят друг к другу, так что он тут же резко отодвинулся. Парень фальшиво закашлялся, пытаясь скрыть общее смущение.       — Спасибо… Что не оставил меня одного. Я ценю это.       И когда Юджин, неловко, но искренне улыбнулся, вновь поднимая на него глаза, полные благодарности, внутри Пагсли что-то щелкнуло.       Именно в тот момент он, кажется, понял что впервые влюбился.