Продаётся

***

Я сидел на берегу реки и смотрел на воду. Я умирал. Умирал от голода, безразличия окружающих и собственной никчемности. Наверное, это была та единственная смерть, которой я достоин. Сил на истерику и попытки что-то исправить уже не было, как бы я не цеплялся за жизнь. Идеи ограбить первого встречного оказались тщетны и бесполезны, как и все моё существование. Я просто ждал смерти, как вдруг за моей спиной раздался очередной рев мотора и шорох колес по не самой оживленной трассе, а затем затормозил мотоцикл. На нем сидели двое, и если сначала я принял их за парочку, то теперь было ясно видно — они оба парни. Парень за рулём был низкого роста, рыжим, с пронзительным синим взглядом и шляпой на голове. Пассажир был худощав, высок и одет в стиле тотал-блэк, — только выглядывающая из-под чёрного плаща белая рубашка с рюшами была не черной. Белыми же были концы двух кисточек-прядей, обрамляющих его лицо. Они явно были выкрашены в такой цвет искусственно — остальная шевелюра, в цвет одежды, была чёрной. — Кажется, мы ищем именно этого юношу, а, Рю-кун? — вальяжно заметил водитель и названный Рю-куном молча кивнул. Он слез с мотоцикла и медленно, как к дикому зверю, начал приближаться ко мне. Я нутром чувствовал угрозу, но никак не мог понять — они искали… Меня? Это какая-то ошибка. Я никому не нужен и меня незачем искать. Заходящее солнце золотило кожу Рю, как, видимо, звали черно-белого парня, а он все приближался. Я чувствовал легкий страх, но его затмевало бессилие. Я очень не хотел умирать, но на жизнь сил уже не оставалось. Плащ этого Рю как-то странно и неестественно качнулся, потянулся в мою сторону… Больше я ничего не помню. Провал в памяти, а очнулся я прикованным за руки к стене в каком-то подвале. В полной темноте, страшной тишине и абсолютном непонимании, в чем же дело, я попробовал было позвать… «Кого нибудь». Долгое время ничего не происходило, как бы я ни кричал. В прочем, вскоре я не мог уже и кричать — силы полностью покинули меня. Когда же я совсем отчаялся перед неминуемой смертью получить хоть какие-то ответы на переполнявшие меня вопросы, Рю и водитель пришли в этот подвал, в место моего заточения, спокойно разговаривая. — Эй! Кто вы?! Зачем я вам?! — сразу же начал хрипеть я. — Мы здесь не для того, чтобы отвечать на твои вопросы, оборотень, — холодно одернул меня Рю. — Оборотень?! Вы с кем-то меня перепутали! Я никакой не Оборотень! — закричал я вновь прорезовшимся голосом, но они смотрели на меня, не веря ни слову — так смотрят на человека, который зачем-то пытается ввести других в заблуждение относительно давно доказанного и очевидного факта. — Вам нужен не я! Рыжий, ни слова не говоря, достал из висящей на его плече сумки какой-то контейнер, после чего вскрыл. Я моментально почуял восхитительный запах варенного с какими-то специями мяса, а после этого снова провалился в забытье. Очнулся я от того что рыжий парень тряс меня за плечи. Решётка была все еще заперта а Рю стоял по другую её сторону — это рыжий как-то пробрался внутрь. Более того, внутри оказался большой лист металла, стены были исцарапаны, а сам рыжий выглядел чуть запыхавшимся. — Ну что, успокоился, котик? Нет, Рю, и он ещё будет утверждать, что не оборотень! Так здорово меня погонять, это надо умудриться! — голос был спокойным и насмешливым, а то, что я вначале принял за отдышку, было просто очень громким дыханием. Странно, но я больше не участвовал убивающего голода и усталости, скорее я был полон энергии и доволен. Подняв меня едва ли не за шкирку, а скорее всего именно за неё, рыжий потряс меня ещё разок и, убедившись, что я пришёл в себя, взял за руку. Вернее, мне показалось что он взял меня за руку — на самом деле в тонкой и аккуратной ладони этого невероятно сильного парня (он держал меня на весу ОДНОЙ РУКОЙ! Я и не думал что такое возможно) оказалась… Лапа. Тигринная лапа с длинной, грубой шерстью, свалявшейся комками, туповатыми чёрными когтями, подломавшимися по краям, и шершавыми подушечками. Я закричал и задергался, пытаясь отпрыгнуть. — Кажется, он ничего не помнит о своих превращениях, — вздохнул Рю. — Кто бы хотел это помнить… — пробормотал я. Значит… тигр все это время был не за моей спиной, а еще ближе? Неожиданно меня ударили. Рыжий парень так саданул мне ногой в живот, что я отлетел к стене этой клетки, после чего подошёл и встал надо мной. Медленно, как хозяин положения. Поднял меня за шиворот так, что стало трудно дышать. — Слушай сюда, малой. Способности мы не выбираем и не просим — но в наших силах научиться их контролировать. Мне лично плевать, помнишь ты о том, как пытался порвать меня на куски или нет, и понимал ли ты, что делаешь. Это ТЕБЯ должно волновать, как бы из-за обиды на тебя этот зверь не убил кого. Потому что если бы я и Рю оказались слабее — ты остался бы в этой клетке умирать. Без еды. Без воды. Без возможности позвать на помощь. Это ТЕБЕ нужно дружить со своим даром и управлять собой. Ты можешь сколько угодно мямлить, что не хочешь о нем знать — от этого тигр только разозлится! — горячо говорил рыжик. Его глаза невероятного синего цвета почти горели. — В твоих силах и в твоих интересах его успокоить, если не хочешь сдохнуть. Он швырнул меня на пол. Развернулся так, что плащ, накинутый на его плечи, заколыхался в воздухе. И быстрыми, громкими шагами, покинул клетку. *** Все следующие часы я оставался на полу, поджимая к себе ноги и думая. Тигр всегда был моим проклятьем, сколько себя помню — он мешал мне, рушил все, что у меня было. Я ненавидел его и мечтал, чтобы он умер. Мне он никогда не был нужен. Но ведь я сам подвергался ненависти от того, кто должен был защищать меня! Мне желали смерти, мне говорили, что моя жизнь будет ужасной! Наверное, я был проклятьем для приюта… Да нет, не наверное. Я был тем, кто мешал, рушил все, что вокруг меня было, не был никому нужен, ведь тигр — это я! Наверное — это моя судьба, быть таким. Точно таким же, как тигр. Тигром.