Теневая звезда

Жить в одном теле — как быть вечно пьяным клоуном на похоронах. Особенно в этой бетонной коробке под названием "хрущевка". Особенно когда сосед по черепушке — маньяк с цирковой палкой вместо мозгов. Мы научились... делиться. Иногда я — Вару. Вижу мир через призму сарказма и боли. Иногда — Джокер. И тогда все — дикий, кровавый фарс. Чаще — мы. Голоса сплетаются. Движения — помесь моей сдержанности и его конвульсивных плясок. Бабка Аня снизу (считает нас "Ваней-шизофреником") принесла нам сосиски. Мы ее обожаем. Она — луч света в этом царстве уныния и запаха кошачьего туалета в подъезде. КД/В (Стоим на балконе, жуем сосиски, смотрим на соседний дом): Вон там, Ватрушка. Третий этаж. Окно с уродливым кактусом. Чувствуешь? Тухлый запах... королевского чванства. И страха. Как будто Пик рядом. В/КД: Да. Слабо. Как вонь от его мантии после битвы. И другие... Куромаку с его дурацкой дисциплиной... Эмма с ее ледяной пошлостью... Проклятие, они ВСЕ тут! Федор свалил нас в одну помойку! КД/В (Широко улыбаясь, сосиска торчит изо рта): Идеально! Значит, месть будет комплексной! Сперва Федя... потом они! Начнем с Пика? Он же так по тебе... тоскует! Хи-хи! В/КД (С отвращением): Сначала Федор. Он — корень зла. А Пик... (внутренняя дрожь) ...подождет. Надо понять, где Федор. И как выжать из этого мира хоть каплю силы. Мы нашли его след в "компьютерном клубе" у подъезда. На экране древнего монитора мелькнул символ — стилизованный Чистый Аркан. На долю секунды. Джокер почуял слабый, но знакомый смрад творца. КД/В (У ларька с шаурмой, говорим продавщице): Две шавухи покрупнее, красавица! А не подскажете, где тут у вас... чудаки живут? Которые книжки старые читают? Или с картами шарлатанят? Может, Федором звать?* Продавщица (Жуя жвачку): Федор? А, этот тихоня с пятого этажа? В сорок пятой квартире. Очки носит, книжки листает. Мужик как мужик. Только взгляд... стеклянный. Как у вас, Ваня, когда вы не в себе. В/КД (Внутри, ликуя): Бинго! Федя-старичок! Готовь ноздри, мы идем за кишками! КД/В (Продавщице, сладко): Спасибо, прелесть! Вы — гений! Это будет... НЕЗАБЫВАЕМО! Мы идем к дому. Наше сплавленное сердце (кусок черно-алой карты в кармане) бьется в такт шагам. Алый и черный огонь смешивается. Мы — Обида и Хаос. Мертвый валет и бессмертный шут. В одном теле. С одной целью. И где-то на пятом этаже ждет старик, не ведающий, что его "нейтральная территория" станет эпицентром цирка ужасов.