Fcd

нее На руках все Карты Часть I: История без главного героя Отказ от ответственности: «Наруто» не принадлежит мне. № 1 появился на первом курсе. № 1, украшенный оранжевыми листьями, был подарен ей её другом и соседом Кибой Инузукой. «Можешь передать это Ино вместо меня?» Ну, то, что он был подарен ей, не обязательно означает, что он был предназначен для неё. ... Быстро иди к моей машине. - Киба Застёгивая свой персиковый рюкзак, Хината почувствовала, как от прочитанного у неё перехватило дыхание. Его машина? — подумала она, слегка наклонив голову, чтобы чёлка упала на лоб и не мешала смотреть на почти пустой класс. У него снова закончился бензин? Она провела большим пальцем по экрану телефона, задумалась, как часто делала в последнее время, а затем вышла из класса, как только прозвенел последний звонок. В коридорах было полно учеников, которые оживились после окончания занятий, и ей пришлось прижаться к стене, чтобы ни с кем не столкнуться. Пролистывая контакты, она надеялась, что Кибе не нужна срочная помощь. С такой скоростью ей понадобится немного времени, чтобы добраться до парковки. Но прошло пять минут, а от подруги не было ни звонка, ни сообщения. Хината вышла из здания. Она поправила рюкзак, убедилась, что сумка надёжно висит на плече, и направилась к парковке для первокурсников. Там было полно народу: студенты спешили разойтись, чтобы не попасть в пробки после уроков. Хината лавировала между машинами, наконец нашла номер Неджи и уже собиралась позвонить, но наткнулась на вызывающе красный Jeep Wrangler Кибы. Он стоял, прислонившись к двери, засунув руки в передние карманы толстовки. На его губах играла мрачная улыбка. Хината почувствовала, как у неё заколотилось сердце. «О-о, Киба!» — позвала она, подбегая. Её друг поднял голову и увидел её, и его хмурое выражение лица сменилось широкой улыбкой. Но она не повелась. Его обычного восторженного приветствия не было — должно быть, что-то случилось. «Т-тебе снова не хватает газа? С-стоит ли мне з-звать Н-Неджи? У меня есть его н-номер, если...» "Вообще-то, Хината". Он немного наклонился вперед, чтобы почесать затылок. "У меня есть кое-что для тебя". Дать? И всё? Она в замешательстве сунула телефон в карман. Тогда что же было с... Слегка прищурившись, Хината внимательно посмотрела на подругу. Подожди. Это было... Он покраснел? Внезапно она всё осознала. Толпа рассосалась, и в зоне для первокурсников стало относительно пусто. Другими словами, они были одни — вместе. Он покраснел, он был парнем, а она — девушкой, и они были друзьями, и она видела это миллион раз! Так было в манге, прямо перед тем, как лучший друг детства признался в любви... в любви... О боже. И то, что он отказывался смотреть на неё, не помогало. Прочистив горло, Киба вытащил из кармана оставшуюся руку и показал белый конверт. Хината почувствовала, как солнце обжигает её, а асфальт притягивает к себе. Она нервничала, была сбита с толку и не уверена в себе, и это — это не могло происходить на самом деле! Это был Киба! Киба не... он никогда не видел её в таком... Хината почувствовала слабость и больше всего на свете хотела исчезнуть, но потом... Он что-то сказал об Ино. — Ч-что? — Она моргнула, пытаясь встретиться с ним взглядом, которого он упорно избегал. Подожди. Она посмотрела на конверт и красные блестящие наклейки в форме сердечек, которые были беспорядочно наклеены на его обратной стороне. Что? — Т-ты хочешь, чтобы я... д-дала это... И-Ино? Киба натянуто улыбнулся. «А ты не можешь?» Его тёмные проницательные глаза блуждали, пока наконец — наконец-то — не встретились с её взглядом. «Мне правда нужно объяснять, Хината?» Нет, не сделал. Она просто... не поняла. Дело было не в том, что ему нравилась Ино — потому что кому бы она не нравилась? Она была красивой и жизнерадостной, дружелюбной со всеми и совершенно одинокой. А у Инудзук и Яманак были домики для отдыха, расположенные совсем рядом (Хината знала об этом — она бывала в обоих), так что Киба и Ино были относительно хорошо знакомы. Ответ на вопрос Почему Ино? был очевиден. Но что смущало Хинату, так это... почему он сам не мог отдать ей письмо? Если она что-то и знала о Кибе (а должна была, ведь они дружили целых семь лет), так это то, что Киба был не из тех, кто отступает перед трудностями или дуется, поджав хвост. Он был бесстрашным, громким, дерзким; для него было необычно вести себя так неловко и застенчиво. Почему он так нервничал? Неужели, подумала она, глядя на конверт, это так важно для него? «Хорошо, К-Киба», — сказала она, беря письмо с признанием обеими руками. «Т-ты можешь на меня положиться!» Его ослепительная улыбка была просто невыносима. «Спасибо, Хината!» — он взъерошил её короткие волосы, из-за чего чёлка снова упала ей на глаза. Это был тот самый энтузиазм, который она знала и любила! Киба полуобернулся, запрыгнул в свой джип и умчался прочь. Хината смотрела вслед удаляющимся задним фонарям, сжимая в пальцах края конверта. Прикусив нижнюю губу, она сунула письмо в сумочку и пошла искать машину своего кузена. ... На следующий день в женской раздевалке Хината поняла, почему Киба дал ей такое задание. Писать письма с признаниями было так нервно — и, чёрт возьми, это ведь не она признавалась! Натянув куртку поверх спортивной формы, Хината медленно достала письмо из рюкзака и направилась в дальнюю часть раздевалки, где висело большое зеркало над стойкой и двумя раковинами. Там Ино Яманака и Сакура Харуно рассматривали своё отражение и завязывали свои длинные светлые волосы в высокие хвосты. Хината стояла и смотрела на них, борясь с собой. На самом деле она не стеснялась. Ино и Сакура были её подругами, и с ними она чувствовала себя комфортно. Просто... она нервничала из-за письма и не хотела подводить Кибу. И ты не отдашь, напомнила она себе, пытаясь придать себе уверенности, если просто отдашь его Ино. Резко кивнув, она подошла к Ино и протянула конверт. "З-здесь," — сказала она. "Это т-тебе." Ино отвернулась от зеркала, её голубые глаза сверкали от любопытства. Сакура наклонилась, заглянула через правое плечо Ино и удивлённо хмыкнула. «Ну и ну», — задумчиво произнесла она. Ино перевернула конверт и ухмыльнулась, увидев наклейки в виде сердечек. «Ой, Хината, не стоило». Хината, ахнув, попыталась что-то объяснить, но Ино уже вскрыла конверт. Внутри был сложенный листок из блокнота. Сакура практически положила подбородок на плечо Ино, пока та разворачивала листок и читала письмо, с каждым словом расширяя глаза. «Киба... написал это?» — Чёрт возьми, — прошептала Сакура. Хината играла с манжетами на рукавах своей куртки, не уверенная, была ли их реакция хорошей или плохой. Вторичное смущение овладело ее чувствами, и она испугалась за гордость Кибы. Ее друзья ни в коем случае не были злонамеренными, но они не только поглощали сплетни, но и распускали их. Она была уверена, что через несколько дней содержание письма Кибы будет шепотом распространяться по коридорам. О нет. Пот стекал по её шее. Что мне делать? Сакура выхватила письмо из рук Ино, которая возмущённо зашипела, и перечитала его. «Не могу в это поверить. Пёс Дымоквлюблён в тебя!» — Заткнись, Сакура! — Ино сдула прядь волос с лица и повернулась к Хинате. — Он правда дал тебе это? Чтобы ты отдала это мне? Хината кивнула. Сакура мечтательно вздохнула. «О, он такой застенчивый! Тебе так повезло, Ино. Даже такие здоровяки, как Киба, от тебя без ума!» — Сакура, отстань! — Ино нахмурилась и забрала у Сакуры письмо. Она бросила на него беглый взгляд, прежде чем положить обратно в конверт. Мягкость, с которой она это сделала, вселила в Хинату надежду, о которой она даже не подозревала. — Не говори мне о болванах, когда Наруто преследует тебя с шестого класса! Хината вздрогнула, а Сакура побледнела. Они обе решили промолчать. Ино была милой, но когда злилась, то становилась острой на язык. Потирая виски, Ино попыталась улыбнуться Хинате. «Спасибо... за то, что подарил мне это. Я имею в виду, что это, наверное, лестно. Я просто — я имею в виду, ну — я не знаю. Мне нужно во всём разобраться». — Ни за что, — сказала Сакура. — Ты это серьёзно? «Нет, ты тупица! Но я не могу просто растоптать его сердце!» Оглянувшись на зеркало, Ино поправила волосы и шорты, а затем направилась к двери, ведущей из раздевалки. Хината и Сакура последовали за ней. «Мне нужно подумать и решить, как — ну, ты понимаешь — красиво его бросить». О, Киба, — подумала Хината, чувствуя, как в груди нарастает чувство вины. Мне так жаль. ... Она ошибалась: сплетни о письме с признанием Кибы просочились в сеть и распространились не за несколько дней, а за несколько часов. К обеду, казалось, об этом знали почти все. С подносом в руке Хината прошла в заднюю часть школьной столовой. Она нашла Кибу в углу, ссутулившегося, опустившего плечи к земле. Не нужно было разбираться в сплетнях, чтобы понять, что произошло. Я думаю, Ино что-то поняла, подумала Хината, садясь на скамейку напротив Кибы, который даже не потрудился поднять на нее взгляд. Ее сердце упало при виде убитого горем выражения на лице подруги. Если бы я только мог как-то помочь... Хината ёрзала и путалась под ногами, пытаясь справиться с неловкой ситуацией. Она прикусила нижнюю губу и попыталась снять пищевую плёнку с вилки, но дрожащие пальцы не справлялись с этой задачей. Прошло с минуту, а потом загорелая рука протянулась к ней, и она отдала вилку Кибе, прошептав «спасибо», когда он с лёгкостью снял с неё плёнку и протянул ей. — Итак, — начал он, ковыряя лазанью своей вилкой, — полагаю, ты уже в курсе. Так и было. Трудно было не заметить. Но даже если бы она этого не заметила, его лицо всё сказало бы ей. Зачерпнув немного консервированных персиков, она попыталась придумать, что бы такое сказать, чтобы утешить его, но не вызвать у него жалость. Но её размышления прервались, когда слева и справа от Кибы плюхнулись на землю два мальчика. «Киба, братан, ты правда признался Ино!? » Одним из этих мальчиков оказался Наруто Узумаки, энергичный блондин и тот ещё крикун. Хината покраснела и опустила взгляд в тарелку. Киба прорычал: «Хочешь рассказать об этом всему миру, придурок?» «Эй, не злись на меня только потому, что она отвергла тебя!» Возможно, это было не самое лучшее, что можно сказать. Хината резко подняла голову и увидела, как Киба отвел назад правую руку, сжатую в кулак до побеления костяшек. Она наклонилась вперед, собираясь возразить, и протянула руку, чтобы дотронуться до него, но ее опередили. Другой мальчик, Рок Ли, схватил поднятую руку и крепко похлопал Кибу по плечу. «Не волнуйся, друг мой», — сказал он, широко и весело улыбаясь. «Как говорится, в рыбе много морей!» Киба вздохнул и расслабил руку. «Дело совсем не в этом, Ли». «Да, даже я знаю это», — сказал Наруто. После этого разговор каким-то образом перешел от Ино к домашним заданиям, спорту и сплетням. Хината улыбнулся, когда Киба, казалось, вернулся к своему обычному состоянию, когда он дразнил и смеялся со своими друзьями. С ним все будет в порядке, подумала она. Он всегда был сильным и быстро приходил в себя, даже когда был ребенком. Просто на это требовалось время. Время и друзья рядом с ним. К счастью, у Кибы было и то, и другое. ... «Погоди, так ты действительно подарил Ино открытку?» Прошло тридцать минут, и Наруто, похоже, уже нарушил негласное правило. Хината увидела, что Киба нахмурился, и удивилась, почему он снова об этом заговорил. «Да. И что с того?» «Ну разве это не старомодно?» «И это говорит парень, который спел какую-то дурацкую песню, чтобы пригласить свою возлюбленную на выпускной». Ли, прожевывая остатки второй порции пасты, воскликнул: «О, я это помню!» Его глаза буквально заблестели от воспоминаний. «Какое чудесное представление, полное жизни и страсти. Кое-где немного фальшиво, но это был отличный способ донести мысль!» Наруто, покраснев, почесал затылок. «Да, ну — эй! Хватит менять тему!» Он снова сердито посмотрел на Кибу. «С чего ты взял, что нужно писать письмо?» «Может, хватит уже, Наруто?» — прорычал Киба. «Я просто написал письмо, ясно? Почему ты так пристал ко мне из-за этого? Ты же знаешь, какой я: если начну говорить, то уже не остановлюсь, и это будет похоже на дурацкое признание. Поэтому я записал то, что хотел сказать. Подумаешь!» Он воткнул вилку в лазанью, чуть не сломав её, и презрительно посмотрел на свой поднос. Затем он встретился взглядом с Хинатой, и его расстроенное выражение лица за несколько секунд сменилось на более застенчивое. «И, знаешь, если бы я набрался смелости или чего-то ещё, я бы просто признался Хинате. Это всё равно моё признание, даже если Хината признался Ино». «ЧТО?!» Внезапно на неё уставились ярко-голубые глаза, и от одного их вида она почувствовала слабость. «Хината, ты отдала это Ино?!» Она застенчиво кивнула, а Киба сердито посмотрел на блондина. «Наруто, клянусь, если ты не заткнёшься, чёрт возьми...» «Это потрясающе!» — Ли встал, обошёл столик в кафе и сел рядом с Хинатой. Она моргнула, а он ухмыльнулся. «Хината, пожалуйста! Не могла бы ты передать моё признание Сакуре?» — А? — вскрикнул Киба, когда Наруто подавился молоком. — Ты тоже написал? «Ну, пока нет». В глазах Ли вспыхнул огонь, и он решительно сжал кулак. «Но когда я это сделаю, в моих действиях будет столько страсти, любви, жизни и энергии, что ей просто придётся принять меня! О, я уже чувствую это. Я должен излить эти чувства на бумагу!» С этими словами он встал, перекинул через плечо свой камуфляжный рюкзак и выбежал из столовой. Киба и Наруто были ошеломлены, у них отвисли челюсти. Хината отодвинула свой поднос: от одной мысли о том, что ей придётся снова переживать волнение, которое она испытала, наблюдая за тем, как Ино и Сакура разглядывают письмо с признанием другого парня, у неё пропал аппетит. К тому же... ни для кого не было секретом, что не только Ли был влюблён в Сакуру. Взглянув через стол на блондинку, Хината почувствовала, как в груди у неё всё сжалось. Наруто оторвал взгляд от того места, куда убежал Ли, и натянуто улыбнулся. «Ну, — сказал он, нервно рассмеявшись, — ты же знаешь, как говорят: сердце выдаёт то, что оно выдаёт». Киба толкнул его локтем в живот и вздохнул. «Дело совсем не в этом, идиот». #197. Письмо с признанием № 197, переданное ей за трибунами в школьном спортзале, было небесно-голубым и без единой морщинки. Оно было таким же, как и все предыдущие, и она знала, что так и должно быть, но всё равно почувствовала, как у неё защемило сердце, когда она его получила. Мальчик, который передал ей письмо, нервно попрощался и ушёл, ни разу не оглянувшись, чтобы увидеть, как она ему машет. Большинство из них этого не сделали, но она решила, что будет продолжать в том же духе. Однажды кто-нибудь оглянется, и, надеюсь, она покажется им достаточно воодушевляющей, чтобы подбодрить их. Мальчик исчез, а Хината опустила руку, сунула письмо в сумку Louis Vuitton через плечо, защёлкнула её и вышла в коридор за спортзалом. Достав телефон из кармана джинсов, она включила его, увидела, что до начала занятий в клубе осталось четыре минуты, и быстро просмотрела список контактов, пока не нашла знакомое имя. Кольцо... кольцо... кольцо... «Привет, Хината. Как дела?» «Э-эй, Тентен, можешь выйти на минутку?» «Ммм? У тебя есть ещё одна?» — Да. ... Стоя перед дверью, увешанной плакатами различных спортивных команд Южного Конохагакуре, Хината провела большим пальцем по имени своего друга, написанному курсивом. У него красивый почерк. Её губы слегка изогнулись в улыбке. Дверь открылась. Тентен вышла в борцовском костюме, её волосы были собраны в два пучка. Её взгляд сразу же упал на конверт, и она прислонилась к дверному косяку. «Эй». Хината знала этот тон. Обеспокоенный и разочарованный. Он часто звучал в письмах. «Что на этот раз?» Хината протянул ей конверт и сказал: «Мы встретились за п-партой. О-он, э-эм, сказал что-то о том, что будет заниматься с тобой математикой». Тентен напевала, держа его перед лицом. Хмурое выражение не сходило с ее лица. "Трибуны, да? Намного более скрытные, чем другие". Тяжелый вздох, вырвавшийся у нее, заставил плечи Хинаты напрячься. - Как ты думаешь, Хината, когда они научатся? Эти мальчики — они трусы! Как они могут ожидать, что я буду с ними встречаться, если они сами не могут мне признаться!? Я не буду встречаться с парнем, который использует моих друзей, потому что они сами не могут — даже — ФУ!» Она сжала конверт, и он порвался. — Тентен, пожалуйста! — глаза Хинаты расширились. — Ты всё испортишь! «Да мне плевать. Меня уже тошнит от этих глупостей!» Разорванное письмо было брошено на землю, и Тентен фыркнула. Хината опустилась на колени и подняла его. Вот в чём была проблема с ролью посланника. Она понимала разочарование Тентен и желала своей подруге только счастья; но она также видела, как нервничал мальчик и как много усилий он приложил, вплоть до самого имени на конверте. Если бы он был там и увидел реакцию Тентен, он был бы убит горем! Хината не могла выбросить это из головы и, тяжело вздохнув, положила письмо на колено и попыталась его расправить. — О, Хината, — Тентен опустилась на колени, и в её глазах отразилось сожаление. — Прости. Я не должна была так поступать. — Она взяла письмо, встала и помогла Хинате подняться. — Я должна быть благодарна, да? Не у каждой девушки есть такое, как у меня, Ино или Сакуры. Я не должна разбрасываться такими вещами, как будто они ничего не значат. Но — гав! — Хината, это так раздражает иногда. Первые несколько были лестными, но теперь... я не знаю. Такое ощущение, что парни выбирают самый лёгкий путь. Я имею в виду, что признания должны быть трудными, верно? — Я... я не знаю, Тентен. На губах Тентен появилась горькая улыбка. «Верно». Она повернула голову и посмотрела через плечо. Из борцовского зала доносился шум. «Думаю, это наш сигнал, да?» Она помахала конвертом, зажав его между двумя пальцами. «Не волнуйся, я его прочту. Спасибо, Хината. Увидимся позже». Она развернулась на каблуках и закрыла за собой дверь. Хината посмотрела на время в телефоне, ахнула и поспешила в клуб. ... «Дай угадаю — у тебя ещё один». Всё ещё тяжело дыша (почему она выбрала шахматный клуб, который находится на другом конце школы?), Хината плюхнулась на стул напротив Шикамару Нары, президента клуба и своего хорошего друга. Он тоже был гением и, вероятно, знал, где она была, ещё до того, как она вбежала в комнату. — Д-д-да, — выдохнула она, снимая рюкзак и кладя его на пол. — С-с-спасибо. «Не за что извиняться». Он опустил взгляд на шахматную доску, и его глаза со скукой прищурились. Она задавалась вопросом, почему он выбрал этот клуб из всех остальных в школе. Когда он не спал в углу, то был рассеянным или скучающим. Разве это не противоположная причина для вступления в клуб? «Но ты действительно должен их отчитать». Это, конечно, та ещё головная боль. Она покраснела и кивнула. Киба сказал ей то же самое, но она была не из тех, кто отказывает людям в помощи. И в каком-то смысле ей было приятно, что она нужна, пусть и ненадолго. Улыбаясь от благодарности и наконец отдышавшись, Хината сделала первый шаг. Он сделал ход пешкой и откинулся на спинку стула. Некоторое время они играли молча, как обычно. Ни один из них не был разговорчивым. — Итак... сколько их? Вот почему, когда игра стала напряжённой (по крайней мере, для неё, потому что она была уверена, что у Шикамару уже готов миллион разных ходов), и он начал говорить, она растерялась. Выдвинув свою ладью вперёд и взяв его коня, она сказала: «197». Он наклонился вперёд и подпёр подбородок левой рукой, глядя на неё из-под полуопущенных век. «Ты близка к тому, чтобы стать самым романтичным человеком в мире». — А? — Что? «220». Он передвинул своего слона и взял её ферзя. Она прищурилась, глядя на доску и пытаясь сосредоточиться на игре. «К-как это...» «Проверить». Она посмотрела на своего короля, которому грозила опасность. Это было быстро. Обычно она развлекала его чуть дольше, прежде чем проиграть. Может, она была не в форме, а может, он успешно отвлекал её светской беседой. А может, и то, и другое. Скорее всего, и то, и другое. Она постучала указательным пальцем левой руки по колену и пробежалась взглядом по доске, пытаясь что-то понять. Она почти не заметила серьёзного блеска в глазах Шикамару, когда он опустил руку. «Сколько у тебя?» Хината хоть убей не могла понять, почему он спрашивает это. Он всё ещё пытался отвлечь её или это было простое любопытство? Но... она знала, что он прекрасно понимает ответ. Вздохнув, она передвинула своего короля влево, спасая его от ладьи, ферзя и слона Шикамару. Но, несмотря на то, что она только что спасла свою шкуру, он ухмыльнулся, как будто только что выиграл. Он передвинул своего коня, и ему не нужно было ничего говорить, чтобы Хината поняла, что она в полной заднице. «Ну?» — спросил он. «Ничего». — Ты уверен? Она покраснела. Он ведь не мог пытаться поставить её в неловкое положение, верно? Конечно, временами Шикамару мог быть нетерпеливым или предельно честным, но он никогда не стремился унизить кого-то. Так почему же он спрашивал её об этом? Почесав щёку, он протянул: «В конце концов, ты его получишь». Сделав шаг, она вздёрнула подбородок. Он пытается меня... подбодрить? — К-как ты можешь быть так уверен? Он постучал себя по виску, как будто это было единственным объяснением, которое ему требовалось. Она рассмеялась и указала на доску, ожидая его хода. Он продолжал ухмыляться, передвигая ферзя и загоняя в ловушку её короля. «Ты та самая девушка, которая получила почти 200 признаний. Кто-нибудь обязательно догадается». Уголки его губ дрогнули. «Кроме меня, конечно». Он откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, не сводя дымчатых глаз с её короля. «О. Кстати, мат». С тех пор как они вместе перешли в старшую школу, он задал ей всего один вопрос. Вместе, то есть в одно и то же время, а не вместе, как в вместе, потому что у него был свой мир, а у неё — свой, и так продолжалось три года. Но затем она увидела, как он приближается к ней на страницах её сборника стихов. И это был не тот случай, когда он просто проходил мимо её стола; это был тот случай, когда его холодный взгляд был устремлён на неё — не на её стол, не в её сторону, на неё, — и она чувствовала себя так, словно находилась в центре яркого прожектора. И когда он оказался рядом, перед ней, занимая большую часть её мира в тот момент, он сказал самую сбивающую с толку вещь на свете. «Вариация на тему слова «сон», 27–30. Знаешь ли ты его так же хорошо, как я?» Это случилось осенью в предпоследнем классе, когда Саске Учиха превратил её жизнь в ад. ... Чёрт, а как ещё она должна была ответить на что-то вроде этого? Чёрт, потому что он привлекал внимание, а Хината не привыкла к тому, что на неё пялятся все в комнате. Чёрт возьми, от его тяжёлого, непоколебимого взгляда ей казалось, что она сделала что-то не так. Но... я же просто сижу! И он тоже. Рядом с ней. И они сидели за одним столом. От одной этой мысли у неё закружилась голова, и Хината уставилась в свою книгу стихов, пытаясь сосредоточиться на словах, а не на его горящем взгляде, которым он сверлил её бок. Но эта попытка была тщетной, и с каждой минутой её желание читать угасало. Закрыв книгу, она взглянула на настенные часы. До начала урока английского оставалось три минуты, а она застряла. Саске Учиха всегда знал, как заманить свою жертву в ловушку. «Ответь на мой вопрос.» В её книге было стихотворение Роберта Фроста — «Стоя у леса в снежный вечер». Голос Саске напомнил ей это стихотворение. Она поджала губы и сложила руки на коленях. "Н-нет. Я-я не очень хорошо его знаю." Он краем глаза поглядывал на её книгу и, казалось, хотел что-то сказать, но вместо этого промолчал. Саске часто так делал, и другие люди вокруг него ходили на цыпочках в ожидании, гадая, что у него на уме, почему он не говорит то, что явно хочет сказать. Как ни странно, она не испытывала любопытства. Наверное, потому, что, честно говоря, рядом с ним Хинате было холодно. ... «Ублюдок!» Но однажды она испытала подобное любопытство с другим человеком. От крика Наруто в комнате стало светлее, и ученики, пытавшиеся выйти из класса, бросили на него неодобрительные взгляды, когда он проносился мимо них. Парта, за которой она сидела, задрожала, когда блондин ударил по ней руками, а Саске вздохнул и встал. «Почему ты не впереди? У тебя слишком плохое зрение, чтобы сидеть здесь!» — Какого чёрта? — Саске протиснулся мимо него. — С моими глазами всё в порядке, придурок. Наруто рассмеялся и последовал за ним. «Я шучу! Эй, Саске, что с тобой?» Хината смотрела, как они уходят — или почти уходят. Но Саске остановился у двери, прежде чем уйти. «Эй». Его ледяной голос звучал тихо, и не только потому, что они находились в другом конце комнаты. Но Хината всю жизнь слушала друзей, семью, правила, критику и признания, и её уши были просто натренированы улавливать тихие звуки. «Как там её зовут?» Наруто почесал затылок. «Кто?» Саске хмыкнул и указал на неё плечом. Она выпрямилась, когда голубые глаза остановились на ней и расширились, словно только что её заметили. «О, привет, Хината!» — он помахал ей, и она слабо помахала ему в ответ. Наруто ухмыльнулся, а затем бросил на друга неодобрительный взгляд. «Саске, тебе нужно время от времени вытаскивать голову из задницы. Она учится с нами с тех пор, как мы перешли в среднюю школу! По крайней мере, постарайся вспомнить её имя». «Я знаю её имя, — сказал Саске. — Я просто хотел узнать, знаешь ли ты». «А? Почему бы и нет...» Дверь захлопнулась, прервав фразу Наруто. Почувствовав, как расслабляются её плечи, Хината потёрла руки, покрытые мурашками. Потому что Саске был холоден, как зима, и Наруто тоже. ... Это было обидно, потому что раньше он был для неё летом. Неджи был страшным, потому что у него были глаза повсюду. За трибунами, в шахматном клубе, на четвёртом уроке английского с мистером Хатаке. «Что он тебе сказал?» Она только что закрыла за собой дверцу машины и даже не успела пристегнуться, как он уже следил за ней, словно ястреб. Она вздрогнула, встретившись с ним взглядом. — Кто-кто? «И то, и другое». Откинувшись на кожаном сиденье, она нажала на кнопку стеклоподъемника, чтобы впустить прохладный осенний воздух. Неджи умел создавать удушающую атмосферу в любом пространстве. Двигатель серебристого Porsche Boxster заурчал, но машина осталась на месте, а Неджи выжидающе посмотрел на нее. "Н-Н-Наруто передавал привет, — сказала она, — а С-Саске задал вопрос о моей б-книге." Нахмурившись, Неджи потянул рычаг переключения передач назад. Машина рванула вперёд. Хината почувствовала, как у неё сводит желудок. Под рёв двигателя Неджи пробормотал: «Когда он уже научится оставлять тебя в покое?» ... Давай сходим в «Макдоналдс»! Мне нужно выговориться. — Сакура Прочитав сообщение, Хината вытащила наушники и вытянула ноги на кровати. Она привыкла к спонтанным встречам с друзьями, и, поскольку был вечер четверга и все домашние задания были сделаны, она не видела причин отказываться от этой встречи. Она быстро отправила подтверждающее сообщение, вскочила на ноги и натянула худи поверх блузки. Выйдя из спальни, она сбежала по лестнице и натянула ботинки у входной двери. Она услышала, как в гостиной работает телевизор, и заглянула туда. Ханаби смотрела какой-то мультфильм. «Я иду с д-девочками», — сказала она младшей сестре, которая на время убавила громкость, чтобы её услышать. «Скажи Н-Неджи, если он спросит, пожалуйста». «И ты знаешь, что он это сделает». Закатив глаза, Ханаби увеличила громкость до максимума. Фары автомобиля осветили окно. Хината схватила сумку и вышла из дома. Холодный воздух обдал её лицо и защекотал нос. ... «Я НЕНАВИЖУ МАЛЬЧИКОВ!» — Сакура шлёпнула своей большой кружкой с колой по столу. Стол протестующе заскрипел, а салфетки на нём сдвинулись под напором Сакуры. Хината откинулась на спинку стула, а Ино, сидевшая у окна, фыркнула, жуя картошку фри. «Ну что ещё, Сакура? Саске в миллионный раз назвал тебя уродом, или Ли снова пытался с тобой заговорить?» Бросив на блондинку сердитый взгляд, Сакура выпалила: «Вообще-то, ни то, ни другое. Это снова чёртов Наруто». Наруто? Почему ей казалось, что сегодня она просто не сможет его избегать? В груди у Хинаты закололо, и она взяла в рот соломинку. Она увидела, что Тентен наблюдает за ней через стол. «Он стал ещё более надоедливым, — продолжила Сакура. — Сегодня он полностью завладел телефоном Саске и написал мне, приглашая встретиться в торговом центре. Ты знаешь, сколько времени я потратила на причёску, а потом оказалось, что всё это время это был Наруто!? Как он может не понимать и не оставлять меня в покое, чёрт возьми?" Она откусила от чизбургера, и соус барбекю растёкся по её блестящим губам. «Клянусь, за последний год он стал ещё глупее». "Вот почему тебе нужно завести парня", - сказала Ино, ухмыляясь. "Он отступит, как только ты будешь занята". Тентен закатила глаза. «Мы же говорим о Наруто, Ино. Он либо сделает то же, что и с Саске, и станет его лучшим другом, либо отпугнёт этого ублюдка, как он сделал с тем парнем — как его там? Саёри?» «Сасори». Тяжело вздохнув, Сакура опустила голову. «Это безнадежно. Он безнадежен». — Подожди, — Ино резко поднял голову. — А что, если у него появится девушка? Хината знала этот взгляд Ино — блестящий, отстранённый взгляд, который предвещал беду. У неё кровь застыла в жилах, и она надеялась, что ошибается — пожалуйста, Господи, пусть я ошибаюсь — но у неё было предчувствие, что она знает, о чём думает Ино. И, судя по испуганному выражению лица Тентен, она тоже что-то заподозрила. Вытерев рот салфеткой, Сакура спросила: «И кто бы стал встречаться с этим болваном?» «Я уверена, что желающих много». Ино повернула голову в сторону Хинаты. «Она уже много лет в него влюблена». — Эй, эй, — Тентен замахала руками перед подругами, словно пытаясь отогнать мысли, зарождающиеся в их хорошеньких головках. — Думайте рационально, ребята. Наруто нравится Сакура, и он добивался только её. Зачем ему встречаться с кем-то ещё? «Он бредит, Тентен, — сказала Ино. — Ему понравится любой, кто будет уделять ему внимание и у кого будет красивое лицо. Поверь мне, если бы у него была такая возможность, он бы ею воспользовался». Несмотря на румянец на щеках, Хината дрожала. «Э-э-э…» Она начала сползать в конец кабинки. «Мне н-н-нужно в т-туалет». Но прежде чем она успела уйти, к их столику подошли двое парней. Девушки подняли на них глаза, и один из них (высокий парень в футболке колледжа) почесал затылок и сказал: «Извините, что беспокою вас, дамы, но мы просто хотели узнать, не хотите ли вы пойти с нами в клуб сегодня вечером». Он оглянулся через плечо на столик, за которым сидели ещё трое парней. «О, и с нашими друзьями, конечно». Тентен хмуро посмотрел на них. «Мы старшеклассники». Другой мальчик улыбнулся. «Здесь нет алкоголя, так что они не будут списывать». Сакура встала и допила свою колу. «Да, пожалуйста! Мне нужно отвлечься от школы и всего такого». Ино в знак согласия подняла руку. «Я в деле». Мальчики выжидающе посмотрели на Тентена. «Ты идёшь, Хината?» — спросила она. Нет. Не потому, что она не хотела — хотя, в общем, было уже довольно поздно, и завтра у нее действительно был контрольный, — а потому, что она знала, что просто не сможет. Косых, вымученных улыбок, которыми одарили ее мальчики, было более чем достаточно, чтобы понять, что их приглашение предназначалось не ей. Итак, она протиснулась мимо них, не обращая внимания на тупую боль в груди, и сказала: "Я... Мне завтра рано вставать, с-так что я пойду н-сейчас". Она направилась к выходу, и Ино встала из-за стола. «Подожди, Хина!» — позвала она. «Давай я тебя подвезу». В нескольких метрах от неё она услышала, как за соседним столиком застонали и забормотали. Нажав на экран телефона, она показала приложение Uber, а затем развернулась и ушла. ... Дорога домой некоторое время была тихой. Затем её телефон пискнул, и на экране появилось сообщение. Ты в порядке? Тебе стоило пойти с нами в клуб. -Тентен Улыбаясь, она написала ответ. Я в порядке. Хорошего дня :D — Хината Через несколько секунд её телефон снова подал сигнал. Это из-за того, что сказала Ино? О Наруто. — Тентен В её руках оказался лёд. Они дрожали, и она едва могла печатать ответ. Нет. — Хината Вздохнув, она перевела телефон в беззвучный режим и посмотрела на проплывающий мимо мир. В отражении окна на неё смотрели её заплаканные глаза, напоминая, что даже после года побегов и переосмысления она всё ещё была слабой, странной Хинатой. «Прекрати», — прошептала она себе под нос, закатав рукава и потирая глаза. «Я… я думала, ты с этим справился». ... Ты плохо врёшь, Хината. — Тентен. В пятницу утром, за двадцать минут до начала занятий, она обнаружила Саске сидящим в библиотеке, прямо напротив того места, где она обычно сидела. И не только это, но и то, что он спал. Странно, подумала она, медленно, тихо занимая свое место на мягком стуле напротив дремлющего Учихи, я никогда не считала его человеком, который засыпает в школе. Она достала чёрную книгу в твёрдом переплёте и стала листать потрёпанные страницы, пока не нашла закладку. Эта книга стихов была у неё с десятого класса, и с тех пор она перечитывала её, наверное, сотню раз, но стихи по-прежнему казались ей волнующими, причудливыми или грустными. Иногда ей казалось, что книга слегка меняется при каждом перечитывании — как будто любовь становится слаще, или воспоминания — горько-сладкими, или зимы — «Ты это читаешь?» ... Холоднее. ... Волосы падали ему на лицо, а уголок рта был слегка влажным от слюны. Саске смотрел на неё сонным взглядом. И всё же он выглядел мрачным и задумчивым, и Хината решила, что это просто его стиль. Когда она промолчала, он подпёр подбородок руками и спросил: «Ты что?» «Р-что за чтение?» «Та, которую я хочу, чтобы ты прочла». Он сказал это так, будто это было очевидно, но это было совсем не так. Слегка опустив книгу, она вспомнила урок английского, его странный вопрос и задумалась, не об этом ли он говорит. Должно быть, так и есть. Они мало разговаривали, чтобы могло быть что-то ещё. Она покачала головой. Он нахмурился. «А почему бы и нет?» «А, э-э-э, потому что это в задней части, а я прошёл только четверть пути». «Значит, ты знаешь, где это, но не знаешь, что там написано». Саске выпрямился в кресле, закинул руки за голову и беззаботно посмотрел на неё. «Тогда просто переходи к этому». «Я… я не могу». Хината закрыла книгу и положила её так, чтобы Саске мог хорошо видеть текст на задней обложке. «Она, эм, п-предназначена для ч-чтения в хронологическом порядке. Если я… я перейду к концу, то, эм, я… я всё испорчу». Он повернул голову и вздохнул. «Чудак», — пробормотал он. ... «Ты точно странная, Хината! Но именно поэтому ты мне и нравишься!» ... — Привет, — Хината моргнула и снова сосредоточилась на Саске, который прищурился и снова отвёл взгляд. — Ты занят в это воскресенье? Что это за вопросы? Самое меньшее, что он мог сделать, — это плавно перейти к ним. Она покачала головой. «Хорошо», — сказал Саске. «Некоторые из нас — точнее, Наруто, Сакура и ещё кое-кто — собираются на рыбалку. А, и твой двоюродный брат согласился, так что они решили пригласить и тебя». Неджи собирался на рыбалку? Она не могла представить, почему он согласился на это — особенно учитывая, что рядом была куча Джуниоров. Но это был вопрос для другого раза. Если Неджи мог пойти, то и она могла, верно? «Я... я приду», — сказала она, не заметив, как изменилось выражение лица Саске, когда она убирала книгу в рюкзак. «Спасибо, что пригласили меня». Прозвенел звонок, предупреждая учеников, что занятия начнутся через пять минут. Они оба встали: Саске был похож на мраморную статую, а Хината чувствовала себя глиняным горшком. «Я не…» — начал он. «Все так делали». В воскресенье на большой круглой подъездной дорожке Хьюга припарковались три разные машины, а целая толпа подростков обменивалась багажом и пассажирами, чтобы освободить место. Киба приехал на своём ярком джипе, спереди сидел Шино, а сзади — Наруто с большим пластиковым контейнером. Тентен приехала на своём чёрном «Шевроле Блейзер», из окон которого практически торчали удочки. Синяя «Тойота Супра» Ино, казалось, была машиной для людей: в неё втиснулись Ли, Шикамару и Чоуджи. Ханаби выглянула в окно, пока Хината завязывала шнурки на своих походных ботинках. "Аааах. Сестрёнка, смотри! На улице так много людей!" Неджи прищелкнул языком, облокотившись на высокую входную дверь. «Хватит пялиться, Ханаби, это невежливо». В ответ она высунула язык. «Эй, эй. Хината, тебе лучше поторопиться. Одна из красоток, кажется, вот-вот взорвётся». «Мм? Кто?» Затянув узел, Хината встала и заглянула через голову Ханаби. Снаружи она увидела, как Сакура и Наруто возились с джипом Кибы — и, судя по всему, Сакура собиралась прижать Наруто к земле и сбросить его на бетонное покрытие. О боже, — подумала она, когда они с кузиной выбежали из дома. ... «Сакура, пожалуйста! Просто дай мне спуститься!» «Я НАдеру тебе задницу, Наруто!» «НЕТ! НЕ УБИВАЙ МЕНЯ!» «Эй!» — Неджи подошёл к джипу и презрительно посмотрел на дерущихся подростков. «Если вы будете вести себя как полные идиоты, охранники Хьюга вышвырнут обоих вас отсюда!» На него сверкнули острые зелёные глаза. «Но Наруто начал...» «Мне всё равно, Харуно. Я с этим покончу». Они съехали вниз, и Киба шлёпнул Наруто по затылку, накричав на него за то, что тот чуть не помял его машину. После этого атмосфера, казалось, стала более спокойной, и все начали готовиться к поездке. Хината неловко стояла в стороне, пока все вокруг нее рассаживались и передавали друг другу припасы из одной машины в другую. Честно говоря, она не обращала внимания ни на что, кроме нервного стука своего сердца, пока слева от нее не послышалось тихое гудение. Почувствовав, как волосы у нее на затылке встают дыбом, она резко обернулась и увидела, как Шикамару смотрит в небо, прикрывая рукой прищуренные от солнца глаза. «Почти никаких облаков, — пробормотал он, — как некстати». Хината улыбнулся. «Я не знал, что ты увлекаешься рыбалкой». — Я не... — сказал он, глядя на неё тяжёлым взглядом. — Ты знаешь, в какой машине сидишь? Она огляделась и заметила, что Неджи помогает Тентен сложить удочки, а Киба и Ли помогают Сакуре и Ино перенести всю еду в холодильник. «А там вообще есть место?» Шикамару ткнул большим пальцем в сторону «Супры» Ино и сказал: «Там есть место сзади, но тебе придётся сесть между мной и Чоуджи. Или...» «Саске, ленивая задница! Помоги нам!» Наруто распахнул заднюю дверь машины Тентен и вытащил оттуда Саске, который, судя по его виду, хотел оказаться где угодно, только не на улице. Он вырвал руку из хватки Наруто и пробормотал что-то, чего не расслышали даже натренированные уши Хинаты. Но по его хмурому взгляду и горящим глазам было ясно, что он зол, и они с Шикамару отвернулись от них. — Ага, — протянул Шикамару, засунув руки в карманы, — я так и скажу Ино, что ты поедешь с нами. Улыбаясь, Хината последовала за ним к машине. ... Но после неудачной попытки Хината оказалась не между Шикамару и Чоуджи, а в машине Тентен вместе с Неджи и Саске. Прижатая к груде столбов, некоторые из которых грозили упасть ей на колени при каждом повороте «Блейзера», она чувствовала, что в другой машине ей было бы комфортнее. Но Неджи тоже хотел, чтобы она ехала с ним, и, будучи человеком, который старается угодить другим, она согласилась без возражений. Сасукэ, сидевший напротив неё, постукивал пальцем по колену в случайном ритме и смотрел в окно, ни разу не взглянув на неё. Что, по её мнению, было странно, учитывая его недавнюю разговорчивость. Может быть, это была его новая тактика: окружить кого-то вниманием, а потом полностью игнорировать. Я на это ведусь? В любом случае на заднем сиденье машины было тесно и жарко, и Хинате казалось, что она вот-вот загорится. В перерыве между разговорами Неджи и Тентен о какой-то игре в бокс она, заикаясь, сказала: «Э-эм, не могли бы вы п-пожалуйста включить кондиционер? Мне немного жарко». Тентен ухмыльнулась, глядя на неё в зеркало заднего вида, пока Неджи поворачивал ручку, чтобы через вентиляционные отверстия поступал прохладный воздух. «Серьёзно, Хината? На улице градусов пятьдесят». Покраснев, Хината просто сидела, положив руки на колени, и радовалась, что в лицо ей дует прохладный воздух. Её плечи дёрнулись, когда в машину внезапно ворвался ветер, и она обернулась, чтобы увидеть, что Саске опустил стекло. — Что? — Он искоса взглянул на неё, не упустив ни одной детали. — Оно засунуто сюда. ... Озеро Коно находилось в сорока минутах езды от особняка, и каким-то образом причудливый пригород превратился в дикий, прекрасный лес. Едва выйдя из машины, Хината зашагала по листьям, согнула ноги в коленях и вдохнула прохладный свежий воздух. Вокруг были только оранжевые, красные и жёлтые краски, а солнечный свет отражался в изменчивых водах озера и танцевал между деревьями. Это было прекрасно. Но всё было прекрасно после того, как я почти час просидел в этой машине. Банде потребовалось около двадцати минут, чтобы всё подготовить. На траве расстелили одеяла, рядом поставили холодильник, а на каменистом берегу озера разместили корзины с наживкой и крючками. Несколько человек отправились рыбачить на ближайший причал, а остальные остались на пляже. Хината развернула шезлонг, который принесла для неё Ино, и поставила его немного в стороне от группы, надеясь, что так ей удастся поймать больше рыбы. Прикрепив к концу крючка яркую приманку, она забросила удочку и вставила её между двумя камнями, а затем откинулась на спинку стула и достала книгу. «Я думал, ты здесь на рыбалке». Саске стоял с собственным стулом на плече и пристально смотрел на неё своими тёмными глазами. Хината начала подозревать, что он специально искал её. Может быть, она была его главной целью, на которой он хотел опробовать свою новую стратегию. Она заправила за ухо прядь волос и сказала: «Я... я...» Он ничего не сказал, просто забросил удочку в воду и сел. Прикусив щеку изнутри, она посмотрела на воду, и её сердце забилось в такт волнам. «Не позволяй мне тебя останавливать». Он пожал плечами, указывая на книгу у неё на коленях. «Продолжай читать». Так она и сделала, и на мгновение стало слышно только отдалённое бормотание, шелест страниц и плеск воды. Затем — «Я имела в виду вслух». — Н-но рыба... Он фыркнул. «Они не испугаются твоего голоса». Я не это имел в виду. Поколебавшись мгновение и полностью осознав, что он не оставляет ей возможности возразить, Хината вдохнула прохладный воздух и начала читать. "Как это Были тканью из серебра Я надену, о судьба, твой серый плащ. И уйди, окутанная туманом, облачённая Как луна. ... Пятнадцать минут спустя она остановилась на середине стихотворения. В воздухе раздавался стук — зубовный. И исходил он от Саске. Заглянув в книгу, она увидела, что он дрожит и съежился, спрятав руки под мышками и опустив голову так, что подбородок упирался в ложбинку между ключицами. Ветер растрепал ей волосы, и она заправила их за ухо, прежде чем встать и снять куртку. — Т-так. — Она накинула его на плечи, заметив, что оно ему немного мало. Он нахмурился, но не стал его снимать. «Разве парни не должны так делать?» — Э-э-эм, я не знаю. Они такие? Он бросил на неё недоумевающий взгляд и отвернулся. «Не обращай внимания». ... Саске поймал пять рыб, а прошёл всего час. Он что, жульничает? Хината посмотрела на свой поплавок, поджав губы и в замешательстве нахмурив брови. Разве можно жульничать на рыбалке? Но это было странно, потому что они находились в одном и том же месте, использовали одни и те же приманки, а она поймала только одну штуку — и это была даже не рыба, а палка, которая зацепилась за её леску. Она уехала так далеко от всех, чтобы избежать конкуренции. Может, поэтому он здесь, — подумала она, на долю секунды задержав взгляд на его расслабленной позе и пустом выражении лица. Он крадёт мою рыбу. Или, — пришла в голову грустная мысль, рыбы здесь как мальчишки в школе: их больше интересуют другие люди. Глупая мысль. Она нахмурилась и начала подматывать леску. Не было смысла портить себе поездку такими мрачными мыслями. Выдохнув через нос, она стала наблюдать за тем, как поплавок скользит по поверхности воды, и краем сознания отметила, что ещё одна пара глаз делает то же самое. — Эй, — Сасукэ встал и подошёл к ней. — Ты положила приманку? Она уставилась на него, моргая. «Я... я должна была это сделать?» Он фыркнул, и на его губах появилась ухмылка. Он подтащил корзину с наживкой поближе. ... Семь минут спустя её поплавок ушёл под воду, и Хината никогда ещё не чувствовала себя такой напуганной и в то же время живой. «Что мне… что мне делать?» — спросила она высоким голосом, чувствуя, как по венам разливается адреналин. Она до побелевших костяшек сжала удочку. «Что мне… что мне делать?» Саске тут же оказался рядом с ней и тоже взялся за шест. «Подматывай», — сказал он, переводя взгляд с озера на её руки. «Не слишком быстро. И не сильно — ты порвёшь леску. Не забывай подтягивать. Давай, Хината, тяни!» Она делала это снова и снова, наверное, тысячу раз, пока окунь не подпрыгнул и не повис на её леске. Ей казалось, что глаза вот-вот вылезут из орбит, и она радостно заулыбалась. — Видишь? — пробормотал Саске, вытаскивая крючок изо рта рыбы. — Я же говорил, что не крал их. ... Когда обед был готов, все вернулись к машинам, чтобы поесть. Люди хвастались пойманной рыбой, делились фотографиями и рассказывали о своих уловах. Перекусывая сэндвичем с курицей, Киба толкнул Хинату локтем и спросил: «Ну что, поймал что-нибудь?» Хината улыбнулась и кивнула, раздвинув руки, чтобы показать размер пойманного окуня. Киба ухмыльнулся, а Наруто сбоку от него присвистнул. «Молодец, Хината! Я знал, что ты хорошо ловишь рыбу. Это твоё призвание». Киба фыркнул и рявкнул на Наруто: «Ты так говоришь, будто это оскорбление!» «Что? Не может быть!» Хината встала и извинилась, чуть не выбросив недоеденный сэндвич, но передумала. Она решила, что он может послужить хорошей наживкой, и направилась к своему месту для рыбалки. Вдалеке виднелся Саске, который решил поесть в одиночестве, а не вместе со всеми. Услышав, как Наруто заливается смехом, Хината почувствовала, как в животе у неё всё сжимается от тревоги, и пожалела, что не присоединилась к нему. «Привет, Хината». Она обернулась и увидела, что к ней подходит Шикамару. По его усталому взгляду Хината поняла, что большую часть пути он проспал, а не рыбачил. Она улыбнулась и повернулась к нему. «Ты поймал какую-нибудь рыбу?» — Не-а. Как я уже сказал, я не особо люблю рыбалку. — Его взгляд скользнул по её плечу, потемнел, а затем опустился к скалам внизу. — В общем, я пришёл спросить, закончила ли ты. Некоторые из тех, кто рыбачил, собираются поиграть в футбол на площадке для уборки, мимо которой мы проезжали, — той, что у входа. Они… ну, мы хотели узнать, не присоединишься ли ты к нам. Хинате казалось, что она разрывается надвое. Одна её часть слышала скрытое отчаяние в просьбе Шикамару. Он не хотел оставаться один с кучкой шумных подростков, играющих в мяч, и она чувствовала себя немного виноватой из-за того, что не смогла провести с ним время. Но она также понимала — ужасно понимала, — что Наруто будет одним из этих шумных подростков, и ей больше всего на свете хотелось избежать этой неловкости. «Мне п-простительно, — сказала она, виновато улыбаясь, — н-но я бы хотела порыбачить ещё немного». Он вздохнул и повел плечом. «Конечно, Хината. Только будь осторожна». Он развернулся и ушёл, а она продолжила свой путь к месту рыбалки. Будь осторожен? Но это всего лишь рыбалка. ... — С-Саске, — он резко взглянул на неё, и её сердце ёкнуло от неожиданности. — Н-некоторые из них собираются п-поиграть в футбол. Т-ты, э-э-э, не хочешь... «Я в порядке. » О. А она-то думала, что он предпочтёт что-то более активное, чем рыбалка. Она хотела сесть, но он встал и остановил её. — Эй, — он отвел удилище назад, приняв идеальную стойку, и указал на ее покачивающийся поплавок. — Спорим, я заброшу дальше, чем ты. Ах, — подумала она, улыбаясь и вытаскивая шест из расщелины между камнями, значит, ему сталоскучно. ... Солнце садилось, когда все решили, что пора расходиться по домам. Хината забралась в машину, подавляя зевоту. Не, сказала она себе. Если ты заснешь сейчас, то не сможешь заснуть, когда вернешься домой. Но как только машина тронулась и её начало плавно покачивать, глаза девушки отяжелели. «Привет». Саске повернулся к ней всем телом, больше не опираясь на окно. — Ммм? — промычала она. «Если ты уснёшь...» — он на мгновение отвлёкся, его глаза заблестели, а губы поджались. Она протёрла глаза и стала ждать. «...не упади на удочки». ... «Э? Хината, что ты читаешь?» «О-о-о! Э-э-эм, просто стихи, Н-Наруто». «Стихи, да? Круто! Они хоть чего-то стоят?» «Мне... они нравятся». «Мм. Когда-нибудь тебе придётся мне почитать. Только убедись, что это будут забавные истории!» «О-конечно! Я бы с удовольствием». ... Она проснулась от того, что по спине побежали мурашки, и увидела, что Сасукэ крепко спит рядом с ней, а её куртка накинута на них обоих. Вместе с «Исповедническим письмом № 211» пришла горечь, тяжесть, которую Хината надеялась больше никогда не испытывать. Нависнув над мальчиком, который опустился на колени и рылся в своём рюкзаке, наблюдая, как румянец заливает его уши, она схватилась за переднюю часть своего свитера, чувствуя, как горечь подступает к горлу. Это было больно. Почему она так себя чувствовала? «Спасибо, Хината», — прошептал подросток, доставая слегка помятый конверт и протягивая его ей, как рыцарь, преподносящий подарок королеве. Но она не чувствовала себя королевой. Совсем нет. Поджав губы, она кивнула и взяла письмо. «Я п-передам его ей завтра. Хорошего дня». Мальчик встал, ещё раз застенчиво поблагодарил её и ушёл. Возможно, она была слишком поглощена внезапным странным ощущением, чтобы услышать вздох, но тревога охватила всё её тело, и она стала очень внимательно следить за происходящим вокруг. Она резко подняла голову. Мальчик, пошатываясь, подошёл к двери класса, которая распахнулась, и в проёме появился Саске Учиха во всей красе. Он прищурил свои тёмные глаза, глядя на мальчика, а затем протолкнулся мимо него, напугав мальчика и заставив его поспешить прочь. И теперь в классе, полном мрачных мыслей, остались только они вдвоём. Хината сунула письмо в сумочку, а затем наклонилась, чтобы поднять с пола рюкзак и положить его на парту, рядом с которой она стояла. Она расстегнула передний карман, чтобы достать телефон. Саске небрежно стоял (как именно можно стоять небрежно?) в нескольких партах от неё, разглядывая её. Она не могла понять, на что он смотрит, но от тяжести его взгляда ей становилось не по себе. Так продолжалось какое-то время. Хината была не из тех, кто жалуется на моменты тишины, но почему все моменты, в которых участвовал Саске, были такими проклятыми напряжёнными? Но потом, спустя некоторое время, Саске, похоже, сдался. Он раздражённо подошёл к ней, вытащил из рюкзака знакомую куртку и сунул ей в руки. «Вот, — сказал он, сердито глядя в сторону, — ты оставила её в машине Тентен». На мгновение Хината задумалась, почему Тентен просто не вернула куртку. Она вспомнила тот вечер, когда их с Неджи подвозили до дома. Она была слишком сонной, чтобы что-то запомнить, но, кажется, ей привиделось, как её подруга и двоюродный брат обменялись какими-то странными взглядами. Наверняка в этом была причина. И, в конце концов, это ведь Саске одолжил куртку. Она осторожно вытащила его из его же кулака. «Спасибо тебе». Она расстегнула самый большой карман своего рюкзака, отодвинула несколько книг и положила туда телефон. От взгляда, которым одарил её Саске, у неё словно появились лишние руки. «На улице мороз». Я знаю. Это здорово. «Я-я надела с-свитер». Он выглядел потрясённым, и Хината не смогла сдержать улыбку. — Что? — выпалил он, явно удивлённый тем, что её забавляет эта ситуация. «Н-ну...». Было ли разумно рассказывать ему? Конечно, ничего ужасного не могло произойти. Она снова слишком много думала. За последнюю неделю она узнала о жизни Саске больше, чем за все предыдущие пять лет вместе взятые; этот рассказ был просто способом наладить с ним контакт, верно? Действительно ли я хочу наладить контакт с Саске? Она вспомнила озеро, его ухмылку, когда он видел недоумение в её глазах, когда ему удавалось поймать ещё одну рыбу, и подумала, что, может быть — скорее всего, — связь между ними была не такой уж плохой. «Т-ты, эм, напоминал мне одно п-поэму. А-а, эм, «Стою я в лесу в снежный вечер». Т-ты знаешь его?» Он нахмурился, услышав одно только название, и покачал головой. Машинально, без каких-либо указаний, её рука скользнула под стёганую куртку и вытащила чёрную книгу. Она открыла её на закладке, затем пролистала несколько страниц назад, пока не нашла название, напечатанное жирным шрифтом. Она улыбнулась ему, взглянув на него из-под ресниц. «Я… я нарушу своё правило только один раз, так что тебе лучше быть внимательным». Его глаза расширились (значит, у него не только два выражения лица, да?), и он сказал: «Подожди. Тогда тоже пропусти —» Его голос потонул в звуках её собственного голоса, когда она читала стихотворение, ощущая знакомый зимний холод в воздухе, вдыхая запах снега и хвои и чувствуя на языке привкус льда. Ещё недавно всё это исходило от Саске, от его глубокого голоса, способного заморозить сердце любой бедной женщины; но теперь, когда в её рюкзаке лежала куртка, пахнущая им, она могла представить его только посреди заснеженной тундры, замерзающего и выдыхающего горячий дым. Когда она закончила, на лице Саске появилось выражение, которого она никогда раньше не видела. Ну, вообще-то, она уже видела это выражение. Наверное, миллионы раз, просто никогда на его лице. Обычно оно появлялось на лицах парней, которые искали её с письмами в руках. Исповедь № 212. Их взгляды встретились. У Саске Учихи есть это? «Прекрасен лес, тёмный и глубокий». Эту строчку она перечитывала сотню раз, и она никогда не устаревала. Он просто произнёс её, и от его слов словно пошёл пар. «Ты так обо мне думаешь?» Тяжесть вернулась с удвоенной силой, сдавливая легкие и затрудняя дыхание. Что это было? Что это было такое? Что это был за голос, что это было за выражение лица? Что это было за чувство, что это была за ситуация? Это был не тот Саске Учиха, о котором она слышала и за которым лениво наблюдала из-за угла. Это был не тот жестокий, коварный парень, за каждым словом и движением которого стояла какая-то причина, будь то манипуляция или власть. Или... может быть, так и было, и она настолько глубоко увязла в его ловушке, что сама этого не осознавала. «Э-э-эм, н-н-ну, раньше да, н-но теперь нет». Успокойся, Хината, а то забудешь, как дышать! «Как так?» «Н-ну...» Она вспомнила, как он дрожал у озера и выглядел довольно жалко, и — как ни странно — улыбнулась. «Т-ты не можешь быть зимой, если так легко простужаешься». Брови Саске опустились, а губы недовольно скривились. «Полагаю, так и есть». Он пристально посмотрел на неё. Ей казалось, что она на сцене, в центре внимания, на первой полосе; она чувствовала себя главной героиней, принцессой, героем. Это чувство было таким непривычным, что она не могла описать его иначе, чем захватывающим дух. — Но... — продолжил он, лишая её возможности дышать, — ты же согреешь меня, верно? ... Она уже слышала этот тон. Не от него, а от окружающих её людей. От парней, мужей и друзей, когда они набирались смелости, чтобы признаться в своих чувствах; она слышала его от Ли с Сакурой, от Кибы с Ино и... И Наруто. Флиртует, — подумала Хината, краснея. Он флиртует со мной. И это было страшно, но не потому, что она не знала, что такое флирт (потому что она прекрасно это знала), и не потому, что она не знала, к чему он может привести (потому что она прекрасно понимала, что такое флирт), а потому, что в последний раз, когда кто-то флиртовал с ней, она остригла волосы. И это было, пожалуй, худшее решение в её жизни. ... Было почти десять вечера. В своей тёмной комнате, освещённой лишь экраном телефона, Хината чувствовала, что если она с кем-нибудь не поговорит, то у неё случится сердечный приступ. Её колено подпрыгивало на матрасе, и каждый раз, когда её мысли на миллисекунду рассеивались, она слышала в ушах горячий, прерывистый голос Саске. «Ты согреешь меня, верно?» Этого было достаточно, чтобы свести её с ума. Я не могу этого сделать. Она свесила ноги с кровати и встала. Мне нужно с кем-то поговорить. А поскольку был поздний вечер понедельника и речь шла о Саске, то был только один человек, с которым она могла поговорить. Заправив волосы за уши, Хината подошла к двум дверям, ведущим на мраморный балкон. Она прошла вдоль балкона и дошла до самого конца, откуда открывался вид на такой же большой балкон соседа. На другой стороне дремала большая белая собака, почти сливающаяся с мрамором. Хината прислонилась к перилам и свистнула. Собака подняла голову, и её глаза-бусинки заблестели в лунном свете. — Акамару, — проворковала Хината, когда пёс встал, виляя хвостом. — П-привет, малыш! Можешь привести Кибу? Акамару подпрыгнул на задних лапах и залаял, высунув язык и пуская слюни. Она хихикнула, и после ещё нескольких лаев дверь открылась, и Киба выглянул наружу. «Тише, парень! Ты всех соседей перебудишь!» Он подошёл и погладил собаку по голове, а та уткнулась ему в ногу и затихла. Киба закатил глаза и улыбнулся ей. «Привет, Хината. Немного поздновато, не так ли? «Мне... мне очень жаль, — сказала она. — Мне... мне просто нужно поговорить». Киба убрал руку с головы Акамару, взобрался на перила и перепрыгнул через них, чтобы сесть рядом с ней. «Я здесь». Она улыбнулась и наклонилась к нему. «Я... это, э-э-э, может показаться немного странным...» «Ой-ой. Что случилось?» Она теребила манжету своего блейзера, и румянец начал подниматься по её шее. Как ей это сделать, не опозорившись? «Ну, э-э-эм, это про... э-э-эм, п-п-парня». Киба тут же прищурился. «Что этот ублюдок Наруто тебе сделал? Попросил тебя об ещё одной "услуге"? Клянусь, этот придурок не замечает того, что находится прямо у него перед носом, пока это, чёрт возьми, не ударит его по голове — и, чёрт возьми, даже тогда он может этого не вспомнить!» — А, нет, это не... Н-Наруто. Чувство вины подступило к горлу. Киба знал о её отношениях с Наруто — конечно, её расплывчатое объяснение навело бы его на мысль, что он что-то сделал не так. «Н-на самом деле, эм, это вопрос.» Она прикусила губу и опустила взгляд на свои сложенные руки. «Когда... когда парни флиртуют с тобой, значит ли это, что ты им нравишься?» Краем глаза она заметила, как расширились глаза Кибы, когда он почесал татуировку на своей щеке. Её охватил стыд — Я знала, что нужно было подождать. Ох, Хината, почему ты такая глупая? — Полагаю, это зависит от обстоятельств, — наконец сказал он. Он пересел на перила, вытянув шею. — Что... что он, ну, знаешь, сказал? И снова этот жаркий голос в глубине её сознания, от которого мурашки бегут по коже. Она вздрогнула и покачала головой, пытаясь выбросить эти мысли из головы. «Я-я з-заставляю его... т-т-теплого...» «А?» И вот так, каким-то образом, напряжение спало. «И это всё? Это и есть флирт?» Хината надула губы, немного обидевшись. «Ну, он сказал это — ну, знаешь, в шутливой форме». Киба усмехнулся и взъерошил ей волосы. "Ладно, ладно. Допустим, он действительно сказал это ... кокетливо. Было ли, ну, знаешь, что-нибудь еще, я полагаю? Подмигивание или что-то в этом роде?" «Ну, он как бы просто... посмотрел. » «Выглядело? » — Д-да. — У тебя? — ...Да. Киба покачал головой и ухмыльнулся. «Не знаю, Хината. Я правда не понимаю, что это значит». Он скосил глаза в сторону. «Может, тебе стоит спросить у девочек. Они обычно замечают больше, чем я». Хината печально кивнула. Она бы... если бы могла. Но она знала, что если скажет Ино и Сакуре что-то, что намекнет на Саске, они будут в отчаянии. «Спасибо, К-Киба. Прости, что побеспокоила тебя». «Без проблем». Он запрыгнул обратно на свой балкон. «Ты в порядке? Не обращай внимания на то, что сказал тот парень, если это тебя нервирует. Просто не обращай внимания, ладно?» — П-правильно. Хорошо. Легче сказать, чем сделать. ... Вернувшись в свою комнату, Хината сначала увидела, как на её кровати мигает синий огонёк. Она села, взяла в руки телефон и увидела, что ей пришло сообщение. Что? Кто-то ещё не спит? Она ввела пароль, открыла уведомление о сообщении и чуть не выронила телефон. Привет, это Саске. Наруто дал мне твой номер. . . . К-как? Как-как-как? И почему? Нет, в основном ПОЧЕМУ!? Зачем ему был нужен её номер? Зачем он написал ей сегодня вечером? Зачем он узнал его у Наруто? И... И ... И... почему у Наруто всё ещё был её номер телефона? Рассерженная — В ЯРОСТИ! — растерянная, сбитая с толку и буквально дрожащая с головы до ног, Хината вскрикнула от злости, швырнула телефон под подушку и ударилась головой о кровать, борясь с вопросами, воспоминаниями, усталостью и этим глупым, идиотским, чертовски ужасным, горячим, страстным голосом. Она не считала себя самой счастливой девочкой на свете. Да, её семья была обеспеченной, она училась в хорошей школе, получала хорошие оценки и у неё были замечательные друзья; но она также была ужасно застенчивой, ужасно тревожной и ужасно незаметной. Особенно... от него. Так она думала какое-то время, пока не настал тот день — день, когда бог удачи, возможно, впервые в жизни, улыбнулся ей. И что же она получила в награду? — буквально — встречу с Наруто Узумаки по дороге на третий урок. «Ого!» «ЧЁРТ!» Они оба упали одновременно. Её книги разлетелись в разные стороны, а он чуть не врезался головой в стену. Хината, у которой закружилась голова и перехватило дыхание, снова влюбилась в него. «Чёрт, Хината! Мне так жаль!» «Смотри, куда прешь, тупица», — раздался в коридоре голос Сакуры. Розовые ухоженные ногти опустились на левое плечо Хинаты, и она, подняв глаза, увидела, что её подруга стоит над ней и сверлит блондинку взглядом. «Она же в два раза меньше тебя. Ты могла серьёзно её ранить!» — Э-э-э? Но я же извинился. — Он скрестил ноги и потёр шею. — Ты в порядке, Хината? «Я-я-я в порядке, Наруто», — прошептала она. Сакура фыркнула. «Вставай и помоги ей, идиот». Он так и сделал, и это было похоже на то, как если бы сам Бог протянул с небес свою загорелую большую руку. Она взяла её, и его рука оказалась почти такой же тёплой, как её лицо. Она почувствовала, как ёкнуло её сердце, когда он помог ей подняться. «С-спасибо», — сказала она, наклоняясь, чтобы поднять книги. Это помогло ей отвлечься от его ослепительной, волнующей улыбки. «Без проблем, Хината! Извини, что столкнулся с тобой. Ты такая маленькая» — «Я тебя почти не заметил». Её улыбка дрогнула, и Сакура зарычала. «Наруто!» «Что, ЧТО!? Это не было оскорблением!» «Я НАдеру тебе задницу!» «ПОДОЖДЬ, САКУРА, Я НЕ ТО имел в виду!» ... Хината не ненавидела себя за что-то одно. Её робость была помехой, заикание временами раздражало, и иногда ей хотелось, чтобы у неё была более высокая самооценка, но Хината не считала себя плохим человеком. Но если она и ненавидела что-то в себе, так это неуверенность. Она наблюдала за тем, как Наруто ходит от стола к столу в поисках свободного места, и на его губах играет грустная улыбка. Будучи эмпатом, она чувствовала его печаль и стыд и хотела только одного — прекратить это. И она могла бы —рядом с ней было свободное место, и она была бы рада, если бы он сел рядом с ней. Но проблема была не в этом. Проблема была в том, чтобы привлечь его внимание. Нервно потирая большие пальцы, она наблюдала за тем, как он подходит к её столику, и у неё ком подступал к горлу. Она пыталась убедить себя, что в приглашении нет ничего особенного; в конце концов, она оказывала ему услугу. Но в голове у неё звучал злобный голос. Оно говорило ей неразумные вещи — он отвергнет тебя, будет над тобой смеяться, будет тебя игнорировать — и к тому времени, как он оказался там — ВПРАВЕ БЫЛ ТАМ — она была слишком напугана, чтобы даже взглянуть на него, не говоря уже о том, чтобы заговорить с ним. В такие моменты она жалела, что у неё нет такой смелости, как у Сакуры. Она часто думала о том, как было бы здорово быть похожей на Сакуру. — Э-э, привет, Хината. Она вскрикнула и подпрыгнула, не ожидая услышать Наруто, особенно так близко. Он стоял рядом с ней и улыбался, слегка прищурившись. — О-о, Наруто! "Да. Прости за это. Я не хотел..." Он замолчал с безнадежным видом, и Хината почувствовала, как разбивается ее сердце. "Ты не против, если я, э-э, ну..." — Сакура сказала «нет», а больше негде, так что, как думаешь, — "; — Э-эм! — Она сжала руки. — Н-Наруто, н-не хочешь... сесть рядом со мной? Она подвинулась ближе, и он ухмыльнулся. «Серьёзно? Ого, спасибо, Хината!» Он сел рядом с ней, в нескольких сантиметрах от её колена. Этого не могло произойти. Он яростно вгрызался в вилку и практически заглатывал еду. У неё в животе порхали бабочки, и она чувствовала себя сытой, как будто съела десять фунтов еды. Когда он закончил, выглядя при этом измождённым, и она протянула ему свой поднос, он посмотрел на неё так, словно она была ангелом с небес. «Хината...» Почему его голос звучал так надломленно? Неужели она сделала что-то не так? «Ты... на самом деле очень милая». Он слабо усмехнулся, глядя на её поднос. «Честно говоря, день у меня выдался не из лучших. Сначала этот неожиданный тест по алгебре, потом Саске вёл себя ещё более раздражительно, чем обычно — а потом Сакура... ну, ты понимаешь. И я был так уверен, что снова буду есть один. А когда ты разрешила мне сесть здесь — я этого совсем не ожидал. Я думал, что не нравлюсь тебе. В ужасе Хината пролепетала: «Н-нет! Н-совсем нет, Н-Наруто!» Он уставился на неё. Она покраснела, сглотнула и продолжила. «Я-я имею в виду, что ты очень добрый человек, Н-Наруто. Я бы никогда не смогла тебя возненавидеть». Наруто улыбнулся, его глаза слегка заблестели, и он пододвинул к себе её поднос. «Спасибо, Хината». Он запихнул в рот картофельное пюре так, словно не ел несколько недель. «Знаешь, раньше я думал, что ты немного странная — не то чтобы очень странная, но какая-то тихая странная. И ты немного тихая странная, но ты ещё и очень удивительная». Сидя там и наблюдая, как он уплетает её еду, она даже не думала о своём урчащем животе или дрожащих руках. Она просто улыбалась, начиная понимать, что, несмотря на все её недостатки, быть Хинатой не так уж и плохо. ... «Ого, Хината?! Тот самый счастливый голос, который последние несколько лет звучал в её мечтах, внезапно раздался у неё за спиной, и она, обернувшись посреди коридора, увидела, что он смотрит на неё — или, может быть, лучше сказать «пялится»? "Ч-что?" Она поднесла руку к своему красному лицу, гадая, не запуталось ли что-нибудь у нее в волосах или не прилипло ли к щеке. "Что случилось, Н-Н-Наруто?" Он взмахнул руками и нервно рассмеялся. «Ничего, ничего. Просто ты как-то по-другому выглядишь». Она это сделала? Она опустила взгляд на свою одежду, на туфли, на свою осанку. Ничего. Ничего не изменилось. Но потом, когда она подняла голову, что-то защекотало у неё за плечами, и она всё поняла. «О-о, э-эм, я давно не стриглась». Он щёлкнул пальцами. «Вот и всё!» Наруто продолжал смотреть на неё, и она, чувствуя, как у неё внутри всё сжимается, подумала, не она ли его отвлекает. «Ну, тебе стоит отрастить их. Тебе идёт!» Улыбка Хинаты слегка дрогнула, когда её лицо залилось румянцем. Она разрывалась между абсолютным восторгом и абсолютным недоумением. Наруто помахал ей на прощание и помчался дальше по коридору, а Хинате пришлось прислониться к стене, чтобы не упасть. Ни за что. ... — Э-э-эм, привет, Хината? Два месяца спустя её волосы уже немного спускались на плечи, а Наруто не мог отвести от неё глаз. Хината не знала, как относиться к такому вниманию, но ей не хотелось, чтобы оно прекращалось. Повернувшись на стуле, она посмотрела на него и вздрогнула от того, как раскраснелось его лицо. — Д-да, Наруто? «Можно мне... взять ваш номер?» И несмотря на то, что был январь, Хината чувствовала в воздухе запах лета. ... Задыхаясь, дрожа и испытывая боль, Хината села в постели. Всё её тело покрылось потом. Это всего лишь сон, — сказала она себе, прекрасно осознавая, что под подушкой лежит телефон, но всё же стараясь не обращать на него внимания. Успокойся, Хината. Но она не могла. Его улыбка стояла у неё перед глазами, его голос звенел в ушах, и она чуть не вскрикнула, когда почувствовала, как что-то коснулось её плеча, словно прядь волос защекотала кожу. Встав на ноги, которые едва держали её, она бросилась в ванную, включила ослепительный белый свет и посмотрела на своё отражение. От вида испуганной плачущей женщины, смотревшей на неё в ответ, у неё скрутило живот. Она открыла шкафчик под раковиной и достала ножницы. «Да пошла ты», — прошипела она сквозь слёзы, схватила прядь волос и отрезала её. Синие волосы упали на пол и в раковину. Она резала и резала, пока не почувствовала, что больше никогда не ощутит это тошнотворное прикосновение к спине. Бросив ножницы на раковину, она сердито посмотрела на эту женщину, на свои неровно подстриженные волосы и почувствовала, что тонет. ... Впрочем, она была не против. Она скорее утонет, чем поднимется и хотя бы на секунду почувствует себя ангелом. Часть I - Конец Глава 1 из 4 Далее »нее На руках все Карты Часть II: Имя, которое они узнали Отказ от ответственности: «Наруто» не принадлежит мне. «Хината». Это имя эхом прокатилось по книжным полкам библиотеки, зазвенело и пронеслось над её головой. Она сидела на грубом ковре, прислонившись спиной к полке, вокруг неё валялось несколько книг, и ей казалось, что её только что поймали. Это было странно, потому что она не пряталась — по крайней мере, не совсем. Если бы она пряталась, то не была бы даже в школе, не говоря уже о библиотеке, где она проводила большую часть раннего утра. Если бы она пряталась, то, возможно, надела бы шляпу, маску или что-то ещё, чтобы быть менее заметной. Она не то чтобы пряталась, но старалась не попадаться на глаза. Но когда прозвучало это имя и в её сердце вспыхнул огонь, она поняла, что было глупо думать, что она сможет избежать встречи с ним. Потому что за последние несколько дней Саске Учиха появлялся только в двух случаях: 1) Когда она меньше всего этого ожидала; или 2) Когда она меньше всего этого ожидала. И, к её ужасу, это было и то, и другое. ... Он стоял там, словно башня. Ей стало не по себе. Но ещё больше его поразили её тёмные глаза, которые впились в неё — во всю её фигуру — в её бледное лицо, сгорбленную спину и мешковатые глаза, но больше всего в её волосы. Её неровные, неухоженные, непривлекательные волосы, которые, словно призрак, висели в её ванной комнате дома. Хината съёжилась под этим тяжёлым, неподвижным взглядом, удивляясь, ёрзая и затаив дыхание. Должно быть, она, как и все остальные, сгорала от любопытства и гадала, что же он хочет сказать и почему, ради всего святого, он этого не говорит? Слегка опустив уголки губ, он присел перед ней на корточки, чтобы их глаза оказались на одном уровне. «Тебе не нужно ничего говорить». Когда он это сделал, ему показалось, что так он станет ближе к ней? Но от этого Хината занервничала ещё больше. «Я уже знаю. Это из-за Наруто, не так ли?» Её глаза расширились. Откуда... он это знает? Было ли это из-за того, что он дружил с Наруто? Помогло ли это ему как-то лучше понять её жизнь? Она знала, что на втором году обучения у Наруто были проблемы с некоторыми вещами, и даже когда она... всё ещё пыталась, она не могла помочь ему со всем. Конечно, он пошёл поговорить с одним из своих лучших друзей. И, возможно, каким-то образом он заговорил о ней. Она слабо кивнула, гадая, что именно ему известно. — Тьфу, — Саске бросил острый взгляд на одну из книг, лежавших на полу. — Я не понимаю. Ну, не могло же это быть всем. Испытывая приступ клаустрофобии (он был немного слишком близко), Хината собрала все свои вещи, запихнула их в рюкзак и встала. «Эм, — начала она, подбирая с пола несколько книг и возвращая их на полку, — ты сказал, что взял мой номер у Н-Н-Наруто. Почему?» Он тоже встал и засунул руки в карманы. «Потому что я этого хотел». Ставя последнюю книгу на полку, она вспомнила вчерашний день, тот самый тон. «Б-потому что, — прошептала она, оглядываясь через плечо и изо всех сил стараясь встретиться с ним взглядом, — ты ведь ф-флиртовал со мной, верно?» Он уловил лишь мелькание тени. Он ничего не сказал, и она пожалела, что она вообще заговорила. В прошлом, всего несколько недель назад, молчание было бы для него нормальной реакцией. В некоторых случаях ожидаемой. Но теперь, когда всё так, молчание заставляло её чувствовать себя правой — во всём. А она этого совсем не хотела. Потому что, несмотря на то, что это был Саске — хладнокровный, собранный Саске, — она всё ещё чувствовала присутствие Наруто где-то за его спиной. «Я-я не хочу, чтобы у Н-Наруто был мой н-номер». Шаг за шагом она уходила. Оставляла книги, библиотеку, его. Это было сложнее, чем она ожидала. «И, эм, я-я не хочу, чтобы он был у т-т-тебя». Воздух загудел. Внутри зашевелились другие ученики. У нее заледенели ноги. Продолжай идти, сказала она себе, чувствуя, что коченеет от чувства вины. Не оглядывайся назад. Но она это сделала. Она оглянулась и остановилась. Саске посмотрел на него в ответ, как и всегда. Как стена. Как статуя. Как... неживой. — Хорошо. Зима ускользнула от него, и Хината никогда бы не подумала, что будет скучать по теплу. «Хината!» Неджи подошёл к ней, а за ним по пятам следовали Тентен и Ино. Он выглядел сердитым, и она не могла его винить: утром она тайком выбралась из дома и поехала на автобусе в школу, не сказав ему об этом. Любой бы разозлился. «Какого чёрта ты сделал!?» Это, а также... ну, волосы тоже не помогали. Ино выскочила из-за спины своей кузины и достала расчёску из своей круглой сумочки Chanel. «Кто это с тобой сделал?» — чуть ли не взвизгнула она, хватая Хинату за лицо и приподнимая её подбородок, чтобы расчесать спутанные волосы, как будто это могло что-то исправить. «Она» сделала это, — с горечью ответил Неджи, прежде чем она успела открыть рот. — Что? — у Тентен, стоявшей рядом с ним, от удивления округлились глаза. — Почему? — Э-э-э... — Её улыбка была нервной и неубедительной, но это было всё, что она могла выдавить в тот момент. — П-попробовать что-то н-новое, я-я думаю. Ино прищёлкнула языком и щёлкнула расчёской по голове Хинаты — не так сильно, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы донести свою мысль. «Хината, тут не до шуток. Что бы — кто бы — ни заставило тебя сделать это со своими прекрасными волосами, это граничит с безумием. Безумие, Хината». На лице Тентен отразилось замешательство, а затем до неё, кажется, дошло. «Только не говори мне». В её глазах читалось сожаление. «Это было не...» «Мы уходим». Большая грубая рука схватила её за запястье и оттащила от Ино. Неджи потащил её по коридору к большим стеклянным дверям, ведущим на парковку. «Твой отец поймёт и назначит встречу с кем-нибудь... чтобы ты выглядела более профессионально». Она знала, что он пытался сказать, что он хотел сказать. Хотя так было не всегда, они с ним были близки. Хината знала, что он заботится о ней. Но, несмотря на то, что она пыталась оттолкнуть его, эти слова глубоко ранили её. Выглядеть более профессионально? Поэтому он злился — потому что она могла испортить репутацию Хьюги?! Моргнув и нахмурившись, она вырвала запястье из его хватки, чем напугала его. — Н-нет, спасибо. «Хината, перестань упрямиться». Упрямая. Он был прав, и в любой другой ситуации одно это предложение сломило бы её решимость. Но страх был движущей силой её упрямства, и больше всего сейчас она боялась вернуться домой, запереться в своей комнате и остаться наедине со своими мыслями. Нет, она не могла этого сделать. Даже с такой причёской и под пристальными взглядами, которые ей наверняка обеспечены, Хината предпочла бы быть в школе, а не дома. — Неджи, — Тентен положила руку ему на напряжённое плечо. — Пусть она останется. — Да, — согласилась Ино. — Конечно, выглядит не очень, но это всего лишь волосы. Это можно исправить. — Она посмотрела на Хинату и тепло, ободряюще улыбнулась. — А пока, думаю, у меня есть шляпа, которая может ей помочь. Хината благодарно улыбнулась в ответ. Неджи почесал нос и неохотно кивнул. «Только будь осторожна, — сказал он ей, пристально глядя на неё. — Я не хочу, чтобы ты пострадала». ... Путь до шкафчика Ино оказался длиннее, чем она думала. Наверное, из-за всех этих пристальных взглядов. «Не волнуйся, Хината», — сказала Ино, вставая перед ней. Будучи выше ростом, она могла заслонить Хинату от большинства любопытных взглядов. «Просто не обращай на них внимания и иди дальше». И она старалась, но не привыкла к этому. Ей редко уделяли внимание. От его тяжести у неё опускались плечи, и она удивлялась, как Ино, Сакура или Тентен могли всю жизнь справляться с таким бременем. Придя в раздевалку, Ино подбежала к своему шкафчику и начала возиться с замком. Хината выглянула из-за блондинки и увидела, как несколько парней, прислонившись к своим шкафчикам, перебрасываются пенопластовым мячом. Когда один из них поймал её взгляд, его глаза заблестели, а она опустила голову и попыталась спрятаться. «Хината? Эй, Хината! Мне нужно с тобой поговорить!» Она слышала, как он приближается; его шаги были похожи на тиканье бомбы. Ино, наконец-то открыв свой шкафчик, взглянула на мальчика, приподняв бровь. «Кто ты такой?» Он улыбнулся ей, прежде чем склонил голову набок, пытаясь получше рассмотреть девушку, прячущуюся за ней. "Просто одноклассница — мы с Хинатой вместе учимся английскому. Верно, Хината? Она не знала. Она была так сосредоточена на нежелании быть там , что не могла вспомнить ни лица, ни голоса. "Эхх. Ты в порядке, Хината? Привет — вау. Что, чёрт возьми, случилось с твоими волосами? Черт. Ино захлопнула дверцу своего шкафчика и сердито посмотрела на мальчика. «Отвали, а? Разве ты не видишь, что мы заняты?» «О-о, прости». Мальчик протиснулся мимо, оглядываясь на Хинату через плечо. «Я не хотел тебя обидеть или что-то в этом роде. Я просто не ожидал, что твоя причёска будет такой, э-э, странной». Странный? В... странно? ... "Знаешь, раньше я считал тебя немного странным." «Не странно-странно, а скорее тихо-странно». «А ты какой-то тихий и странный...» «Ты какой-то тихий и странный...» «Ты... странный». ... «Чёрт — Хината!» ... Хотя она и стеснялась, ей нечасто приходило в голову, что она некрасива. Когда она смотрела в зеркало, то не морщилась от того, что видела. На самом деле она очень гордилась своими гладкими голубыми волосами и круглым лицом. Ей нравились её глаза и уши. Она считала, что её нос хорошо сочетается с остальными чертами лица, а плечи у неё красивые и стройные. Она нравилась себе от макушки до кончиков пальцев на ногах и думала, что каждая частичка её тела делает её ею, делает её Хинатой. Но ... Она также знала, что относится к тому типу красавиц, которые излучают тусклый свет, как свеча. А по сравнению с хрустальными люстрами вроде Ино, Сакуры или Тентен у неё не было ни единого шанса. Нет, Хината не считала себя некрасивой, но она знала, на что способна. Она застряла где-то посередине, где перемены были редкостью, а простота — нормой. ... «Эй, Хината, можно я возьму твою — ого, какая коса!» А, так он заметил. Что ж, таков был план, но Хината всё равно чувствовала себя неловко. Она всегда носила короткие волосы, поэтому, когда они наконец отросли настолько, что с ними можно было что-то сделать, она подумала, что, может быть, — вдруг — это её шанс. Конечно, она хотела подурачиться, но в основном — привлечь чьё-то внимание. И это сработало. Но... что теперь? Поправляя короткую косу, которая слегка свисала с правого плеча, она сказала: «Я-я, эм, решила попробовать что-то н-новое». Она не могла встретиться с ним взглядом, поэтому опустила глаза на свои туфли, покраснев до корней волос. «Я вроде как... ф-чувствую... я н-не знаю. Я-я не думаю, что это в-выглядит очень хорошо.» «Хм? О чём ты говоришь?» Он наклонился ближе, улыбаясь и обжигая её своим теплом. «Мне нравится! Ты такая красивая». Подожди . . . Подожди. — Т-т-ты... — Она с трудом сглотнула, попыталась выровнять дыхание и спрятала дрожащие руки за спиной. — Ты думаешь, я... я красивая? Наруто на мгновение растерялся, вероятно, не привыкший к её нервозности. Она не могла его винить. Обычно девушки радуются таким комплиментам. «Конечно, Хината, — сказал он, слегка ободряюще сжимая её плечо и совершенно не замечая, как от этого по её телу пробежала дрожь. — Ты красивая, Хината, — очень красивая! По-своему, по-хинатовски». ... Но в этом-то и была проблема. Она не хотела быть красивой по-своему, всегда оставаясь где-то посередине. Она хотела быть красивой во всех смыслах — как Сакура, как Ино, как Тентен. ... Открыв глаза, она увидела жёлтый цвет с примесью синего и невыносимое количество оранжевого. Но потом она сосредоточилась и поняла, что на самом деле там не было ничего, кроме темноты. «Привет». Растрёпанная, испуганная и ошеломлённая Хината вскочила, заставив Саске отпрянуть, чтобы не врезаться в неё. Они всё ещё были в раздевалке, но там было гораздо больше людей. Ино стояла чуть позади Саске, выпрямившись и гордо расправив плечи. Её платиновые волосы были распущены и свободно ниспадали на плечи. Ещё дальше стояли Тентен и Неджи, и на их лицах было какое-то сложное выражение. От головокружения она пошатнулась и обхватила голову руками, а затем посмотрела в другую сторону. А? Мальчики с футбольным мячом сверлили её взглядом — или это было в её сторону? А тот, что подошёл к ней, прислонился к шкафчикам. Под правым глазом у него был фиолетовый синяк, а нижняя губа была разбита. «Да пошёл ты», — усмехнулся он. Она не совсем поняла, кому были адресованы эти слова, но он смотрел на неё. Саске подошёл к ней, а Ино, напряжённо расправив плечи, посмотрела на него так, словно была готова броситься в драку. Что происходит? — подумала Хината, смутно ощущая, как её поднимают на ноги. Саске взял её под правую руку и повёл в сторону толпы. «Мы идём к медсестре», — сказал он. Она была слишком ошеломлена и сбита с толку, чтобы сопротивляться. «Что п-произошло?» Он оглянулся через плечо на Ино. Пожав плечами, он сказал: «Что-то хорошее, я уверен». «О, Хината. Что же нам с тобой делать?» «Я говорю, что она сбривает их! Не может испортить свои волосы, если у неё их нет!» Неджи сердито посмотрел на Ханаби, а Тентен рассмеялась и достала из кармана фартука ножницы для стрижки волос. Хината сидела на табурете посреди кухни и разглядывала коробку с посудой и бутылками, которую принесла её подруга и поставила на кухонную стойку. Мать Тентен владела собственной парикмахерской, и если бы Тентен не была занята в клубах или на соревнованиях, она бы помогала в салоне. Хьюги часто пользовались их услугами (не зря же волосы — важный символ процветания Хьюги), а у главной семьи был свой парикмахер. Так Хината и Тентен познакомились и за годы дружбы стали очень близки. — Просто сделай его ровным, — вмешался Неджи, глядя на своего двоюродного брата. — Не стриги его короче, чем он уже есть. Тентен упёрла руку в бедро и нахмурилась, рассматривая волосы Хинаты. «Я попробую, — сказала она, закатывая рукава, — но это будет непросто. Некоторые пряди совсем короткие». Неджи вздохнул, а Хината виновато улыбнулась. «Я-я прошу прощения, Тентен». «Хм?» — в глазах Тентен появился блеск, и она начала вертеть ножницы на указательном пальце. «Эй, ни о чём не беспокойся. Я сделаю так, что ты будешь хорошо выглядеть, Хината. Кроме того, — она шагнула вперёд и отрезала прядь волос, которая упала на мраморный пол, — я всегда считала, что с короткой стрижкой ты выглядишь симпатичнее». ... Двадцать минут спустя с ней было покончено. Тентен протянула ей зеркало, и она была поражена результатом. Короткая и стильная, немного в стиле сорванца, с длинной чёлкой. Она провела рукой по волосам, наслаждаясь ощущением коротких прядей, скользящих между пальцами. «С-спасибо, Тентен! Мне нравится». Её подруга ухмыльнулась, подметая пол. Неджи, стоявший в другом конце кухни, покачал головой и улыбнулся. «Ты просто чудо». Он подошёл к Хинате и положил руку ей на голову. «Оно короткое, но тебе идёт.» Она улыбнулась ему. Тентен подошла и ударила его по руке. «Ну уж нет, не смей портить мою кропотливую работу», — сказала она, сверкнув глазами, но её выдал дразнящий тон. «Если только ты не хочешь, чтобы я в следующий раз подстригла твои волосы...» Он покосился на ножницы в кармане её фартука. «Нет, спасибо». Он убрал руку с головы Хинаты и вместо этого потёр затылок. Медленно сползая со стула и стараясь не наступить на волосы, Хината вышла из кухни, тайком улыбаясь. Она уже давно подозревала, что её двоюродный брат что-то чувствует к Тентен, но теперь, когда он так себя вёл, всё стало очевидно. А. Так вот почему он пошёл на рыбалку. ... — Сестрёнка! — Ханаби завернула за угол и чуть не врезалась в неё. Вскрикнув, она отскочила назад с растерянным выражением лица. — Это папа. Он услышал о твоей причёске и... — Спасибо, Ханаби. — По коридору к ним направлялся высокий, статный мужчина. Его белые шёлковые одежды скрывали ноги, и казалось, что он парит в воздухе. Хиаши Хьюга был могущественным человеком, и его глаза были такими же проницательными, как у Неджи, и он умело ими пользовался. Остановившись перед дочерьми, с бесстрастным выражением лица, он сказал: — Но мне не нужно, чтобы ты была моим посланником. Я могу сам всё рассказать Хинате. Пыл, горевший в глазах сестры, угас, когда она взяла себя в руки. Хинате было невыносимо видеть её такой, словно она превратилась в тень самой себя. «Да, отец». Хиаши переводил взгляд с одной на другую. Она знала, что он делает. Сравнивает. Только теперь он сравнивал не силу, оценки или честность, а их волосы. Ханаби была благословлена густыми каштановыми локонами, которые почти доходили ей до середины спины. Она была настоящей Хьюгой. И, стоя рядом с настоящей Хьюгой с её короткими мальчишескими волосами, Хината понимала, что снова разочаровала отца. «Дочь моя, — сказал он, — скажи мне, что заставило тебя принять такое решение. Мне казалось, мы оба согласились, что ты отрастишь волосы». Хината опустила взгляд. «Я... я прошу прощения». Он ничего не сказал. Ему и не нужно было. Она знала. Хиаши повернулся к кухне, откуда доносился шёпот. Хината резко подняла голову и быстро сказала: «Я п-обещаю, что больше так не буду». Взгляд отца снова устремился на неё, и она мысленно вздохнула с облегчением. Не то чтобы её отцу не нравилась Тентен, но она не хотела, чтобы он застал их за... тем, что могло быть интимным разговором. «Н-никогда». Хиаши кивнул. «Давай позаботимся о том, чтобы этого не произошло». Ханаби и Хината склонили головы, когда их отец развернулся и направился в свой кабинет. Всё её тело дрожало, потому что она знала, что не может солгать отцу, и он тоже это знал. «Хината». Она вскинула голову, сердце билось где-то в горле. Шикамару уставился на нее с другой стороны стола, выгнув бровь, прежде чем жестом указал на доску. "Теперь твоя очередь", - сказал он, откидываясь назад. "Уже давно". «С-извините!» Мысленно шлёпнув себя по щекам, она сосредоточилась на игре. Её взгляд скользнул по армии шахматных фигур, она просчитывала наперёд один или два хода, но затем её мысли вернулись ко вчерашнему дню, к тому, что было позавчера, к прошлому году. Хината не замечала, что отвлеклась, пока с противоположной стороны доски не раздался резкий вздох. — Эй, — протянул Шикамару, — я знаю, что выгляжу не так, но у меня тоже есть уши. Расскажи мне, что у тебя на уме. Опустив плечи, она пошевелила ягодицами, прежде чем откинуться на спинку стула. «О-окей». Она зажала руки между коленями, чтобы они не дрожали и не тёрлись друг о друга. «Я-я, эм, сделала что-то плохое». «Ммм». Он передвинул свою ферзя и взял пешку, которую она только что поставила. «Что насчёт волос? Ты всё ещё думаешь об этом?» — Н-нет, не совсем. Он поднял голову, нахмурив брови. «На самом деле дело в другом». Прошлой ночью она не спала и долго размышляла. Ей было неловко за то, что она так внезапно оттолкнула Саске, и чувство вины только усилилось, когда он пришёл ей на помощь. «Мне нужно перед кем-то извиниться, но он, кажется, из тех, кто долго помнит обиды». Хината опустила глаза, сгорая от стыда. «Я п-пытаюсь понять... к-как к нему подступиться». Она услышала, как Шикамару поёрзал на стуле, но промолчал. Осознав, что она не только портит им игру, но и докучает ему своими проблемами, она почувствовала себя ещё более виноватой. Прикусив губу, она попыталась сдержать слёзы, но от этого стало только хуже, и не успела она опомниться, как её взгляд затуманился от слёз. — Эй, Хината. — Ещё один тяжёлый вздох, за которым последовал звук отодвигаемого от стола стула. Ей в лицо сунули маленький белый носовой платок, и она поблагодарила его, взяв платок, чтобы вытереть глаза. — Ты не можешь нормально играть, когда плачешь. — Похлопав себя по щеке мягкой тканью, она увидела, как он сердито смотрит на доску, а затем закатывает глаза. «М-м-м, я всё равно не жду, что эта игра когда-нибудь закончится». Что это должно было значить? Она попыталась спросить его, но он пожал плечами, указывая на дверь, и, проследив за его взглядом, она с удивлением увидела там Саске, который смотрел на неё. «Этот парень, — сказал Шикамару, уверенно положив руку ей на плечо, — не думаю, что тебе стоит беспокоиться о том, как к нему подойти. Такие упрямые олухи, как он, сами к тебе подойдут». ... Её желудок, уверенность в себе и голос остались позади, оставив после себя ноющую боль в сердце и натянутые нервы. Медленно закрыв дверь, Хината вышла в коридор, чувствуя на себе взгляды сотен глаз, несмотря на то, что коридор был практически пуст. На противоположной стене, закинув ногу на спинку стула, стоял Саске. Он выглядел невозмутимым и беспечным. Если бы Хината обладала хотя бы толикой его качеств, ей было бы намного легче. «Я хотел с тобой поговорить», — сказал он голосом, тяжёлым, как камень. Её разум тут же заполонили миллионы мыслей. Он меня ненавидит, а затем он всё рассказал Наруто; в голове, словно ураган, закружились пугающие мысли о мести, о шантаже. В висках запульсировало, когда тяжесть вины наконец взяла над ней верх, и она, превозмогая дрожь в коленях, наклонилась. «Мне-мне-мне так с-сожаль-но!» Сквозь слезы она могла видеть только его ботинки. Но когда он ничего не сказал, она практически увидела, как его лицо сморщилось от гнева. Что с тобой случилось, Хината? подумала она. Что это за гидротехнические сооружения? «Т-ты был очень...» Очень что? Добрым? Ободряющим? Милым? «...полезным, и я... я не должна была... с моей стороны было грубо... оттолкнуть тебя». Слёзы перестали течь, и она почувствовала, как на душе стало легче, и едва не вздохнула с облегчением. «И, э-э-э, спасибо тебе за то, что помог мне вчера». Я н-не совсем понимаю, что п-произошло, но... Подняв глаза, она запнулась, увидев выражение его лица. Он не выглядел — по-настоящему — таким злым, как она ожидала. Скорее, он выглядел удивлённым. «Это...» Его взгляд мерцал, как пламя, пытаясь сфокусироваться на чём-то. «Я не это хотел сказать». Что? «Я тебе не помогал. Это сделал твой друг». Он хмуро посмотрел в сторону. «Ты правда не знаешь, что произошло?» Должна ли она была это сделать? Что-то случилось? Она вспомнила о нахлынувшей тьме, о сне и сказала: «Я... я знаю, что упала в обморок». — Да. — Он склонил голову набок, и его хмурый взгляд стал ещё мрачнее. Внезапно он разозлился, и Хината осторожно отступила на шаг. — А твой друг избил того парня. Хината вспомнила мальчика с синяком под глазом и разбитыми губами. Это сделала Ино? Но Ино была не из таких — она не ввязывалась в драки (по крайней мере, в физические драки). «Почему?» — спросила она. «Потому что он назвал тебя уродом», — пробурчал Саске. Сердце Хинаты замерло, и она потёрла предплечье, внезапно почувствовав себя очень неловко. Значит, её подруга ввязалась в драку из-за неё, а она даже не знала? Чувство вины сдавило ей сердце, но где-то внутри теплилась благодарность. Она улыбнулась про себя, радуясь, что у неё такие замечательные друзья. Но потом она вспомнила тот день, когда Саске помог ей подняться и отвёл к медсестре. Погоди-ка... — подумала она, взглянув на него. Почему он там оказался? Она не могла представить, зачем он пришёл к ней после того, что она сделала с ним в библиотеке. Сглотнув комок в горле, она спросила: «О чём... о чём тебе нужно было поговорить?» Следующим был шквал эмоций. Ну, вообще-то, в других случаях это было бы обычное количество эмоций; но поскольку это был Саске, Хинате показалось, что она смотрит целый фильм, написанный на его лице. Его глаза загорелись пониманием, а челюсти разжались. Затем снова появился тот взгляд — тот, который заставил её подумать, что он вот-вот достанет письмо с признанием. Он подошёл на шаг ближе и сунул руку в задний карман джинсов. Там, посреди коридора, он смотрел на неё, прямо сквозь неё, каким-то образом находясь за её пределами. Саске не был похож на мраморную скульптуру или каменную стену. Он был похож на человека — нервного, нерешительного человека. Он протянул руку за спину и показал ей телефон. «Можно узнать ваш номер?» ... У тебя есть мой номер? Она озадаченно посмотрела на телефон. Но разве у него его ещё нет? «Я удалил его», — сказал он, словно прочитав её мысли. Она вопросительно посмотрела на него. Он ответил ей неуверенным взглядом. «Я подумал о том, что ты сказала, и решил, что если я и получу твой номер, то только от тебя.» Ее глаза расширились. В глубине души она ожидала, что этот страх вернётся. Но этого не произошло. Потому что её спрашивал Саске Учиха, а когда она огляделась, то нигде не увидела Наруто. Улыбнувшись, она взяла телефон и начала набирать свой номер. ... Вернувшись в клубную комнату, она почувствовала себя... оторванной от корней. Как будто, если она не сосредоточится на том, куда ведут её ноги, она уплывёт прочь. Прикусив губу, она не знала, делает ли она это от волнения или чтобы скрыть растущую улыбку, и подошла к Шикамару, который собирал все доски и складывал их в шкаф в классе. Его взгляд говорил о том, что он не ожидал увидеть её снова. Подкатив стул, чтобы не врезаться в него, он спросил: «Ты что-то забыл?» Хината улыбнулась и взяла одну из коробок. «Н-нет. Я просто хотела п-помочь». Шикамару фыркнул. «Конечно». Они подошли к шкафу и поставили шахматные коробки на верхнюю полку рядом с таймерами, которыми пользовались некоторые другие участники. «Полагаю, разговор прошёл хорошо». Наверное, долю секунды она гадала, откуда он мог знать. Но потом она коснулась своих тёплых щёк, почувствовала улыбку на губах и решила, что догадаться было несложно. Она кивнула и почти не заметила, как он нахмурился, развернулся на каблуках и прошёл мимо неё. Она смотрела, как он схватил свой рюкзак и перекинул его через плечо, не особо придерживая. В его глазах было какое-то отстранённое выражение, которое часто появлялось, когда он напряжённо размышлял. Она нечасто видела, как он играет в шахматы, но бывали моменты, когда ему приходилось останавливаться и думать. Дело в том, что она никогда не знала, о чём он думает в такие моменты. Что-то случилось? — подумала она. Тяжело вздохнув, он повернулся к ней и спросил: «Сколько их у тебя сейчас?» Его вопрос прозвучал так внезапно, что Хината почти не поняла, о чём он говорит. Мысленно посчитав, она ответила: «217». Он нахмурился, испытывая разочарование и лёгкое раздражение. Он бросил взгляд на дверь, затем на стол, за которым они сидели, и, наконец, на неё. Напряжение чувствовалось повсюду: в его лице, в его плечах, в воздухе вокруг него. Она не могла понять, почему он вдруг так напрягся. «Хината», — сказал он, выдохнул, позвал. Её сердце дрогнуло... потому что она уже была в такой ситуации. 217 раз. «Завтра ты сможешь встретиться со мной здесь после школы?» Она сжала руки, изо всех сил стараясь сохранить улыбку. Не потому, что ей было больно или она нервничала, и не потому, что она ревновала. А потому, что зловещий голос в её голове говорил ей то, во что она просто не могла поверить. Если ему нравится Ино, или Тентен, или Сакура, прошептало оно, то это единственная причина, по которой он все еще дружит с тобой? «А? Хината?» Сцена была знакомой. Она сидела за столом в обеденной зоне, а он стоял рядом с подносом в руке. Только на этот раз при виде него она не почувствовала ни головокружения, ни волнения. «Привет, Н-Наруто». Вежливо улыбнувшись, она посмотрела на него, не отрывая взгляда от его подбородка. «М-могу я тебе помочь?» Он неуверенно улыбнулся, вероятно, уловив несколько тревожных сигналов с её стороны. «Не совсем, — сказал он, смеясь. Я просто проходил мимо и увидел, что ты выглядишь, ну, знаешь, расстроенной или что-то в этом роде. Просто хотел убедиться, что с тобой всё в порядке.» Противоречивые эмоции боролись в ней, распаляя её тело. Несмотря ни на что, его беспокойство за неё немного подняло ей настроение. Это вселило в неё надежду, что, может быть, в будущем эти эмоции, которые она испытывала к нему, исчезнут и они снова смогут... чувствовать себя комфортно. Но другая её часть была раздражена. У него хватило наглости задать ей этот вопрос после того, что он с ней сделал. Хината пыталась разобраться в своих мыслях и чувствах, пока Наруто неловко переминался с ноги на ногу. «У тебя нет ответа», — сказал он, почесав затылок. «Мне просто интересно». Она кивнула и снова принялась ковырять еду. «Что ж, думаю, увидимся позже». Наруто снова широко улыбнулся и повернулся, чтобы уйти, но остановился и оглянулся на неё. Хината почувствовала, как тает под его взглядом. Не в хорошем смысле, когда сердце превращается в кашу, а в том, когда становится слишком жарко, чтобы дышать. «Кстати, тебе тоже идёт такая причёска». О, Наруто, — вздохнула она, желая лишь одного: застонать от разочарования и удариться лицом о стол. Зачем ты так со мной поступаешь? ... Встретимся через секунду. — Саске. А? Хината посмотрела на часы и заметила, что до конца урока осталось три минуты. Прямо сейчас? Весь класс был занят тем, что застёгивал рюкзаки и шуршал бумагой, а учитель сидел за партой и ждал звонка, чтобы отпустить учеников. Хината написала ему ответное сообщение, спрятав телефон под парту. Прости, я не могу. — Хината Она ждала. От него не было ответа. На стене тикали часы, и с каждой секундой её тревога нарастала. Она подумала, не сказала ли она что-то не то — может быть, ему показалось, что она снова его избегает, — и быстро набрала ещё одно сообщение. Тебе нужно мне что-то сказать? Что такое? — Хината И снова ничего. Хината вздохнула и уже собиралась положить телефон в карман, но тут он зазвонил. Почему ты не можешь? — Саске. При виде этого беспокойство, которое она пыталась игнорировать весь день, нахлынуло с новой силой, и её ладони покрылись липким потом. Эти иррациональные страхи крутились у неё в голове, не давая покоя, и она почти не слышала звонка. Студенты встали и поспешили к выходу. Хината быстро напечатала ответ, роясь в сумке. Я встречаюсь с другим. — Хината Она вышла из комнаты, прошла по коридору и с трудом пробралась сквозь толпу, чтобы попасть в шахматный клуб. Путь туда был самым длинным из всех, что она когда-либо преодолевала, и к тому времени, как она добралась до места, у неё уже болела грудь, а пальцы дрожали. Вдыхая и выдыхая, считая вдохи и выдохи, она стояла перед дверью, смотрела, ждала и умоляла себя успокоиться. Она никогда так не нервничала, получая письмо с признанием в любви, — даже то, что она получила от Кибы, не было таким волнительным. Так почему же из-за письма от Шикамару ей казалось, что она вот-вот упадёт в обморок? Хината подняла руку, чтобы взяться за ручку, но кто-то схватил её за запястье и отдёрнул руку. Она вскрикнула и отпрыгнула, мотнув головой в сторону. «Ч-что ты...» Она остановилась. Саске стоял рядом и злобно смотрел на неё, размахивая телефоном перед её лицом. «Ты мне не ответила». Моргнув, она достала телефон и прочитала уведомление. Это Шикамару, не так ли? — Саске ... «Чего он хочет?» — спросил Саске. Хината опустила голову. «Чтобы дать мне письмо». «Для кого?» «Я... я не знаю». Это мог быть любой из троих, хотя она подозревала, что он выберет Ино. Они практически выросли вместе, потому что их родители были близкими друзьями. Было бы неудивительно, если бы он влюбился в неё. Однако Саске это не убедило. «Ради тебя?» — Что? — Она посмотрела на него, гадая, не дразнит ли он её. — Н-нет. — Хм. Они оба повернулись к двери, и в воздухе повисло ожидание. Уверенность, которую она обрела, таяла, и на смену ей приходил гнев. Она ненавидела это чувство. Открыть дверь и помочь другу было несложно, но от страха в животе ей казалось, что это самое трудное дело на свете. Она судорожно вздохнула и заставила себя не расстраиваться. Потому что от разочарования наворачивались слёзы, а она не хотела плакать в коридоре на глазах у Саске. Ее рука поднялась и взялась за ручку, и она почувствовала, что задыхается от одного этого действия. Саске кивнул подбородком в сторону двери, оставаясь в поле ее периферийного зрения. "Ты колеблешься", - констатировал он. "Интересно, почему... " И хотя это было странно, ведь они знали друг друга совсем недолго, она понимала, что он имеет в виду. Поговори со мной. Он хотел, чтобы она с ним поговорила. Её рука крепче сжала ручку. Стоит ли ей это делать? Она хотела этого, ей это было нужно, иначе всё могло пойти наперекосяк. Но... Но обычно она не была разговорчивой. Хината была слушателем и давала советы. В последний раз, когда она пошла к кому-то поговорить, она только ещё больше запуталась. И это было с Кибой, одним из её ближайших друзей. Саске был... он был... — С-Саске, — её шёпот эхом разнёсся по комнате. Она надеялась, что Шикамару не услышал её из-за двери. — Мы... друзья? Его глаза слегка расширились, как будто он изо всех сил старался сохранять невозмутимое выражение лица. Неужели её вопрос был таким неожиданным? Отступив на шаг, он глубоко вздохнул и потёр плечо. Он почему-то был похож на Кибу — на Кибу, который избегает чего-то, потому что ему... некомфортно. О нет. Она снова это сделала. — Нет, — сказал он без тени юмора в голосе и без блеска в глазах. — Я этого не хочу. Глупая, — прошипела она себе под нос, не обращая внимания на то, что её рука побелела от напряжения. Он же Саске Учиха. Он разговаривал с ней, ловил с ней рыбу и, может быть, — может быть — однажды флиртовал с ней. Это не значит, что он хотел с ней дружить. Это не значит, что они были приятелями. Он просто делал то, что хотел, а она следовала его примеру, как и во всём остальном. Она не должна разочаровываться в его ответе, потому что изначально не должна была ожидать чего-то другого. Но... было очень больно, и ей казалось, что её сердце вот-вот разорвётся. «Но я всё равно тебя выслушаю». И теперь он жалел её. Она натянуто улыбнулась ему. «Всё в-в порядке, я-я могу просто...» «Хината». И этот взгляд — он напомнил ей о Неджи. Не о том, каким он был, когда злился, разочаровывался или выходил из себя, а о том, каким он был, когда просто хотел, чтобы она села и выслушала его. «То, что я не хочу, чтобы ты была моей подругой, не значит, что я не хочу тебя слушать». Это бессмысленно, — подумала она, крепко сжав губы. Но она отбросила сомнения и стала слушать. «О-окей». Ослабив хватку, она повернулась к нему лицом. Он не сделал попытки отстраниться, и она решила, что он говорит правду. Заставив себя расслабиться, она начала. «Я, э-эм, думаю, что я... я нервничаю и немного ревную». Она только начала говорить и уже покраснела. Это было неловко. «Н-нервничаю, потому что Ш-Шикамару может дружить со мной, потому что я-я знаю девушек. Р-ревнует, потому что, ну, если это правда, то он не стал со мной дружить из-за м-м-меня». От Саске не последовало никакой реакции, и она не знала, радоваться ей или разочаровываться. Всё, что она могла чувствовать в тот момент, — это смущение и тревогу. Она покосилась на дверь и понизила голос. «Я просто... н-не хочу его терять». Потому что это уже случалось — терять кого-то. И она не хотела, чтобы это повторилось. «Ты не сделаешь этого». На его лице появилось новое выражение, более мягкое. В основном оно отражалось в его глазах. Они были не просто каменными — они были живыми. А потом, каким-то образом, что-то произошло и сделало его лицо ещё красивее. Он улыбнулся. «Он не Наруто». ... Солнце, проникавшее в класс через окно, освещало пол и пустые парты. Класс выглядел так, словно сошёл с экрана романтического аниме. Аккуратно закрыв за собой дверь, Хината вошла в класс, сжимая ремешок сумочки так, словно это было единственное, что помогало ей сохранять рассудок. Её губы изогнулись, когда она медленно оторвала взгляд от пола и подняла его туда, где в лучах солнца стоял он. Шикамару... Она остановилась посреди комнаты и посмотрела на него. Что я буду делать, когда ты уйдёшь? Его лицо было в тени, потому что свет падал позади него, но она видела, как его тёмные глаза смотрят на неё из темноты. Он стоял, прислонившись спиной к оконному стеклу, слегка опираясь руками на подоконник, и его поза была полной противоположностью тому, что чувствовала она: он был спокоен, хладнокровен и собран. — Привет, — наконец сказал он, опустив челюсть. — Так ты всё-таки пришёл, да? Что это была за атмосфера? «Шикамару, к-как, э-э-э, я могу тебе п-помочь?» Он вздохнул и отошёл от окна. «Ты и так знаешь, как». Он повёл плечом, приглашая её подойти ближе, и она подчинилась. Затем он протянул руку, и в свете лампы показался конверт. «Я бы хотел, чтобы это подождало, но я понял, что у меня осталось не так много времени». Он вложил конверт ей в руки и отстранился. «Прости». Зачем? Если уж на то пошло, это она должна извиняться. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что это точно для Ино. Фиолетовое с цветами внизу. Ино любила фиолетовый и иногда после школы подрабатывала в цветочном магазине. Если бы Хината знала раньше... может, она могла бы помочь, намекнув что-нибудь. Но она не такая, как Шикамару. Она не могла выбросить из головы прошлое, так как же ей было смотреть в лицо будущему? Потерев его большим пальцем, она грустно улыбнулась и положила его в сумочку. «218», — сказал он, делая небольшой шаг в её сторону и окутывая её своей тенью. Он был так близко, что она могла разглядеть его лицо в темноте. Он выглядел таким... напряжённым. «Это для...» - Я... я знаю. Давай, Хината, сосредоточься! Меньшее, что ты можешь сделать, это подбодрить. - Я-я вижу, т-ты много думал об этом. Она будет... п- очень счастлива. Ветер дул в сторону здания, заставляя его скрипеть и стонать. Снаружи, за ослепительным солнечным светом, простирался серый, увядающий мир, приближалась зима. Она заметила это, потому что каким-то образом этот мир отразился в глазах Шикамару. Она почувствовала холод, которого ещё не было, — и от окна, и от своего друга. Что-то было не так. Может, она недостаточно его подбадривала? Может, он заметил её нервозность и неправильно её истолковал? У него не было такого лица, как у других мальчиков. В его глазах не было ни робости, ни смущения, ни пылающей надежды. Как будто... ...как будто он ожидал отказа. — Ш-Шикамару, — сказала она, вздрогнув от того, как жалобно прозвучал её голос, — н-не сдавайся пока. Ты не знаешь, с-сможет ли она... «Хватит, Хината». Он выглядел таким измотанным. Даже когда они играли в шахматы и он выглядел так, будто предпочёл бы вздремнуть на доске, а не продолжать игру, он никогда не выглядел таким уставшим. Он обошёл её, взял рюкзак с ближайшего стола и направился к двери. «Я знаю. Поверь мне». Он постучал себя по лбу, и в его ухмылке читалась горечь. Почему он так себя вёл? Собирался ли он... собирался ли он остановиться? Остановить клуб, остановить игру — Перестать с ней дружить? — Шикамару! — Она подбежала к нему, когда он уже подходил к двери. В ушах у неё звенели сирены, и она не могла дышать. — Т-ты... ты бросаешь меня? Он толкнул дверь. «Я никогда тебя не брошу, — сказал он с натянутой улыбкой, уголки которой подрагивали. — Да и вообще, всё должно быть наоборот, верно?» Звук захлопнувшейся двери показался глухим. Что только что произошло? Хината развернулась на каблуках, чувствуя себя растерянной и преданной. Что здесь происходит!? Свет медленно поднимался по полу, пока солнце клонилось к закату. Она опустилась на пол, чувствуя, как разрывается её сердце, словно в любую секунду она могла умереть от боли в груди. Когда свет коснулся её замёрзших рук, она ощутила лишь лёгкое покалывание. Всё онемело, и в тени Хината была ошеломлена, убита горем и проклинала себя и «Исповедальное письмо № 218», фиолетовое, с цветочным узором, и то, что отняло у неё подругу. ... «Я рад, что познакомился с тобой, Хината! Мы станем лучшими друзьями! Верь в это!» ... «Вставай». Чьи-то руки подхватили её под мышки и подняли. Она пошатнулась и прислонилась к крепкой груди, прижав влажную щёку к мягкой ткани зимней куртки. Две неуверенные руки обхватили её за плечи, помогая удержаться на ногах. Для человека, который вёл себя холодно и безжизненно, как статуя, Саске мог быть довольно нежным. «Нам нужно уходить». Она кивнула и откинулась на пятки, чтобы встретиться с ним взглядом. Он смотрел на неё в ответ, не испытывая страха — да и чего ему было бояться, в самом деле? Она была всего лишь Хинатой. Обняв её одной рукой, он подвёл их обоих к двери, толкнул её плечом и повёл по коридору. Тепло его тела и пальто согревали её, и оцепенение постепенно отступало. Она не могла поверить, что считала его зимой. Зима никогда не была такой тёплой и уютной. И пока они шли бок о бок, он наклонялся всё ближе, а она всё сильнее наклонялась к нему, она начала задаваться вопросом, почему её недруг стал вести себя так дружелюбно. «Значит, всё прошло не очень хорошо, да, Хината?» — Н-нет, вовсе нет. «Тьфу. Может, он такой же плохой, как Наруто». Её губы дрогнули, и ей пришлось прижать к ним руку, чтобы сдержать улыбку. На пустой парковке, где стояло всего несколько машин, Хината вдохнула прохладный воздух и вздохнула, ощущая, как он разливается по телу, расслабляя напряжённые мышцы и успокаивая боль в груди. Саске наблюдал за ней краем глаза, а затем откашлялся. «И что ты собираешься с этим делать?» — спросил он. Подергивание губ прекратилось, и она задумалась. У неё не было времени ни о чём думать, но она понимала, что нужно что-то делать. Эти дурацкие письма не должны были разрушить ещё одну её дружбу. «Я... я что-нибудь придумаю», — сказала она. И снова он не выглядел убеждённым. «Я скажу тебе вот что». Он указал на её сумочку, из которой торчал уголок фиолетового конверта. «Избавься от этой штуки как можно скорее. Это поможет тебе отвлечься от... всего». Он был прав, и она мысленно пообещала себе первым делом завтра утром отдать его Ино. Она достала телефон и начала писать Неджи, сообщая, что закончила и что он может заехать за ней в школу, но Саске остановил её, накрыв экран рукой. «Что ты делаешь?» Она думала, что это очевидно. «Т-ты говоришь Н-Неджи, чтобы...» — Ты что, не слышал, что я тебе только что сказал? Избавься от этого. — Он достал ключи из бокового кармана рюкзака и кивнул влево, где был припаркован чёрный Ford Mustang Cobra. — Я отвезу тебя к ней. Что? Она попыталась не отставать, но он уже шёл к своей машине. Зачем он это делает? Как он может быть таким добрым и в то же время таким отстранённым? Она медленно пошла за ним, но так и не убрала телефон. Он щёлкнул брелоком, чтобы открыть двери, и придержал для неё пассажирское сиденье, но она не села. Она стояла как вкопанная, краснея и недоумевая. «Я… я думала, — сказала она, — что мы не… друзья». Он ухмыльнулся и положил подбородок на дверь. «Это не так». — Т-тогда почему?.. Она замолчала, когда он выжидающе посмотрел на нее, приподняв одну бровь. - Ты действительно не знаешь? Знаешь? Что знаешь? "Ты бы так и сделал, если бы просто прочитал стихотворение". Какое это имеет отношение к тому, о чем они говорят? Ее мысли путались, и это, должно быть, отразилось на ее лице, потому что Саске весело усмехнулся. «Я никогда не стану твоим другом». Его ухмылка стала чуть мягче. Она не могла описать это чувство, но от него ей стало тепло. «Только если я буду против». ... Кольцо... кольцо... кольцо... «Хината? Ты готова к тому, что я за тобой приеду?» «А-а, э-э-эм, вообще-то... М-меня в-везёт кто-то другой, Н-Неджи». «Кто? Один из твоих друзей?» «...Не совсем так». — Тогда кто же это? Она посмотрела на машину, увидела, как Саске проводит рукой по рулю, и задумалась, так ли хороша эта идея, как он думает. «Эта пауза — не попытка придумать ложь, не так ли, Хината?» — О-о! Нет, Н-Неджи. Это п-просто — это — и-это С-Саске... «Сасукэ?» — Угу. «Куда он... тебя ведёт?» - Т-к И-Ино, к— занести о-письмо. Потом, э-э-э, домой. Повисла пауза, которая, казалось, длилась годами. Затем — «Ты ему доверяешь?» — Д-да. — Тогда и я тоже. А? «Т-ты так думаешь?» Она не хотела показаться грубой, но её двоюродный брат был не из тех, кому легко доверять. Особенно когда дело касалось людей из окружения его младших двоюродных братьев. «Хината, если бы я этого не хотел, я бы не позволил вам двоим рыбачить вместе». Значит, он заметил. Она подумала, что так и должно быть — они не прятались, так что все наверняка видели их хотя бы раз. Но чего она не понимала, так это «почему?». «Как я уже сказала, я ему доверяю. С того самого дня в машине, когда он опустил стекло. Ты что, не понимаешь, Хината? Саске ненавидит холод». Да, я знаю. Опустив телефон, она снова посмотрела на Саске. И теперь я начинаю всё понимать. ... В детстве она проводила лето в цветочном магазине Яманака. Её мать увлекалась садоводством и иногда часами бродила по магазину и разговаривала с Яманака. Хината помнила, как помогала Ино поливать цветы и давать им имена, а если приходил Шикамару, они вместе играли в прятки. Она любила это место, потому что там были её друзья и цветы. Прошло восемь лет с тех пор, как она в последний раз была здесь, в этом месте. После смерти матери никто не мог её забрать, а у неё не хватало духу кого-то принуждать. Сказать, что Хината была ошеломлена, когда вошла в магазин, услышала знакомый звон сверху и почувствовала смешанный аромат свежих любимых цветов, — значит не сказать ничего. Она буквально потеряла дар речи, и если бы не Саске, стоявший позади неё, она бы упала на пол. «Хината?» За прилавком, расставляя вазы с розами, стояла Ино в фартуке и шляпе. Увидев подругу, она бросилась к ней, но замерла на месте, заметив Учиху. «А... С-Саске?» Он даже не взглянул на неё, когда доставал письмо из сумочки Хинаты и бросал его ей. «Особая доставка». ... «ЭТО ОТ ШИКАМАРУ!?» От этого крика растения в горшках, свисавшие с потолка, закачались. Хината вздрогнула и внимательно посмотрела на них, готовясь в случае чего увернуться от падающих предметов. Ино, стоявшая за прилавком, рухнула на свой стул. Она была бледна и ошеломлена. "Я не могу в это поверить", - прошептала она, широко раскрыв блестящие глаза. "Просто не может быть". Она видела это уже сто раз — нет, даже больше — если быть точной, то больше двухсот. Хината привыкла к тому, что её друзья отвергают письма с признаниями, которые они получают, но это письмо задело её так же сильно, как и письмо от Кибы. Ей не нравилось, что Ино расстроена, но она также не хотела, чтобы Шикамару был убит горем. Покручивая большими пальцами, Хината сказала: «Он… он подарил мне это… совсем недавно». Она опустила взгляд на столешницу, вспоминая сцену в клубе. «Я… я тоже не могла в это поверить. По крайней мере, сначала». — Должно быть, это ошибка, — сказала Ино, поднимая глаза. — Ты уверена, что это мне? Хината слабо улыбнулась и кивнула. Стоявший позади неё Саске вздохнул и направился к двери, давая понять, что его терпение на исходе. «Ладно, ладно.» Ино обхватила голову руками. Хината не могла представить, что она сейчас чувствует. Она знала, что Шикамару и Ино очень близки, практически как брат и сестра. Должно быть, ей неловко от его внезапного признания, особенно без каких-либо намёков. «Я просто... позвоню ему сегодня вечером. А до тех пор я не буду об этом думать». Она повернулась налево, потянулась к ящику и положила конверт внутрь. «Спасибо, Хината», — сказала Ино, и её улыбка задрожала. «Я знаю, что тебе не всегда легко даются такие вещи». «Я... я, эм, увижусь с тобой завтра, И... Ино». Хината повернулась и пошла к Саске, который уже был на полпути к выходу. Она взялась за стеклянную дверь, вдыхая запах, ощущая тепло и цвет, потому что сомневалась, что когда-нибудь вернётся. Здесь было слишком много воспоминаний — о матери, о детстве, о друзьях, которые, казалось, отдалялись от неё. «Хината!» Она не ожидала, что на следующий день в школе увидит улыбающуюся и жизнерадостную Ино, но и жаловаться не собиралась. Ино притянула её к себе, прижав к своей более высокой фигуре. Она обняла подругу в ответ, радуясь, что той стало лучше. Всю ночь ей снились голубые печальные глаза, и она почти не спала. Отстранившись, Ино улыбнулась ей и сказала: «Это было не для меня». Подожди. . . . подожди. Но это не могло быть правдой. «Что?» — это всё, что она смогла выдавить из себя, потому что у неё было так много вопросов, и этот, казалось, заключал в себе большинство из них. Ино рассмеялась и похлопала её по плечу. «Я позвонила ему вчера вечером, как и обещала. Я спросила, в чём дело, и он сказал, чтобы я пришла куда-нибудь». Она размахивала руками, продолжая объяснять. «Я была в полном шоке — репетировала, что скажу ему, и всё такое. Но когда я пришла, мне не пришлось ничего говорить». Он сказал мне, что это была ошибка — что письмо предназначалось кому-то другому, — и даже забрал его. О боже, Хината, ты не представляешь, как я из-за этого паниковал. С моих плеч словно огромный груз свалился. Хината растянула губы в улыбке. «Он с-сказал... что это не... для тебя?» «Да!» — весело сказала Ино. «И я знаю, что он не лгал. Потому что у него такая улыбка — ну, ты знаешь, — как будто она дрожит? Он всегда так делает, когда лжёт, а я не видела этого ни разу, пока мы разговаривали». Она вздохнула с облегчением. «Мне уже намного лучше». Ты меня действительно напугала, Хината. Хихикая и встряхивая волосами, Ино проскочила мимо неё. Хината стояла и улыбалась, радуясь, что её подруги ладят друг с другом. Она пошла за ней в класс, стараясь не обращать внимания на внезапную тяжесть на плечах и на то, как страх снова начал терзать её разум. Потому что если это было не для Ино... то для кого же тогда? ... Это случилось после уроков, когда она уже собиралась идти на парковку, как вдруг чья-то большая тёплая рука буквально развернула её. Она вскрикнула, споткнулась и упала на кого-то. Когда она подняла голову и увидела над собой горящие голубые глаза и мальчишескую ухмылку, Хината покраснела и бросилась вперёд. — Я-я-извини, Н-Н-Наруто, — пролепетала она, играя с волосами и перекидывая их через плечо. — Ты меня с-с-сбил с толку! Он рассмеялся. «Я просто рад, что застал тебя до того, как ты ушла». Его ухмылка сменилась застенчивой улыбкой. Хината затаила дыхание. «Вообще-то, э-э, мне нужно кое-что тебе отдать. Не сейчас, конечно, а позже. Может, завтра?» Письмо с признанием вины. Ей не нужно было ничего говорить, чтобы понять, что он хочет ей дать. Хината попыталась встретиться с ним взглядом, и когда он, покраснев, отвернулся, её сердце взволнованно забилось. Этого не может быть... Он же не собирается... Был ли это он? «Т-завтра подойдёт», — сказала она. Наруто вздохнул и улыбнулся. «Отлично! Просто найди меня во время обеда и — подожди, нет. Я сам тебя найду». Он взял её за руку и сжал её, сияя от радости. «Спасибо, Хината». Он убежал, покраснев до корней волос, а Хината прижала руку к груди. Она не могла в это поверить. Она вот-вот должна была получить своё первое письмо с признанием. ... После целого дня раздумий, тревог и сомнений Хината решила, что единственный способ избавиться от этих вопросов — пойти и спросить у самого Шикамару. Сейчас, возможно, всё не так гладко, — подумала она, направляясь в клубную комнату, но мы всё ещё друзья. Верно? Она покачала головой. Конечно, так и есть. Глупо с её стороны думать, что он дружит с ней только для того, чтобы сблизиться с девушкой, которая ему нравится, — хотя на самом деле она ему даже не нравится. Если бы она могла просто поговорить с ним и забыть о недопонимании, всё вернулось бы на круги своя. Уверенно шагая, Хината наконец добралась до комнаты. Не давая себе времени на раздумья, она толкнула дверь и вошла. Остальные члены клуба оторвались от своих досок, удивлённые её нехарактерно громким появлением. Она виновато улыбнулась им и повернулась в поисках Шикамару. Она не нашла его ни за их обычным столом, ни в шкафу, поэтому решила, что ему пришлось выйти, чтобы что-то достать. Напевая, Хината подошла к Саю, вице-президенту клуба. Он оторвался от игры и натянуто улыбнулся ей. — Хината, — сказал он, — я рад, что ты пришла. — Т-спасибо тебе. Эм, а где Ш-Шикамару? Его улыбка померкла. «Ты не знаешь?» Он полностью отвернулся от игры, и на его лице появилось нейтральное выражение. «Он ушёл из клуба сегодня утром». Что? ... «Почему он — ты — где он!? Её сердце колотилось как сумасшедшее, а лёгкие с трудом наполнялись воздухом. Сай обеспокоенно прищурился. «С тех пор мы его не видели». Значит, она была права. Это снова происходило — так же, как с Наруто. Они заставляли её чувствовать себя особенной и нужной, а когда она становилась достаточно близкой, они использовали её статус посланницы и бросали её. Только... она действительно чувствовала, что Шикамару был её другом, и он... он сказал... ! «Я никогда тебя не брошу». Он это сказал! Он посмотрел ей в глаза и сказал это. Неужели он... Был бы он... «Я никогда тебя не брошу», — сказал он с натянутой улыбкой, уголки которой подрагивали. Он... лгал. ... Не контролируя больше ни ноги, ни разум, ни тело, Хината выбежала из комнаты и помчалась по коридору, толком не зная, куда идти и как туда добраться, но желая лишь одного — сбежать от этого! Только не снова. Перед глазами у неё всё поплыло, и она икнула, с трудом переводя дыхание. Только не ты тоже! Она завернула за угол и врезалась в кого-то головой. Они оба упали на землю. Тупая боль в копчике была ничто по сравнению с разрывающей грудь агонией. Она могла только сидеть и рыдать. «Хината...?» Голос был знакомым, несмотря на необычную панику в его тоне. Конечно. Ей просто повезло столкнуться с Шикамару Нарой. ... Он подполз к ней, его лицо было мрачным от беспокойства. «Что за чёрт? Что случилось?» Она яростно вытерла глаза, пытаясь привести их в порядок, но слёзы не останавливались. Глядя на него, она стиснула зубы и прошептала: «Ты лжец!» Опираясь одной рукой о пол, она подалась вперёд и обняла его, прижавшись к нему лицом. Она была поражена тем, что даже его прикосновение приносило ей облегчение, как будто давая ей понять, что он здесь, настоящий и не исчез. «Ты сказал, что не уйдёшь, но ты ушёл! Почему ты ушёл из клуба? Ты правда использовал меня, потому что я посыльный? Почему ты л-лгал мне!?» Он опустил руки и дал ей выплакаться, испачкав рубашку. Когда её рыдания стихли и сменились икотой, он обнял её за плечи, не прижимая к себе, но давая понять, что он рядом. — Я не лгал, — пробормотал он. — Я ведь здесь, не так ли? Она подняла голову и посмотрела на него. «Но...» — Ммм. Клуб? Да, мне там стало скучно, а Асума хотел, чтобы я попробовал что-то более... сложное. — Он пожал плечами и посмотрел в сторону, слегка нахмурившись. — Так что я ушёл. А что ещё ты сказал? Что-то про то, чтобы использовать тебя? Ты правда так думаешь? Её лицо вспыхнуло, она оттолкнула его и села, поджав ноги. «Н-нет», — пристыженно ответила она. Он закатил глаза и ухмыльнулся. «Я понял. Наруто действительно вскружил тебе голову, да?» Она прикусила губу. «Прости меня». Он рассмеялся, придвинулся ближе и легонько толкнул её в плечо. «Не за что извиняться». Поджав колени к подбородку, он обхватил их одной рукой, а другой почесал щёку. «Как сказал Саске: я не Наруро». Он хитро ухмыльнулся, увидев её ошеломлённое выражение лица, словно только что поймал свою добычу. «Потому что, в отличие от Наруто, у меня есть уши, и я слушаю.» ... Они сидели у стены с двумя банками газировки, которые Шикамару купил в ближайшем автомате. Они были вместе, и Хината никогда в жизни не чувствовала такого облегчения. Потягивая «Фанту», она посмотрела на него поверх банки и сказала: «Насчет твоего письма». Его плечи напряглись, но ответ прозвучал спокойно. «И что с того?» Она на мгновение задумалась над своим вопросом, стараясь говорить как можно короче, чтобы не отпугнуть друга. Шикамару любил расслабляться и чувствовать себя комфортно, и как друг она не хотела лишать его этого. «Что... ты собираешься с этим делать?» Он вздохнул и прислонился затылком к кирпичной стене. «Не знаю», — сказал он, сделав глоток из своего бокала. Присмотревшись, она заметила, как что-то заплясало в его глазах. Это было яркое и трепетное — как надежда. «Может, я сам ей отдам». «...Хината». Вот он снова сидит напротив неё в библиотеке. Она улыбнулась ему и поставила сумку на пол, прежде чем занять место напротив него. И тогда она поняла, что он читает. Чёрная книга в твёрдом переплёте, полная стихов. Почему Саске читал это? Достав свой экземпляр, она открыла его на том месте, где остановилась накануне вечером, и посмотрела, сколько страниц ей осталось прочитать. Ещё около тридцати, если она правильно подсчитала. Сасукэ, сидевший напротив неё, ухмыльнулся и отложил свою книгу. «Ну надо же, — задумчиво произнёс он. — У нас одна и та же книга». Она прикусила щёку изнутри и улыбнулась. «Я-я думаю, что да». Но это было немного странно. В книге в основном были любовные стихи, а она никогда не считала Саске романтичным парнем. Она наблюдала за тем, как он перелистывает страницы, словно что-то ищет, и любопытство взяло верх. Она спросила: «Что, э-э-э, заставило тебя это прочитать?» Он замолчал и пристально посмотрел на неё. Он перевёл взгляд в угол библиотеки. "Я видел, как кто-то читал эту книгу." Его голос звучал отстранённо, словно он был где-то в другом мире. "Она выглядела счастливой, когда читала её, поэтому я решил, что тоже должен её прочитать." Она не знала, почему покраснела, но это произошло, и Саске весело рассмеялся. ... «Есть одно стихотворение, — сказал он, — которое напоминает мне о тебе». Она смотрела на него, ожидая ответа. «Сон, который я видел тысячу раз» Сакифа Хоссейна. Она хорошо знала эту книгу и, прочитав её вчера вечером, всё ещё помнила её наизусть. Ближе к концу была строчка, которая всегда заставляла её чувствовать себя живой и воодушевлённой. Она звучала примерно так: День, который ждал столько лет, Преодолевая все препятствия, Час, который стоит того, чтобы его пережить... Вечер слаще самого сладкого сна. Вечер, который я хочу вспоминать всю свою жизнь..." ... Он читал так, словно его язык был сделан из шёлка, а от его сияющих глаз её сердце забилось быстрее, чем от любого прочитанного ею стихотворения. «В тот день», — сказал он, закрывая книгу и подперев подбородок ладонью. «Хината, может, поищем его завтра?» Часть II - Конец « Предыдущая Глава 2 из 4 Следующая »нее На руках все Карты Часть III: Знаки, которые она увидела Отказ от ответственности: «Наруто» не принадлежит мне. 9:42 утра в субботу, за восемнадцать минут до... до... «Свидание!» — завопила Ханаби, лежавшая на кровати, пока Хината сидела за туалетным столиком и расчёсывала волосы. «Не могу поверить, что тебя пригласили на свидание раньше меня — и кто? Саске Учиха, не меньше!» Хината попыталась придать своему лицу суровое выражение и бросить на младшую сестру предупреждающий взгляд, но это не очень помогло — вероятно, из-за того, что она сильно покраснела. «Х-Ханаби, — сказала она, откладывая расчёску и вставая со своего мягкого табурета, — это не д-д-дата. Это просто... встреча... д-друзей». Ханаби фыркнула и сбросила ноги с кровати. Похоже, ей не удалось убедить обоих из них. «Да, конечно. Совершенно платоническая прогулка в парке развлечений — ведь это не просто КРИЧИТ романтично!» «Я много раз ходил в парк развлечений с Тентен и Сакурой», — сказал Хината. Ханаби перекинула свои длинные волосы через плечо и бросила на неё недовольный взгляд. «Да, — задумчиво произнесла она, — ну, Тентен и Сакура не романтически влюблены в тебя». Проходя через комнату к своему встроенному шкафу, Хината почувствовала, как у неё заколотилось сердце. Она порылась в шкафу, отодвигая майки и юбки, чтобы добраться до водолазок и джинсов. «С-Саске не...» "Но ты ведь согреешь меня, верно?" «Можно узнать ваш номер?» «Есть одно стихотворение, которое напоминает мне о тебе». «В тот день. Может, поищем его завтра, Хината?» Хината захлопнула рот и стянула с вешалки джинсы. Даже она не знала истинных намерений Саске — а может, и знала, но просто не была готова с ними столкнуться. В любом случае время шло, и ей нужно было одеться. «Ханаби, — позвала она, перекинув через руку белый свитер и выходя из шкафа, — мне нужно одеться». Ханаби вздохнула, спрыгнула с кровати и побледнела, увидев одежду, которую выбрала Хината. «Серьёзно?» — спросила она, когда сестра разложила вещи на фиолетовом одеяле, чтобы представить, как они будут смотреться вместе. «Ты наденешь это? Ты пытаешься замучить его, чтобы он пригласил тебя на свидание?» Хината поджала губы, не видя ничего плохого в своём выборе. Несмотря на то, что в тот день должно было быть солнечно, стояла середина октября, и она, хоть и любила холодную погоду, не хотела заболеть. «Он же не собирается з-з-звать меня на свидание». На самом деле не собирается, верно!? «И что ты предлагаешь мне надеть? Платье?» Глаза Ханаби загорелись, и она бросилась к шкафу, чтобы тут же вернуться с нужным платьем в руках. «Только взгляни на это». Она с ухмылкой бросила его поверх выбранного наряда. Хината нервно посмотрела на него. Она была рада, что сестра выбрала платье с длинными рукавами, но юбка всё равно была коротковата, и — ради всего святого, они же собирались в парк развлечений! Если бы она надела платье, он бы подумал, что она... Что? Слишком стараешься? Пытаешься его соблазнить? Всё вышеперечисленное? Хината со свистом швырнула платье на другой конец кровати, схватила свой белый свитер и прижала его к груди. «Ханаби». Она бросила на младшую сестру строгий взгляд. «Вон!» Вытолкав младшую сестру из комнаты, она захлопнула дверь и вздохнула. С другой стороны она услышала, как Ханаби застонала и сказала: «Не вини меня, если он взглянет на тебя и оставит на крыльце!» ... Ровно в 10:00 в подъезде раздался ритмичный звон дверного звонка. Ровно в 10:00 Хината потёрла пальцами край свитера и увидела, как по краям её поля зрения расползаются размытые тёмные пятна. И ровно в 10:00, когда она увидела тень, проскользнувшую в щель под входной дверью, Хинате показалось, что она вот-вот потеряет сознание ещё до того, как начнётся прогулка. Дыши, — сказала она себе, медленно подходя к двери. Ей не стоило нервничать, потому что нервничать было не из-за чего. Она и раньше тусовалась с друзьями, и тот факт, что он был парнем, тоже не имел значения, потому что Киба был одним из её друзей, и с ним она никогда не чувствовала себя такой скованной. Так что же отличало Саске от других? Ну, на самом деле это было несложно. Потому что он был Саске Учихой, тем, при виде кого каждая девушка теряла дар речи, тем, кто подошёл к ней и привлёк её в свой мир; тем, кто флиртовал с ней и пригласил её на это... свидание... Прогулка! — напомнила она себе. А ещё это был Саске Учиха, бывший парень Сакуры, по которому она всё ещё сохла, и Саске Учиха, парень, в которого её лучшая подруга Ино Яманака была влюблена с шестого класса. Она собиралась пойти с ним в парк развлечений. Вместе. Если бы они узнали, то были бы разбиты, а она не хотела так с ними поступать. «Что ты делаешь?» — спросила она себя, стоя перед этой большой, устрашающей дверью и прижимая левую ладонь к её прохладной поверхности. «Надеюсь, я открою дверь». Затаив дыхание, она быстро повернула замок и распахнула дверь. Внутрь ворвался ветер, обдавая её лицо, запутываясь в волосах и сбивая чёлку. Небо было голубым и безоблачным, солнце припекало землю, но всё равно было холодно — ужасно холодно. Но Хината этого не замечала. Она была слишком поглощена жаром своего тела, жаром его тела и пламенем в его глазах, когда он стоял там, с головы до ног одетый в зимнюю одежду, которая, тем не менее, каким-то образом выглядела как повседневная. Он был прекрасен — просто сногсшибателен — и смотрел на неё с крыльца, небрежно облокотившись на перила. — Йоу. — Он крутил на пальце ключи от машины и сверлил её взглядом. Уголок его губ приподнялся и дёрнулся, словно он пытался сдержать ухмылку. — Без платья, да? Ровно в 10:02 Хинате больше всего на свете захотелось захлопнуть дверь у него перед носом и переодеться в то проклятое платье, которое выбрала Ханаби. Поскольку это был один из последних погожих дней перед наступлением зимы, парк развлечений был почти до отказа заполнен посетителями. Другими словами, для Хинаты это был сущий кошмар — они пробыли там всего пять минут, а она уже дважды чуть не потеряла его в толпе. Она едва могла что-то разглядеть поверх голов других людей, а Саске был высоким и крепким, в то время как она была маленькой и её легко было оттеснить. Она не раз оказывалась в такой ситуации. Когда ей приходилось ходить с семьёй на деловые встречи, её окружали более высокие и сильные (как физически, так и морально) люди. Когда отец видел, что она сутулится и опускает голову, он говорил ей: «Подними подбородок, Хината. Если они будут видеть только твою макушку, они не будут воспринимать тебя всерьёз». Но здесь, в этом месте, даже если бы она задрала подбородок, они всё равно увидели бы только макушку — настолько они были выше. Или настолько она была ниже. Или и то, и другое. «Эй». Крепкая рука схватила её за запястье и потянула вперёд. Она споткнулась и чуть не врезалась в кого-то плечом, когда Саске отвёл её в сторону, где было достаточно места, чтобы дышать. Она прислонилась к фонарному столбу, вдохнула прохладный воздух, от которого слегка защипало в лёгких, и поправила ремень сумки на плече. Саске смотрел на проходящую мимо толпу. «Ты часто теряешься». Я знаю. «Мне п-простительно». Он запрокинул голову, чтобы взглянуть на неё. «Просто скажи мне, когда тебе станет некомфортно». Они вернулись в толпу и подошли к аттракционам. Очередь к медленным аттракционам была довольно длинной, но к быстрым, таким как американские горки, люди подходили быстро. Саске с интересом посмотрел на высокие американские горки, и у Хинаты сердце ушло в пятки. Несмотря на то, что она была там бесчисленное количество раз со своими друзьями, она ещё ни разу не каталась на таких аттракционах. Если Саске хотел прокатиться на одном из них... как же она собиралась... Он вздохнул и остановился. Она чуть не врезалась ему в спину. «Я же говорил тебе, что нужно сказать мне, если тебе некомфортно». Он встал в очередь, и Хината последовала за ним, не особо обращая внимание на происходящее. Но когда она увидела вывеску чуть впереди — «Дракон тысячелетия» — её нервы напряглись. Саске посмотрел на неё сбоку. «Знаешь, почему я выбрал это место?» Хината уже начала паниковать и покачала головой. «Ч-ч-что?» Впереди пронёсся поезд на американских горках, сопровождаемый криками. Они подняли головы: он — с благоговением, а она — с неподдельным страхом. «Если я когда-нибудь начинаю... нервничать, я отвлекаюсь, занимаясь чем-то ещё более нервным». Она опустила взгляд и увидела, как его руки в перчатках дёргают манжету пуховика. «Обычно это помогает мне отвлечься от того, что меня беспокоит». Серьёзно? Мимо с грохотом пролетел ещё один поезд, заставив её подпрыгнуть. Это действительно работает? Что ж, был только один способ это выяснить. ... Семь минут спустя они были следующими в очереди, и Хината была на грани панической атаки. Она уставилась на Саске широко раскрытыми от страха глазами и пролепетала: «Я-я-я не думаю, что с-смогу это сделать». Сасукэ, стоявший в нескольких сантиметрах от неё и преграждавший ей путь к единственному спасению от этого потенциально опасного для жизни испытания, не сдвинулся ни на сантиметр. «Да, можешь», — сказал он так, словно репетировал эту фразу тысячу раз. Каботажный поезд, полный людей, которые только что пристегнулись, сорвался с места с молниеносной скоростью, что означало, что следующий поезд предназначался им. Хинате было невыносимо думать об этом. Она схватила Саске за рукав и сжала его так, что побелели костяшки пальцев. - Я... я умру, - прошептала она, голос дрожал так же сильно, как и все ее тело. - С-Саске, я... я умру! Следующий поезд остановился, и пассажиры начали выходить. Некоторые из них, спрыгивая на платформу, пошатывались. «Ты не умрёшь», — сказал он, глядя на тележку, стоявшую всего в нескольких метрах от них. Его лицо было немного бледным — бледнее, чем обычно. А когда ворота открылись, пропуская их внутрь, он быстро моргнул и нахмурился. «Пойдём». Тихо постанывая, Хината медленно вошла в вагончик и заняла своё место. Саске последовал за ней. Подошёл сотрудник и опустил защитную перекладину, которая нависала над их головами, и Хината тут же вцепилась в неё обеими руками. Вагончик загрохотал, а из динамиков зазвучал заранее записанный обзор правил безопасности на аттракционе. Она едва слышала его из-за звона в ушах. «С нами всё будет в порядке», — это было последнее, что она услышала, прежде чем они рванули вперёд. ... В стихотворении была строчка — Если, возможно — которую она знала. Она звучала так: Я знаю, что сказала, что справлюсь, но теперь, когда я думаю об этом, я сомневаюсь. Моё сердце жаждет сладкого освобождения. В тот момент Хината как никогда сильно привязалась к чему-то. Её сердце бешено колотилось в груди, пока вагонетка петляла, поднималась и опускалась. Воздух обдавал её лицо, вызывая слёзы на сухих глазах, и она не могла понять, кричит ли она, потому что все остальные кричали. Она попыталась на мгновение закрыть глаза в надежде, что это поможет, и, к её облегчению, вагонетка начала замедляться. Она моргнула и широко раскрыла глаза. Они поднимались на огромный холм. А в конце дорога резко обрывалась. Чёрт, — подумала она, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт, чёрт — — С-С-Саске, — прошептала она, протягивая к нему руку и кладя её ему на колено. Она не могла оторвать взгляд от вершины рельсов. Остальные пассажиры кричали от предвкушения, и когда они добрались до самого верха, поезд со стоном остановился. От взгляда вниз ей стало ещё страшнее. — С-САСКЕ! И, к её изумлению (и крайнему ужасу), холодная, дрожащая рука в перчатке легла поверх её руки и выдавила из неё жизнь. «О чёрт! И они упали, крича во всё горло. ... «Я больше не заставлю тебя это делать». Хината и Саске, бледные, шатающиеся и с горящими глазами, стояли у выхода, колени у них подгибались, а горло всё ещё болело от испуганных криков, которые они издали. Хината схватилась за грудь, чувствуя, как сердце бешено колотится от страха, паники и... ...жажда большего. Подняв глаза на ухмыляющегося Саске, она сказала: «Давай сделаем ещё один!» Его глаза расширились, когда она повела их обоих на следующий захватывающий аттракцион. ... Хината в очереди подпрыгивала от нетерпения, а Саске с ухмылкой наблюдал за ней, стягивая перчатки и засовывая их в карманы. ... После четырёх американских горок и трёх скоростных аттракционов Хината и Саске сидели на скамейке и ели свои сэндвичи. Хината вытянула ноги, жевала и смотрела на проходящих мимо посетителей парка. Саске был прав: после первого аттракциона она почти не нервничала, и отсутствие тревоги, сжимающей желудок, помогло ей расслабиться и насладиться днём. «Мне... мне весело», — сказала она, не подумав, и покраснела. Губы Саске растянулись в ухмылке, пока он поглощал свой сэндвич. «Я рад». Она хотела сказать ему, как много это для неё значит, как давно она не чувствовала себя такой живой и свободной и как она благодарна ему за то, что он подтолкнул её в правильном направлении. Она задумалась и попыталась найти способ сказать ему всё это, но её мысли прервались, когда краем глаза она заметила знакомое лицо. «Палатки?» Девушка по имени уже приближалась к ним, её круглые глаза блестели от волнения. А когда она увидела Саске, её паника, казалось, усилилась. — Хината, — сказала она, пытаясь улыбнуться, — не ожидала тебя здесь увидеть. Хината почувствовала себя немного виноватой за то, что не рассказала подруге об их поездке, и попыталась заговорить, но Тентен продолжила: «Послушайте, я думаю, вам, ребята, стоит попробовать пройти через другую часть парка». Она оглянулась через плечо, словно искала кого-то, кто следовал за ней. «Я, э-э, слышала, что скоро здесь пройдёт парад и толпа будет огромной. Я подумала, что, знаете ли, будет лучше обойти это место, если получится, и, может быть, воспользоваться более короткими очередями». Улыбаясь, Хината радовалась, что даже в такие моменты Тентен всегда её поддерживала. «Спасибо, Тентен, — сказала она, — но на самом деле звуки парада...» Саске встал, возвышаясь над ней. «Мы уходим». Они с Тентен обменялись каким-то взглядом, чем-то грубым и неописуемым, и Хината не знала, что об этом думать. Выбросив остатки своего обеда, он жестом пригласил Хинату встать и сделать то же самое. В замешательстве она так и сделала и оглянулась на подругу. «Ты присоединишься к н-нам?» Тентен рассмеялась, но её глаза по-прежнему сверкали. «Д-да, конечно. Я тебя догоню». Они с Саске снова переглянулись, а затем она развернулась на каблуках и ушла. Они знакомы? — подумала Хината. Вытащив перчатки и надев их, Саске уже был на ходу. «Пойдём», — бросил он через плечо, не дожидаясь и не глядя на неё. Она последовала за ним, с трудом поспевая за его широкими шагами и совершенно сбитая с толку внезапной переменой в атмосфере. ... Несмотря на холод, Хината почувствовала, как её бросило в жар. «Эй, ты нанесла солнцезащитный крем перед тем, как я тебя забрал?» Чёрт. Её лицо и шея горели, и она была уверена, что, если посмотрит в зеркало, увидит, что они покраснели. Будь прокляты её гены Хьюга, из-за которых она так легко сгорает! Саске нахмурился и повёл её в тень. «Разблокируй телефон и дай мне», — сказал он. Не желая поднимать шум, она быстро выполнила его просьбу. Он провёл пальцем по экрану и что-то набрал, прежде чем вернуть телефон. «Я написал твоему двоюродному брату. Он придёт с твоим солнцезащитным кремом». Она опустила взгляд. «Я... я...» «Не извиняйся». Подойдя к скамейке, он сел и похлопал по месту рядом с собой. Она медленно опустилась рядом с ним, а он вздохнул и хрустнул пальцами. «Мне всё равно нужно было передохнуть». ... Прошло двадцать минут, но Хинате не стало лучше. Ей казалось, что она вот-вот расплавится и растекётся по деревянной скамейке, превратившись в лужу горячей жидкости. "О мой Боже, Хината!" Тентен, наконец-то "догнав" их, немедленно оказалась перед ней, тараща на нее глаза. "Это выглядит плохо. Ты в порядке?" Улыбаясь, она коснулась своего лица и поморщилась от того, как ей было жарко. «Мне просто немного жарко». «Ну да, конечно». Напевая себе под нос, она посмотрела в сторону здания, где располагалась столовая. «Подожди здесь, я принесу тебе воды». Саске поднялся со скамейки. «Я понял». Две пары проницательных глаз уставились друг на друга, и Хината почувствовала, как внутри неё что-то шевельнулось. «Н-на самом деле, — сказала она, — я сама всё достану». Тентен склонила голову набок. «Но Хината...» «Я... я в порядке. Просто дай мне минутку». Она не знала, в чём дело, но при виде их — Саске и Тентен — вместе у неё скрутило живот, и она подумала, что у неё не хватит сил остаться наедине с одним из них, не говоря уже об обоих. Расправив плечи, она подошла к зданию и вошла внутрь. Внезапно ее тело расслабилось, когда она почувствовала, что остывает в кондиционере, и она подошла к стойке, достала бутылку воды с прилавка и купила ее. Прохладная жидкость показалась раем для ее пересохшего горла, и она выпила добрую четверть одним глотком. Наверное, мне стоит взять по одной для Саске и Тентен. С трепещущим сердцем она купила еще две, сунула их под мышку и вышла из здания. Чего она не ожидала, так это того, что первое, с чем она столкнётся, — это крики. «Какого чёрта ты делаешь, Учиха!» «Неджи, успокойся! Это не то, что ты...» «Что это, Тентен? Свидание!? С ним!?» Стоя в нескольких метрах от них, Хината уронила бутылку с водой, и большая часть содержимого вылилась на раскалённый бетон. Три пары глаз устремились на неё, и она пошатнулась. Там стояли три человека, которых она очень любила. Тентен между Саске и Неджи, которые, казалось, были готовы убить друг друга. Хината всегда в глубине души боялась, что однажды это произойдёт. — Хината? — выдохнул Неджи. Она просто не ожидала, что сегодня будет именно этот день. ... Вздрогнув, когда Неджи нанес смесь алоэ вера и солнцезащитного крема на ее обгоревшую на солнце щеку, она спросила: «Н-не т-та ли Х-Ханаби сказала тебе, что я была з-здесь с Саске?» Резко выдохнув, он сказал: «Если бы она это сделала, думаешь, я бы всё равно...» Он опустил взгляд, явно смущённый. Тентен стояла позади него, скрестив руки на груди. «Что ж, теперь ты хотя бы знаешь». Саске сидел на скамейке рядом с Хинатой, наклонившись вперед и подперев подбородок ладонью, глядя в сторону скучающим взглядом. Чувствуя, что она испортила им веселый день, и зная, что он еще больше разозлится, если она извинится, Хината поерзала на своем месте. А начиналось все так здорово . . . «Вот так». Неджи откинулся на спинку стула, плотно закрутил крышку флакона с солнцезащитным кремом и вытер остатки лосьона полотенцем, которое ему протянула Тентен. «Это должно помочь от ожога, но я бы не советовал тебе больше находиться на солнце». Подняв голову, Саске сказал: «Мы всё равно собирались уходить». Мы такие? С замиранием сердца Хината кивнула и встала рядом с ним. - Спасибо тебе, Неджи, - сказала она. - Мне жаль, что т-тебе пришлось проделать весь этот путь из-за... ничего. Он небрежно махнул рукой. «Пока не благодари меня. Завтра мы увидим, какой ущерб был нанесён». Тентен закатила глаза, а затем ободряюще улыбнулась Хинате. «Он имеет в виду, что тебе не о чем беспокоиться». Она хитро прищурилась, переводя взгляд с Хинаты на Саске. «Счастливой дороги, вы двое». Помахав им на прощание, Хината последовала за Саске. Они молча шли к выходу. Вдалеке раздавались восторженные крики, смех и улыбки людей, и Хината жалела, что не может остаться ещё ненадолго и насладиться всем этим. Но её лицо горело, а пальцы замёрзли, и она не могла представить, как холодно было Саске. Поэтому она шла дальше, с грустной улыбкой наблюдая за происходящим вокруг и чувствуя, что во всём виновата она. Когда они добрались до парковки, она уже не могла сдерживать чувство вины. «С-Саске, — начала она дрожащим голосом, — я...» «Мне было весело». Он слегка повернул голову, чтобы взглянуть на неё краем глаза. «Нам стоит повторить это», — сказал он. Одной мысли о том, что этот день может повториться (и, будем надеяться, закончится он лучше), было достаточно, чтобы она улыбнулась и кивнула. Давай пообедаем вместе. -Тентен А? На втором уроке алгебры Хината, спрятав телефон под партой, в замешательстве уставилась на сообщение. Не потому, что было странно получить сообщение от Тентен во время урока, и не потому, что было странно обедать вместе, а потому, что был понедельник, а по понедельникам Тентен обычно обедала в борцовском зале. Что-то случилось? Она прикусила губу и спрятала телефон на коленях, когда мимо прошла учительница. Не волнуйся так сильно. Может быть, сегодня просто отменили борьбу. Покачав головой, она быстро отправила подтверждающее сообщение и вернулась к уроку. ... К её удивлению, Саске был там и лениво сидел слева от Тентен. Может быть... мне стоит беспокоиться. Хината села напротив них, поставила поднос на стол и затаила дыхание. «О, Хината, — сказала Тентен, оторвавшись от пасты и улыбнувшись. — Рада, что ты смогла прийти. Я хотела — э-э, мне нужно было кое о чём с тобой поговорить». — Карие глаза скользнули по Саске. «С вами обоими». Положив руки на колени и выпрямив спину, Хината полностью сосредоточилась на Тентен, в то время как Саске, не проявляя интереса, с лёгкостью поглощал свою еду. «Это насчёт Сакуры». Хината напряглась, а Саске никак не отреагировал. «Думаю, она знает о... вас обоих. Она видела вас в парке в субботу». Что? «Ш-Она была там?» Как? Почему!? Тентен кивнула. «Думаю, она решила, что между вами что-то есть, и немного... расстроилась». Прикусив губу, Хината пыталась придумать, что делать. Именно этого она и боялась и надеялась, что этого не случится, — но чего она ожидала, на самом деле? Если бы не суббота, то был бы другой день. Кто-нибудь увидел бы их на парковке или за разговором в школе и разболтал бы об этом, пока не дошло бы до Сакуры или Ино. Саске был настолько заметным, что рано или поздно они бы узнали. Она просто надеялась, что это случится не так скоро. «Н-но мы не встречаемся». Краем глаза она заметила, что Саске нахмурился, но не обратила на это внимания. Потому что, если бы она не проигнорировала это, то слишком сосредоточилась бы на этом и потеряла бы нить рассуждений. «Тогда, я думаю, тебе стоит сказать ей это самому», — ответила Тентен. Хорошо. Она старалась не переживать из-за этого — Сакура поймёт, если она просто всё объяснит. Но всё же где-то в глубине души у неё бурлило беспокойство. Хорошо . . . ... «Не волнуйся об этом», — наконец заговорил Саске. Прошло три минуты после разговора, и все уже приступили к еде. Он посмотрел на неё и продолжил: «Мы с Сакурой теперь друзья, и я не собираюсь это менять». Тентен хихикнула. «О, ты хитрый пёс». Она закатала рукав, посмотрела на часы, ахнула и тут же вскочила. «Чёрт, мне пора, а то тренер Гай убьёт меня. Спасибо за встречу, Хината. В следующий раз давай встретимся с другими девочками!» В спешке огибая стол, Тентен не заметила, как что-то выпало из её кармана и упало на пол. Но Хината заметила и, наклонившись, чтобы поднять это, чуть не подавилась. В её руке был светло-голубой конверт с надписью от руки на лицевой стороне, без единой морщинки и... и... вот он. — Т-Тентен! — позвала Хината, держа письмо в воздухе. — Ты, э-э-э, уронила его! Её подруга оглянулась через плечо, покраснела и побежала обратно к столу. «Чёрт, я знала, что не стоило сохранять это письмо». Неловко потирая плечо, Тентен взяла письмо и убрала его обратно в рюкзак. «Только никому не говори, ладно, Хината? Я не хочу, чтобы все знали, что я сохраняю такие вещи». Она улыбнулась и поджала губы. «Б-но... почему он до сих пор у тебя?» Насколько она помнила, Тентен ненавидела такие вещи. «Да, да, я знаю. Я большая лицемерка. Но —послушай — то, что он сказал, было на самом деле... довольно мило. И конверт не был украшен всем этим дерьмом, как остальные, так что я его сохранила». Нервно смеясь и переминаясь с ноги на ногу, Тентен похлопала по сумке с письмом. «Серьезно, держи это в секрете». С этими словами она развернулась на каблуках и побежала в класс. Обернувшись, Хината увидела, что Саске смотрит в ту сторону, куда ушла Тентен. На его лице было такое выражение, что у неё сразу пропал аппетит. На уроке рисования Хината поставила свой холст рядом с холстом Сакуры, и они начали рисовать. — С-Сакура, — прошептала она, — мне нужно с-поговорить с тобой. Не отрывая взгляда от холста, на котором она рисовала голубое тёплое небо, Сакура уверенно улыбнулась и сказала: «Давай». Хината на мгновение перевела взгляд на подругу, на её напряжённую позу и поджатые блестящие губы. Эти блестящие зелёные глаза ни разу не взглянули на неё, что было странно для Сакуры, ведь она любила смотреть в глаза собеседнику. Она злится, — поняла Хината, чувствуя, как учащается пульс. Тентен была права. «Эм, насчёт п-парка...» — Сакура прервала рисование. «Это н-не то, что ты думаешь. С-Саске и я... мы не встречаемся. Я бы н-не стала... ну, я бы по крайней мере сначала сказала тебе... если бы это было... когда-нибудь...» — Я знаю. Вздохнув, Сакура отложила кисть и встретилась взглядом с Хинатой. «Я знаю, что ты с ним не встречаешься, — сказала она, опустив глаза. — Мне просто было больно от того, что ты не сказала мне, что встречаешься с ним. Если бы ты сказала, я бы не стала...» «Я... я прошу прощения», — сказал Хината. Покачав головой, Сакура широко улыбнулась и вернулась к рисованию. «Не волнуйся, Хината. Я уже успокоилась. Это была просто ревность по пустяку». Она вытерла кисть о салфетку, смочила её в воде, окунула в жёлтую краску и начала добавлять её в небо. Хината никогда не видела, чтобы Сакура рисовала что-то настолько... живое и яркое. Несмотря на то, что Сакура была жизнерадостной девушкой, в своих рисунках она предпочитала более мрачные и резкие тона. Хината всегда думала, что эта привычка как-то связана с Саске. Но сейчас она нарисовала сине-жёлтое небо, которое буквально светилось. «Сакура... это п-прекрасно». И, к её замешательству, на этих блестящих губах появилась грустная улыбка. — Я знаю. ... «Эй! Хината!» Порыв ветра едва не сбил её с ног, и ей пришлось прикрыть глаза поднятой рукой, чтобы разглядеть, как Киба машет ей, подзывая к своему джипу. Откинув чёлку с глаз, она подошла и прижалась спиной к громоздкому кузову автомобиля, который защищал её от ветра. Киба рассмеялся и выскочил из джипа, чтобы подойти к ней. «Я как раз собирался тебе написать». В подтверждение своих слов он помахал телефоном, показывая половину сообщения, которое собирался ей отправить. «В среду вечером вся компания собиралась пойти в то место с барбекю в центре города. Ты с нами?» Вся группа? Она на секунду задумалась, взвешивая все «за» и «против», и быстро пришла к выводу, что ни за что не пропустит встречу с всеми. «Я... я бы с удовольствием!» «Отлично!» — его зубастая ухмылка растянулась почти на всё лицо. «Твой двоюродный брат рано уходит — ммм, что-то насчёт Тентена, — так что я решил, что тебе понадобится подвезти. Я...» «Я сделаю это». Внезапно кто-то схватил её за левый локоть, и Киба позвал её по имени. Она едва расслышала его из-за завывания ветра и шума в ушах, когда посмотрела на Саске. Он отвёл её на другую сторону парковки для младших классов, где в лучах солнца блестела его машина. «Я тоже отвезу тебя домой». А? «Но Н-Нэджи...» Он уже открывал перед ней дверь, прежде чем она успела произнести хоть слово. «Начало в 7:00, так что я заеду за тобой в 6:40». Саске закрыл за ней дверь, обошёл машину и сел на водительское сиденье. Двигатель взревел, и он рванул с места, выезжая с парковки. Её сердце бешено колотилось, и она взглянула на него, не особо удивившись, что он смотрит на неё в ответ. «Не думаю, что мне нужно тебе это говорить, но...» — он ухмыльнулся, — «на этот раз не надевай джинсы». ... В среду вечером, за пять минут до прихода Саске, Хината смотрела на себя в зеркало. Всё ли в порядке? Её взгляд скользил по чёрному платью, длинным свисающим рукавам, юбке, доходившей до колен. При виде этого её сердце разрывалось на части, и она чувствовала себя совершенно растерянной. Слишком много? Недостаточно? Что мне об этом думать? В среду вечером, за четыре минуты до прихода Саске, Хината была на грани срыва. Оторвав взгляд от своего отражения, она выбежала из комнаты, спустилась по лестнице, увернулась от горничной, которая вытирала пыль с перил, и пошла обуваться. Погодите-ка... туфли! Итак, в среду вечером, за три минуты до прихода Саске, Хината рылась в шкафу, пытаясь найти что-нибудь — что угодно — подходящее к её платью. Она нашла пару чёрных туфель на каблуке высотой 13 сантиметров, устало посмотрела на них, поняла, что времени остаётся всё меньше, и — В среду вечером, за две минуты до того, как должен был придти Саске, в доме раздался звонок в дверь. Он рано! Натянув туфли, она схватила сумку и бросилась вниз по лестнице, чуть не споткнувшись на третьей ступеньке. "Оу!" Где-то в гостиной в тени спряталась Ханаби и коварно проворковала: "Он точно не заскучает сегодня вечером!" Хината распахнула дверь до того, как слова сестры успели дойти до неё и заставить её покраснеть и смутиться. Саске был в классических брюках и белой рубашке на пуговицах и закатывал рукава, когда она посмотрела на него — точнее, уставилась на него. Если бы на нём не было тёмно-синей объёмной куртки-бомбера, она бы, наверное, не поверила, что это он. Она никогда раньше не видела его таким... опрятным. — Ну вот, — сказал он, проводя рукой по волосам, — ты готова. Покраснев, Хината повернулась к сестре, сказала, что они будут дома до десяти, и закрыла за собой дверь. Спускаясь по лестнице к большой подъездной дорожке, Хината и её туфли на каблуках, и его классические туфли стучали по бетону. Хината теребила рукава, чувствуя, как по телу пробегает дрожь неуверенности. Но когда они подошли к машине и она проскользнула мимо него, чтобы занять своё место, она увидела его взгляд. От такого взгляда ей становилось легче. Ему не нужно было ничего говорить; всё было написано в его довольных, прищуренных глазах. ... Увидев, что все остальные одеты примерно так же, как она, Хината почти полностью забыла о своей неловкости и улыбнулась, когда Ино и Тентен нашли её и втянули в свой радостный пузырь. Барбекю-ресторан располагался в элегантном здании, где при входе взору открывалась гигантская люстра и бархатные скамьи, окружавшие подиум для администратора. Когда их столик был готов, их проводили в один из задних залов, где стояли большие столы. Группа разделилась на две части, и Хината села с Ино, Тентен, Сакурой, Саске, Неджи и Кибой. Пока они изучали меню и заказывали напитки, Ино похлопала её по плечу и улыбнулась. «Ты прекрасно выглядишь», — сказала она, и её глаза заблестели в свете свечей. — Т-ты тоже. «Я тебя сначала даже не узнала», — смеясь, сказала Сакура, сидевшая за столом между Саске и Тентен и попивавшая свой сладкий чай. «Не потому, что — ну, ты понимаешь, — а из-за каблуков. Ты как будто выросла на пять дюймов». Ино закатила глаза и помешала соломинкой в стакане с водой. «Да. Может, тебе стоит обзавестись парой пятидюймовых, карлик!» Сакура ударила кулаком по столу. «Ещё раз так меня назовёшь!» Саске нахмурился, а Тентен прошипела: «Вы двое, может, остановитесь на одну секунду, пожалуйста? Нас выгонят, если вы продолжите в том же духе». Киба, сидевший слева от Хинаты, усмехнулся и откинулся на спинку стула. «Вот это было бы весело». ... Сделав заказ и дождавшись, пока им принесут ужин, компания начала искать, чем бы отвлечься от урчания в животе. Пока за другим столиком играли в «20 вопросов», Сакура и Ино обсуждали последние сплетни, время от времени пытаясь заставить Саске сказать хоть слово. Хината как раз слушала рассказ Кибы о том, как они с Ли протащили Акамару в кинотеатр, когда за другим столиком раздался громкий крик. «Чёрт возьми, я ни хрена не могу думать, когда так ЖАРКО!» Наруто. Она оглянулась и увидела, что он стоит и, кажется, готов разрезать рукава своего кардигана ножом для стейка. Киба, тоже оглянувшись, испуганно вскрикнул. «Какого чёрта, Наруто!?» — крикнул он, пока Ли и Шикамару удерживали Наруто, чтобы он не испортил свою одежду. «Тебе что, подсыпали что-то в напиток, или ты теперь ещё больший идиот?» Наруто прищурился и усмехнулся. «Ни то, ни другое, тупица». Он стряхнул с себя обоих парней и скрестил руки на груди. «Просто чертовски жарко — если бы я знал, то не надел бы эту душную штуку!» Затем, не прошло и нескольких секунд, как он стянул кардиган через голову и перекинул его через спинку стула, оставшись в одной чёрной майке. «Вот! Уже лучше!» — Какого чёрта? — завопила Сакура. — Здесь нужно быть в официальной одежде. Надень свой свитер обратно! «Ох, Сакура, с тобой неинтересно!» Хината старалась не смотреть в сторону Наруто и перевела взгляд на Саске, который потягивал свой воротник и сам выглядел немного разгорячённым. Она и представить себе не могла, насколько жаркой может быть эта большая куртка. Обеспокоенная, она хотела что-то сказать, но Тентен опередила её. «Эй, Саске, ты выглядишь так, будто сейчас вырубишься». Она сделала глоток воды, не обращая внимания на его сердитый взгляд. «Сними куртку, пока я не оттащил тебя в ванную, чтобы ты не сварился». «Ты такая милая». В его голосе звучал сарказм, но он всё же снял куртку и повесил её на спинку стула. Ино не сводила глаз со своих коленей, а Сакура то и дело украдкой поглядывала на Саске. Хината и сама не могла в это поверить. Как одна куртка могла так сильно изменить человека? Саске больше не был обычным парнем, который всегда ходил в чёрном. Он стал более опрятным и свежим версией самого себя, и Хината не могла выбросить этот образ из головы, даже когда отводила взгляд. Какого чёрта? — спросила она себя, залпом выпивая бокал. Что с тобой не так? ... Когда подали основное блюдо и все приступили к еде, Наруто снова начал жаловаться на жару. «Может, отвалишь?» — рявкнул Киба, вгрызаясь в рёбрышки. «Просто сходи в туалет и плесни себе в лицо воды или ещё чего-нибудь». — Эй! — Наруто ухмыльнулся. — Отличная идея! Пока он отлучался в уборную, Ино и Сакура были погружены в свой собственный мир — они как будто соревновались, кто быстрее доест крылышки. Неджи вытер губы и посмотрел на них так, словно они были дикими животными, и даже Тентен выглядела недовольной. «Какого чёрта? Когда вы, ребята, успели так объесться?» Хината наблюдала за ними, не сводя глаз, боясь, что в любой момент кто-то из них начнёт задыхаться. Но этого не произошло, и всё закончилось тем, что Сакура хлопнула ладонью по белой скатерти, а Ино всё ещё держала в зубах половину крылышка. «Получи, свинья!» — крикнула Сакура, и в её глазах вспыхнула победная искра, а лицо засияло. Ино, в свою очередь, дёрнула за ткань, из-за чего чашка Сакуры опрокинулась, и чай пролился на её белое платье. «ЧЁРТ!» Киба расхохотался, а Сакура вскочила, широко раскрыв глаза и сверкая от ярости. «Ты — как ты мог — это же Prada!» Ино ухмыльнулась и вытерла испачканный соусом рот салфеткой. «Да, ну а теперь это ничего!» Фыркнув, Сакура бросилась в женский туалет. Хината в изумлении повернулась к Ино. «И-Ино!» Она никогда раньше не видела, чтобы между ними происходило такое. Конечно, они ссорились, но уважали границы друг друга и никогда не заходили слишком далеко. Это так, — она взглянула на молчаливого красивого парня, сидевшего на другом конце стола, потому что здесь Саске? «Что ты д-д-делаешь?» И выражение лица Ино — это было так, как будто она сама осознала, что только что сделала. "О, боже, Хината! Что я только что сделала!? Она встала, виновато скривив губы. - Мне нужно идти... Хината тоже встала и положила руку на плечо Ино. «Я... я пойду. Она, м-может быть, слишком з-злая, чтобы говорить с т-тобой». Она выбралась из-за стола и стула и прошла мимо Ино между двумя столами. По пути в туалет она услышала, как её зовёт Шикамару. «Подожди, Хината! Я думаю, тебе не стоит сейчас туда идти». Что? Почему бы и нет? Сакура была немного пугающей, когда злилась, но жестокой её тоже нельзя было назвать. Ободряюще улыбнувшись подруге, она быстро направилась в другую часть ресторана, где за стеной располагались туалеты. Она уже собиралась завернуть за эту стену, когда... «О чём ты только думал, когда так резко снял свитер? Ты что, с ума сошёл?» «Я привлёк твоё внимание, не так ли?» «Да, ну, в следующий раз не будь таким категоричным». Сакура... В глубине её желудка нарастало, урчало и рычало чувство страха. А Наруто? Разум подсказывал ей повернуть назад, но больное сердце толкало её вперёд, и она похолодела всем телом, когда увидела, как Сакура, встав на цыпочки, целует Наруто. Целовать его! К... Целую его... В животе у Хинаты взрывались фейерверки, а в голове вспыхивали огни. Ей казалось, что сегодня Четвертое июля. Было время обеда, но она так волновалась и нервничала из-за Наруто, что не могла есть. Ей казалось, что ее лицо навсегда покраснеет, а руки не перестанут дрожать. Так вот каково это — получить признание в любви? Так вот что чувствовали Ино, Тентен и Сакура почти каждый день? Хината едва могла сдерживаться в течение одного дня — как, чёрт возьми, они справлялись с этим бурлящим чувством? Стоя у входа в столовую, Хината ждала так терпеливо, как только могла, но это было практически невозможно. И когда она увидела огненно-рыжие волосы и ослепительно-голубые глаза, все эмоции, которые она сдерживала, нахлынули на неё, и она пошатнулась. — Эй, — позвал Наруто, стоя перед ней с распростёртыми руками, готовый поймать её, если она упадёт. — Ты в порядке, Хината? Он выглядел таким красивым — даже красивее, чем обычно. Ей показалось, или он принарядился ради неё? Сглотнув, она смогла лишь кивнуть. Наруто ухмыльнулся, взял её за руку и повёл прочь из столовой. Она не чувствовала ничего, кроме этой руки, такой тёплой, большой и надёжной. Они подошли к уединённой лестнице в школе, и Наруто повел плечами, перекидывая рюкзак на одну руку. Он выглядел взволнованным. Неужели он тоже нервничал? Стоя там с широко раскрытыми глазами, она смотрела, как он откашливается и начинает рыться в своём рюкзаке. «Ну, э-э, я знаю, что ты часто это получаешь, — начал он, глядя куда угодно, только не на неё. На самом деле я как раз раздумывал, стоит ли мне вообще использовать письмо, понимаешь? Но я решил... ну, раз уж это тыи всё такое...» Сжав руки, Хината почувствовала, что вот-вот взлетит. Бросив сумку, Наруто достал розовый конверт и робко протянул его ей. «Ну, э-э-э, вот». Он толкнул конверт в её сторону, и она, дрожа, взяла его, не сводя с него глаз. Ей казалось, что она умерла и вернулась к жизни. Сердце бешено колотилось у неё в ушах. Она не могла в это поверить. Наконец-то это произошло. Наруто... он действительно... «Можешь передать это Сакуре?» ... Сакура. Как цветущая сакура. Сакура. Блестящая, умная, уверенная в себе и замечательная. Сакура. Он произнёс это имя с такой любовью, с такой тоской, что вся комната — школа — город — планета — засияла розовым. Сакура. ...Только не Хината. Не Хината, тихая, застенчивая, книжная, странная. Не Хината-посыльный, потому что... потому что... Потому что курьеры не получают писем. ... «Ей... ей это понравится, Наруто. ... «Хината, посмотри на меня». Холодная рука коснулась её подбородка, и она вернулась в мир с розовыми бликами перед глазами, в голове, во всём существе. Она не видела ни чёрных глаз, ни обеспокоенного хмурого лица; она видела только сияющий розовый мир, частью которого ей никогда не суждено было стать. «Посмотри на меня». Она была... Он тоже был розовым, этот Саске. У неё не должно было быть розовых вещей. ... Когда он подвёл её к остальным, все они выглядели одинаково: обеспокоенными и виноватыми. — Хината, — Тентен подбежала к ней и обняла за плечи, — мне так жаль. «Ты не должна была это видеть», — сказала Ино, пододвигая ближайший стул, чтобы лучше видеть. «Всё должно было пойти не так». Она не села. Она не пошевелилась. Она могла только слышать, как эти слова снова и снова звучат у неё в ушах. «Ты...» Она увидела их всех, их нахмуренные лица и мрачные взгляды, и поняла, что снова оказалась в центре внимания. «Вы, ребята... знали?» — Хината, — начал Шикамару. Это было всё, что он хотел сказать. Она не могла... поверить в это. Она перевела взгляд в сторону, где стояла её кузина с сердитым и пристыженным видом, а также с другими гребаными эмоциями, которые кружились у неё в голове и сводили с ума. Что это было? Почему всё так обернулось? Они все знали о Наруто и Сакуре и не ЧЁРТ ВОЗЬМИ сказали ей!? «Н-Неджи», — плакала она, рыдала, горевала — как бы ты это ни называл. Она знала только то, что ей надоело плакать из-за него. «М-можно мы пойдём домой, пожалуйста?» ... Мне так жаль, Хината! Я никогда не хотел причинить тебе боль. Я просто не знал, что сказать и как это сказать. Пожалуйста, поговори со мной! — Ино 1 пропущенный звонок от Саске Учихи Сакура сказала мне ничего не говорить. Должна быть причина. Ну же, Хината, просто поговори с нами. — Тентен 2 пропущенных звонка от Саске Учихи Я не хотел оставлять тебя в неведении. Все пытались во всём разобраться. Давай всё обсудим. — Шикамару 4 пропущенных звонка от Саске Учихи Я не хочу, чтобы это повторилось. Что мне нужно сделать, чтобы ты мне ответил? - Киба 7 пропущенных звонков от Саске Учихи Я буду там, где и всегда. — Саске ... Ничего — ни черта — обезьянье дерьмо — абсолютно ничего -Сакура. В этом нет ничего удивительного. Что заставило её пойти в школу, в библиотеку, к Саске? Надежда. Потому что она не хотела быть такой, какой была тогда, на втором курсе, и надеялась, что он сможет увести её с того пути, по которому она шла. Потому что Саске Учиха был известен тем, что прокладывал свой собственный путь, и в кои-то веки она тоже хотела иметь свой собственный путь. ... «Послушай меня, прежде чем что-то сказать». Она села и кивнула, не собираясь ничего говорить. Саске тоже не был, но сам факт того, что она там оказалась, был достаточно странным, поэтому она решила не заострять на этом внимание. Он сложил руки на груди и уставился на неё с невозмутимым выражением лица. «Напиши Сакуре». Она прикусила губу, и с её языка чуть не сорвался крик протеста. «Ты должна это сделать, потому что я знаю Сакуру —ты знаешь Сакуру — и сейчас она думает, что тебе нужно пространство и время, чтобы подумать. Но от этого тебе станет только хуже, так что напиши ей и скажи, чтобы она встретилась с тобой и вы поговорили». Она только сейчас поняла, что он никогда не смотрел на неё так долго. Обычно к этому моменту он отводил взгляд или сосредотачивался на чём-то другом. Хината предположила, что, когда он был чем-то серьёзно увлечён, он полностью погружался в это. Это было так... в его духе. «Скажи Ино, чтобы она присоединилась к тебе, если нужно, но сделай это сегодня». То, что он только что сделал — заговорил с такой силой и напором, — она не могла так поступить. Не в её положении. Не с её дрожащим голосом, трясущимися руками и дрожащим всем остальным. Он хотел, чтобы она поговорила с Сакурой, и она знала, что должна это сделать, но дело в том, что для разговора нужно быть хорошим собеседником, чтобы из этого что-то вышло, а она — ну, она никогда не была хороша в таких вещах. «Я-я-я не могу», — сказала она, как всегда, опустив голову. Саске и глазом не моргнул. «Почему бы и нет?» «Б-потому что я не т-ты». «Это хорошо». Хината вопросительно посмотрела на него, и он фыркнул. «На твоём месте я бы её отпугнул, и ничего бы не вышло». В этот момент она вспомнила восьмой класс, когда Сакура была на самом дне. Она так злилась на Саске за то, что он порвал с ней, но при этом боялась спросить его почему. Тогда Хината не совсем понимала это чувство. Она думала, что злость помогает легче общаться с людьми — Неджи разговаривал с ней только тогда, когда злился. Но теперь она поняла. Она лучше понимала людей, лучше понимала Саске — и хотя он не был статуей или каменной стеной, иногда он говорил как статуя, и это было страшно — Б-б-но, — пролепетала она, сцепив пальцы, — я-я ни на что не гожусь. Я в-в-всегда с-с-заикаюсь, т-теряю слова и п-путаюсь в мыслях. Я-я не могу... Я-я-я не... «Не всё время». А? Он скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула. «Ты не делаешь этого, когда читаешь стихи». Как это... «Так что читай стихи. Сделай из Сакуры что-то в духе Эдгара По и читай её, как книгу». Его губы изогнулись в улыбке — в чём-то розовом. Это было так соблазнительно, что она едва удержалась, чтобы не схватить его. Но она не смогла. — Я не знаю, С-Саске. Причуда исчезла, уступив место чему-то более серьёзному. Взгляд Саске опустился, заскользил, заметался между реальностью и (не реальностью?), прежде чем вернуться к ней с зимним холодом в глазах. «В тот день, когда ты читала мне «Мороз» в классе, я прекрасно тебя понял». Он каким-то образом отстранился — не физически, просто... каким-то образом. Как будто какая-то часть его отсутствовала. «С тех пор я хотела, чтобы ты сделал это снова. Потому что, когда ты читаешь стихи...» Он замолчал, прищурился и сосредоточился на ней. «Значит, если я так чувствую, то и Сакура будет чувствовать то же самое». Озадаченная Хината позволила его словам проникнуть в её сознание и успокоить её. Если он так смотрел на вещи — на неё, — то кто она такая, чтобы отказывать ему? Если он сказал, что она может это сделать, то... Тогда она смогла бы. Она улыбнулась, и к нему пришла розовая энергия. Она была тёплой и искрящейся, не такой громкой, как розовая энергия Наруто, и не такой тусклой и рассеянной, как розовая энергия её отца. Она была стабильной, ощутимой и доступной, и впервые Хината почувствовала, что может взять эту розовую энергию в руку и прижать к сердцу. Саске Учиха, — подумала она, и на её щеках появился румянец. Я тебя не отпущу. ... Сегодня вечером в «Макдоналдсе» я хотел бы поговорить с вами обоими. — Хината. Он забрал её сердце, её достоинство и выбросил их на обочину. Дважды. В первый раз он сказал ей отрастить волосы. Во второй раз, когда он сказал ей почему. ... Не ей напрямую, но она всё равно услышала. И чтобы подлить масла в огонь, это произошло через час после того, как он отдал ей письмо Сакуры. «Наруто, ты сегодня какой-то весёлый». В коридоре он разговаривал с Шикамару, широко улыбаясь. Хината наблюдала за ними из-за угла, краснея и дрожа всем сердцем. К груди она прижимала сборник стихов. «Что случилось?» «Хорошие дела. Отличные дела!» Он хлопнул Шикамару по спине и рассмеялся. «Я сделал это — наконец-то! Я отдал Хинате письмо Сакуры». Шикамару вздрогнул и потёр больное плечо. «Поздравляю». «Спасибо, дружище! Я очень нервничаю из-за этого, но Хината теперь моя подруга, и она никогда бы не поступила со мной так подло, так что теперь всё зависит от реакции Сакуры.» Так вот в чём было дело... «Ты говоришь так, будто используешь её, Наруто». — А? Черта с два! Она моя подруга и оказывает мне услугу. Шикамару ничего не ответил и нахмурился. Наруто воспринял это как согласие и улыбнулся ещё шире. «Подожди — уже завтра я буду встречаться с Сакурой! Ты можешь в это поверить, чувак?» — Нет. «Я тоже не могу!» На его загорелом лице появилось мечтательное выражение. «Это как-то странно, понимаешь? Как такой парень, как я, и такая девушка, как она... Я имею в виду, она такая красивая, а посмотри на меня!» Я смотрю, Наруто. «Я в полном раздрае!» Ты не в раздрае, Наруто. «Ну, как такое может быть, понимаешь? Потому что ты видел Сакуру? Эти глаза, эти волосы — боже, они такие длинные и красивые, что мне хочется провести по ним пальцами». «У Хинаты тоже длинные волосы», — заметил Шикамару. "Да, ну, каждый раз, когда я смотрю на Хинату, она напоминает мне Сакуру —" Что? "— и это просто бесконечный цикл. Иногда я забываю, что тусуюсь с Хинатой, и думаю, что она — Сакура." Р... Серьёзно? — Какого чёрта? — Шикамару нахмурился и шлёпнул блондинку по затылку, а затем оглянулся через плечо в поисках того, кто уже был за много миль отсюда. — Это неправильно, Наруто. ... Она не могла дышать. Она не могла думать. Она не могла... поверить в это. Всё, что она могла делать, — это идти и повторять эти слова про себя раз, два, тысячу раз, пока они не стали единственным, о чём она могла думать. Она так погрузилась в воспоминания о его голосе, улыбке и предательстве, что не заметила, как кто-то оказался прямо перед ней, пока буквально не врезалась в него. Она пошатнулась, но успела ухватиться за что-то, прежде чем упасть на пол. — О, — пробормотала она, поднимая взгляд и глядя в холодное белое лицо с каменным взглядом. Саске Учиха. Друг Наруто. Наруто... Глаза защипало, она отвернулась и пошла в сторону парковки, но потом... «Привет». Хината обернулась и увидела, что он смотрит на её книгу. «Как это называется?» Почему-то ей показалось, что он насмехается над ней — потому что он дружил с Наруто и поэтому должен был знать всё, что думал и чувствовал Наруто и о чём лгал — и то, что он задал ей этот вопрос, было почти так же болезненно, как если бы он просто оскорбил её. Разозлившись и желая поскорее уйти, она уронила книгу и пнула её так сильно, что та подкатилась к его ногам, а затем развернулась и выбежала из школы. ... «Хината». В дверь её спальни постучали, и она уставилась на неё сквозь темноту. «Тентен здесь». Она вздохнула, когда дверь медленно со скрипом открылась и в комнату проник свет. Сначала в комнату заглянула голова Тентен, а потом и всё её тело. «Хината, — прошептала она, входя в комнату и закрывая за собой дверь, — я получила твоё сообщение и принесла всё необходимое. Ты хочешь сделать это здесь?» Хината кивнула и убрала руки от коленей, свесив ноги с края кровати. «Можно мне включить свет?» — С-конечно. Через секунду комната осветилась, и Хината быстро заморгала, чтобы привыкнуть к яркому свету. Тентен подошла с коробкой, полной принадлежностей для волос, и поставила её на туалетный столик у кровати. Напевая, она провела руками по гладким голубым локонам Хинаты, внимательно и оценивающе глядя на неё. «Сколько дюймов? » «Столько, сколько возможно». То есть столько, сколько позволят Хьюги. Тентен кивнула и накинула полотенце себе на плечи. «Расскажи мне всё». ... Так она и сделала. Хината рассказала Тентен о Наруто, не упуская ни одной мучительной подробности, прерываясь на икоту и печальное заикание. Она смотрела, как пряди волос падают ей на плечи, и чувствовала себя немного лучше, когда тяжесть больше не давила ей на голову. К тому времени, как она закончила свой рассказ, Тентен уже был вне себя от ярости. «Вот идиот!» «Т-тенты...» «Кем он себя возомнил — а!? То, что он тупой, не значит, что он может делать глупости — особенно те, в которые ты из-за него попадаешь!» Нож опасно близко пролетел у её уха, и Хината сглотнула. «Тентен, н-не говори ничего Ино или С-Сакуре». «Что? Почему, чёрт возьми, нет?!» «П-потому что...» Потому что она знала, как больно хотеть чего-то и не получать этого, и она не хотела, чтобы Наруто снова испытал эту боль. «Потому что я... я отдала Сакуре письмо... и я не хочу, чтобы это разрушило его шансы». Ей не нужно было видеть Тентен, чтобы понять, что та хмурится. «Хината». — Пожалуйста, Т-Тентен. Пауза, несколько щелчков, а затем тяжёлый вздох. «Хорошо». — С-спасибо, Тентен. «Нет, это Наруто должен меня благодарить! И ты, за то, что спас его задницу!» ... Через несколько минут Тентен закончила, и Хината посмотрела на своё отражение. С её плеч словно свалился груз, когда она перестала видеть длинные локоны, обрамляющие лицо и спадающие на спину. Она, наверное, миллион раз поблагодарила Тентен, обняла её и расплакалась, уткнувшись в фартук. В ответ Тентен рассмеялась и похлопала её по спине. «Я просто рада, что с тобой всё в порядке.» — её карие глаза метнулись в сторону двери. «Знаешь... Неджи из-за всего этого сходит с ума. Если ты будешь продолжать его беспокоить, у него появятся седые волосы ещё до того, как ему исполнится двадцать». Хината рассмеялась, а из-за двери донёсся мужской крик. «Я НЕ буду!» ... На следующий день, когда она рано утром пришла в библиотеку, она не ожидала увидеть там знакомую книгу в чёрном переплёте, которая ждала её. Но книга была там, и она улыбнулась, села и порадовалась, что наконец-то может читать её, не отвлекаясь на волосы. На парковке «Макдоналдса» Неджи заглушил двигатель и посмотрел на Хинату, которая сидела на пассажирском сиденье бледная и больная. «Ты уверена?» — спросил он её, наверное, в десятый раз за эту ночь. Нет, но она знала, что должна это сделать. Слабо кивнув, она отстегнула ремень безопасности, открыла дверь и вышла. Когда она оглянулась, Неджи смотрел через лобовое стекло на ресторан в поисках... кого-то. Кто-то совершенно очевидный. «Её н-нет здесь», — сказала Хината с улыбкой, проследив за его взглядом. «Когда ты её пригласишь?» Он нахмурился и покраснел. «Сегодня вечером». «Что?» Она этого не ожидала. «Р-правда?» Он посмотрел на неё таким взглядом, что она поняла: он абсолютно серьёзен. Её улыбка превратилась в ухмылку. «Ну, если тебе когда-нибудь понадобится помощь с этим, я здесь». Он закатил глаза и ухмыльнулся. «Спасибо, но нет». Он повернул ключ, двигатель взревел, и его глаза засияли уверенностью. «Я не трус». ... Её двоюродный брат — нет, а она — да. Настолько, что ей потребовалось пять минут, чтобы набраться смелости и просто войти в «Макдоналдс». О, Хината, — подумала она, не поднимая глаз, в страхе, что, если она посмотрит вверх, то увидит их, как ты собираешься пережить этот вечер? Она была уверена, что чудом избежала смерти. Сделав глубокий вдох и расправив плечи, она вздёрнула подбородок — «Подними подбородок, Хината. Если они будут видеть только твою макушку, они не воспримут тебя всерьёз». — и направилась по проходу между кабинками к той, за которой она и её друзья часто сидели в такие вечера, как сегодня, только без такого напряжения и недоверия. Она плюхнулась на стул, моля Бога, чтобы не выглядеть такой же взволнованной, какой себя чувствовала, и подняла глаза, чтобы встретиться с ними взглядами. Сакура и Наруто, стоявшие напротив неё, удивлённо переглянулись. «Спасибо, что встретились со мной». ... После этого всё пошло наперекосяк. Сакура уже в третий раз тянулась за большой банкой колы, Наруто не отрывался от окна, а Хината чувствовала, что теряет самообладание. Ну же! Она мысленно дала себе подзатыльник. Придумай что-нибудь. Что бы сделал Неджи? Отпугнуть их. Что бы сделала Ханаби? ...Отпугнуть их. Что бы сделал Тентен!? ...Отпугнуть их... красиво. Это невозможно. Она опустила глаза и почувствовала себя несчастной. Саске был неправ, я не могу этого сделать. Саске . . . «Л-послушай меня, прежде чем что-то скажешь». И хотя он говорил ей, чтобы она не была такой, как он, она поступила именно так. ... Сакура перестала прихлёбывать, а Наруто оторвал взгляд от окна. От такого пристального внимания ей стало жарко и неловко, но она сглотнула, понимая, что отступать уже поздно. «Я-я п-прошу прощения, если всё это в-выглядит слишком внезапным — я, э-эм, знаю, что для меня это тоже немного неожиданно. Но если мы н-не поговорим сейчас, я-я думаю, что мы никогда не поговорим». Положив руки на стол и сжав его край, Хината выпрямилась и сказала: «В-в ресторане я видела в-вас двоих». Сакура нахмурила брови, но в её опущенном взгляде не было удивления, в то время как у Наруто чуть челюсть не отвисла. "ЧТО?!" «Заткнись , идиот!» Хината грустно улыбнулась и продолжила. «Я... это, эм, сначала меня напугало, и мне было очень больно это видеть — не потому, что я всё ещё испытываю чувства к Н-Наруто». Она перевела взгляд на него, и её лицо запылало, как солнце. Она хотела, чтобы её признание было... другим, но теперь ничего нельзя было изменить. «С-still... м-meaning I, у-um, у-used to have feelings for y-you. На самом деле, уже давно». Его глаза были широко раскрыты, а уши горели от смущения. При виде него у Хинаты скрутило живот, и она снова сосредоточилась на Сакуре. «Мне было п-больно, потому что я думала, что ты хотя бы сначала скажешь мне об этом». Зелёные блестящие глаза наконец встретились с её взглядом. «Хината...» «В-в последний раз, к-когда мы были здесь, Ино сказала, что Н-Наруто будет с-следовать за любой, кто у-уделит ему в-внимание и будет хорошенькой. Я, э-э-эм, думала о том же на втором курсе, а-а когда мы с-сблизились, я подумала, что н-он н-начнёт испытывать ко мне симпатию». Она потёрла плечо, и все эмоции прошлого года всколыхнулись в ней. «Этого никогда... э-эм... н-ну, не произошло». Поэтому я... я задумался о том, что это говорит обо мне. «Х-Хината...» Наруто перебила расстроенная Сакура, которая протянула руку через стол, словно хотела взять Хинату за руку. «Ино не хотела ничего такого...» «Я-я знаю». Откинувшись на спинку сиденья, она улыбнулась им обоим. «Теперь я знаю, что единственное лицо, ради которого Н-Наруто когда-либо пойдёт на что-то, — это твоё лицо, Сакура». Они оба замерли, на их лицах отразилось потрясение. Покрутившись на месте и покраснев, Сакура, всхлипывая, закрыла лицо руками. «Мне-мне так жаль, Хината!» Наруто обнял её, виновато нахмурив брови. «Хината». Она никогда раньше не слышала этого голоса — по крайней мере, от него. Но когда-то давно Саске всегда так говорил. Холодно и величественно, как «Остановившись у леса снежным вечером». «На втором курсе — я не думал — я думал, что мы друзья! Я не — я — я никогда не хотел причинить тебе боль». И всё, что она сделала, — это улыбнулась, потому что знала. Спустя год она наконец поняла, что вся эта боль в груди и сомнения в голове были вызваны не злым умыслом, а ошибкой. Простой, наивной ошибкой. И, как она выяснила, ошибки довольно легко исправить, если найти их причину. ... Тридцать минут спустя, после множества слёз, извинений и виноватых взглядов, они уже улыбались и смеялись, болтая за парой бургеров. Это было... приятно, и Хината никогда не думала, что оковы, сковывавшие её сердце, исчезнут. Но они исчезли, и она могла свободно смеяться, смотреть в будущее и... Любовь. — Э-э-эм... — раскатистый смех Наруто затих, когда Сакура посмотрела на него с улыбкой. — Есть ещё кое-что. «Давай», — сказала Сакура, хихикая и откусывая небольшой кусочек своего бургера. «Это не может быть так же плохо, как американские горки, на которых мы только что прокатились». Сердце Хинаты замерло, и она потерла руки друг о друга. Правильно ли она поступает? Стоит ли ей делать это сейчас? Но... она только что пережила ситуацию, когда ей было сложно общаться, и она знала, что если она хочет узнать о Сакуре и Наруто, то и Сакура захочет узнать... «Я... я же говорил тебе, что первым делом сообщу, если что-то случится». Наруто уплёл свой бургер, совершенно не замечая внезапного напряжения в воздухе. Но Хината почувствовала его — и увидела в глазах Сакуры, которая пристально смотрела на неё. — Хината, — её голос звучал тихо и дрожал — это был тревожный сигнал, который Хината проигнорировала. Потому что она наконец-то могла дотянуться до розового и не собиралась отступать. «Я...» Мне очень жаль. «Я...» Ты только и делал, что помогал мне и поддерживал меня. «Я...» Но даже вестник заслуживает любви. «Он мне нравится!» И мир предстал перед ней в красках, звуках и чувствах. Воспоминания о зимнем походе по лесу. Чувства, которые она испытала в тот день у озера, когда они сидели под курткой. Чувства, которые она испытала в библиотеке, где стихи были признаниями в любви. Чувства, которые она испытала на американских горках, когда они держались за руки. Чувства к нему, о нём, с ним. Всё это было таким ясным, розовым и ярким, и Хината никогда в жизни не чувствовала себя такой уверенной. «Мне нравится Саске». ... Реакция последовала незамедлительно. Бледное лицо и наполненные слезами зелёные глаза. Сакура вскочила на ноги, выскользнула из кабинки и побежала — выбежала из ресторана на морозную улицу и скрылась из виду. Наруто окликнул её по имени, схватил куртку и последовал за ней, оставив Хинату с тремя недоеденными бургерами и слезами на глазах. «Как всё прошло?» Она оторвалась от книги как раз вовремя, чтобы увидеть, как он опускается на стул напротив неё, не сводя с неё глаз. У неё запылал затылок, и она тут же опустила голову. «Ты был прав». «Обычно да». На мгновение воцарилась тишина, и между ними повисла какая-то напряжённость, которую Хината никогда не замечала, пока... не в этот момент. Это из-за того, что она сказала вчера вечером? Или это было всегда, с того дня в классе — или даже раньше, в коридоре год назад? «Ты уже прочитал?» Она уже прочла пять страниц и недоумевала, почему он так зациклился на стихотворении, которое она уже много раз читала. «Нет». Ещё одна пауза. Скованность была невыносимой. Как она могла не чувствовать этого раньше? Неужели она была настолько слепа или просто не обращала на это внимания? — Тогда... — её глаза расширились от этого тона, который она слышала чаще всего. Он не смотрел на неё, и от этого она занервничала ещё больше. — Тогда... не могли бы мы встретиться сегодня за обедом? Это . . . Было ли это ... Саске вздохнул и посмотрел в её сторону, слегка покраснев. «Я найду тебя». Погрузившись в происходящее, Хината могла только сидеть и смотреть в изумлении, не замечая, как в кармане рюкзака вибрирует её телефон. ... Хината, ты не поверишь, что сделал Неджи прошлой ночью! — Тентен. ... Это не то же самое, что в прошлый раз. Как и обещал Саске, он нашёл её почти сразу после звонка на обед и отвёл их обоих под лестницу в задней части школы. В голове у Хинаты звенело, и ей приходилось считать вдохи и выдохи, чтобы не потерять сознание. Это совсем не похоже на прошлый раз. Потому что Наруто был беспечным и наивным, а Саске был... другим. Но даже несмотря на это, Хината не мог избавиться от ощущения, что время повторяется. Засунув руки в карманы, Саске уставился на лестницу над ними, словно ожидая, что кто-то скатится по ней, как только он попытается... сделать что-то. Ожидание убивало её, она ёрзала на месте, разрываясь между ликованием и страхом, а в животе у неё всё переворачивалось. Когда он наконец опустил взгляд, она увидела морщинку между его бровями, и он медленно протянул ей простой белый конверт. Ни названия, ни наклеек, ни дизайна, просто... есть. Потому что, — подумала она, и в груди у неё зародилась надежда, а щёки залились румянцем, ему не нужно было бы имя, если бы оно было для меня. Какое-то время он держал его при себе, хмуро глядя на него. Она никогда раньше не видела на его лице таких искренних эмоций, и от этого у неё по коже побежали мурашки. Казалось, Саске боролся с самим собой, а потом протянул ей письмо, покраснев и опустив глаза в пол. «Вот, — пробормотал он дрожащим голосом, — отдай это ей». ... Она. Она . . . Как в... не в тебе. То есть... не она. ... ". . . Этот конверт не украшен всем этим дерьмом, как остальные, поэтому я его сохранил." Голос Тентен эхом разнёсся по комнате, и Хината не слышала ничего, кроме него. Потому что... потому что конверт был простым и белым, а Саске слушал её в парке, смотрел, как она выходит из столовой, и был там, когда она сказала это, так что... так что... Значит, время повторялось, и Хинате следовало раньше обратить внимание на знаки. ... "Я... я...я... мне жаль". Белый конверт был смят в ее дрожащей руке, когда она наклонила голову вперед и попыталась сдержать рыдания. "Т-она уже занята". «Хината! Ты видела мой текст? Неджи, он — ого, Хината!» Она подняла мятый, мокрый конверт и, икая, сказала: «Это т-тебе». Тентен взяла его, сверкая глазами. «Кто это с тобой сделал?!» Саске, тот, кому ты нравишься, тот, кто написал для тебя «Признание № 219». Но она не могла ничего сказать. Она просто наклонилась, и новые слёзы потекли по её и без того мокрым щекам. Её сердце было разбито, и мир вокруг неё рушился, становясь тёмным и бесцветным. ... В клубной комнате никого не было, но Хината не возражал. Когда у тебя вырывают сердце, ты не обращаешь внимания на многое. «Я... неужели именно это чувствовал Шикамару в тот день?» «Ммм, сложно сказать». Так что, возможно, комната была не такой уж пустой, особенно когда в тени прятался некий бывший президент с кривой ухмылкой на лице. «Если ты чувствуешь себя совершенно беспомощным, то... да, боюсь, что так». Она взглянула на него и прищурилась, увидев шахматную коробку у него под мышкой. Он кивнул в сторону их обычного столика и спросил: «Не хочешь сыграть?» ... Взяв протянутый ей напиток Fanta, она открутила крышку и сделала глоток, не почувствовав вкуса, но всё же радуясь тому, что в её пересохшее горло попало что-то холодное. Шикамару сделал первый ход, а она, не особо обращая на это внимание, просто передвинула одну из своих пешек на одну клетку вперёд. «Интересный ход», — задумчиво произнёс он, подперев подбородок рукой. «Обычно ты сначала расставляешь своих рыцарей». Она попыталась улыбнуться в ответ на его попытки подбодрить её, но это было непросто. Казалось, что уголки её губ сделаны из стали и тянут вниз остальные губы. Он сделал ход, затем она, и когда очередь снова дошла до него, он наконец оторвал взгляд от доски. «У меня есть две догадки, — сказал он, пристально глядя на неё. — Либо это Наруто и Сакура... либо это Саске. Я ставлю на второе». Она сделала ещё один глоток, чтобы отвлечься от жжения в глазах. «Похоже, ты богат, Шикамару». Он нахмурился и передвинул свою ферзя. «Поговори со мной, Хината». Зачем нужно было так много говорить? Она поговорила с Наруто, и он использовал её, чтобы подобраться к Сакуре. Она поговорила с Сакурой, и та выбежала из «Макдоналдса». Она поговорила с Саске и... Что ж . . . . Она просто не могла понять, почему от разговоров становилось только хуже «Ему нравится Тентен». Глаза Шикамару расширились. «Что?» «Он написал ей письмо и попросил меня передать его». Он выглядел так, будто не верил ей. «Ты это читала?» Она нахмурилась. «Ч-зачем мне это читать — это же её книга». Он откинулся назад и закинул руки за голову. «Я просто хочу сказать, что ты склонна делать выводы о письме, даже не прочитав его». В его глазах вспыхнул огонёк, который она не могла понять. Он наклонился вперёд и сделал движение. «Не то чтобы это была твоя вина». — Я... я не понимаю. — Она передвинула своего короля, чтобы занять место его королевы, не сводя с него глаз, как будто боялась что-то упустить и не суметь его понять. — К-как ты вообще это знаешь? Он приподнял бровь, наклонился в сторону, чтобы порыться в рюкзаке, и бросил конверт на доску между их фигурами. Конверт был фиолетовым, с цветами внизу, и она подумала, что больше никогда его не увидит. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но он перебил её. "А теперь вспомни, что я говорил раньше, — медленно и глубоко произнёс он. — Я говорил тебе, что сам отдам ей это письмо." Он сам... ? Почесав затылок, он встал и отошёл от стола на несколько шагов. «Я никогда не рассказывал тебе, почему 220 — самое романтичное число». Она медленно протянула руку, взяла конверт и поднесла его к лицу, чтобы прочитать новое имя на лицевой стороне. «На самом деле это немного связано с математикой». Видите ли, в нём не только две двойки, но и сумма всех делителей равна 284 — числу ангелов. — Он слегка усмехнулся. — Конечно, я мог бы просто написать 284, но... я не мог ждать так долго. Через край конверта она увидела, что он смотрит на неё, покраснев от смущения. — Ты понял, Хината? Да, так и было, и она чувствовала себя так, словно парила в воздухе. ... «Ш-Шикамару...» Он поднял руку. «Не надо, Хината. Я уже знаю». Он медленно вернулся к столу, не садясь и даже не глядя на доску. «Я знал с того дня, как он пришёл сюда в поисках тебя». Она сложила руки на коленях, чувствуя себя виноватой и смущённой. Когда её телефон дважды пискнул и ей захотелось отвлечься, она быстро взяла его и прочитала текстовое уведомление. Хината, то письмо, которое ты мне дала, было написано для тебя. КТО ТЕБЕ ЭТО ДАЛ!? — Тентен Задыхаясь, она вскочила, чувствуя, что теряет равновесие, у неё кружится голова и будто бы всё вокруг плывёт. Не может быть. Она бегло просмотрела сообщения, перечитывая их столько раз, сколько могла. Он действительно — Она перевела взгляд на Шикамару, который понимающе улыбнулся, сел и подпёр подбородок правой рукой. «Беги, Хината, — прошептал он, и уголки его губ дрогнули. — Он ждёт тебя». И когда она это сделала, весь мир засиял. ... «САСУКЭ!» Она не думала, что он будет в библиотеке после уроков, но он был там, и она чувствовала себя самой счастливой девушкой на свете. Он резко поднял голову, оторвавшись от чёрной книги, его глаза расширились, а щёки покраснели. Она стояла перед ним, затаив дыхание, и изо всех сил пыталась унять пульс, потому что из-за бешеного сердцебиения едва могла думать. Она вдохнула полной грудью, чувствуя, что её лёгкие никогда не восстановятся, и сказала самую странную вещь на свете. «Вариация на тему слова «сон», 27–30». «Х-Хината...» «Знаешь ли ты это так же хорошо, как я?» Вариация на тему слова «сон», 27–30. Я бы хотел быть воздухом которое на мгновение вселяется в тебя только. Я бы хотел остаться незамеченным И это необходимо. Часть III - Конец A/N: Я хотел бы сказать несколько слов благодарности всем, кто хотя бы бегло просмотрел этот фанфик, не говоря уже о тех, кто был так любезен, что оставил отзыв. Из-за своей скромности я никому не ответил, но во время работы над этим произведением я внимательно читал ваши отзывы. Вы все очень добрые люди, которые знают, как достучаться до сердца автора и немного его приободрить. Я уже давно являюсь частью этого сообщества и только сейчас набрался смелости, чтобы опубликовать что-то от себя. Я никак не ожидал, что получу столько откликов. Спасибо вам всем за то, что нашли время прочитать этот фанфик. Для меня это очень важно. Я также хотел бы сообщить, что в разработке находится продолжение «Она держит все карты». Я планирую, что это будет более длинный фанфик с традиционно короткими главами (то есть без глав по 12 тысяч слов… надеюсь). В нём будут показаны события, происходящие в новых, молодых отношениях, с точки зрения Хинаты и Саске. Ещё раз спасибо, что читаете, и я надеюсь, что вы все будете в безопасности. -Халат для фортепиано « Первый « Предыдущий Глава 3 из 4 Следующий » Обзорнее На руках все Карты Дополнительно: его герой Отказ от ответственности: «Наруто» не принадлежит мне. Сасукэ Учиха, семнадцатилетний парень, за всю свою жизнь лишь дважды считал себя трусом. Это был не тот случай. Не обращай внимания на дрожь в сердце и капли пота, медленно стекающие по шее. Он не трус и определённо не боится. Потому что с чего бы ему бояться? Он уже много раз оказывался в такой ситуации — просто... роли менялись, и он был тем, кому признавались в любви. Но это не имело особого значения, потому что... ну, просто не должно было иметь. И что с того, что он делился своими мыслями и чувствами? Ну и что с того, что он никогда в жизни не делал ничего подобного? Ну и что с того, что... что от взгляда Хинаты прямо сейчас у него перехватило дыхание? Это не имело значения. Почему? Потому что он не был трусом. Нахмурившись, он уставился на лестницу над ними, чувствуя, что, если он посмотрит на неё, его решимость тут же улетучится. Возьми себя в руки. Проклиная себя, он наконец опустил голову и вытащил из заднего кармана белый конверт. Ему потребовалась вся его воля, чтобы не бросить в него убийственный взгляд. Это всего лишь Хината... Да, и именно потому, что это был просто Хината, он чувствовал себя таким... Нервничаешь? Нет. Даже больше. Хотя он бы никогда в этом не признался. Нахмурившись, он резко протянул Хинате письмо с признанием, на написание которого, как он (неохотно) признал, вчера вечером у него ушло больше времени, чем ему хотелось бы. «Вот», — сказал он, уставившись в пол — не потому, что был напуган, а потому, что ему казалось, что он провалится сквозь землю, если отведет взгляд. Потому что, ну, именно так любовь влияет на людей, верно? И то, что ему нравился кто-то, не делало его трусом. Это было в порядке вещей. Он должен был чувствовать дрожь и... «Отдай это ей». Сасукэ Учиха, семнадцати лет, за всю свою жизнь лишь трижды считал себя трусом. ... Она? ОНА!? Кто она такая, чёрт возьми?! ... Он не верил, что в этой гигантской вселенной найдётся кто-то глупее Наруто Узумаки. Что ж, в тот момент ему казалось, что так оно и есть. Румянец на щеках Хинаты исчез, сменившись болезненно-бледным цветом кожи и широко раскрытыми, пустыми глазами. Её всегда было легко понять. Может быть, именно поэтому она его так привлекала. Но этот взгляд — он был открытым и ясным, как день, но в нём не было никакого смысла. Он не мог этого понять. О чем она только думала? А потом, когда её большие глаза наполнились слезами и они покатились по холодным щекам, Саске понял, что, должно быть, что-то сделал не так. Её пальцы сжали конверт, сминая его. Он не мог отвести взгляд. Что происходило? «Я-я-я-я прошу прощения». Он смотрел, как она сдерживает рыдания и отходит от него на несколько шагов. Ему это совсем не нравилось — то расстояние, которое она держала между ними, как будто боялась оказаться слишком близко. И когда она попятилась к двери, толкнула её и ни разу не взглянула на него, она сказала самое ужасное на свете. «Ш-ш-она уже занята.» ... Забрали? Дверь захлопнулась, оставив его под лестницей, которую он в тот момент хотел бы, чтобы она обрушилась и раздавила его. Нахмурившись, он перекинул рюкзак через плечо и зашагал вверх по лестнице. Чёрт бы побрал этого Шикамару. Как всё прошло? — Наруто Сделав несколько нажатий, Саске полностью выключил телефон и вернулся к праздному созерцанию происходящего на уроке. Слева от него, чуть впереди, Наруто настороженно оглянулся через плечо. Оставь меня в покое, придурок. Учитель что-то писал на доске, и Саске даже не пытался разобрать, что именно. Я не в настроении. К сожалению, Наруто не умел читать мысли, и как только прозвенел звонок, Саске поднял голову и увидел эту нахальную ухмылку в нескольких сантиметрах от своего лица. «Эй, — сказал Наруто, когда Саске встал и прошёл мимо него, — ты правда не собираешься рассказать мне, как всё прошло с Хинатой?» В коридоре было многолюдно, но Наруто каким-то образом всё равно удалось его догнать. Краем глаза Саске заметил, как его загорелое лицо приняло хитрое выражение. «Если только ты не можешь сказать мне, потому что вы двое были вместе...» «Она с Шикамару». От этих слов ухмылка исчезла, а огонь в глазах погас. «Что?» «Я не буду повторяться». Его друг нахмурился и попытался схватить его за плечо, но Саске оттолкнул его и продолжил идти. «Подожди, — сказал Наруто, буквально расталкивая проходящих мимо учеников, чтобы оказаться рядом с ним, — это невозможно. Вчера вечером в «Макдоналдсе» она сказала, что ей нравишься ты!» Он прекрасно всё понимал. Наруто, наверное, раз двадцать повторил ему это прошлой ночью и ещё пять раз сегодня утром. Но чувства меняются. Его чувства к Сакуре изменились, как и чувства Хинаты к Наруто, и так уж всё устроено. Но иногда ему хотелось, чтобы всё было по-другому. Это был один из таких случаев. ... Должен ли я попробовать еще раз? На последнем уроке, постукивая карандашом по парте, Саске задумался. Когда шок и... .разбитое сердце прошли, в его груди поселилась решимость, и он был не из тех, кто сдаётся без боя. Он просто не знал, как бороться за Хинату, особенно против этого гения Шикамару Нары. Стоит ли мне продолжать просить её? Это сделали его фанатки, и, учитывая их недостаточную эффективность, он решил, что будет безопаснее исключить этот вариант. Я его отпугнула? Это было бы несложно. Но... сработает ли это на самом деле на нём? Заставляю ли я их расстаться? Это... могло бы сработать. Сам того не осознавая, он ухмыльнулся, и даже девушки в комнате испуганно посмотрели на него, когда он начал строить планы. Потому что Саске был Учихой, а Учихи не боялись быть эгоистами. ... Дело было в том, что он нигде не мог её найти. Она что, избегает меня? Он нахмурился, подумав об этом, и прогнал эту мысль из головы. Эти мысли ни к чему его не приведут. Он раздражённо ускорил шаг, проверил весь первый этаж школы и парковку, но так и не нашёл её. Столовая была пуста, как и её последний класс. Чёрт, её даже в библиотеке не было! Его подозрения начали усиливаться, и он больше не мог их игнорировать. Когда он увидел, что одна из её подруг — Тентен, кажется? — практически не отрывается от телефона, он подошёл к ней и спросил: «Где она?» Девушка пристально посмотрела на него. «Саске? Что ты...» «Где Хината?» Она нахмурилась, но ответила. «С Шикамару. А что?» Этот ублюдок! Засунув кулаки в карманы, он направился в клубную комнату, но остановился, когда его окликнула Тентен. «Что бы это ни было — может, подождёт? Она была очень расстроена, а в таких ситуациях она обычно обращается к Шикамару». Расстроен? И вдруг мысли, которые роились у него в голове, улеглись, и его плечи расслабились. Значит, она чувствовала себя виноватой из-за того, что подвела его, — конечно, чувствовала! Она была из тех, кто всё ещё улыбался блондинкам, разбивавшим ей сердце, и беспокоился о чувствах безымянных парней, которые видели в ней последнюю надежду; она была из тех, кто извинялся за такие незначительные вещи, как уход от тебя в библиотеке, из тех, кто катался с тобой на американских горках, потому что ты этого хотел. Она не была бессердечной, жестокой или... Или эгоистичен. А Учихи... они знали, когда можно проявить эгоизм. И сейчас был не тот случай. ... Уходя, Саске не подумал оглянуться, но если бы он это сделал, то увидел бы простой белый конверт, который Тентен достала из сумочки. В её взгляде читалось любопытство, когда она медленно проводила его глазами. «Почему Хината?» Именно этот вопрос задал Наруто год назад, когда поймал Саске за тем, как тот пялился на неё через весь коридор. «Не просто пялился, — сказал бы он с привычной широкой улыбкой. — А смотрел с вожделением!» И в тихой школьной библиотеке, склонившись над сборником стихов, началом разговора, признанием, Саске начал размышлять над этим вопросом. Почему Хината? Почему не Хината? Потому что Учихи... привыкли к оцепенению — «Это у них в крови», — часто говорил ему отец. Но когда он был с Хинатой, он не чувствовал оцепенения. ... Несколько дней назад в пустом классе Хината сказала ему, что он напоминает ей зиму. Что ж, она напоминала ему лето: тёплое, неспешное, яркое и душное настолько, что могло растопить его каменные стены и заставить его почувствовать жар и — и — и жизнь! Это чувство... оно было притягательным. И его выхватили прямо из-под его носа, оставив с книгой в библиотеке школы в городе в мире, полном оцепенения. ... «САСУКЭ!» Это имя — он никогда не любил его так сильно, как в тот момент, когда она произнесла его. Подожди. Он поднял глаза и увидел её там — там — тяжело дышащую и глотающую воздух, всего в нескольких метрах от него. Его лицо вспыхнуло, и он, сам того не желая, уставился на неё. «Вариация на тему слова «сон», 27–30». Она посмотрела на него в ответ, и Саске снова стало трудно дышать. «Х-Хината...» И когда она улыбнулась, его сердце тоже замерло. «Ты знаешь это так же хорошо, как и я?» Учихи привыкли к онемению. Некоторые говорят, что это произошло из-за крови. Но Саске ... С надеждой в сердце он задавался вопросом, случится ли это когда-нибудь снова. Конец Сиквел уже вышел. « Первый « Предыдущий Глава 4 из 4 Обзор