Впустишь меня, поросёночек?

— И как мы планируем отсюда выбираться? — спросил Мейсон, скрестив руки на груди и глядя на Лиама в равной степени осуждающе и возмущенно. — Подожди, эту часть плана я еще не придумал, — отдуваясь, ответил оборотень. Он запер за ними дверь, а затем с силой подергал за ручку, проверяя, выдержит ли замок, если к ним решит вломиться кто-то со сверхъестественными способностями. Потом он заметил тяжелый на вид стол, стоящий у стены, и для верности заблокировал дверь еще и им. Обезопасив вход, Лиам вздохнул с облегчением, глядя на дверь оценивающе. — Всё, я думаю, здесь мы будем в безопасности. — Ну это как посмотреть, — задумчиво ответил Мейсон. — Ты называешь это «в безопасности», я называю это «в ловушке», — вздохнул он и потянул Лиама за рукав, чтобы тот обернулся. — Скажи мне, что ты видишь? — Вот же блядь… — пробормотал Лиам, только заметив, что они заперлись в маленькой комнате без окон или других дверей. — Похоже, мы реально в ловушке. *** Лиам знал, что не может позволить себе такую роскошь, как надеяться, что они могут взять передышку, что жизнь может вернуться хоть к какому-то подобию нормальности. Ну, хотя бы к тому типу нормальности, который можно ожидать от Бикон-Хиллз. И всё же он надеялся. Потому что в кои-то веки всё было хорошо. Анук-ите потерпел поражение, оголтелые охотники-недоделки разбрелись, лишившиеся предводителя, неорганизованные и потерянные. Город, казалось, успокоился после недавних событий, и сверхъестественным существам Бикон-Хиллз больше не нужно было постоянно оглядываться с опаской, даже несмотря на то, что о них теперь знали все. При прочих равных, это могло считаться передышкой. В остальном всё было довольно странно. Лиам, Мейсон и Кори вдруг обнаружили, что именно они — следующее поколение «верных защитников Бикон-Хиллз», поскольку Скотт и остальные старшие члены стаи МакКолла уехали учиться в колледж. Так что теперь они отвечали за город и за всё, что могло пойти не так. Были ли они ответственны или чувствовали себя ответственными – не имело значения, в сущности. А вот те трое, которые присоединились к ним в их миссии… Что ж, они стали довольно неожиданным пополнением команды. Так получилось, что Тео остался в городе, словно это никогда и не было под вопросом. Словно это не он уже вовсю рвал когти из Бикон-Хиллз в тот момент, когда Скотт позвонил и попросил его о помощи, попросил спасти Мелиссу и Лиама. После того, что произошло в больнице, Тео и Лиам стали очень близки. Наверное, невозможно не сблизиться, постоянно спасая жизни друг друга, но были и другие причины. Видя, что Тео научился забирать чужую боль, что ему наконец не всё равно, Лиам определённо проникся симпатией к человеку, которого когда-то хотел убить. А Тео… Каковы бы ни были его мотивы остаться, бета не собирался смотреть дареному коню в зубы и принял эту «негласную клятву верности» от химеры. Не то чтобы Тео ему в самом деле в чем-то таком клялся, но он неизменно был рядом, готовый в любой момент прикрыть бету, так что как-то так это и выглядело. Нолан, казалось, разрывался между чувством вины и горем по Гейбу. Он предложил свою помощь почти сразу, желая искупить свои прошлые ошибки. Он был вторым не-сверхъестественным в этой новой стае, не очень опытным и крайне неуверенным в себе, но полным энтузиазма и желания поступать правильно. Алеку, молодому оборотню, которого в Бикон-Хиллз притащил Скотт, еще предстояло завоевать их доверие, однако все шестеро, как ни странно, отлично ладили. Кое-где все еще ощущалось напряжение, особенно учитывая, что двое из них раньше были не на той стороне, но в целом всё шло гладко. Так что да, дела были довольно неплохи, но Тео, конечно, не сиделось на жопе ровно, ему вот прям надо было пойти и подставиться под проклятие, так что теперь перед остальной стаей стояла сложная задача: обезвредить его, в идеале не убив при этом. Оглядываясь назад, можно сказать, что отчасти в этом имелась вина Лиама. Ему следовало догадаться, что не стоит позволять Тео в одиночку идти на ведьму. Она не смогла его убить, химера всё-таки был крепким орешком, но хитрая стерва нашла способ: сделав Тео опасным, она переложила задачу уничтожить его на них самих. Однако, как они позже сообразили с удивлением, Тео не представлял опасности ни для кого, кроме беты, Лиаму одному так «повезло». Химера не обращал ни малейшего внимания ни на остальную стаю, ни на людей, но на этом хорошие новости заканчивались. В ту же секунду, как Тео посмотрел на него очень-странным-взглядом, Лиам понял: пиздец котёнку... Волчонку то есть. Как-то так они с Мейсоном и оказались на заброшенном складе, запертые в комнате с единственной дверью, за которой очень скоро окажется кровожадная химера — бывший злодей, нынешний напарник и главная заноза в заднице Лиама. *** — Еще раз: так какой у тебя был план? — Мейсон скептически прищурился, глядя на лучшего друга. — Просто… дай мне подумать, хорошо? — резко ответил Лиам и нервно запустил пятерню в волосы, пропуская их сквозь пальцы и потянув за кончики. — Прости, что втянул тебя в эту историю, Мейс. — Да ладно, это не моя жизнь на кону, — пожал плечами Мейсон. — Теперь нам просто нужно придумать, как его остановить. — Слушай, ну я не думаю, что моя жизнь прям «на кону». Не убьет же он меня, правда? — Лиам, он обратился и попытался на тебя напасть, как еще ты это назовешь? — Да уж, это было не очень-то вежливо с его стороны… — Бета вздохнул и на мгновение замолчал. — Но это же всего лишь проклятие, верно? Если мы найдём способ снять его, Тео снова станет самим собой. Он не причинит мне вреда, Мейс, я знаю. Он ведь спасал меня бессчетное количество раз. Проклятье или нет, в действительности он не хочет меня убивать. Громкий удар в дверь прервал их разговор. — Лиам, выходи, я знаю, ты там, я чувствую твой запах, тебе нет смысла прятаться от меня, я найду тебя где угодно. Тебе больше некуда бежать, ты мой, — услышали они голос Тео. — Помяни чёрта… — вздохнул Мейсон. — Ты всё ещё уверен, что он не хочет тебя убить? — он кивнул на дверь. За ещё одним громким ударом последовало гневное рычание. — Я отсюда чувствую запах твоей крови, Лиам. Я слышу её, как она бежит по твоим венам… Словно музыка для моих ушей, — внезапно промурлыкал Тео, и это разительно контрастировало с тем устрашающим звуком, что они слышали несколько секунд назад. Неожиданно скулы Лиама порозовели, и он нервно облизнул губы. — Мы что, вдруг перешли от угроз к комплиментам? — громко спросил он, неловко откашлявшись. — Что еще приятного ты мне скажешь? Глаза Мейсона стали как два блюдца. — А тебе вот сейчас не кажется, что флиртовать с маньяком, который на тебя охотится, вообще-то так себе идея? — возмущенно прошептал он, словно не мог поверить в то, что другу вообще пришла в голову эта нелепость, но Лиам лишь пожал плечами. — Не забывай, что это в нем проклятие говорит, — прошептал он в ответ Мейсону. — Он сам не свой. Нам нужно выиграть время и отвлечь его, пока ребята ищут способ снять проклятие. — Я всё ещё не понимаю, как твой флирт может нам помочь, — тихо проворчал Мейсон. — Он его отвлекает, — улыбнулся Лиам. — К тому же, мы все равно никуда отсюда не денемся в ближайшее время, пока не придумаем, как его остановить, не убив. — Впустишь меня, поросёночек? — проговорил Тео нараспев и снова забарабанил по двери. Мейсон невольно фыркнул от смеха. Приплетать к их ситуации старую сказку было, конечно, нелепо, но, тем не менее, очень уместно. Лиам нахмурился. — Хрена с два я тебя впущу после того, как ты назвал меня «поросеночком». Я оборотень, чёрт возьми! — Тогда я как дуну… Так дуну, что сдую твой домик, — сказал Тео тихим, пускающим по коже мурашки голосом. — Лучше бы ты мне вдул… — пробормотал Лиам, и Мейсон рядом с ним поперхнулся воздухом. — Что? Он довольно милый, когда не пытается меня убить, — бездумно пожал плечами Лиам. — Ты знаешь, я просто сделаю вид, что не расслышал, как ты сказал «он» и «милый» в одном предложении, оба раза имея в виду Тео. Или вон то другое, — судя по голосу, Мейсон был основательно потрясён. Вполне возможно, даже травмирован. Оборотень сжалился над другом и сменил тему. — Ну что там с проклятием? Они что-нибудь выяснили? — он кивнул на телефон в руке Мейсона. С тех пор, как они начали пытаться удрать от Тео, Мейсон переписывался с остальными членами стаи. — Они пытаются вытянуть из неё что-то, но она пока не очень-то сговорчива, — ответил друг расстроенно, кинув на Лиама извиняющийся взгляд. — Ты так аппетитно выглядишь, милый, так аппетитно, что я бы тебя съел. Ты будешь выглядеть еще лучше, когда мои зубы погрузятся в твою плоть. Позволь же мне вонзить в тебя зубы, милый, — снова раздался из-за двери голос Тео. Он звучал одновременно соблазнительно и умоляюще. Чем-чем, а ясностью рассудка Тео явно не мог сейчас похвастаться. — Ты, может, забыл, но мы оба оборотни. Я так же опасен, как и ты, — буркнул Лиам раздраженно. — Да ладно тебе, ты такой милый сладкий мальчик, я уверен, ты будешь очень хорош на вкус… Без сомнения, Тео говорил о вкусе крови Лиама, но бета всё равно понял его очень неправильно… Мейсон раздосадованно застонал, увидев, как моментально расширились зрачки Лиама от этого комментария. Ему не нужно было быть оборотнем и уметь считывать феромоны, чтобы понять, что его лучший друг чересчур воодушевлен: за годы дружбы Мейсон научился достаточно хорошо читать язык тела Лиама. — Ты, может, перестанешь подавать ему всякие идеи? — негодующе спросил человек химеру и удрученно всплеснул руками, хотя Тео его не видел. — Да, чувак, ты вроде как должен вызывать у меня испуг, а не стояк, — усмехнулся Лиам, все еще очень очевидно прокручивая в воображении то, что предлагал Тео. Или не предлагал. Ай, да неважно… Мейсон в полном отчаянии закрыл уши руками. — Боже, за что мне это, чем я такое заслужил? Я больше не хочу это слушать… — сокрушался он, и тут ему пришла в голову важная мысль. — Подожди, Лиам, почему он до сих пор просто не вломился сюда? Этот замок его ведь не удержит, правда? — Откуда мне знать? Может, он как вампир, и его нужно пригласить. Или он хочет поиграться, прежде чем меня прикончить. — Я даже не знаю, какой из этих двух вариантов звучит хуже… Погоди, мне только что пришло сообщение! Это насчет проклятия. — Ну наконец-то! — лицо Лиама озарилось надеждой. — О… — произнес Мейсон, прочитав текст. — Что ещё за «о»? Мне не нравится твое «о», — нахмурился оборотень. — Вангую, что то, что я сейчас скажу, тебе понравится еще меньше… — Мейсон поднял полный сочувствия взгляд на бету. — Давай, жги, — Лиам, казалось, смирился с неприятными перспективами. — Что ж, у меня есть плохая новость и очень плохая новость. Какую из них ты хотел бы услышать первой? — Давай сначала плохую, что ли. — Итак. Она закляла Тео так, чтобы он хотел причинить боль тому, кто ему по-настоящему дорог, — Мейсон многозначительно посмотрел на Лиама. — О… — Ага. Похоже, вы оба считаете друг друга «милыми», — съязвил Мейсон, делая пальцами кавычки на «милых», и ухмыльнулся. — Так значит, он говорит то, что на самом деле чувствует. В глубине души? Дело не только в проклятии, это не оно ему так голову мутит. — Похоже на то, — пожал плечами человек. — Ладно, а что там с очень плохой новостью? — Очень плохая новость в том, что это необратимо. Нет способа противостоять проклятию или снять его, Тео должен причинить тебе вред. Иначе он застрянет вот так, преследуя тебя, видя в тебе добычу. Лиам сжал кулаки и в ярости саданул ими по столу. — Я сам убью эту суку-ведьму! Если доживу до завтра, конечно... Так что получается, либо я, либо он, да? Кто-то должен пострадать. — Боюсь, что так. Он тебе явно нравится, так что ты уж прости за прямоту, но я бы предпочёл, чтобы пострадал он, а не ты… — Такая мысль совершенно точно была в разладе с совестью Мейсона, потому что он выглядел виноватым, говоря это, но ничего другого он предложить бете не мог. — Ой, да хрен с ним, я больше не буду ждать. Отойди в сторону, Мейс, и приготовься запереть за мной дверь, — скомандовал Лиам. — Скажи мне, что ты не собираешься делать то, что я думаю, — темнокожий юноша схватил друга за плечи и встряхнул, словно пытаясь привести его в чувство. Лиам вырвался. — Я выманю его и уведу отсюда. Поверь мне, Мейс, я знаю, что делаю, — уверенно сказал оборотень и отодвинул стол. В следующие несколько мгновений он обратился, громко зарычал, отпер дверь и бросился на Тео. Химера был готов, но Лиам оказался проворнее. Он отбросил Тео к противоположной стене и оскалил свои волчьи зубы. — Хочешь убить меня? Тогда сначала поймай, — и с этими словами он бросился бежать, прекрасно зная, что Тео последует за ним. Химера гнался за ним через весь склад к выходу, но Лиам оказался снаружи быстрее и запрыгнул в машину Тео, припаркованную в нескольких метрах от здания. Захлопнув дверь, бета лихорадочно вставил ключ в замок зажигания. Тот самый ключ, который он втихаря стащил у Тео, когда дрался с ним пару минут назад. — Ну нет, поросёночек, даже не смей трогать мою тачку! — устрашающе прорычал химера, подходя к машине. — Кто первый встал, того и тапки! — выпалил Лиам, завёл машину и выехал со стоянки в дрифте, чуть не сбивая химеру. — Я всё равно найду тебя и приду за тобой, ты не сможешь от меня убежать! — крикнул Тео ему вслед. — Да знаю я… — пробормотал Лиам сквозь зубы, уезжая и оставляя химеру позади. *** В такое позднее время в заповеднике не было людей, и это было бете на руку. Что бы Тео ни собирался с ним сделать, свидетели им ни к чему, особенно если эти свидетели сами могли стать сопутствующим ущербом. Лиам припарковал машину недалеко от входа и вышел. Он знал, что Тео скоро его настигнет, поэтому он просто облокотился на машину и стал ждать. С одной стороны, он задавался вопросом, насколько сильно ведьма потопталась и нахуевертила в разуме Тео, с другой — отчаянно хотел верить, что Тео достаточно силён, чтобы не позволить глупому проклятию настолько повлиять на него, чтобы он на самом деле захотел убить бету. В конце концов, оптимизм взял верх. Или не оптимизм, а тот факт, что Лиаму Тео тоже был дорог. Он бы лучше пострадал сам, чем позволил Тео пострадать. В конце концов, химера делал для него то же самое, несмотря на всю эту чушь вроде «я не умру за тебя», которую он заливал бете в больничном лифте. Лиам тогда, помнится, заливал ему всю ту же чушь в ответ, будто они оба не знали, как обстоят дела на самом деле. Когда Тео появился в поле зрения, Лиам внутренне подобрался, но смело заговорил: — Слушай, я вижу, что ты не в себе, но я тебя знаю. Я тебе доверяю и знаю, что ты меня не убьёшь. Так что давай, делай своё дело, я не собираюсь сопротивляться, — нервно сказал он, пока обратившийся Тео медленно приближался к нему, словно кошка, неслышно подкрадывающаяся на мягких лапах к ничего не подозревающей добыче. Взгляд желтых глаз химеры был диким, первобытным, но за этим звериным инстинктом скрывалось что-то ещё. Он стоял невероятно близко, вызывая у беты дискомфорт и трепет во всем теле, но по совершенно иным причинам, нежели страх за свою жизнь. Тео медленно поднял когтистую руку, и Лиам почувствовал, как острые когти прошлись по его коже. Впрочем, никакого вреда они ему не причинили. Вместо этого Тео несколько блаженных секунд ласкал горло Лиама, а затем заставил его запрокинуть голову, чтобы получить лучший доступ к его шее. В этом не было абсолютно ничего жестокого. Скорее, это было невероятно эротично. У Лиама перехватило дыхание, и он пропустил момент, когда зубы Тео вонзились в его плоть. — О боже, — выдохнул оборотень и отчаянно вцепился в предплечья Тео, чувствуя одновременно острую боль и сильнейшее возбуждение. Ощущения по своей силе были такими, будто в него скоростной поезд въехал, из Лиама вышибло весь воздух и все связные мысли. Однако в считанные секунды чарующий момент закончился. Химера отступил назад, снова приняв человеческий облик. — Лиам? — Тео обалдело смотрел на него, его рот был испачкан кровью беты. — Что происходит? Оборотень неверяще рассмеялся. — Серьёзно? И это всё, что потребовалось? Не могу, блядь, в это поверить… — сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь. Ведьма, должно быть, думала, что Тео причинит боль человеку, превратит его в оборотня и причинит непоправимый вред. Кажется, она не ожидала, что краш Тео тоже окажется оборотнем… — Это я с тобой сделал? — покаянно спросил Тео, вытирая кровь со рта и глядя на укус на шее Лиама. Но затем он уловил взбесившиеся феромоны Лиама, нахмурился и пристальнее осмотрел оборотня, отмечая его расширившиеся, почти слившиеся с радужкой зрачки, заметную выпуклость в джинсах и прерывистое дыхание. Химера удивлённо поднял брови. — И у тебя от этого стояк, — озадаченно прокомментировал он, широко раскрыв глаза. — Мы начали что-то, чего я не помню? — О да, — Лиам нервно усмехнулся, совершенно бессмысленно пытаясь побороть возбуждение. — Ты пытался убить меня, потому что тебя прокляла ведьма. Разговор о ведьме немного успокоил его, направив ход мыслей в другое русло. — Это всё равно не объясняет, как мы дошли до… этого, — Тео неопределенно взмахнул рукой, намекая на непристойное состояние Лиама. — А, это… Ну, думаю, нам стоит об этом поговорить, — оборотень неловко улыбнулся ему. — Но сначала мы сообщим всем, что у нас всё в порядке. Мейсон, должно быть, места себе не находит от волнения после того, как я оставил его на складе. Кстати, я за рулём, — он позвенел ключами перед лицом Тео. К превеликому удивлению Лиама, химера не стал возражать. Впервые Тео доверил Лиаму свою машину, не поднимая вой на болотах, и это было что-то новенькое. — «Кто первый встал, того и тапки?» — спросил Тео с ухмылкой, и уши Лиама покраснели. — О, так значит, ты помнишь… кое-что, — он отвернулся, чтобы сесть в машину, в тщетной попытке скрыть пылающее лицо. Как будто Тео не мог читать его эмоции по запаху. — Да, память начинает понемногу возвращаться, — сказал Тео, садясь на пассажирское сиденье, и в его голосе слышалось веселье. — Мне нужно позвонить Мейсону, — оборотень нащупал телефон под нервирующим взглядом химеры. — ТЫ В ПОРЯДКЕ? — завопил Мейсон сразу же, как поднял трубку, не давая Лиаму вставить ни слова. — Скажи, что ты в порядке, и что Тео тебя не убил. Тео громко фыркнул, явно изо всех сил воздерживаясь от комментариев насчет умственных способностей Мейсона в стрессовой ситуации. — Мне было бы сложно тебе позвонить, если бы он меня убил, — усмехнулся Лиам. — Мы оба в порядке, Мейс, не о чем беспокоиться. — Ну уж нет, теперь у меня есть все основания беспокоиться о твоем психическом здоровье. Раз уж ты вдруг решил играть за мою команду, я бы одобрил кого угодно другого, но если тебе действительно нравится Тео, я… — начал было Мейсон, но Лиам его перебил. — Мейсон, заткнись, пожалуйста, — оборотень выглядел умирающим от смущения. — Мы будем через несколько минут, — пообещал он и повесил трубку. — Ты тоже заткнись, — он бросил на Тео предостерегающий взгляд. — А я ничего и не говорю, поросёночек, — поддразнил химера и фыркнул. Лиам зарычал и завёл машину. Он убьёт Мейсона. Когда-нибудь.