любовь — это...

Влад, конечно, привык к камерам — за плечами все-таки съемки «битвы» и «реванша», «экстратакси», свои проекты и чужие интервью. И все-таки ему не очень уютно с незнакомыми людьми в ситуации, где нужно вести себя определенным образом. Держать лицо. Для того, чей девиз по жизни «без масок», это слегка... непросто. «Ужин с Роговым» — хороший имиджевый проект, возможность расширить аудиторию, так что Влад соглашается. Коллеги по съемкам тоже вполне приятные, самая сильная симпатия у Влада возникает к Вике — она такая же простая, как и он, ничего из себя не строит, в ней не ощущается фальши. Влад даже думает: насколько серьезным было ее приглашение в гости? Он бы сходил. (И даже, возможно, реально съездил бы с ней в Новосиб, в их знаменитый крематорий — а чому бы и нет?) Но еда, которую им подают, реально угнетает. Ее мало, она выглядит больше как музейный экспонат, даже пробовать страшно, а когда попробуешь, хочется... ну не рыгануть, конечно, но держать сие «блюдо» от своего рта подальше. Рогов замечает, что из всех гостей именно Влад почти ни к чему не притрагивается, слегка подстебывает его. Влад только улыбается шире, искренности в этой улыбке ни на грош, но выглядит она эффектно, он знает. И, конечно, в конце они не моют посуду реально, хотя Вика вполне готова это сделать, за что Влад ставит ей мысленно еще один плюсик. Он не дружит с медийными людьми, не его стиль, но тут даже хочется немного отступить от своего правила. Немного имитации бурной деятельности — и долгожданная свобода. * — Ленка, я дома! — кричит Влад от самой входной двери. — Лёва, ау! Они в гостиной — Лев строит что-то из кучи деталек, Лена, сидевшая на полу, встает, чтобы его встретить. — Это тебе, — Влад вручает ей букет из разноцветных альстрёмерий. Целует в висок, вдыхая чистый, естественный, любимый запах. Лена не дает ему отстраниться, прихватывает за затылок, целует в губы — нежно, ласково. Потом принимает цветы, улыбается. Влад присаживается рядом с сыном, и тот тянется к нему, позволяя чмокнуть в макушку. — А это тебе. Смешной плюшевый кот продавался в том же цветочном, куда Влад заехал по дороге домой — тот самый, рядом с любимым кладбищем. У кота глаза в кучку, и он очень мягкий на ощупь. Лев тут же принимается его тискать, включает в свою игру. — А шо это так пахнет вкусно? — Влад чувствует, как во рту скапливается слюна, и желудок голодно урчит. — Твои любимые котлеты по-киевски, с пюрешкой, — Лена улыбается. — Ты как догадалась, что я приеду голодный? — Да ты вчера изнылся, что снимаете вы в азиатском ресторане, а я знаю, насколько ты всю эту кухню обожаешь. Ну и ты потом на кладбище собирался... — В нашей семье точно два экстрасенса, — проникновенно тянет Влад, целует Лену в щеку. — Ты лучшая, знаешь об этом? Она только улыбается и тянет его за собой на кухню.