Небесно-чертовский гарем

Ранним мартовским вечером молодая писательница возвращалась домой после встречи в типографии. Уличные фонари освещали ей путь. Девушка завернула за угол и, не смотря по сторонам, начала переходить дорогу. Не успела она дойти до другой стороны, как еë сбила машина. В глазах потемнело, острая боль охватила тело. — Бляяяять! — последнее, что было слышно. — Ах, ты мудила! — подумала девушка перед отключкой. Вокруг тьма. Вдали виден белый свет. — Юляяя. Юля — зовëт чей-то бархатный мужской голос. — М, дайте поспать — не желая разлеплять веки отвечает сонная. — Поспала уже. Давай вставай! — еë начинают трясти за плечи. — Да бля! — шатенка вырывается и с дикой головной болью смотрит на впереди стоящего бледнолицего мужчину в белых одеждах и светло-серыми глазами. — Ты кто? — Во-первых, не «ты», а «Вы». Я всё-таки старше. А, во-вторых, меня зовут Апостол Пëтр, — отвечает блондин. — Святой? — Ну, вроде, не грешный. — Логично. — Логично. — Так, стоп, а какого хера я тебя, в смысле, Вас вижу?! Где я вообще? — А ты ничего не помнишь? — А что? Должна? — Ясно. Вообщем-то, ты умерла. — Ахуе-еть. — Не сквернословь, пожалуйста. И не переживай. — Ладно, а насчëт первого ничего обещать не могу. — Кхм-кхм, итак, тебя сбила машина и теперь ты попадëшь либо в рай, либо в ад, либо в Чистилище. Юля сразу вспомнила, что из себя представляет Чистилище и ужаснулась. — Не-е, в Чистилище не надо! А что за золотые ворота за твоей спиной? — О, это проход в рай. — Мне туда? — Дико сомневаюсь, но сейчас посмотрю. — В смысле? А что не так со мной? — Ты же помнишь, какие книги писала… — Писала, не в жизни делала же. Пëтр берëт в руки планшет, что-то печатает в нëм, а затем ищет. — Ого, на небесах технологии есть. — Конечно. В аду тоже. — Заебись. — Но интернета нет. — Сука. — Ты всё равно там страдать будешь, если попадëшь туда. — Ты давай смотри, куда я попаду, там разберусь. — Странно. Система выдаëт ошибку. — И что это значит? — Я не могу тебя никуда отправить. — И что, мне теперь с тобой сидеть? — Надеюсь, нет. — Надеюсь, да. Ты немного душный, но с тобой интересно. — Мы знакомы чуть дольше минуты, а я уже утомился с тобой. — Ничего страшного. — Нет. Сейчас разберëмся. Пётр задумался, смотря в планшет, периодически делая лёгкие движения указательным пальцем по экрану, слистывая в сторону какие-то предложения, варианты… Или просто смотрит порно, как подумала Юля. Вдруг, сзади Петра возникает мужской силуэт. — Ахереть… — вздохнула девушка. —? Пётр обернулся и завидев мужчину, сам встал в ступор. Сатана, держа руки за спиной, с надменной улыбкой и грубым голосом произносит: — Проблемы, Святой Пëтр? Не удаëтся отправить душонку в рай, — усмешка, — тогда я могу забрать еë. Девушка с изумлением разглядывает мужской прес, разглядывая каждую мышцу, рельеф и останавливается на мощной груди. Апостол переводит удивлëнный взгляд на Юлю. Не каждый день он встречается с самим Сатаной. Что этому чертиле надо? — В целом я не против, но надо сделать всё по правилам. — Ты такой скучный, Петя, — усмехается брюнет. — Да вообще ужас, — поддерживает девушка. Внезапно Сатана резко приближается к Юле, хватая еë за подбородок, и пристально смотрит на неë, заглядывая в душу. Через секунду он моргает и радужка в его глазах меняется с красного на синий. — Так лучше? — усмехается демон, отпуская писательницу и поворачиваясь к Петру. — Я забираю еë, — властно произносит он. Апостол стоит с явным непониманием на лице и разводит руками. — Грешников в аду не хватает? Что происходит? — Хочу забрать еë в свой гарем. Ты в курсе, какие книжки она писала при жизни? — улыбка расширяется до ушей, а брови выгибаются от азарта. — Порнуху что ли? — Быстро догадался. Или на своей шкуре проверял. Юля громко хихикнула, представив Петра, читающего еë книги. Апостол окинул осуждающим взглядом обоих и обречëнно вздохнул. — Я на извращенца похож? — У неë, кстати, была книга про священника. Пëтр, выпучив глаза, перекрестился. — Ужас какой. Срань Господня. — Не упоминай его, — рыкнул Король Ада. — Почему же, сын мой? — в этот момент за спиной Петра появился сгусток света. Апостол сразу же обернулся на голос и поклонился, встав на колени. — Вообще-то не сын, а внук. Чë, маразматик, настолько старый, что сына от внука отличить не можешь? Юля от удивления согнулась. Лицо еë вытянулось, а глаза округлились. Она старалась сдержать смех, издавая что-то наподобие пищания. — Погоди, а ты, получается, от Люцифера? — спросила девушка, почти на сто процентов уверенная в своей догадке. — Ну да, а мать Лилит. — Да уж. Яблоко от яблонек недалеко упало, — вздохнул Бог, приняв форму сперва человекообразного гуманоида с одними глазами и без черт лица и половых признаков, а затем превратился во взрослого мужчину на вид лет тридцати пяти. Внимание сразу привлекли янтарные глаза, выделяющиеся на фоне бледной, молочного цвета коже и таких же светлых, волосах. В то время, как Сатана одет во всë чëрное, на Боге надета белая одежда, такая же, как у Иисуса. — Кто бы о яблакоках говорил, — съязвил дьявол. — Чë пришëл вообще? — злобно зыркнул на Петра. — Петя, ты Боженьку призвал? — Во-первых, это не я. А, во-вторых, я случайно, — перешëптываются ребята. — Мне стало интересно, по какой причине мой внук покинул своë царство. Решил навестить. Сатана лишь фыркает и, подойдя к Юле вплотную, хватает еë за локоть и тянет к деду. — За ней пришëл. Выебать хочу. Ну и из неë получится отличный суккуб, я думаю. Бог нагнулся над писательницей и вдохнул запах у еë шеи. — У неë не настолько много грехов, чтобы иницировать в демона. Не могу понять куда тебя отправить. Апостол Пётр, что показал анализ? Ангел спрятал планшет за спиной. — Система не смогла определить еë ни на одну из сторон. — Значит, отмолит грехи и в рай. Все присутствующие с удивлением уставились на Бога, распахнув глаза во всю ширь. — Это с чего ты так смилостивился над ней? Раньше никто такой чести не удостаивался, насколько мне известно. Не исповедался на Земле — всё, в ад. — возмутился Сатана. — Чё мелкий, завидуешь, что твой дед меня больше любит? Пëтр сделал фэйспалм и покачал головой. Сатана усмехнулся, выгнув бровь и обнажая клыки. — Остра на язык. Истинная демоница. Так зачем она тебе? — Я не обязан перед тобой отчитываться. — Я сейчас из принципа тебе еë не отдам, — процедил, сквозь сжатые зубы Сатана и резко дëрнул дувушку на себя. — А я из принципа заберу, — рыкнул Бог, хватая писательницу за локоть. Пëтр закатил глаза, пытаясь незаметно улизнуть, но тут вдруг Юля вскрикнула: — Петя, сделай что-нибудь, пожалуйста! Они же меня сейчас порвут! — Милая, я в тебя даже не успел войти, чтоб порвать, — усмехнулся Дьявол. Апостол вздрогнул от неожиданности и, размахивая руками, выставил их в примирительной позе. Все обернулись на него. Бог посмотрел таким взглядом а-ля: «Говори» и Петя вымолвил: — Д-давайте еë просто в лимб или в чистилище отправим? — Только не в чистилище! — вскрикнула девушка, знающая, что там делают с душами умерших. Ей казалось, что лучше попасть в ад, чем туда. Но, естественно, вслух она этого не сказала, чтобы лишний раз не радовать Сатану. Хотя если этот чОрт умеет читать мысли, то уже всё знает. Бог и Сатана переглянулись, обмозговывая предложение ангела. По сути лимб пользовался автономией, находясь под контролем ада. Туда попадали души, которые при жизни не верили в Бога, но при этом не сделали ничего плохого — не нарушили ни одной заповеди, не поддались греху. Их пытка — это вечная скука. — Тогда в лимб, — ухмыльнулся Дьявол, на что получил возмущение от деда. — Ага, прямиком к тебе в логово! Конечно! Тут Сатана смекнул и с ехидной улыбкой ответил: — Не думаю, что остальные жители рая одобрят еë пребывание там. Что скажут архангелы, серафимы, херувимы и другие души, которые в отличие от неë действительно всю жизнь шли по «праведной» тропе или искупились в чистилище? Юля не сдержала усмешки, сказав: — А ты правда думаешь, что ему посмеют перечить? Ты вообще в курсе, как твой папаша в аду оказался? Пëтр улыбнулся, сдерживая смешок. Его позабавила реакция девушки. Вообще вся ситуация была абсурдна, но она начала веселить. Когда ещё удастся посмотреть, как дед и внук словесно пиздятся? Пока словесно. — Рот закрыла, — грубо отрезал Сатана, желающий получить «своë», — а то по кругу пущу. Юля, конечно же про себя подумала: «Совсем ахуел?! Ты меня в красную комнату приведи, я тебя ахуеть от жизни заставлю, когда спиной повернëшся!» Вслух она, естественно, этого не сказала, так как не хотела, чтобы еë прямо здесь и сейчас раком поставили, поэтому просто показала средний палец и отошла, оказавшись ближе к Петру. — К слову, о моëм сыне. Как он поживает? — Спустись и узнай. Я тебе не сова. Внезапно их стычку прервал апостол: — Ваша Светлость, прошу прощения, что вмешиваюсь, но вам же необязательно еë навсегда оставлять в лимбе. Может, пусть посидит там, пока вы не договоритесь? — ангел упал на колени и сложил руки в молитве. — Прошу, не принимайте за дерзость. Девочка наверняка устала. Она же только померла. Ей бы смириться и привыкнуть. «Ага, по ней же прям видно, как она переживает» — подумали одновременно все, включая самого Петра и Юлю. На самом деле апостол просто хотел побыстрей избавиться от них, поскольку устал наблюдать за семейными разборками. Особенно его утомляла бесстыдная девушка. Да и в целом не хотелось попасть под горячую руку. — Вообще-то неплохая идея. Чтож, решено: будем проводить суд. Юля сдержала смех, подумав про себя: «Ебать, я важная. Сам Бог будет ради меня суд проводить. Значит, всё правильно сделала при жизни». — В таком случае, позвольте отвести еë, — ангел встаëт за спиной девушки, кладя руки на плечи, и ведëт вниз. — Ну уж, нет. Я сам, раз это моя территория. — Оставь их. Пошли со мной к Азраэлю. — Ладно, сейчас отцу только напишу, чтобы встретил их. Юля остановилась и обернулась: — Люцифер живëт в лимбе? Чем он занимается? — Правит им вместе с матерью. Остальной ад принадлежит мне. У каждого круга свой глава и воплощение соответствующего греха. Это ты и так знаешь, — равнодушно говорил он, одновременно строча смс. Пëтр дëрнул Юлю на себя и, взяв еë на руки, взлетел, чтобы быстрее добраться.